***

      КЗВ              Хэммонд удивленно поднял глаза от своих бумаг, когда клаксоны начали предупреждающе сигналить.              Ни одна команда не должна была вернуться, по крайней мере, до следующего дня.              — Что у нас, сержант? — спросил он, поспешив в рубку управления.              — Идентификатор SG-1, сэр, — рука Харримана выжидающе зависла над ручным сканером диафрагмы.              — Откройте и вызовите охрану и медицинскую бригаду в зал врат, — приказал Хэммонд. SG-1 ушли всего одиннадцать часов назад, и ожидалось, что они будут отсутствовать в течение двух дней. Вероятно, это являлось достаточным признаком того, что что-то было не так, даже без необъяснимой активации с P4T 117 восемью часами ранее. Они повторно связались с планетой, как только входящая червоточина закрылась, но ответа на их повторные радиовызовы не было. Не нужно было быть гением, чтобы понять, что команда, должно быть, попала в беду.              * * *              P4T 117              Дэниел только закончил набирать номер, когда Картер и О'Нилл подошли к вратам. Тил'к достал свой пульт из кармана жилета и едва ввел код, как из-за деревьев на западе до них донесся звук погони.              — Картер, вы двое проходите. Мы с Тил'ком откроем прикрывающий огонь, — крикнул О'Нилл, выпустив очередь из своего Р90 по деревьям, где укрылись несколько вражеских солдат. Черт возьми! Мы почти это сделали! — Идите сейчас же, Картер! — Безжалостно подавляя боль, он отдался своей темной стороне, той стороне себя, которая позволила ему добиться такого успеха во время своих секретных операций. Той его стороне, которая сделает почти все, чтобы обеспечить успех его миссии, а прямо сейчас его миссия состояла в том, чтобы вернуть своих людей домой целыми и невредимыми.              Убедившись, что Картер и Дэниел ушли, О'Нилл сделал знак Тил'ку следовать за ним. Он уничтожил последнего из первой группы нападавших как раз в тот момент, когда Тил'к исчез за вратами. Другая большая группа людей ворвалась на поляну, когда он, пошатываясь, поднялся на ноги, выпустив длинную смертоносную очередь по вновь прибывшим, прежде чем, спотыкаясь, подняться по ступенькам и пройти через горизонт событий. Было настолько пора уходить.              * * *              КЗВ              — Медицинская бригада! — крикнула Картер, следуя за Дэниелом из червоточины в помещение КЗВ.              Фрейзер и ее люди ворвались в зал врат еще до того, как Картер и Дэниел спустились с пандуса.              — Не мы, — покачала головой Картер, когда медицинская бригада направилась к ней и Дэниелу. — Это... это полковник О'Нилл.              Все выжидающе посмотрели вверх, когда во вратах появился Тил'к.              — Где полковник?              — Он должен быть здесь с минуты на минуту — он был всего в нескольких ярдах позади меня.              Характерный звук возвестил о прибытии еще одного путешественника, и О'Нилл, спотыкаясь, прошел через врата с пепельно-серым лицом, едва держась на ногах. Едва он успел покинуть горизонт событий, когда из него вылетели еще двое мужчин. Один из них тяжело врезался в О'Нилла, отправив их обоих через боковые перила на пол зала врат клубком рук и ног. Инерция движения противника унесла его вниз по трапу прямо в поджидающие руки трех охранников, которые обезоружили его и прижали лицом к полу зала врат, прежде чем мужчина понял, что произошло.              Харриман хлопнул ладонью по считывателю, закрыв диафрагму и не позволяя никому другому через нее пройти. Раздались три отчетливых глухих удара, когда диафрагма сработала так, как и предполагалось, пока червоточина не прекратила свое существование.              Прежде чем кто-либо смог до них добраться, первый мужчина пришел в себя и крепко прижал свое оружие к шее О'Нилла. Полковник, казалось, был без сознания, кровь сочилась у него изо рта и носа, а также из глубокой раны на левой стороне лица. Звук его затрудненного дыхания отчетливо разносился в зловеще тихом зале врат.              — Пирри! — Картер узнала человека, который избил О'Нилла.              — Не стрелять! — рявкнул Хэммонд приказ в микрофон. Он не хотел, чтобы кто-то без необходимости рисковал жизнью полковника. Он подождал достаточно долго, чтобы убедиться, что его приказ был услышан, а затем бегом направился в зал врат.              — Пирри, ты немедленно освободишь О'Нилла, — табельное оружие Тил'ка было заряжено и направлено прямо в голову мужчины.              — Мое оружие больше не настроено на простое оглушение, джаффа. Если вы не хотите, чтобы О'Нилл умер, вы прикажете повторно активировать врата, — Пирри сильнее прижал оружие к горлу О'Нилла, душа его и заставляя еще сильнее сопротивляться, чтобы дышать.              — Отойдите, Тил'к, — тихий приказ Хэммонда был неохотно выполнен, когда джаффа деактивировал свое посоховое оружие и сделал несколько шагов назад.              — Освободите полковника О'Нилла, и вам не причинят вреда, — теперь Хэммонд переключил свое внимание на Пирри.              — Активируйте врата и позвольте мне вернуться на планету, и я, возможно, оставлю его в живых, — возразил Пирри, поднимая теперь уже полубессознательного полковника на ноги. — Я возьму О'Нилла с собой через врата в качестве гарантии моей безопасности.              — Черта с два ты это сделаешь! — отрицание Хэммонда было абсолютным.              — Тогда я убью его сейчас, — пожал плечами Пирри, сжимая палец на спусковом крючке оружия.              О'Нилл изо всех сил ударил левым локтем назад, угодив своему похитителю в живот и заставив его ослабить хватку достаточно надолго, чтобы позволить полковнику выскользнуть из его хватки. Два охранника выстрелили одновременно с Пирри, луч из его оружия лишь задел грудь О'Нилла, когда пули охранников нашли свои цели. Пирри был мертв еще до того, как его тело упало на пол в зале врат.              Мгновение спустя Фрейзер оказалась рядом с полковником. Картер с тревогой наблюдала на заднем плане, как Тил'к поднял полковника на ожидающую каталку, прежде чем отступить и позволить Фрейзер снова получить доступ к своему пациенту. Последнее, что О'Нилл осознал перед тем, как потерять сознание, был Дэниел, склонившийся над ним, его лицо превратилось в сердитую маску.              — Еще одно ваше достижение, полковник. Вы, должно быть, так гордитесь, даже если это была всего лишь «помощь». А еще есть те трое, которые разбились о диафрагму. Я думаю, вы сочли бы их бонусом! — Дэниел развернулся на каблуках и вышел из зала врат, его вспышка гнева шокировала всех присутствующих.              * * *              Как только все успокоилось, О'Нилл был отправлен в лазарет, заключенный помещен в камеру предварительного заключения, а тело Пирри отправлено в морг, Хаммонд повел Картер и Тил'ка к себе в кабинет для предварительного отчета о миссии.              Генерал слушал спокойно, с трудом сдерживая свой гнев, пока Картер вкратце рассказывала ему о том, что произошло, и обнаружил, что не может сожалеть о смерти Пирри, когда услышал, что тот и другие сделали с полковником.              — Это должна была быть я, сэр, — лицо Картер было бледным, и она казалась близкой к слезам. — Страмметт, очевидно, нацелился на меня, пытаясь разговорить полковника. Каким-то образом... каким-то образом полковник манипулировал ситуацией так... так, чтобы они оставили меня в покое и... и... — она замолчала, качая головой, поскольку слова ее внезапно покинули.              — О'Нилл действовал с мужеством и честью, как всегда, — закончил за нее Тил'к, его гордость за своего друга была очевидной. — Он очень серьезно относится к своей роли защитника.              — Это так, Тил'к, — без колебаний согласился Хэммонд. — Майор, вы не можете винить себя за то, что произошло. Вина полностью лежит на людях, которые это сделали, и ни на ком другом. Полковник О'Нилл вам сам это скажет, когда будет в состоянии.              — Он уже это сделал, сэр, — отважилась Картер слегка улыбнуться, когда к ней вернулось самообладание.              — Что только подтверждает мою точку зрения, майор, — улыбнулся Хэммонд. — Итак, есть ли что-нибудь еще, что нам нужно обсудить?              — Эм, боюсь, что так, сэр. Это Дэниел. Он был невероятно недоволен полковником с тех пор, как вернулся из отпуска по болезни. Я не понимаю, чем это вызвано, но знаю, что своими словами он действительно причинил боль полковнику О'Ниллу. Инцидент в зале врат был незначительным по сравнению с тем, что он сказал до этого. Я хотела спросить, не было ли у вас возможности с ним поговорить, сэр? Чтобы выяснить, что заставляет его так себя вести?              Хэммонд печально вздохнул: — Как вы знаете, сегодня утром, после брифинга миссии, у меня была встреча с доктором Джексоном. — Боже, неужели это было только сегодня утром? — Я не уверен в причине, но он внезапно стал нетерпимым к военным в целом и полковнику О'Ниллу в частности. P4T 117 была его последней миссией с SG-1, по крайней мере, на данный момент. Я пока не уверен, решит ли он остаться в другой команде КЗВ или полностью нас покинуть. Я дал ему время до конца недели, чтобы принять решение.              — А полковник знает, сэр?              — Я проинформировал его как раз перед тем, как вы ушли сегодня утром, майор, — кивнул Хэммонд. — Учитывая нынешнее поведение доктора Джексона, было бы лучше, если бы вы дали ему немного времени остыть, прежде чем с ним говорить.              — У меня сейчас нет желания разговаривать с Дэниелом Джексоном, генерал Хэммонд. Он поступил бесчестно по отношению к О'Ниллу, — неодобрение Тил'ка было почти осязаемым.              — Мы некоторое время будем держаться от него подальше, сэр, — согласилась Картер. В противном случае Тил'к может причинить ему вред, и прямо сейчас я с радостью помогу.              — Я думаю, так будет лучше всего, — сказал Хэммонд, поднимаясь на ноги. — А теперь, я думаю, нам пора пойти и проведать вашего командира, не так ли?              — Да, сэр, — Картер быстро встала, как и Тил'к.              — Действительно.              * * *              На самом деле, прошло еще три часа, прежде чем доктор Фрейзер вышла из операционной и обнаружила, что Картер и Тил'к прочно засели в лазарете, очевидно, ожидая новостей о состоянии О'Нилла. Генерал Хэммонд, предупрежденный о том, что полковник покинул операционную, поспешил в лазарет как раз в тот момент, когда Дженет подошла к товарищам О'Нилла по команде. Она ожидала, что Дэниел будет с ними, но потом поняла, что после вспышки гнева в зале ожидания его отсутствие, вообще-то, не было неожиданностью.              — Ну, на этот раз его колени избежали каких-либо дополнительных повреждений, — устало улыбнулась она, начав свой отчет с хороших новостей. — У него сотрясение мозга, трещина в правом запястье, серьезные ушибы на животе и груди, четыре сломанных ребра с правой стороны и перелом правой ключицы. Ожог на груди от выстрела, произведенного в зале врат, относительно незначителен и должен зажить без каких-либо осложнений. Его правое легкое разрушилось — оно было пробито двумя сломанными ребрами. Я предполагаю, что это произошло в зале врат, когда он перелетел через перила. У него множественные глубокие рваные раны на спине, которые мы промыли и перевязали, а также глубокая рана на левой стороне лица и перелом правой скулы. — Она сделала паузу, запустив пальцы в волосы, обдумывая, как лучше продолжить, не зная, как много другим известно о случившемся с полковником, и не желая нарушать его личную тайну.              — Они были с ним все время, доктор, — тихо сказал ей Хэммонд, догадываясь о причине ее колебаний.              О, боже мой! Фрейзер была в ужасе, беспокоилась за своего пациента и за его команду. Никто не должен был видеть что-то подобное, не говоря уже о том, чтобы пережить такое, и полковник знал, что они были свидетелями... Она покачала головой и заставила себя продолжить: — Ну, у него несколько довольно серьезных внутренних повреждений, а также серьезные разрывы и синяки от, гм, нападений. Судя по количеству повреждений, очевидно, что было несколько, э-э, нападавших, и нам нужно будет сдать анализы на ИППП* в течение следующего дня или около того.              — Их было четверо. Один из них — Пирри — был человеком, которого застрелил охранник. Он также был ответственен за порку, — очень тихо сообщил ей Картер. — Один из других, правитель... — она посмотрела на Тил'к в поисках помощи, не в силах это произнести.              Тил'к положил поддерживающую ладонь на ее руку и перехватил контроль: — Правитель дважды напал на О'Нилла, остальные трое — по одному разу каждый. Освобождая себя, О'Нилл убил двух мужчин и оглушил правителя оружием одного из них, прежде чем предоставить нам возможность освободиться. Я сам избавился от правителя и от тел двух других. Вы уже знаете о судьбе четвертого. — Выражение его лица призывало Фрейзер или Хэммонда оспорить его действия.              — Хотел бы я это сделать, — прорычал Хэммонд.              — Я тоже, — искренне согласилась Фрейзер. Она сделала глубокий, успокаивающий вдох, прежде чем продолжить. — Суть в том, что сейчас полковник стабилен, но в течение нескольких дней я буду держать его под наблюдением, пока его легкое заживает, и он будет находиться на аппарате искусственного дыхания. Мы восстановили все повреждения, какие только смогли, а остальное заживет со временем и заботой. Вы можете посидеть с ним после того, как я закончу ваше обследование после миссии, но только некоторое время, — сказала она Картеру и Тил'ку, — а потом я хочу, чтобы вы оба немного отдохнули.              * * *              Генерал Хэммонд подождал до пятницы, прежде чем разыскал доктора Джексона. По правде говоря, ему пришлось ждать так долго, прежде чем он доверил себе вежливо заговорить с молодым археологом.              — Итак, доктор Джексон, я надеюсь, что вы приняли решение относительно своего будущего? — Хэммонд изучал Дэниела, ожидая его ответа. Мужчина выглядел так, словно плохо спал. Возможно, его мучила совесть, размышлял генерал.              — Я решил принять ваше предложение о должности в SG-15, — тотчас же ответил Дэниел.              — Очень хорошо, доктор Джексон. Ваш перевод вступает в силу немедленно. Возможно, вы захотите связаться с доктором Флетчером после того, как мы закончим здесь, чтобы узнать о расписании ваших миссий.              — Спасибо, я так и сделаю.              — Что-нибудь еще, доктор Джексон?              — На самом деле, да, генерал Хэммонд. Есть ли какое-либо намерение привлечь полковника О'Нилла к ответственности за то, что произошло на P4T 117?              Хэммонд недоверчиво уставился на Дэниела: — И за что именно полковник должен быть привлечен к ответственности, доктор Джексон?              — О, да ладно, генерал Хэммонд. Если бы О'Нилл с самого начала не отреагировал слишком остро, всего этого недоразумения можно было бы избежать. Его поведение не должно остаться безнаказанным, хотя бы только из-за недальновидности.              Хэммонд мысленно сосчитал до десяти, прежде чем позволил себе ответить: — Доктор Джексон, после допроса человека, который прошел через врата с P4T 117, очевидно, что этот Страмметт всегда намеревался захватить SG-1 в плен, чтобы получить любую информацию, которая ему понадобится, чтобы организовать успешную атаку на Землю через звездные врата. Действия и суждения полковника О'Нилла в этом вопросе безупречны, особенно учитывая, что он делал все, что считал необходимым для обеспечения безопасности и благополучия своей команды.              — Типичный военный ответ, — пробормотал Дэниел, все еще убежденный, что он был прав, а все остальные ошибались.              — Кажется, нам больше нечего обсуждать, доктор Джексон, — Хэммонду пришлось держать себя в руках, когда он встал и отпустил Дэниела из своего кабинета.              * * *              Спустя три недели после возвращения с P4T 117 О'Нилл восстанавливался физически так же быстро, как и обычно, но его молчание и постоянный отказ смотреть кому-либо в глаза очень беспокоили Фрейзер. За исключением случаев, когда это было необходимо для его лечения, он почти никому не сказал ни слова, даже Тил'ку и Картер, за две с половиной недели с тех пор, как его сняли с аппарата искусственного дыхания и вывели из медикаментозной комы.              С тех пор как полковник пришел в сознание, он был воплощением образцового пациента. Даже когда медицинские процедуры, которые приходилось над ним выполнять, были унизительными и неприятными, он не высказывал ни единой жалобы. Медсестры, которые обычно горько жаловались, когда сталкивались с необходимостью ухаживать за сварливым и несговорчивым выздоравливающим полковником, теперь жаловались, что он был слишком уступчивым и слишком тихим. Доктор сочла бы такой поворот событий забавным, если бы ее внутренняя сигнализация не сходила с ума.              Как будто этого было недостаточно, полковник также нехарактерно сотрудничал с Маккензи, когда тот проводил консультацию, являвшуюся обязательной, учитывая произошедшее. После нескольких сеансов Маккензи неохотно объявил О'Нилла умственно здоровым, насколько можно было надеяться, с оговоркой, что, по его мнению, было бы полезным дальнейшее консультирование. Он также отметил свою уверенность, что полковник не раскрывает всего о том, что его беспокоило, но Маккензи не сумел узнать больше.              По мнению Фрейзер, не помогло и то, что его команды в настоящее время не было рядом, чтобы оказать поддержку, хотя, в значительной степени, это была его собственная вина. Он настоял, чтобы Хэммонд оставил остальную часть команды на службе, непреклонный в том, что в его отсутствие Картер была более чем способна руководить. Хэммонд, довольно неохотно, согласился, назначив Картер и Тил'ка — по их просьбе — в качестве охраны SG-15, исследовательской группы, в которую был переведен Дэниел. Несмотря на опасения Картер, Дэниел не стал возражать против назначения своих бывших товарищей по команде присматривать за SG-15 и, казалось, вел себя с ними почти нормально. Большую часть последних двух недель они провели за пределами планеты.              