19. Иллюзия

— Тезани. Просыпайся. Давай, скорее.       Она протестующе замычала, выдернутая из дрёмы, но тело по инерции отреагировало на знакомый голос и подчинилось. — Что-то случилось, мастер? — Тебе надо вернуться.       В полумраке десантного отсека шаттла нервно расхаживал Дарт Фэнтом. Повинуясь старой привычке, он растирал пальцы, покрытые ритуальными шрамами. Мастер тоже не любил «Вэйзу» — всегда говорил, что от искусственного кислорода у него немеют руки и вести записи становится сложнее. — Что-то пошло не так, — бормотал он полушёпотом, который Тезани едва разбирала. — Императрица обманула меня, сказала, всё будет, как в прошлый раз… Но всё пошло не так. С этим ситхом что-то не так.       Уже начавшая обдумывать возвращение, Тезани вдруг вспомнила, что между ней и управлением шаттлом есть неустранимое препятствие. — Но там… — Убей его, — Фэнтом неожиданно метнулся к ученице и схватил её за руку. Мокрые свалявшиеся пряди выпали из-под тёмного капюшона. — У тебя ведь есть ключ. Ты ведь подслушивала. Я знаю, что подслушивала, наглая, мерзкая дрянь…       Она инстинктивно вывернулась из его хватки. Когтистые пальцы оставили на коже длинные царапины. Ситх зашипел от злости и занёс ладонь для удара. — Убей. Я приказываю! — Я не смогу! — Сделай это, даже если сдохнешь сама!       Тезани отшатнулась, стараясь найти укрытие от гнева мастера. Казалось, что Фэнтом разросся до одной гигантской тени, поглощающей всё вокруг.       Она прижалась спиной к холодной переборке, но бежать в тесном отсеке было некуда. Фэнтом приближался медленно, смакуя её страх. Дыхание мастера было хриплым, прерывистым, будто его лёгкие сожжены. — Ты ведь такая сильная, сообразительная девочка, Тезани, — он склонился над ней и перешёл на неожиданно ласковый тон. — Ты моя любимая ученица. Сделай то, что я сказал. Сделай с ним то, что он сделал со мной. — Мастер…       Она с трудом заставила себя поднять взгляд на Фэнтома.       Его лицо было одной чудовищной незажившей раной, и из неё глядели пустые, сочащиеся кровью глазницы.       Тезани закричала.

***

      Она едва не свалилась с узкого ряда сидений. Рука запуталась в ремнях, причинив острую, отрезвляющую боль. Гул и скрежет шаттла на миг заставили потеряться в пространстве.       Сон. Просто сон. Дурацкий сон, потому что Тезани переутомилась, перенервничала и нуждалась в продолжительном отдыхе, а не отключке на десять минут.       Ученица с опаской глянула на руку.       То, что привиделось хваткой Фэнтома, было всего лишь рваной раной — на станции её осыпало осколками контейнера. Кожа горела, словно залитая расплавленным железом.       Тезани, собравшись с силами, подползла к закреплённому на переборке медкомплекту. Спустя несколько попыток, так и не сумев снять его с кронштейна, она негнущимися пальцами разблокировала замок.       Скудное содержимое посыпалось на пол. Ампулы с кольто разбились при падении, и зелёные лужицы издевательски потекли в напольные решётки. Туба с порошком-антисептиком закатилась под сиденья. Под ногами остался только пакет с перевязочным материалом и набор экстренной реанимации. Тезани со злым, отчаянным смешком приложила ладонь к выпрыгивающему из груди сердцу, думая, что последний ей, похоже, скоро понадобится.       Ещё недавно воодушевлённая планом побега, теперь она мечтала вернуться на «Вэйзу» и забыть весь этот кошмар.       «Вэйзу» больше нет.       Мастера больше нет.       Всё пошло не так. Всё, что могло. С таким трудом отбитый шаттл оказался десантным транспортом без гипердвигателя. Но хуже всего, что в бортовом компьютере не оказалось координат отправления. Вообще никаких. Вариантов осталось два: наугад садиться на поверхность планеты или дрейфовать, пока их не выследят.       