Глава 2. Закапывание могилы.

У Изуку складывались весьма противоречивые мнения об Аду. С одной стороны, он ненавидел, что преступность здесь никак не карается, а даже поощряется. Можно средь дня наткнуться на сцены разбоя, грабежа и сексуального насилия друг за другом, и никто даже не почешется, чтобы исправить ситуацию. Удивительно, что Пентаграмм-Сити еще способно поддерживать экономическую систему, но представим, что если все приобретается нечестным путем, то, возможно, у честности должна быть иная формулировка. Кроме того, Изуку сводит с ума необходимость поступать точно также, чтобы выжить, но каждый раз когда он пытается найти в демонах что-то хорошее, ему быстро напоминают, что грешники здесь не просто так. У них никакой надежды покинуть Ад, поэтому позволяют своим темным желаниям брать верх. С другой стороны, Изуку в полном восторге от того, что никто ни на кого не возлагает никаких ожиданий. Ты можешь быть кем угодно, от жалкого бездомного пьяницы до жестокого оверлорда. Насмехаться над каждым будут искренне и открыто, твои достижения ничего не значат. В Аду нет ничего стоящего. Здесь не за что бороться, кроме самого себя. И, что наиболее важно, твоя прежняя жизнь не имеет ни малейшего значения. После смерти все начинают одинаково, без связей, без силы, без денег и без причуды. Странно слышать подобное от Изуку, превозносившего причуды всю свою жизнь, но он счастлив, что они просто… этап. Да, это подходящее слово. Этап существования, данный телу, в то время как душа имеет совсем другие особенности. Демонический облик можно сравнить с причудами мутантного типа, но совершенно не факт, что смерть все не отнимет. Изуку немного говорит с их новыми соседями в городе Самоубийц, большинство из них имели причуды. (Здесь нет никого из периода до причуд, слишком большая текучка населения). Часть из них была мутантами, но лишь один из них сохранил похожий на прижизненный вид облик, остальные, наоборот, стали больше походить на людей, растения, предметы или других животных. О других типах причуд нечего и говорить. Повезет, если после нескольких сделок ты сможешь творить хоть какую-то магию, хотя, поговаривают, она легче имитирует что-то знакомое. Например, Вокс, что был главой секты, использующий для влияния на массы телевидение. Его методы не очень изменились, но вот магия усилила эффект. А еще есть Кацуки. Изуку очень благодарен, что они умерли вместе, как бы низко это ни звучало. Кролик не протянул бы долго сам по себе и быстро бы присоединился к торжественному ожиданию истребления. Его новая форма выносливая и быстрая, но физически не особо сильная, не одарена острыми когтями и зубами или прочной защитой, к тому же еще и привлекает нежелательное внимание. Мало какого подонка волнует, что ему всего четырнадцать. Изуку полагает, что Кацуки — единственное благословение, которое ему полагается за все трудности при жизни. Броненосец быстро приспособился к такой жизни и новому телу. Каким бы горьким он ни был из-за причуды, не высказывался по этому поводу. Иногда даже казалось, что он испытывает злорадное удовлетворение, что она исчезла, но Изуку этого совершенно не понимает. Впрочем, он не имеет права жаловаться. Человеческое отношение от Кацуки — одна из немногих вещей, о которых он мог только мечтать прежде. Честно говоря, удивительно, что он не обвинил Изуку в своей смерти и не затаил злобу. Иногда кролику кажется, что тот может искренне сожалеть о сказанных в тот день словах, и это даже как-то приятно. В любом случае, без денег и ресурсов их представление об убежище представляло из себя просто хорошо спрятанную дыру в земле, куда не полезут ангелы. Пока Кацуки копал, Изуку взял на себя обязанность поговорить с Алькором об образе действий небесной армии. Основной процент жертв составляют самоубийцы, оставленные снаружи неудачники, перешедшие кому-то дорогу, и новосформированные демоны, не успевшие найти жилье или иначе