Не имея физической причины держать О'Нилла в лазарете, Фрейзер была вынуждена его выписать. Полковник ушел из лазарета едва ли не раньше, чем Фрейзер подписала его освобождение, неохотно приняв маленький пакет с лекарствами, в которых, по ее настоянию, он нуждался. Он направился прямо в раздевалку, где переоделся в гражданскую одежду и походные ботинки, сделав остановку в своем кабинете, прежде чем перейти в кабинет генерала. Быстрая проверка показала, что Хэммонд находится в диспетчерской, и полковник планировал просто бросить то, что нес, на стол генерала, а затем отправиться домой.              — Полковник О'Нилл? — голос Хэммонда, раздавшийся от двери в кабинет, заставил полковника замереть, протянув руку к столу.              — О, сэр, я думал, вы в диспетчерской, — О'Нилл явно чувствовал себя неловко из-за того, что его застали в кабинете генерала. Он выпрямился и нерешительно повернулся к двери, его взгляд скользнул по лицу генерала, не встречаясь с ним взглядом.              Хэммонд вздохнул и протянул руку, чтобы забрать конверт из пальцев О'Нилла: — Я полагаю, мне не нужно тебя спрашивать, что это содержит, не так ли, Джек?              — Думаю, что нет, сэр, — О'Нилл все еще избегал взгляда Хэммонда, уставившись на свои ботинки, левая рука засунута в карман брюк, правая, наполовину скрытая перевязью, сжата в крепкий кулак.              — Я не собираюсь действовать немедленно, полковник. У вас накопился очень большой отпуск, даже без учета четырехнедельного отпуска по болезни, который дала вам доктор Фрейзер. Почему бы тебе просто не взять столько времени, сколько тебе нужно, чтобы пойти и подлечиться, Джек? Я не хочу тебя потерять, сынок.              Все еще глядя куда угодно, только не в глаза генералу, О'Нилл пожал плечами, болезненно поморщившись, когда движение натянуло его не полностью зажившие раны: — Я не передумаю, Джордж.              — Возможно, и нет, но я все равно хотел бы, чтобы вы потратили некоторое время и действительно об этом подумали.              О'Нилл вздохнул и кивнул: — Да, сэр.              * * *              Картер изучала Дэниела, пока тот в последний раз поправлял свой рюкзак, прежде чем пройти через врата. Во время двух миссий, на которых за последние три недели они сопровождали SG-15, он казался почти самим собой. Достаточно дружелюбный к ней и Тил'ку, с энтузиазмом воспринял возможность потратить больше времени на изучение того, что они нашли, чем это было возможно в команде первого контакта, такой как SG-1. Самообладание он терял только когда она или Тил'к пытались поговорить с ним о полковнике. Простое упоминание имени О'Нилла привело к возвращению отношения, которое потрясло всех до, во время и после провальной миссии на P4T 117. После нескольких попыток поговорить с Дэниелом о том, что произошло, Картер и Тил'к прекратили попытки, по крайней мере, на данный момент. Может быть, когда полковник вернется из отпуска, они смогут попробовать еще раз. Сэм надеялась до миссии перекинуться с О'Ниллом парой слов, но он покинул базу рано утром, пока она была на брифинге перед заданием. Хотя она была обеспокоена тем, что он не поговорил перед отъездом ни с Тил'ком, ни с ней, она могла понять, что он будет стремиться уйти после трех недель, проведенных в лазарете.              SG-15 отправлялся на двухнедельную миссию, чтобы дать им время изучить некоторые необычные руины, обнаруженные SG-13 на PX3 016. Хотелось бы надеяться, что эта миссия будет такой же успешной — и безопасной, — как и предыдущие две. Хотя О'Нилл настаивал на том, чтобы она и Тил'к оставались на службе, Картер все равно чувствовала себя неловко, отправляясь на задание без полковника. Обменявшись взглядом с Тил'ком, Картер последовала за Дэниелом и шагнула за горизонт событий.              * * *              Дом О'Нилла              О'Нилл устало вздохнул, входя в свой дом. Он бросил ключи на столик в прихожей и медленно прошел на кухню, чтобы убрать несколько продуктов, которые купил по дороге домой. Вопреки распространенному мнению, на кухне он не был совершенно бесполезен, просто не получал никакого удовольствия от приготовления пищи только для себя. Он рассеянно включил кофеварку, прежде чем направиться в спальню, где скинул ботинки и переоделся в удобные старые спортивные штаны и серую футболку ВВС. К тому времени, как он вернулся на кухню, кофе был готов. Налив себе кружку, он побрел в гостиную, осторожно опустился на диван и поднял ноги в носках, чтобы положить их на кофейный столик.              