Тезани не знала, что Пятый выбрал. И боялась спрашивать.       Она посмотрела на разделявшую их с Пятым дверь. Укреплённая створа между кабиной пилота и единственным отсеком казалась бумажной. Тёмная энергия ситха проникала сквозь неё, заставляя сердце сжиматься от страха. На «Вэйзу» это ощущалось не так сильно, но в ограниченном пространстве Тезани чувствовала себя запертой в клетке со смертоносным хищником. И это был вопрос времени, когда ситх вспомнит о её существовании.       Может, он всё-таки отпустит её?       Вряд ли.       А убить его первой пока не получится.       Тезани еле дышала от усталости и с недовольством признавала, что сейчас является неважным противником. Слишком много сил потратила, отбиваясь от нападавших со всех сторон солдат.       Ей уже приходилось убивать, но не в таких количествах. Когда Тезани увидела хлынувшую из шаттла толпу, то едва подавила желание сбежать. Но следом её охватила ярость. На той грани, когда бояться уже нечего — ты умрёшь в любом случае, но можешь забрать как можно больше виновников с собой. Это было… хорошо. Она помнила только кровавый туман и больше ничего.       Это и было хорошо.       Теперь было плохо. Её будто отпустило после бантовой дозы спайса, и состояние лишало желания жить. Тело чувствовалось беспомощным, измождённым. Зачем она вообще это затеяла? Тезани следовало предположить, что ситх промыл ей мозги, но у него бы не получилось. Система безопасности смогла бы сдержать и Императора.       Тезани села на пол, зубами вытянула дешёвый синтетический бинт. К таким она привыкла на Коррибане, но на «Вэйзу» оснащение было получше.       Пожалуй, от роскоши следовало начать отвыкать.       «Как будто ты проживёшь достаточно долго, чтобы отвыкнуть».       Пальцы до сих пор сводило судорогой. Не то чтобы ей никогда не доставались молнии Силы, но эта совсем не ощущалась воспитательной.       «Ещё раз скажешь «Прототип Пять» — и останешься без языка. Для тебя только «повелитель».       Именно то, чего ей не хватало после изнурительного боя.       Снова вспомнив кошмарный сон, Тезани попыталась обнаружить присутствие мастера, но нащупала лишь тёмное пятно. Фэнтом однозначно был мёртв. Как он раньше справлялся? Неужели не успел использовать на Пятом ни один свой ключ?       Тезани резко вздрогнула, когда в шаттл с оглушительным грохотом будто врезалось нечто огромное. А потом ещё раз. И ещё.       Она бросилась к узкой полоске иллюминатора. Снаружи поднималось малиновое зарево плазмы. Значит, ситх решил попытать счастья на поверхности. Шаттл трясло так, что Тезани была уверена: транспорт развалится, так и не добравшись до земли.       Переборов нежелание и страх, Тезани открыла дверь в кабину. — Куда мы направляемся?       Пятый не ответил. Он уверенно держал контроллер, ведя неповоротливую грузную коробку по ровной траектории. И выглядел так невозмутимо, словно упражнялся на учебном симуляторе. — Кого бы Фэнтом отправил в погоню? — спросил ситх, когда Тезани уже решила, что, видимо, недостойна его внимания.       Она задумалась на мгновение. — Старших учеников. Это плохо. — Почему?       Перед глазами возникли мерзкие образы лордов Валло и Фаеры. Живот скрутило до тошноты. Ненормальные твари. Первые месяцы обучения состояли целиком из издевательств Фаеры и сальных комментариев Валло. Мастер запретил им и пальцем трогать новую ученицу, но от слов это не спасало. Теперь же им ничего не мешало воплотить все угрозы в жизнь. — Потому что… они, как и мастер, могущественны и владеют редкими техниками контроля разума. Если они обратят нас друг против друга, я не уверена, что сможем им сопротивляться.       Она затаила дыхание, прислушиваясь, поверил ли Пятый в полуправду.       Тишина была хуже любого ответа.

