13. Правда

      Возвращение домой заняло больше времени, чем Тао предполагала.       Навигация по ситхскому пространству была непростым делом. Только крупные гипертрассы могли обеспечить безопасность прыжка сквозь Непроницаемую кальдеру, но путь к рассчитанным координатам заблокировал внезапно возникший флот Закуула. Тао, чтобы избежать столкновения, пришлось рискнуть. Совершить прыжок до Коррибана и вернуться через легендарный маршрут Дарагонов.       Вскоре она вновь была на Одессене, но пропустила ограбление «Позолоченной звезды». Об успехе операции её уведомила Лана, а пересказала уже новая участница Альянса, тви’лека с нежно-лиловой кожей по имени Дан’Рила. —…и мы свистнули столько, сколько никому здесь и не снилось, — подытожила контрабандистка. В прозрачном пузатом бокале плескался безалкогольный пунш, но фиолетовые глаза сияли от пьянящего успеха. Принесённым напитком и пёстрым нарядом эта девушка без чьей-либо помощи создавала неформальную атмосферу в командном зале.       Её напарник-вуки одобрительно рыкнул. Остальные участники ограбления были не менее счастливы. Деваронец Голт Ренно не мог унять довольную улыбку, вторая тви’лека, рутианка по имени Ветт, беззаботно болтала ногами, сидя на краю тактического стола. Печать недовольства была лишь на лице Сеньи, которой пришлось играть роль Вэйлин и проводить остальных через охранные системы корабля. — За минусом нашей доли — вам тоже остаётся прилично, — заверила тви’лека, видя загадочно вежливое выражение Тао. — Вы молодцы. И рада приветствовать тебя в Альянсе… Гончая. — Хатт… Это всё из-за вуки, да? Он слишком приметный. — Не совсем. Я командовала войсками на Кореллии, когда ты лишила имперцев флота поддержки. Пришлось заглянуть в твоё досье.       Рила демонстративно приосанилась, словно узнанная знаменитость. Она ею и была — республиканские каперы пользовались определённой славой, становясь кумирами тех, кто ценил свободу, лёгкие деньги и романтизировал пиратский кодекс чести. — Я проблем не доставлю, — она покосилась на Лану Бенико, зловещей тенью стоявшую за спиной Тао. — Пришлось уже поработать и с ситхами, и с гизки знают кем. Меня вообще на вас Таллард навёл. — Ты и с ним дела ведёшь? — Дела-а? — она рассмеялась, потрепав лекку. — Нет. Так, всякие мутные делишки. Пару лет назад мы вместе проделали дырку в гиперпространстве к Закуулу. — Рила потрясла левой рукой, где два последних пальца заменяли кибернетические импланты. — Вытащили меня со своим пацаном из-под кучи дроидов, даром что ситхи. С тех пор иногда беру у него работу и делаю разумные скидки. Небольшие, конечно. Мне о команде надо думать. — Поэтому я люблю её больше всех на свете, — заявила Ветт со своего наблюдательного поста. — Даром что республиканка. — Даже больше меня?       Только Лана и Тао видели шедшего со стороны ангаров ситха, но его вопрос привлёк всеобщее внимание. — Ты…       Ветт неслышно сползла с борта, с трудом нащупав пол под ногами. Маленькие ладони сжались в бессильной ярости. — Ты… — тви’лека угрожающе двинулась на лорда Гнева, словно не имела никакого представления о его могуществе и непростом характере. — Знаешь, кто ты? — Подлец?       Нирма и сама бы не решилась к нему сейчас приближаться. Озаран прибыл с Дарванниса, где должен был заключить союз с мандалорцами, и всё в его внешнем виде доказывало, что переговоры проходили сложно. Доспех из прочной дюрастали сплошь исцарапан и покрыт вмятинами, на измождённом лице и спутанных волосах — следы грязи и сажи. Во взгляде оставалась тень полубезумной боевой ярости, и она пугала больше всего, делая Озарана похожим не на легконравного чистокровного, к которому Тао привыкла, а на тех ситхов, с которыми она сражалась.       