Осторожно потягивая дымящийся кофе и невидящим взглядом уставившись в бездействующий экран телевизора, он решил, что ему нужно уехать из Колорадо-Спрингс на некоторое время, если не навсегда. Может быть, какое-то время в хижине было бы неплохо. Он может оставаться там столько, сколько захочет, понял он с острым уколом печали. Не похоже, что здесь он нужен. Пока он сидел, размышляя о неудаче, которой была его жизнь, он не замечал течения времени, пока постепенно до него не дошло, что наступила ночь, и ему холодно.              Оставив пустую кофейную кружку на столе, О'Нилл с трудом встал на ноги и медленно поднялся по лестнице в ванную, где почистил зубы, готовясь лечь спать. Взглянув в зеркало, он обнаружил, что его волосы были слишком длинными, чтобы соответствовать правилам. Он просрочил стрижку еще до P4T 117, но теперь это не имело значения.              Он позволил своему взгляду проследить за медленно заживающими ранами на лице и невесело рассмеялся. Фрейзер и даже Маккензи выразили свою озабоченность по поводу того факта, что он отказывался смотреть кому-либо в глаза после возвращения с этой богом забытой планеты. Он задавался вопросом, что они подумают о том факте, что он не может встретиться взглядом даже с самим собой.              Проклятье, что за бардак!              Опустив плечи, он выключил свет в ванной и побрел в свою спальню, не надеясь ни на что, кроме ночи, когда он не увидит лицо Дэниела, насмехающегося над ним, или не услышит голос своего бывшего друга, полный презрения, напоминающий ему, каким никчемным и презренным он является.              * * *              Четыре недели спустя — Миннесота              Выражение лица Хэммонда было мрачным, когда он вышел из «хаммера» и направился по тропинке к ухоженному домику на берегу озера. Постучав в дверь каюты, он вошел и обнаружил, что человек, к которому он пришел, удобно развалился на старом диване посреди комнаты и читает книгу.              — Хорошо выглядишь, сынок, — тихо заметил он.              О'Нилл просто пожал плечами в ответ, выражение его лица не было ни приветственным, ни враждебным.              — Мне жаль, что приходится это делать, Джек, но нам нужна твоя помощь. SG-...              — Генерал Хэммонд! Не ожидал увидеть вас здесь, сэр, — раздался слева от него знакомый голос. Хэммонд удивленно обернулся, его глаза расширились от шока. О'Нилл стоял в дверях помещения, похожего на спальню, его волосы были взъерошены, глаза от сна были все еще припухшими. Присмотревшись повнимательнее, Хэммонд вдруг понял, что у первого человека, которого он увидел и с которым заговорил, не было шрама через левую бровь. Это, на первый взгляд, было единственное очевидное отличие. У обоих мужчин были седеющие волосы длиной до воротника, и в настоящее время на их загорелых лицах красовалась двухдневная щетина.              — Джек?              «Второй» О'Нилл кивнул.              — Тогда кто, черт возьми, это, — он указал на человека, которого он первоначально принял за Джека О'Нилла.              — Мой брат, Ангус. Ангус, это генерал-майор Джордж Хэммонд — он был моим командиром в горе.              — Зовите меня Мак, — сказал Ангус Хэммонду с легкой улыбкой.              — А вы можете называть меня Джордж, — рассеянно сказал Хэммонд, его взгляд все еще недоверчиво метался между двумя мужчинами.              Теперь, когда у него было немного больше времени, чтобы их изучить, Хэммонд обнаружил дополнительную разницу между этими двумя мужчинами. О'Нилл заметно похудел, и его лицо казалось изможденным, несмотря на щетину. Очевидно, отпуск еще не оказал того лечебного эффекта, на который надеялись Хэммонд и Фрейзер, и полковник не восстановил вес, который потерял после P4T 117. Смысл слов О'Нилла внезапно проник в его мысли: — Твой брат, Джек?              — Это долгая история, сэр, — улыбка О'Нилла была слабой, но Хэммонду все равно было приятно ее видеть. — Почему бы вам не присесть, а я поставлю кофе.              — Я сделаю это, Джон. Ты отдыхай, — Ангус вскочил на ноги и двинулся вперед, прежде чем О'Нилл успел его остановить.              — Он думает, что может командовать мной только потому, что на семь минут старше, — съязвил О'Нилл, устало опускаясь в мягкое кресло.              Хэммонд медленно сел в другое кресло, причина его визита на мгновение уступила место его любопытству о Джеке и его брате. Это казалось целой историей.              Ангус с готовностью согласился на просьбу Джека рассказать эту историю, видя затянувшуюся усталость в глазах брата и готовый сделать все, чтобы убедиться, что тот не переутомляется.              — Я дам вам для начала короткую версию, Джордж, — сообщил ему Ангус с кривой улыбкой. — Нас с Джоном усыновили по отдельности вскоре после того, как мы родились. Мы оба всегда знали, что были усыновлены, но ни один из нас ничего не знал о другом, пока нам не перевалило за двадцать.              — Как, черт возьми, это произошло? — Хэммонд был потрясен.              — Ах! Теперь мы переходим к исследованию, которое я провел, когда мне было около двадцати четырех лет. Я всегда был немного любопытным, — Ангус ухмыльнулся в ответ на удивленное фырканье Джека.              — Неужели?              — Ты позволишь мне рассказать, или как?              — Я просто говорю... — О'Нилл нахально ухмыльнулся и оставил тему.              — В любом случае, когда мне было двадцать четыре, я решил провести некоторые исследования о своих биологических родителях, чтобы удовлетворить любопытство, — продолжил Ангус, возвращая свое внимание к Хэммонду. — Было достаточно легко узнать о них подробности, и я был разочарован, когда узнал, что оба мертвы, но не это оказалось настоящим шоком. Выяснилось, что я был одним из мальчиков-близнецов, которых нашли брошенными в переулке рядом с больницей в Чикаго через пару дней после нашего рождения. Не было никакой записки, и ничего, что указывало бы на то, кем являлись наши родители. Все, что было известно, — это то, что мы были здоровы и родились не более двух дней назад, — он сделал паузу, чтобы глотнуть кофе. — Где-то через три дня после нашего нахождения в квартире примерно в трех кварталах от больницы было обнаружено тело молодой женщины. Вскрытие показало, что она умерла от осложнений, вызванных родами. Полиция, расследующая смерть, нашла дневник, который, в значительной степени, подтвердил то, что они подозревали, — что она родила нас в квартире и намеревалась оставить в больнице, потому что не могла за нами ухаживать. Ее муж — наш отец — погиб в результате несчастного случая при верхолазных работах за шесть месяцев до нашего рождения. У нее была тяжелая беременность, и она потеряла работу из-за взятых отгулов за четыре месяца до родов. Между похоронами и медицинскими расходами к тому времени, когда мы должны были родиться, у нее ничего не осталось — даже на то, чтобы покрыть расходы на больницу для родов. Она намеревалась оставить нас в больнице, в одном из туалетов для персонала, в надежде, что о нас кто-нибудь позаботится.              — Тогда почему в переулке? — хотел знать Хэммонд.              — Полиция подумала, что она пыталась добраться до больницы, но не смогла, поэтому оставила нас у входа в переулок, очевидно, надеясь, что нас быстро найдут, что и произошло. Судя по отчету о вскрытии, все выглядело так, будто она едва успела вернуться в квартиру, прежде чем умерла.              — Бедная женщина, — печально прошептал Хэммонд.              — Да. Я надеюсь, где бы она ни была, она знает, что с нами все в порядке, — тихо сказал О'Нилл.              — Да, было бы приятно думать, что так и есть, — так же тихо согласился Ангус, прежде чем вернуться к рассказу. — Итак, ни с одной из сторон семьи не было живых родственников, которых власти могли бы найти, и одному богу известно, почему было принято решение, что мальчики должны быть усыновлены отдельно. Поскольку записи об усыновлении засекречены, я, как ни старался, ничего не смог узнать о том, кто усыновил моего брата. То, что мы друг друга нашли, зависело исключительно от удачи. Когда мне было двадцать шесть, я работал в DSX и был на военно-воздушной базе по заданию, когда кто-то упомянул, как сильно я похож на офицера, который был там месяц назад, готовясь к заданию. Публично я посмеялся над этим, но в частном порядке провел исследование. Поскольку он был спецназовцем, мне потребовались пара месяцев, чтобы его выследить, но, в конце концов, это удалось.              — Учитывая, что Ангус был сержантом, а я спецназовцем, а также участвовал в тайных операциях, мы решили, что для нас обоих будет безопаснее, если мы сохраним наше родство в секрете, чтобы ни один из нас не мог быть использован против другого, — ответил Джек на вопрос Хэммонда, прежде чем тот смог его задать.              — Одной из самых странных вещей было сходство между нашими жизнями, — завершил рассказ Ангус. — Мы оба выросли в Миннесоте, оба рано потеряли одного приемного родителя, и оба недолго служили во Вьетнаме в конце конфликта.              — И мы оба грубо играем в хоккей, — добавил Джек со смехом, — особенно друг против друга.              — Это удивительная история, — удивленно покачал головой Хэммонд. — Невероятно, что вы вообще нашли друг друга. Однако меня интересует одна вещь. Откуда вы знаете, что родились с разницей в семь минут, и что Мак — старший?              — Дневник, — улыбнулся Мак. — Наша биологическая мать записала время и повязала голубую ленту на запястье Джона, а зеленую — на мое, чтобы иметь возможность отличить нас друг от друга.              — Да, ладно, итак, теперь, когда у вас есть вся эта захватывающая история, я думаю, пришло время перейти к настоящей причине вашего визита, сэр, — О'Ниллу, как обычно, было неудобно зацикливаться на чем-либо личном, и он решил, что пришло время перейти к делу.              — Мы можем поговорить наедине, Джек? Без обид, Мак.              — Не обижен, Джордж, — улыбнулся Ангус, полностью все понимая.              — Допуск Ангуса к секретной информации почти такой же высокий, как у меня, Джордж, — твердо сказал ему О'Нилл. — На самом деле, он даже работал за кулисами над компьютерной программой, которую Картер разработала для управления вратами.              — Хотя сначала я действительно не представлял, как это будет применяться, — криво улыбнулся Ангус. — Я также консультировал КЗВ по вопросам безопасности непосредственно перед тем, как вы, генерал Хэммонд, были туда назначены, когда было принято решение закрыть базу. Пока я был там, я вроде как узнал больше, чем следовало, о большом круглом кольце в подвале, — по этому поводу О'Нилл обменялся с ним быстрой усмешкой. — Мне не потребовалось много усилий, чтобы сложить два и два и точно выяснить, что это было, учитывая, что я работал над программой набора номера. И нет, прежде чем вы спросите, Джон никогда не рассказывал мне о своей работе никаких подробностей.              — Я и не думал, что он это сделал, — доверие Хэммонда к своему заместителю было абсолютным.              Генерал на мгновение задумался, затем принял решение. Если допуск Ангуса был таким высоким, как указал О'Нилл, то, вероятно, он был выше, чем у Хэммонда. В его голове начали формироваться смутные очертания идеи, но он приберег ее на потом.              — SG-15 опаздывает на две недели, Джек. У меня было две команды — SG-3 и SG-7 — которые их искали, но SG-15, похоже, исчезли без следа.              — Команда Дэниела.              — Это верно, и с ними Тил'к и майор Картер. — Хаммонд еще не пытался создать новый SG-1, упрямо цепляясь за надежду, что первоначальная команда не была безнадежна, поэтому Картер и Тил'к были включены в последнюю миссию SG-15.              — Итак, какой у нас план на будущее? — О'Нилл не удивился, узнав, что Картер и Тил'к были в SG-15. Он попросил их обоих присматривать за Дэниелом, чтобы обеспечить его безопасность. В то время как его интуиция все еще настаивала на том, что с Дэниелом что-то не так, действия и слова его друга ранили так глубоко, что он все еще чувствовал боль, и ему нужно было установить дистанцию между ними двумя, если он собирался выжить. Чем дольше он пробудет в КЗВ, тем больнее будет им обоим. Однако это не мешало ему беспокоиться обо всех трех своих «детях».              — Официально мне было приказано прекратить тратить ресурсы на бесплодные поисково-спасательные операции, — вздохнул Хэммонд, его разочарование было очевидным.              — А неофициально? — в глазах О'Нилла только зарождался прежний блеск, и надежды Хэммонда на будущее резко возросли.              — Неофициально, я бы хотел, чтобы ты отправился за ними, Джек, — Хэммонд затаил дыхание, ожидая ответа О'Нилла.              — Просто чтобы вы знали, я не передумал, сэр. Что касается меня, то я все еще на пенсии.              — И просто чтобы вы знали, я все равно попытаюсь вас переубедить, прежде чем представить документы, полковник, — сказал ему Хэммонд с улыбкой.              — Хорошо, так когда мне уезжать? — О'Нилл не колебался.              — Как только мы вернемся в КЗВ, и доктор Фрейзер проведет ваш медицинский осмотр перед миссией. Мы можем выехать немедленно, — Хэммонд указал туда, где ждали хаммер и водитель. — У меня на аэродроме есть наготове самолет.              — Звучит как нечто большее, чем работа для одного человека, Джон, — протянул Ангус, лениво улыбаясь брату.              — Я не могу просить тебя пойти со мной, Ангус.              — Они — твоя семья, Джон, такая же, как и я. Так что это делает их и моей семьей тоже. Тебе не нужно просить, — сказал ему Ангус. — Кроме того, как я могу упустить шанс действительно пройти через звездные врата? — ухмыльнулся он.              Хэммонд улыбнулся про себя. Он надеялся, что это произойдет.