***

      Гадать, где они находятся, Марр перестал почти сразу.       Принадлежавшая Дарт Мекхис система Весла была давно уничтожена, и основная база Пирамиды Технологии переместилась в Тобали. Но «Вэйзу» могла быть спрятана в сотне других систем. Единственное, о чём можно было сказать с уверенностью, — кроме неё рядом был либо корабль, либо другая станция, орбитальная или наземная. Подкрепление прибыло сравнительно быстро, значит, расстояние невелико.       С высоты поверхность выглядела как ровное жёлто-серое море, разрезанное цепью исполинских каньонов. Никаких следов пребывания. Асина явно запрятала «Вэйзу» в самые глубины Неизведанных регионов, чтобы ни триумф, ни неудача не стали общественным достоянием. Она была готова уничтожить станцию, но не дать кому-либо её покинуть.       Приземление получилось жёстким, однако другого ожидать от типового «Кинжала» и не стоило. Среди пилотов часто ходили шутки, что ему достаточно каркаса и двигателей — всё равно транспорт одноразовый и на обратный путь не рассчитан. Ограниченная видимость, малый радиус сенсоров… «Кинжал» запустили в серию после войны, потому что дефицит материалов вынудил создать максимально дешёвую и практичную машину. Кажется, прошло два года с Соглашения… Или три?       Отвлечённые мысли постепенно возвращали привычное ощущение мира.       Снаружи ударил сухой пустынный воздух. Марр оставил шаттл на дне каньона, не на виду, но и не особо пряча. Всё же их должны обнаружить. Если девчонка не ошиблась, то с двумя учениками он справится. Лишь бы у них был приличный корабль.       Ученица Фэнтома вышла следом, держась за раму шлюза. Мертвенно-бледная, с безучастным взглядом. Похоже, эта Тезани сама не до конца понимала, какой силой обладает. Фэнтом в угоду своим амбициям совершил преступление перед Орденом, заперев её в лаборатории. — Ну и виды, — хмыкнула она, оглядывая простор. — Полгода на станции приелись, но не до такой степени. Что дальше, повелитель?       Она пошла за Марром, тяжело переставляя ноги по горячему песку. Упрямства и неуместного любопытства у Тезани хватало с избытком.       Скалы изобиловали расщелинами. Даже с повреждённой связью с Силой Марр ощущал жизнь, скрытую под мёртвой коркой планеты. Мир напоминал Коррибан, но Марр не испытал никаких эмоций. У него не было особенной привязанности и, следовательно, тоски по нему. Энергия родины ситхов впечатляла, и он, как все Тёмные лорды, владел немалой частью Академии. Но не было ничего, что…       Резкая боль в затылке заставила остановиться. Словно в основание черепа вогнали ядовитый шип, и рука сама потянулась к месту. Неровная металлическая пластина обожгла пальцы. — Имплант-рестриктор, — Тезани, судя по голосу, была рада возможности отдышаться. — Он ограничивает использование Силы. Ну, должен… — Он сломан.       Девушка промолчала. Он бы тоже не поверил, что такое возможно.       Долго идти не пришлось. Куда ни глянь — по камням тянулись иссыхающие на солнце зеленоватые пятна. А за скалами открывалась изнанка планеты: пещеры, сплошь покрытые разноцветной люминесцентной плесенью.       В большом гроте нашлась вода и относительно ровная площадка. Малый повод для радости. Марр не питал иллюзий насчёт укрытия. То, что их найдут, было неизбежно, но несколько часов передышки играли ему на руку.       Но странное чувство, будто его пустили по искусственному лабиринту, который всё равно выведет в ту же точку, не пропадало.       Голова всё ещё ощущалась зажатой в тиски. Марр плеснул в лицо тёплой водой из источника, вымывшего в камне неглубокий жёлоб. Раны защипало так обыденно, по-человечески, что было почти приятно. Давно ему не доставалось по-настоящему сильных ударов.       Он опустился на голый камень, сложил руки на коленях. Тело отозвалось мстительной болью в каждой клетке. Марр не стал отгораживаться от неё — наоборот, впитал, как делал всегда. Сила подчинилась легко. После стольких лет ежедневной практики это не требовало усилий.       Но когда он как обычно закрыл глаза, его сознание моментально провалилось в непроглядную тьму.       Вместо терпкого пещерного воздуха в лёгкие хлынул ядовитый дым. Знакомая удавка вновь стянула горло. Марр закашлялся, стараясь разглядеть сквозь мутную пелену очертания пещеры. Они исчезали. Неужели… снова ловушка?       