Но Ветт проигнорировала все сигналы об опасности, щедро и бессмысленно впечатав кулак во вмятину на его нагруднике. — Подлец! И засранец! И ещё…       Альянс понемногу отучал Нирму от любых предубеждений, но она бы в жизни не предсказала, что через мгновение эта забавная беспечная тви’лека будет в голос рыдать, уткнувшись в плечо лорда ситхов, а тот бережно стиснет её в объятиях, как бумажную фигурку.       А за спиной, где стояла Лана, послышится долгий шумный вдох. — Это Ветт, — неуклюже объяснился Озаран. Сцена его смутила, но он не стал отрывать от себя девушку. — А это гад, который меня обманул и сказал, что вернётся! — пожаловалась Ветт Дан’Риле, ненадолго оторвавшись от ситхского доспеха. — А сам не вернулся! Бросил меня со своим дурацким кораблём, больной ученицей и этими придурками! — Ну извини, я пытался объяснить, что не хочу сидеть в плену! — Какая… необычная пара, — с усилием подобрала слова Лана, по-видимому, тоже озадаченная происходящим. — Фу! — возмутилась сквозь слёзы Ветт. — Мне её вообще Барас подарил, — вернулся к своему привычному шутливому тону Озаран. — А подарки в шлюз не выбрасывают. Хотя пару раз очень хотелось. — Сам виноват! — Что же ты за человек такой, лорд Гнев, — вставила Лана иронично, — если даже твои рабы рады тебя видеть. — Уж у кого, а у тебя-то есть шанс узнать меня получше. — Что-то мне подсказывает, что ты хочешь продемонстрировать мне лишь одну свою сторону. — Самую лучшую. — Уверена, у тебя много других достоинств. — Но разве главное не интригует?       Тяжёлый громкий голос Сеньи припечатал обоих к реальности. — Мы вам не мешаем? — Нет, мы закончили, — поспешно свернула тему Бенико. — Думаю, все со всеми уже познакомились, — дружелюбно резюмировала Нирма. — Озаран, я видела предварительный рапорт. Сегодня отдохни, завтра жду полный отчёт. Пока все свободны, спасибо.       Новые и старые лица послушно разбрелись искать желанный отдых. Озаран задержался всего на миг. — А наш уговор… — В силе, — подтвердила Нирма. — Тебе выдан доступ. Я вернусь не раньше полуночи. — Меня к этому времени уже не будет. Но если попросишь… — Уходи, пока я не передумала!       Ситх с предвкушением оскалился. — Есть, командующая.       Лана пристально проследила за ним. Её язвительная приподнятость духа мгновенно исчезла, стоило им с Тао остаться наедине. — Что ему было нужно? — Доступ в мои апартаменты. Не знаю, зачем. Не спрашивай.       Главное, чтобы подчистил историю запросов в её частной, зашифрованной линии выхода в Голонет. — Ты всё ещё его подозреваешь? — вернулась Нирма к их диалогу, прерванному встречей с контрабандистами. — Кто-то докладывает Нокс… Майлок о внутренних делах Альянса, — с тихой яростью сказала Лана. Она до сих пор не могла смириться с внезапным появлением советницы. — Что недопустимо. Круг подозреваемых узок. Озаран, Сенья, Кот, Терон и я. — Озаран бывает скрытен, это так, — начала рассуждать вслух Нирма. — Но он не похож на шпиона. Сенья и Кот ненавидят «Стаю» и не стали бы с ней работать. Терон… Нет. Он привёл их как инвесторов, но сотрудничать с лордом ситхов — это другое. Он едва справлялся с собой на Явине-IV. Не смог бы. А ты слишком рациональна, чтобы тратить время и ресурсы на поимку крота, являясь им самим. — Но факт остаётся фактом. Нокс знает об Императоре. — Информация могла просочиться другим путём. Или явиться видением. — Могла, но… — Лана обессиленно вздохнула. — Я не знаю, Нири. Всё слишком запутанно и кажется менее важным, чем другие цели перед нами. Рано говорить, что даст нам этот союз. Просто будь осторожна. Поспрашивай Терона и Кота, они тебе доверяют. А я попробую разговорить Гнева. — Уверена, что эта хорошая идея? — Нет, но другой у меня нет.       Приватная обстановка недолго оставалась таковой. Вслед за Озараном из ангаров в зал вбежал взъерошенный Терон. Новости, судя по его лицу, были не совсем хорошими. — Командующая… Арик и Калийо вернулись.