подготовиться. Ангелы не утруждают себя необходимостью обшаривать здания, предпочитая открытые улицы. Они могут обрушить дом, чтобы вытравить жильцов и добраться до них, но если просто остаться под завалами, велик шанс, что пронесет. И в городе Самоубийц, где и так полно желающих прервать вторую жизнь, экзорцисты ведут себя довольно смирно. Несмотря на приближение вселяющего холодный ужас дня, они ни единожды возвращались в Пентаграмм-Сити, чтобы заработать еще денег. У них уже есть приличные накопления, которые, однако, приходится всегда таскать с собой. Это и добавляет забот и успокаивает. Свое добро нельзя оставить ни в доме, который могут ограбить в любой момент, ни в банке, которому в Аду доверится только полоумный или достаточно могущественный, чтобы связываться с твоими деньгами. Но мало денег не бывает. Если не брать во внимание траты на еду, которая стоит прилично в перенаселенном кругу Гордыни, им приходится регулярно пополнять патроны. Как бы хорошо Кацуки не справлялся с драками, иногда Изуку приходиться отстреливаться. Им также пришлось купить телефоны, которые также стоят целое состояние, ведь Вокс Тек монополизировал рынок техники. Купить телевизор намного дешевле, но это грозит зомбированием, если не быть осторожными. Интернет, может и полон дерьма, предоставляет безопасную информацию в реальном времени. За три дня до часа икс они посетили город последний раз в этом году. Они хотели узнать, сойдет ли им с рук больше в столь напряженной обстановке, но из-за собственных нервов не стали рисковать. Можно проявить дерзость в следующем году, сейчас же важнее понять, как все работает. Изуку заметил несколько компаний, разведывающих обстановку не столь тонко, как они, присматриваясь к магазинам, в которых можно поживиться после истребления. После него еще несколько недель молодые и властолюбивые грешники будут пытаться взять под контроль опустошенные районы. Почти весь круг Гордыни будет напоминать зону военных действий, поэтому сейчас все пытаются напоследок оторваться или завершить приготовления к махинациям. Кацуки обхватил его за талию и прижал к себе, чтобы выглядеть более занятыми, идя по переполненным улицам. Практика показывает, что подобная демонстрация владения снижает количество приставаний, домогательств, предложений и просто плохого флирта к минимуму. Тем не менее, Изуку не чувствует себя плохо, поскольку Куцуки ни разу не позволял себе или другим вольностей. Ему даже не очень нравится прикасаться к кролику. При жизни броненосец всеми силами избегал касаний руками с чем-либо, поскольку хорошо осознавал опасность нитроглицеринового пота, а привычки умирают с трудом. Если Изуку будет совсем честен с собой, то он начинает принимать раскрепощенность и бесстыдство Ада и перенимать его. Это даже не странно, просто результат адаптации. В Японии развратное поведение и демонстрация сексуального интереса порицались, все это было принято держать за закрытыми дверьми. В Аду на тебя косо посмотрят, если ты будешь излишне сдержан. Это даже привлечет больше внимания. Изуку становилось любопытно то, что происходит в секс-клубах, но не похоже, что это дойдет до его тела. Он умер в четырнадцать и останется в этом возрасте навсегда. При жизни Изуку не сказал бы, что до него дошло половое созревание. Он всегда рос медленнее сверстников, но, может быть, через год или два гормоны ударили бы по нему. С другой стороны, Кацуки успел отпраздновать пятнадцатилетие. Это было всего за две недели до их смерти. О нем не скажешь, что броненосец позднего расцвета, но его просто никогда не интересовали подобные вещи. Изуку пару раз видел, как девочки из младших и старших классов звали его за школу, но Кацуки никогда даже не трудился выслушать их признания. Насколько кролик знает своего друга, броненосец считает отношения пустой тратой времени, ограничивающей его амбиции. Ад не сильно поменял его мнение. Его поведение поменялось, адаптируясь к