Часть 2

Анна внезапно ощутила, как мурашки пробежали по коже. Что-то знакомое, еще с тех времен, когда она могла еще видеть духов. Словно ветер издалека, не холодный, не теплый - чужой. - Кто вы? Тот усмехался: - Кто знает? Может, черт, может, дух. Ах, да, у тебя же все духи – лишь мертвецы. Тогда, может, Семаргл. Анна смотрела холодно и жестко. Страха не было: - Что вам нужно? Пожатие плечами, все та же усмешка: - Мне? Ничего. Мне давным-давно не надобно ничего. Но что нужно тебе, ведьма? Что-нибудь, что ты хотела бы получить – и не смогла? Подумай. Не так часто выпадает шанс хотя бы высказать свои желания вслух. Хотела бы. Чтобы никогда не копали для Якова могилу, и не ждали, вздрагивая, очередных вестей. Чтобы он вернулся, хоть когда-нибудь. А если это всё невозможно – чтобы увидеть его, еще хоть один единственный раз. Дернула плечами, отгоняя морок, и спрыгнула со ствола. Выпрямилась, всё же невольно чуть прислоняясь к дереву спиной. Призрачная защита: - Я не ведьма. - Медиумы, гадалки… От перемены слов смысл не меняется. Сила есть – ведьма. Темная, еще и сильная. Редкость, надо признать. Он болтал легко, словно давний приятель, и она невольно втягивалась в разговор: - Я не темная. Смешок: - А кто же? Открываешь дверь в Навь, ведешь с той стороны. Самая темная, что ни есть. Отчего-то поверила сразу. - И что меня ждет? Багряная дверь? - страха в голосе не было, лишь насмешка. Но тот удивился: - Какая дверь? Ах, те фанатики… С ними пусть ваша церковь разбирается. Мне-то что до того? А что темная - так то родовая сила, и у тебя, и у потомков твоих будет. Темных не так и мало, знахарки, которые лечат и видят хоть что-то, все, считай, темные. Беседовать оказалось очень интересно, словно ей действительно рассказывали правду, неизвестную до сих пор. Заинтересовалась: - А светлые где? Плечами пожал: - Где-то есть, наверное. Непроявленные, в основном, должны быть. Не выживают у вас светлые. Так что ведьма, подумала? Я много чего могу предложить. Анна молчала, смотрела искоса и с насмешкой. То ли черт, то ли дух, то ли Семаргл вдруг стал серьезным: - Упустила ты свою судьбу, ведьма. Вернуть себе хоть часть его согласна? Могла тогда взять – не взяла. Хочешь вернуться, переиграть? Мужчины уходят, да ведьмы знают, что забрать у них можно. Анна задохнулась: - Яков жив? - Здесь и сейчас, на этой дороге – нет. Я могу вернуть тебя назад, за поворот, туда, где вы еще были оба. - Что ты хочешь? Вопрос был серьезным. Черт усмехался: - Может, душу? Анна смотрела в упор: - Нет. - Даже ради ребенка? Та не отвела взгляда: - Зачем ему мать без души? - Тогда, давай на желание. Вовремя вспомнились сказки: отдай мне то, о чем ты дома не знаешь. - Нет. Неприкрытая насмешка: - Жадная, ты, ведьма. Тогда бери просто так, без платы. И вдруг вернулась давняя позабытая легкость. Когда двое равных, глаза в глаза. Когда бояться нечего: - Врешь ведь. - Ох, что за ведьмы пошли. Неученые, бестолковые. Запоминай – когда договор на силе заключаешь, врать нельзя. Говорить можешь то, что хочешь – но не лгать и в малом. Спрашивай, я добрый сегодня, ведьма. Анна думала. Что-то очень знакомое смотрело из насмешливо-серьезных глаз, настолько давнее, что ему и названия не было, и отказаться сразу не приходило в голову. - Ты дьявол? Тот даже вздрогнул: - Тьфу на тебя. Не путай святое с праведным. Что за ведьмы пошли, инквизицией на всю голову ушибленные. Понятно, что ничего не понятно. - Ты вернешь к настоящему Якову? Или морок нашлешь? - Никаких мороков. Пойдешь назад по своей дороге, своего и увидишь, от своего и возьмешь. - Ты обещаешь мне ребенка? - Я не Жива, чтобы детей раздавать. Сумеешь, сама возьмешь. - Я буду тебе должна? - Да ты и так мне должна, сколько раз мою дверь вперед-назад дергала. Что тебе парой шагов больше? - Ты заставишь меня служить? - Да ты уже так наслужила, еле сдыхался. - Да или нет? - Нет. – Твердо ответил тот. - Ты отберешь моего ребенка? - Спятила, ведьма? Темный ведьмак не вещь, чтобы его отбирать. Да еще и неизвестно, будет ли в нем наша сила. Выбрала ты ему отца, не приведи, господи (тьфу-тьфу-тьфу, не возле храма будь помянут). - Да или нет? Опять твердо: - Нет. И в любом случае ни ты, ни я ничего не решаем – ему самому выбирать. - Тогда зачем? Говори всё, иначе уйду. Ведь соврет половину, а вторую не скажет. - У тебя моя сила. Ты не пришла – дороги не знала, пришлось самому идти. Если своей кровью разбрасываться, так никого и на земле не останется. А отчего сейчас – поворот у тебя по дороге, пара шагов всего – и дотянешься. Потом уже не дойдешь. Решайся, ведьма. Врет ведь, а где и как – не понять.