***

      Прижать лорда ситхов — сложная задача. Озаран был достаточно умён, чтобы не поддаваться на различные тактики ведения допроса, а пытать его не позволяла ситуация. Все данные об активности Озарана как агента были чистыми, как слёзы младенца. И если бы Лана знала, что целую неделю будет проверять и расспрашивать его любовников… Но ничего подозрительного. Никаких связей со «Стаей» или ситхами. Никакой странной сетевой активности или не внесённых в расписание визитов за пределы Одессена. Или он невероятно шифровался, или не был причастен. Но в этом Лана сомневалась.       Лучшая возможность — застать в неподходящий момент. Можно сказать, на месте преступления. А зачем ещё было Озарану занимать приватную линию командующей?       Похоже, лорд Гнев решил устроить обеим день сюрпризов. Потому что компьютерный терминал был выключен, в помещениях царил полумрак, а основной свет исходил из ванной комнаты с открытой дверью, за которую Лана опрометчиво заглянула. — Тебя что, на разведку отправили?       Сила, он ей этого никогда не забудет.       В огромной треугольной ванне бурлили пузырьки. Пахло душистым мылом. А Озаран расслабленно лежал в воде, разложив по бортам крепкие, увитые сухими мышцами руки. Лана, как ни старалась, не смогла не проследить за рисунком грудных наростов, уходящих в розоватую пену. Почему-то она думала, что Озаран внушительнее физически, но он больше напоминал варактила с гибким, изящным телом. — А Тао знает? — спросила Бенико, не выдержав озорного вопросительного взгляда. — Нет, это было условие уговора. Я привожу ей мандалорцев, а она не спрашивает, что я буду делать весь вечер в её комнате. Последние сутки я только и думал, как смою всё масло и пот где-нибудь не в волновом освежителе. Я это заслужил. — Летописи запомнят союз Альянса и Мандалора как самый героический поступок, который был сделан ради ванны.       Он склонил голову, зарылся пальцами в мокрые угольные пряди. Намеренно. — Может, хотя бы отвернёшься?       Лана отступила за дверь и с облегчением прижалась к холодной переборке. Не то чтобы она не видела обнажённых мужчин, просто всегда была к этому готова. — Не думала, что ты способен стесняться. — Я — нет, но ты такая красная, что скоро лопнешь от перенапряжения.       Она пренебрежительно фыркнула, на всякий случай приложив пальцы к щеке. Кожа не была такой уж горячей, как он старался её убедить. — Я с ней кстати не спал, — поведал Озаран, продолжая разговор через дверной проём. — Даже не пытался. Она мне как сестра. Вредная, взбалмошная младшая сестра. — Я не спрашивала. — Но тебе было интересно. — Мне было интересно, почему рабыня относится к тебе с таким восторгом, — оправдалась Лана. — И то, что ты не спал с ней, добавляет загадочности. — Думаешь, я способен расположить только своим телом? — Думаю, у тебя прекрасное тело. И ты пользуешься им при любой возможности.       Она едва не добавила, что после учёта и допроса всех его недавних контактов искренне удивляется, как он успевает находить столько времени, сил и желающих. — Лана, — с шутливым укором протянул чистокровный. — Мне кажется, что ты слишком часто стала думать о моём теле. Оно тебе нравится? — В моём возрасте от мужчины хочется большего, чем одной красоты.       Бульканье пузырьков стихло, сменившись звонким плеском. Воображение насильно подбросило картину, как по предмету обсуждения стекают ручьи воды, обводя каждый мускул. Следом — шорох ткани. Мокрые отпечатки ног на декоративных напольных плитах. — Так ты полюбоваться пришла или по делу?       