новой обстановке, но в действиях не было никакого подтекста. Прикосновения Кацуки, какими бы грубыми они иногда ни казались из-за нового тела, оставались зоной безопасности. Изуку упивался этим контактом. Он всегда был тактильным человеком, но не получал необходимой ласки после того, как услышал диагноз. Дети начали избегать его или проявлять жестокость. Учителя никогда не интересовались им. Отец исчез. Мама единственная, кто время от времени дарила ему объятия и поцелуи, но она много работала, и Изуку не всегда удавалась застать ее дома не спящей. Он скучал по дням, когда Кацуки всюду водил его за руку, когда они оставались на ночевки друг у друга и спали в собачьей куче, когда толчки и удары по плечу были легкими и дружескими, без запаха пали. Изуку получил в Аду все, о чем мог мечтать. И иногда вина за это удовольствие душила. — Зеро, я не думаю, что нам следует рисковать сегодня, — прошептал кролик в область, где за пластинами скрывался слуховой проход броненосца. — Все на грани. Грешники сходили с ума. Из двери каждого клуба и бара то и дело вываливались пьяные лица, готовые сорваться из-за любого неправильного вздоха в их сторону. Как только кто-то видел повод для драки, то не медлил, а следом втягивал всех в пределах досягаемости. Страх заставлял их оставаться бдительными и злобными, как бы они ни старались расслабиться. Слишком рискованно красть у таких людей или разводить их, когда фитиль терпения подрезан. Высок шанс, что их не просто схватят и погрузят в мир боли, но и привяжут к столбу на площади в день истребления. Нет, не стоит быть жадными. У них есть возможность легко нажиться, когда город Самоубийц опустеет. — Что ты предлагаешь? — приглушенно ответил Кацуки, не прекращая смотреть вперед. В тот момент, когда глаза начинают блуждать, другие замечают, что они здесь не для отдыха. — Мы можем осмотреться в казино. Сейчас лучший шанс, чтобы нас не запомнили, — Изуку ненавязчиво отвел их в сторону, чтобы избежать прохожего, который словно специально собирался наступить на хвост Кацуки. Они много раз думали о том, чтобы попытать удачу в казино. Конечно, они не собираются полагаться на нее. Временами мальчики тренировались считать карты, и броненосец справлялся с этим весьма неплохо. Он хороший игрок в покер, лицо Кацуки может оставаться беспристрастным, если мальчик берет свой взрывной характер под контроль. Изуку хотя и может сносно читать стол, сам как открытая книга. Даже если он старается контролировать выражения, уши всегда выдают его. Они дергаются вниз или вверх в зависимости от выпавшей руки. У Кацуки, чья броня могла бы создавать похожие проблемы, получается держать ее прижатой всю игру. У Изуку было другое преимущество. У него была магия. Способности каждого демона требовали разного количества важных сделок, чтобы их можно было использовать. В чем бы ни заключалась сила Кацуки, одного обмена душами недостаточно, чтобы заставить ее работать. Магия же Изуку не требует много, но она не боевая. Она аналитическая, своего рода ясновидение. Когда мальчик хочет, может заглянуть в суть вещей, докопаться до разных уровней сокрытого. Истинный облик? Возможные действия? Поверхностные мысли? Эмоции? Пределы тела? Ограничения и правила магии? Все это как открытая книга перед Изуку. И все эти возможности благодаря неутомимой любви к анализу причуд, героев и злодеев. Магия грешников отражает их образ жизни и действий, культуру, увлечения, работу — то, что со временем врезается в самую суть существа и становится частью души. Чем старше человек был в момент смерти, тем легче понять его способности, и тем более четко очерчены их границы, поскольку они «костенеют», так сказать. Подростки же только познают мир и себя, поэтому магия более адаптивна и продолжает развиваться, однако из-за рассеянности не имеет особой силы. Изуку обладал чем-то, что магия могла бы воплотить. Ему не терпится узнать, что будет у Кацуки. Использовать