Или он так и не выбрался из предыдущей? — Повелитель?..       Голос девушки едва был слышен на фоне заложившего уши рокота. На краю зрения мелькнула её расплывчатая фигура с мерцающими в полумраке глазами.       А затем тоже исчезла.       И появилась реальность.       На её месте стоял Дарт Фэнтом. Чистокровный ситх смотрел сверху вниз сквозь жёлтую преграду силового поля.       Как Марр ни старался прогнать его образ, ситх продолжал оставаться на месте. Замшелые каменные своды таяли под натиском отчётливых серо-стальных стен.       Фэнтом улыбнулся, и его лицевые отростки дёрнулись от удовольствия. — Неужели ты правда верил, что сможешь сбежать? Ты мой, Прототип Пять. До самого конца.       Его сапоги звонко стукнули по дюракритовому перекрытию, заглушив всё остальное. Чистокровный, сделав шаг, протянул руку и тут же опустил, словно передумал тратить Силу на того, кто и так побеждён. — Какая жалкая иллюзия — надеяться, что кто-то здесь рискнёт ради тебя жизнью. Почти так же жалко, как представить, что неопытная ученица сумеет тебя вытащить. А может, её и вовсе не существует?       Сомнения ударили сильнее, чем он мог представить. Последние часы в памяти расплывались, превращаясь в мираж.       Разум метался между двумя реальностями, не в силах выбрать. Самым настоящим оставалось лишь пугающее опустошение внутри — будто в нём никогда не было ни капли Силы. — Прими свою слабость, — с ледяной улыбкой добавил Фэнтом. — Ты ничего не получишь обратно, пока не выучишь своё место.       Марр дёрнулся, пытаясь встать, — тело не послушалось. Оно полностью подчинялось чужой воле.       Так не должно быть.       Гнев снова накатывал тяжёлой, неотступной волной. Контроль не возвращался, а уступал Силе, неуправляемой Тёмной Ярости. И в этом было странное, злорадное облегчение: Фэнтому не удалось полностью укротить то, что и самому Марру всегда подчинялось с трудом.       И это чувство было одновременно проклятием и освобождением. — Да чтоб вас!       Весь фокус так же резко сместился на грубое прикосновение к плечу.       Марр слепо отмахнулся, лишь бы мир прекратил разваливаться на две части. Эхом донёсся глухой удар и шум осыпающихся камней.       Силуэт Фэнтома дрогнул от слишком реального звука.       Стоило лишь ещё немного надавить на иллюзию, и её раскололи чёрные трещины. Стены отступили. Лаборатория исчезла, вытесненная полутёмной, полной сияющих разноцветных точек пещерой. Марр наконец вдохнул свободно. Воздух был полным влажной подземной затхлости.       Он медленно разжал пальцы, осознавая, что оттолкнул кого-то по-настоящему. Ученицу.       Гнев схлынул, оставив после себя знакомый холод и слабость — будто тело несколько минут работало на запредельной мощности, а теперь заряд упал до нуля.       Марр поднялся, превозмогая сопротивление каждой мышцы. Агрессия по отношению к девчонке уже казалась ненужной, но и ей следовало быть готовой. Смягчить падение Силой должен уметь даже ребёнок.       Он сделал всего шаг в темноту, и её тут же развеял свет красного лезвия. Тезани всё ещё лежала на земле, но опиралась так, чтобы быстро отреагировать на атаку.       Марр ответил только замечанием. — Опасно прикасаться к повелителю ситхов без дозволения. — Можно подумать, оно мне когда-нибудь понадобится, — огрызнулась она.       Тезани осторожно встала, не отводя от него взгляда. Меч продолжал гореть, опаляя всё вокруг алым. — Если не собираешься вступать в бой, то не доставай оружия. — С чего вы взяли, что я не собираюсь?       Марр скользнул взглядом по неровному пламени меча. — Потому что твой страх сильнее всего остального.       Она фыркнула, увеличив расстояние ещё на шаг. — Сами-то себя не боитесь?       Её вопрос остался без ответа. Вместо него Марр задал свой, тяжёлый от интуитивных подозрений. — Сколько времени ты сама провела на станции?       Открыв было рот, чтобы выпалить ответ, ученица застыла, растерявшись. Её защитная стойка превратилась в несуразную попытку закрыть себя оружием. Губы напряглись, задрожали, и кровавая дорожка сильнее потекла по разбитому виску.       Не сказав ни слова, она развернулась и быстро ушла в сторону выхода.