Она не ожидала, что Озаран с такой скоростью возникнет в комнате, но вовремя успела выставить ладонь, не давая ему подойти ближе, чем было уместно. Задела бугристые, распаренные горячей водой грудные выступы.       Лана сразу же убрала руку, едва убедилась, что ситх остановился. — По делу. И я предпочла бы, чтобы на тебе была одежда, а не полотенце. — Ну… мы не всегда получаем, что хотим, могу я сказать.       Озаран определённо знал, как заставить кого-то почувствовать себя уже отравленной, но ещё верящей в шанс на освобождение жертвой паука. Никаких сладких слов или обманчивых обещаний. Лишь откровенная звериная привлекательность буквально на расстоянии вытянутой руки. Такая бы не впечатлила разве что мертвеца.       Лана им не была. Его улыбка отзывалась сладким тянущим возбуждением. Пронизанный тёмной стороной взгляд усмирял волю. Пожалуй, это был самый паршиво проведённый допрос в её жизни, потому что она не только собиралась поверить во что угодно, но и с готовностью окуналась в эту опасную соблазнительную сказку. Однако мысли о возможном предательстве были сильнее естественного влечения.       Она подалась вперёд, уничтожая ту дистанцию, которую сама задала. — Скажи, Озаран, — лицевые отростки вздрогнули под её деликатным прикосновением, а мышцы торса напряглись. Чувствительная зона. Правда, Лана помнила об этом из справочников по методам дознания. — Зачем тебе сливать данные «Стае»?       Чистокровный, не отрывая от неё очарованного взгляда, издал недоумённый смешок. — Я? С какой стати? — Среди них есть ситхи. Твои бывшие союзники. И я не знаю, какую партию ты ведёшь, Озаран. Сколько от меня скрываешь.       Тема его заметно расстроила, но не напугала, не поставила в тупик и не прижала резкостью своего возникновения. — Всё, что я от тебя скрываю, находится под этим полотенцем. Больше ничего.       Лана с раздражённым стоном вернулась к мягкой зоне. Не хотелось этого признавать, но Озаран мало подходил на роль информатора. Поведение говорило о нём, как о лояльной и грубой силе, не интригане.       Что, однако, делало остальные варианты ещё хуже. — Я бы тебе сдался с потрохами, будь хоть в чём-то виновен, — Озаран скрестил на груди руки и прислонился к стене, оставив увлекательную игру. — Но я не идиот, чтобы рассказывать этим громилам о Валкорионе. К тому же, им нечем меня заманить. — Ты мог сболтнуть кому-нибудь или… — Я?!       Внимание Ланы на рефлексах полностью обратилось к нему. Прозвучало не оскорблённо. Грозно. Опасно. — Извини, Озаран, — смягчила она предположение. — Мне не по себе от этой ситуации, вот и всё. — Больше такого не говори. А теперь, если позволишь, я продолжу наслаждаться одобренным командующей отдыхом. В одиночестве.       Страшно было подумать, но он по-настоящему выглядел обиженным. Несколько мгновений Лана ожидала, что сердитое выражение сменится его привычным весельем, но оно не исчезало.       Бенико оставила ситха, коротко попрощавшись. В душе поселилось неприятное чувство досады от потерянного расположения. Это могло быть хитростью, манипуляцией, призванной отвлечь её от опасной темы. Лучше бы было. Благосклонность и интерес Гнева давно стали чем-то обыденным, на чём никогда не сосредотачиваешься. Отсутствие же ощущалось неожиданно отвратительно.       Пожалуй, действительно самый паршиво проведённый допрос в её жизни.       И Лана терпеть не могла, когда заданные вопросы порождали ещё больше вопросов.