подобные трюки в казино опасно для жизни, но нужно быть полным идиотом, чтобы не прятать их. В целом, казино настолько безопасно, насколько можно оценить место, где возможно потерять все, включая душу. Владельцы казино прикладывают усилия, чтобы внутри заведений посетители не мешали друг другу проигрывать, а всякий криминал оставался за дверью. Никто не спустит в казино кражи, ведь какая выгода позволять кому-то нажиться у человека, который собирался спустить все сбережения на рулетку или автоматы? Итак, пока Изуку и Кацуки держат свои методы при себе, они могут отдохнуть в месте, где им не грозит ничего, кроме разорения. Как всегда, привязанные друг к другу, даже если такой тесный контакт сейчас не нужен, они обменяли немного денег, по которым не будут скучать, на фишки и жетоны. Они опробовали несколько автоматов, и Изуку даже без магии мог сказать, что они скручены так, чтобы выигрышные комбинации выпадали реже положенного. Рулетка, бинго, крэпс и кено их не интересовали, поскольку очень тяжело выйти в плюс, если крупье как-то вмешается. Они изначально рассчитывали на покер, блэкджек и баккара. Однако количество маневров в двух последних ограниченно, поэтому они все же остановились на покере. Единственная игра, в которой задействована не только слепая удача. Они выбрали не самый горячий стол, за которым помимо них расположилось еще пятеро игроков. Изуку пришлось забраться на колени Кацуки и мириться с завистливыми и похотливыми взглядами, чтобы играть вместе. Первые несколько партий они проигрывали или уходили в сброс, чтобы ослабить бдительность. Их бюджет немного просел, но когда крупье сформировал о них мнение, броненосец провел хвостом по его лодыжке. Это просьба оценить соперников. Изуку медленно обвел их взглядом, не боясь встретиться глазами, только игриво улыбаясь, будто присматривает себе более удачливого ухажера на вечер. Им повезло. В этом раунде ни у кого не будет лучшей комбинации. Так и произошло, Кацуки победно ухмыльнулся, а Изуку поздравил настолько экспрессивно, чтобы за ним окончательно закрепилось положение «трофейной леди». В следующих партиях кролик начал разыгрывать искреннюю заинтересованность в игре, беззастенчиво заглядывая в руку броненосца и с тоской глядя на других игроков, иногда симулируя эмоции, чтобы поддержать блеф Кацуки. Изуку приходилось часто дергать ушами, чтобы перемешивать сигналы партнеру, собственные реакции на их руку и бессмысленное действие. Они продолжали играть аккуратно, иногда проигрывая или пасуя, но не позволяли себе уйти в минус. Когда их выигрыш приумножил изначальный бюджет в пять раз, а несколько других игроков сменилось, к ним присоединился еще один. Изуку уже истощил свои собственные возможности, поэтому даже не притворялся, что устал и заскучал, положив подбородок на плечо Кацуки. Тот заканчивал серию пасов, чтобы казалось, что он решил уйти до того, как проиграет весь выигрыш. Изуку очень хотел спать, но ему придется потерпеть хотя бы до автобуса. Было бы здорово иметь машину, но в Пентаграмм-сити, где постоянно что-то взрывается, иметь ее не выгодно, поэтому сильно развился общественный транспорт. Зато Ад свободен от пробок, вот ирония. Новый игрок сразу захватил внимание Изуку, ему даже не нужно использовать магию, чтобы понять, что тот выделяется. И причина весьма проста — его крылья. Кролик повидал много демонов, бродя по перенаселенным улицам. Дополнительные летные конечности или грешники с обликом птиц — это не редкость. Но вот оперенные крылья, растущие из спины? О нет, это что-то новенькое. Тем более казалось, что это какой-то гибридный демон: смесь кота и филина, сплошь усыпанный карточной символикой. Возможно, к лучшему, что Изуку не помогает Кацуки играть сейчас, раз появился кто-то, в чью суть проникли азартные игры. Вдруг кот повернулся в его сторону с мрачным взглядом, от которого кролик почувствовал неясную угрозу. Он не скрывал, что смотрит, но