***

      Всю оставшуюся часть дня Тезани была твёрдо уверена, что ни под каким предлогом не вернётся в укрытие. Она ненавидела своё положение, ненавидела Прототипа Пять — невыносимого, жестокого мерзавца. Но с наступлением ночи стало холодно. Тонкая мантия не спасала. Тезани пыталась согреться медитацией в безветренной расщелине, но от волнения никак не могла сосредоточиться.       Вскоре она продрогла до костей. Пришлось сдаться.       Ситх сидел на прежнем месте, сложив руки на коленях, и не обратил на её появление никакого внимания. От него исходила тёмная, колючая аура; по неровному, поверхностному дыханию Тезани определила, что если он и погружён в Силу, то неглубоко.       Опасно. Тезани не знала, стоит ли говорить, но лучше бы Пятому вообще пока ею не пользоваться.       Оставалось потерпеть его совсем немного. Скоро они выберутся, и Тезани пойдёт своей дорогой при первых признаках цивилизации. «Вот только куда?»       В пещере было заметно теплее, чем на поверхности. Горячие подземные воды окутали Тезани согревающим облаком. Она остро ощутила на себе всю грязь и кровь, скопившеюся за последние сутки, и подумала, как было бы здорово окунуться в источник целиком. Но здесь был лишь тонкий ручей, едва годный для умывания.       Воздух стал тяжелее, когда она подошла ближе. Между ними всё ещё были целые метры, но Тезани словно стояла вплотную к костру. Пятый мог убить её в любой момент, однако Тезани пришла к выводу, что не стал днём — не станет и сейчас.       Она устроилась у воды, подтянув колени к груди. Говорить не хотелось — слишком устала. Заснуть тоже не получалось, поэтому она просто смотрела на ситха, пока он не потребовал прекратить. «А ведь, если честно, вы мне всегда нравились, Прототип Пять. До сегодняшнего дня».       Раньше она видела его лишь мельком перед очередным ритуалом. Когда ситха вводили в зал, все вокруг становились декорациями. Выше любого на полторы головы, массивный, он источал безмолвную, подавляющую мощь. Тезани поспешно закрывала глаза, боясь, что этот пустой, мёртвый взгляд вдруг обретёт фокус — и тогда зал превратится в бойню. Но тянуло смотреть. Как на смертельно ядовитую тварь или на бездонную пропасть.       Даже Фэнтом не знал, кто он на самом деле, но чувствовал, что могущество Пятого превосходит его собственное многократно. Для мастера этот проект был как покорение природной стихии учёным. Разве не истинная сила — заставить сильного служить тому, кто слабее?       И всё же один мёртв, а второй всё ещё здесь.       Меч Фэнтома лежал на земле рядом с ним, как доказательство. Тезани вдруг вспомнила, как в кровавом мареве видела тяжёлые, точные удары сложной формы Джуйо.       Воин. Она всегда хотела быть воином. Носить грозный доспех, непроницаемую маску. Чтобы в каждом шаге читалась военная выправка и достоинство. Но оказалась слишком слабой. На тренировках не блистала, спарринги едва выдерживала. Адоринис дважды ломала ей нос и один раз — запястье.       Если бы не Дарт Фэнтом, приметивший её на последнем курсе, то Тезани вообще бы не покинула стены Академии. Она выполнила несколько замысловатых библиотечных заданий для него, и с тех пор стала пользоваться покровительством лорда. Тезани прилежно изучала алхимию и тёмные техники, хоть и не проявляла особого интереса. Мама всегда говорила, что через труд можно достичь всего. Не говорила только, что всё будет так невыносимо скучно.       А потом её просто заперли на «Вэйзу» и заставили участвовать в дурацких ритуалах.       Тезани до сих пор было обидно до слёз, что все усилия оказались напрасными. Несмотря на чёртов труд, ей навсегда отвели роль молчаливого прислужника. Собирались использовать, а затем выбросить вместе с мусором, чтобы освободить место для следующего слуги.       Тезани прикусила губу, сдерживая всхлип. Ещё не хватало, чтобы Пятый услышал.       Когда ситх внезапно открыл глаза, она вздрогнула так, что едва не потеряла равновесие. — Ты слабо подготовлена, — сказал он без злобы, но и без насмешки. С такой ужасной прямотой, с какой не умел даже острый на язык Валло. — Я знаю, — со вздохом согласилась она, — повелитель.       И ещё знала, что больше молний Силы получать не хочет.       Тезани была обучена тому, как следует говорить с лордами ситхов, и догадывалась, что в Академии она вряд ли бы вообще получила право обращаться к Пятому лично. Но на фоне обстоятельств этикет казался незначительной вещью. В конце концов, они оба теперь были изгоями — в Империи для беглого пленника и предательницы-ученицы места точно нет. — Нас найдут через несколько часов, — продолжил ситх. — Ты не пользуешься возможностью отдыха. А значит, становишься ещё более лёгкой добычей.       Ей хотелось ядовито бросить, что не стала бы засыпать рядом с ним не то что в одном помещении, а на одной планете. Но она старалась не злить Пятого лишний раз. Похоже, у него были огромные проблемы с самоконтролем.       Сделав вид, что послушалась, Тезани свернулась клубком на камне, незаметно подтянув меч поближе.       Пятый больше не смотрел в её сторону и молчал. Тезани тоже отвернулась. В темноте его тронутые порчей глазницы походили на пустые провалы, как у Фэнтома из её кошмара.       Глупый вопрос.       Конечно, она знает, что провела на «Вэйзу» всего полгода. Однообразные, похожие друг на друга дни заставили её испугаться слов ситха.       Отогнав лишние мысли, Тезани сама не заметила, как закрыла глаза и провалилась в долгий сон. На этот раз — без ужасных сновидений.