***

      Он нёсся по снежной пустыне, не слыша ничего за шумом ветра. Лэндспидер закладывал крутые виражи, взметая собой белые бури. Проживание на цивилизованных планетах имело свои минусы: например, приходилось соблюдать скоростной режим, правила дорожного и воздушного движения… Будто дорвавшийся до свободы подросток, Шан выжимал из транспорта всё, стремясь погрузиться в бездумный адреналиновый мир без ограничений. Синхронизированный с имплантом визор не успевал сканировать местность и строить безопасный маршрут — агент полностью полагался на удачу и интуицию.       Но любое удовольствие рано или поздно заканчивается. На горизонте появился чёрный купол базы, и скорость пришлось убавить, чтобы не добраться до неё слишком быстро.       Прежде чем спешиться, Терон оглянулся и просканировал местность. Замаскированные наблюдательные пункты светились блёкло-зелёным, но преследователей не обнаружилось.       Убрав шлем с визором в багажный кофр, Терон отправился к шлюзу.       Его встретил наёмник-родианец и молча повёл по коридорам базы. На посту безопасности парочка людей-телохранителей обыскала гостя, отобрала бластеры и нож. Терона это по-мрачному смешило — словно он что-то мог сделать такому визави ножом в замкнутом пространстве. За очередным энергетическим полем сильнее разыгралась мигрень; нейроимпланты чувствительно реагировали на глушители сигналов и, даже переведённые в режим минимального воздействия, причиняли тупую боль.       Как последняя вредина, Шан раздражался от всего, отказываясь признавать, что главная проблема — это он сам. Снова пытается быть нормальным, достойным членом общества, а жизнь вынуждает становиться лживым мерзавцем, чтобы кому-то другому не приходилось пачкаться.       Чтобы кто-то другой мог победить.       Он молча бросил на стол датапад и опустился в кресло для отдыха, проигнорировав наличие свободного стула. Дверь закрылась. Терон проследил, как бледные красивые пальцы женщины легли на кнопку блокировки. Ещё неизвестно, кто из них двоих был большим параноиком. — Ах, Терон. Моя любимая птичка, — наконец поприветствовали его с ядом. — Ах, Тёмный лорд, — передразнил он. — Всё такая же зловещая.       Дарт Нокс усиленно делала вид, что не является повелителем ситхов. Сменила мантию на шёлковые блузы и сложно скроенные пиджаки, а рыжий каскад — на строгую, как по шаблону косметического дроида, стрижку; стёрла жуткий жёлтый огонь из взгляда и пряталась за снисходительной улыбкой высокопоставленного агента. Но от Шана не укрывалась тёмная властная сила. Такая же, как у Мекхис, Каррид, Аркуса и многих других ситхов, к чьим смертям он так или иначе приложил руку. Каждую встречу он невольно оценивал свои шансы, но потом с тихим вздохом признавал, что сотрудничество имеет больше выгоды, чем вражда на уровне инстинктов.       В комнате было жарко. Терону за минуту стало душно. — Так она на самом деле встречалась с Сатель Шан? — спросила Нокс, включив пад. Глаза забегали по строчкам неформального отчёта. — Да, — звук собственного голоса показался ему противным. — По крайней мере, считает, что встречалась. С тем же успехом могла приложиться головой об какую-нибудь корягу. Всяко правдоподобнее.       Скептический взгляд ситха заставил Терона добавить: — Нирма не лжёт тебе. Не умеет. А ты ей?       Его нутро сжималось от тоскливой тревоги, когда Нири с воодушевлением рассказывала о путешествии на Дромунд-Тин. Её надежды на избавление от Валкориона цеплялись за ниточку в виде опального ситха-специалиста по призракам, и, если всё оказалось очередной ложью… Нет, это бы не разбило ей сердце. Это бы разрушило её. — Единственный, кто обманывает командующую, — это ты, Терон.       