люди так явно демонстрирующие, что пьяны, обычно сами не особо наблюдательны. Чтобы выиграть в покер, необходимо оставаться трезвым, только дураки этого не понимают. Или, возможно, есть те, кому определенный процент в крови не мешает. Изуку прикрыл глаза, легонько улыбнулся и помахал одними пальцами, зная, какое представление о нем создается из-за этого. Но вместо ожидаемой похоти в ответ, кот ощетинился и оскалился, резко отведя взгляд. Изуку испуганно прижал уши к голове, на мгновение подумав, что доставил неудобства порядочному, в этом плане, демону. Такая редкость встретить в Аду кого-то менее, чем озабоченного. — Слезай с меня, Деку. Ты там уснул или что? — шипение Кацуки шокировало кролика. Он так резко отпрянул, что свалился бы на пол, если бы броненосец не схватил его в последний момент. — Держи себя в руках, придурок! — тихо отругал он. — Прости, я задумался, — нервно хихикнув, Изуку все же встал на затекшие ноги. — Я заметил, — фыркнул Кацуки, но отпустил эту тему. Видимо, его больше волновало, насколько тяжелее теперь будет защищать их сбережения. Наверное, им следует вложить часть денег в зачарованные кошельки или понадеяться найти один такой после чистки. Вместо откровенных объятий броненосец просто взял его за руку и повел в сторону обменника. Изуку продолжает удивляться, как при таком взрывном характере, его лицо может оставаться таким холодным, беспристрастным, опасным и осуждающим одновременно. Напоследок кролик обернулся, надеясь последний раз взглянуть на заинтересовавшего его крылатого демона, но того скрыла стена наблюдателей. Изуку ничего не мог сделать с любопытством, ему очень хотелось узнать, что в смертной жизни подарило ему такой облик.

***

За несколько часов до начала дня истребления они предусмотрительно перебрались в убежище и замаскировали входы. Один ведет на улицу, один в подвале, на случай, если ангел найдет их и придется бежать. Мальчики сделали тоннели узкими, чтобы крылатые истребители не могли пролезть в них, по крайней мере сразу. Само убежище весьма мало, едва есть место, чтобы сидеть, но дело не в комфорте, а в безопасности. Это необходимо лишь для одного дня в году, может быть в следующем они смогут заплатить, чтобы попасть в настоящий бункер. Итак они расположились, позволив себе для удобства взять только одну подушку, поскольку много места занимали сумки с деньгами, едой и водой. Пара достала телефоны и принялась просматривать видеохостинги, транслирующие события в Аду в прямом эфире. Весь круг Гордыни затаил дыхание в томительном ожидании, улицы практически опустели, все спрятались в домах в тщетной надежде, что этого достаточно, чтобы избежать внимания экзорцистов. Кого-то это не волновало, и они продолжали наслаждаться собой в немногих открытых развлекательных заведениях. Пара оверлордов даже продолжила заниматься повседневными делами на открытом воздухе, словно все это их не касается. В час икс по Аду разнесся отзвук боя колокола, и расправы начались. В первую очередь ангелы нацелились на шумные заведения, где точно скапливались демоны, и бездомных. Время от времени экзорцисты позволяли себе ворваться в квартиры на верхних этажах или напасть на автобусы, полные улепетывающих в панике грешников. Ангелы действовали быстро, но кроваво и жестоко. Их оружие то и дело застревало в трупах и обломках или ломалось, и истребители без сожалений бросали его, призывая все новые и новые копья, мечи и все остальное. Изуку жмурился и часто отводил взгляд, смотреть за расправами невыносимо. Даже если многие там ужасные люди, вторая вечная смерть кажется излишней. Кацуки морщился, но продолжал проверять положение дел. Через несколько часов, когда все желающие покончить с собой и неудачники, не нашедшие убежище, были устранены, начался настоящий кошмар. Ангелы начали атаковать и разрушать здания, чтобы заставить набившихся в них демонов вылезти и разбежаться. Некоторые пытались дать отпор, но сила демонов не способна повредить экзорцистам. Тем даже не нужно уворачиваться, разве чтобы их не отбрасывали. Кацуки переключился на камеры в городе Самоубийц. Здесь ангелы также то и дело проносятся по небу, но их меньше и ведут себя не так радикально. На кадрах можно разглядеть множество балконов, залитых кровью тех, кто ожидал этого дня. Святые линчеватели наверняка знают, для чего существует конкретно это место и не спешат его разорять. Только обескровить. Ближе к полудню Изуку погрузился в беспокойный сон, но Кацуки решил оставить его в покое. Ему уже надоело слушать бесконечное нервное бормотание и поскуливание, когда чуткие уши кролика улавливали какие-то звуки сверху. В относительной тишине броненосец и сам смог немного расслабиться, открыв только вкладку с трансляцией их дома. Пока, насколько он может судить, ангелы не предприняли никаких попыток попасть под землю. Возможно, они осознают, что окажутся в невыгодном положении, если потеряют способность летать. Или же считают, что на поверхности убьют намного больше, чем под ней. Это не так уж и важно. Просто дает надежду, что нора пары — лучшее и очевиднейшее решение — больше, чем невидима для экзорцистов. Она им не интересна. К четырем часам проснулся Изуку, и Кацуки передал ему обязанности по наблюдению. Необходимость целый день сидеть в маленьком пространстве почти неподвижно начала подогревать его раздражение. Сон был единственным, что могло помочь хоть немного скоротать время. После мучительного процесса поиска удобного положения, ему удалось найти нужную позу, уткнувшись мордой в спину Изуку. Однако, беспокойный сон не продлился долго. Ровно в шесть часов вечера по Аду вновь разнесся отзвук бьющего колокола, оповестив об окончании истребления и начале нового года для грешников. Кацуки угрюмо придвинулся к Изуку и взглянул на экран его телефона. На улицах ангелы поднимались вверх и исчезали в порталах. Лишь некоторые задерживались, чтобы добить кого-то или забрать любимое оружие. После них улицы превратились в кровавую баню. Под кровью и ошметками тел едва видны асфальт и бетон. В городе Самоубийц же дороги чисты, только балконы окрашены в красный, но первый же ливень все очистит. Следующий час демоны будут приходить в себя, восстанавливать поврежденные владения и проверять уровень разрухи. Затем начнутся сражения за территории. — Пошли. Надо найти хорошее место, пока другие все не обчистили, — Кацуки нетерпеливо пополз к выходу, не дожидаясь ответа. Он высунул голову на улицу, но кроме тишины его не встретили звуки, характерные спальному району. Ангелов не осталось. — Чисто. — Мне начать с нижних этажей? — спросил Изуку, принимая помощь Кацуки, выбираясь из норы. — Пропусти первые. Кто-то другой может попытаться их обчистить, — броненосец продолжал оглядываться, пока кролик прислушивался. Убедившись, что никого нет, они побежали к дому, в котором хотят обосноваться. Это здание близко к выходу из города, но достаточно далеко, чтобы затеряться среди десятков таких же домов. Внутри оно немного чище других, а планировка примечательна тем, что в нем есть двухкомнатные квартиры, а кухни не похожи на шкаф для метел по размерам. Любая квартира в этом доме им подойдет, но лучше выбрать наиболее обставленную. Это небольшая проблема, поскольку самоубийцы не склонны обустраивать жилище. Снаружи видно, какие квартиры можно проверить. Изуку указал, с какой начнет и несколькими резвыми прыжками оказался сначала на первом этаже, затем на втором, где исчез за балконной дверью. Кацуки зашел в подъезд и поднялся по лестнице. Там Изуку ждал его за приоткрытой дверью. Все освободившиеся квартиры на этой балконной линии их не удовлетворили, а поживиться в них было особо нечем. Когда они начали проверять балконы на другой стороне дома, на пятом этаже Изуку остановился на балконе, заметив необычную разруху. В отличие от залитого кровью пола и трупа, там было выбито окно, а в затемненной