Он поморщился от ощущаемого физически удара под дых. — Я же абсолютно искренна в своих намерениях, — продолжила Нокс, наслаждаясь его подавленной злостью и стыдом. — У нас один враг. — Но не пострадает ли она при этом? — Я не знаю.       Для Дарт Нокс мастер-джедай Тао была очередной пешкой в сложной галактической игре. Ситх помогала, пока было выгодно, она поддерживала, пока это служило её целям. Но она и глазом не моргнёт, когда придётся пустить эту пешку в расход.       «Я не знаю, и мне, в общем-то, всё равно».       Для Терона Нири была куском души. Причиной, почему он каждый день шёл на службу, когда галактика разваливалась, и почему в принудительном отпуске он продолжал бросать все силы, чтобы обнаружить её след, так и не поверив в заявления о гибели. В галактике больше не осталось людей, к которым Шан был готов повернуться спиной. И…       И она по-настоящему была ему дорога. Нужна. Терон терпеливо растапливал ледяную стену её учения и радовался, когда это получалось. Терапевтический дроид из штаба СИС наверняка снова бы задвинул ему длинную речь про детскую травму отвержения и эмоционально недоступное окружение, но плевать он хотел на причины. Рядом с ней Терон впервые за долгие годы чувствовал себя счастливым.       Будь ситху такое знакомо, она не вела бы себя, как последняя стерва, вынуждая передавать сведения об Альянсе. — Мне всё интересно, — Терон растянулся в кресле, закинув ногу на ногу. Расслабленная поза с усилием оставалась таковой. — Как высоко ты в их иерархии?       Нокс хмыкнула, удивлённая вопросом. — Достаточно, чтобы Дрозд меня слушал. Почему тебя это волнует? — Да так. Приятно знать, что тебя завтра не выкинут на улицу и все мои усилия не пойдут прахом. — Мои отношения со «Стаей» тебя волновать не должны. — И всё-таки?..       Она отложила датапад и откинулась на спинку кресла, задавая менее официальный тон разговору. — На чём, по-твоему, строятся восстания? — Я бы ответил, что на надежде, но вряд ли в ваших словарях есть такое слово.       Изгиб тонких бесцветных губ превратился в прямую, пронизанную недовольством линию. — На охренительно огромной куче кредитов, Шан. Всё стоит денег: корабли, топливо, наёмники. Каждый винтик на вашей чудесной базе оплачен кредитами «Стаи». Брэдхам до меня был никем. Изгоем, мелким бандитом. У меня ушло прилично времени, чтобы Дрозда стали бояться в десятках систем, а кредитов лилось больше, чем он со своим убогим воображением может потратить. Брэдхам знает, на ком всё держится. А для меня он — ещё один инструмент, с помощью которого я дала жизнь Альянсу. Такой же, как и ты… —…которому ты подбросила селкатский коммуникатор под дверь квартиры.       Она улыбнулась его сообразительности. — Риши и Явин доказали, что ты и Бенико — отличная команда, которая способна работать под давлением и с минимумом ресурсов. Без вас явинская коалиция осталась бы несбыточной идеалистической мечтой. Признаюсь, смотреть, как ты с твоими талантами неприкаянно бродишь по галактике в поисках пропавшей подружки, а Лана спускает кредиты, напиваясь в хаттских дворцах, было по-своему тошно. — А что, головызовы уже не в моде? — А ты бы ответил? — Кто знает.       Во въедливом охряном взгляде появились искры веселья. — Что бы ты ценил больше: службу повязанному с преступным синдикатом ситху или дело, которое ты создал с нуля своими трудолюбивыми ручками?       Шан с долей неприязни вспомнил рвение, с каким они с Ланой ухватились за шанс вернуть галактике свободу. Разрабатывали ночами планы, искали союзников, продумывали дальнейшие ходы. Строили этот Альянс, как жемчужину вокруг песчинки, настолько увлечённые, что не замечали нахождения в аквариуме.       Он из кожи вон лез, стараясь убедить Дрозда вложиться в сомнительное восстание, а эта… посмеивалась из тёмного угла над обоими, заставляя верить, что они что-то решают. — Вот поэтому ситхов все и ненавидят. — Да? А я думала, что всё дело в нашей общественной системе.       Терон продолжал молча полулежать в кресле, переваривая новую информацию. Вопрос про иерархию теперь казался незначительным, примерно как уточнить, остались ли мятные хлопья на завтрак, когда корабль терпит крушение и несётся горящим неуправляемым шаром через все слои атмосферы. — Теперь ты, наверное, хочешь спросить, что мною движет помимо мегаломании? — Эй, нехорошо говорить чьи-то шутки вперёд него!       От неё исходило странное впечатление. С самого первого дня, когда связной Дрозда объявил, что у финансирования Альянса появилось… условие. В тот момент они плотно сидели на крючке, уже чувствовали вкус грядущих возможностей, но недостаточно твёрдо стояли на ногах, чтобы отказаться от союза. Плата оказалась невелика для Альянса в целом, но тяжела для Терона — снова докладывать о внутренних делах и не кому-нибудь, а бывшему Тёмному лорду ситхов. Снова обманывать тех, чьё доверие он хотел оправдывать.       Будь на её месте кто-нибудь другой, Терон бы нашёл способ уклониться от выдачи информации. Однако сухие расчёты говорили в пользу союза. Всё, что было на Дарт Нокс у СИС, он изучил. Его мало интересовали политические дела, в которых Нокс принимала активное участие и, видимо, из-за них же оказалась в полной заднице. Больше — сведения об орденской деятельности. Жуткие слухи о том, что она связывает и подчиняет призраков Силы, просочились даже за пределы Империи.       Пусть думает, что он вынужден сотрудничать, делает это через силу. Так появится время извлечь максимум выгоды из договорённостей и подумать, как наименее болезненно от них избавиться потом. Терон понимал, что ведёт опасную игру. Почти был уверен и в том, что Нокс послала наёмников разрушить базу в «Убежище», наказав так за то, что Шан умолчал о миссии по спасению Тао из закуульского плена. Пришлось говорить ей больше правды. Рассказать об Императоре.       Надеяться, что она может помочь. — Сила предопределила мне путь, Терон. Не без усилий с моей стороны, но она подняла меня до вершины. Она подарила мне власть, почитание, союзников, любовь. И с той же лёгкостью отобрала всё, загнав в тень. Я знаю её волю. Она желает, чтобы я до конца доиграла свою тихую, незаметную роль в уничтожении Вишейта и исчезла со сцены.       Она открыла ящик стола и извлекла световой меч. Положила между ними так, словно он объяснял всё. В оружии присутствовала ситхская элегантность и дорогой, похожий на электрум металл, но большинство деталей, включая оплётку из кожи, сделанную под куда более крупную руку, чем были у Нокс, выглядели джедайскими. — И знаешь, что? — мрачно рассмеялась Нокс. — Мне плевать на то, чего она от меня хочет. Когда-то я пообещала, что перестрою, переверну всю галактику, если понадобится, но не позволю ни одному врагу упиваться победой. Так Дрозд из наёмного громилы превратился в криминального лидера. Так появился Альянс. Я освобожу Империю и вашу Республику, желает галактика этого или нет. Не успокоюсь, пока Вишейт не обратится в прах. Сколькими ещё жизнями придётся пожертвовать? Мне всё равно. Своей? Пусть. Мне не нужны ни титулы, ни благодарность, ни доверие. Всё, что было для меня ценно, давно утрачено.       Пламя меча вобрало в себя весь свет комнаты. Ярко-зелёное, как молодая листва. — Но я всегда выполняю обещанное, Терон Шан. Это тебе лучше запомнить.