комнате царили хаос и разгром. Изуку сдернул шторы и постелил их на пол, чтобы не поранить ноги. Внутри стены щедро разукрашены брызгами демонической крови, мебель перевернута, некоторая даже сломана. Труп с раздавленной головой лежал в прихожей, приколотый копьем со сломанным древком к полу. Изуку на секунду зажмурился, считая до десяти, затем пошел открывать дверь. Это был самый крепкий замок из всех, что он видел за сегодня. — Черт, она сопротивлялась? Какого черта? — броня Кацуки раскрылась в тревоге. Он быстро вытащил копье и, подцепив хвостом труп, выволок его на лестничную площадку, чтобы не смотреть. Они бы обыскали ее на предмет ценностей, но вряд ли в пижаме что-то есть. — Наверное, она думала, что ангелы не будут проверять квартиры, когда есть много желающих выйти им навстречу, — Изуку не мог избавиться от напряжения в голосе, двинувшись проверять ящики, чтобы отвлечься. Сегодня он повидал много смерти и мертвецов, но это как-то плохо поразило его. — Или она забыла про истребление, — хмыкнул Кацуки, пиная многочисленные бутылки, рассыпанные в спальне. На кухне их было не меньше. Мальчик критически осмотрел помещение, задержавшись на рольставнях над балконом. — Идиотка. — Не ругай мертвых, Зеро, — против воли Изуку немного полегчало из-за его отношения, но он отказывался это признавать. — Похоже, у нее был регулярный приток денег. Вся мебель новая, много бытовой техники, надежные замки, дорогая одежда. Думаешь, она заключала сделку с оверлордом? — Даже не сомневайся, — отозвался Кацуки, с подозрением глядя на огромный телевизор в гостиной, а следом находя два поменьше на кухне и в спальне. Только контрактники Вокса получали телевизоры бесплатно. Для обычного демона проблема купить хотя бы один. Кацуки не хотел рисковать, что оверлорд проверит это место, поэтому вынес все экраны в коридор, где их скоро кто-то приберет себе. — Пока это лучшая квартира из всех. После небольшой убоки здесь будет весьма мило, — осторожно предложил Изуку, хотя знал, что Кацуки не откажется. Кролик нашел сумочку и без раскаяния пошарил в ней, найдя то, что им так нужно. Зачарованный кошелек. С окончательной смертью владельца подпись пропадает, и любой желающий может взять оттуда деньги и настроить подпись на себя. Все остальное время эта штука весьма надежная. — Я найду номер фирмы, чтобы поменять окна, — предложил Кацуки, пересчитав полученные деньги. Они могут позволить себе потратить пару недель на благоустройство дома, а также немного денег. Честно говоря, у них уже намного больше, чем может понадобиться. Не совсем правильные слова. Они могут жить целый год, ни в чем не нуждаясь. И при этом они сильно экономят на жилье, поскольку в городе Самоубийц оно бесплатное. Кацуки сел на кровать, держа телефон перед глазами, но внезапный звук, напоминающий игрушку-пищалку, заставил обоих мальчиков остановиться. Броненосец инстинктивно поднял ноги, пока Изуку встал на четвереньки, чтобы заглянуть под кровать. Кацуки увидел, как его хвост восторженно завилял, поэтому просто закатил глаза и занялся делом, не желая знать, что за ерунду нашел кролик. Тот же выбрался, удерживая взъерошенную белую моль, размером с кошку. Кацуки с отвращением отпрянул, безмолвно желая взорвать вредителя-переростка. У Изуку были совсем другие мысли. — Как мило! Домашняя моль! — воскликнул кролик, осторожно поглаживая пух насекомого, что постепенно успокаивалось. — С чего ты взял, что это не местный аналог крыс или термитов? — Кацуки решил, что они сегодня больше никуда не пойдут, поэтому развалился на покрывале, сделав мысленную пометку сменить постельное белье. — Здесь ошейник. Ее зовут Флаффи, — Изуку выудил из пуха розовую полоску кожи. Моль снова издала пищащий звук, на что кролик восторженно ахнул. — Мы можем оставить ее? — Почему ты спрашиваешь меня? Я не могу запретить тебе что-то делать, — Кацуки недовольно взмахнул руками. Он действительно не понимал, почему Изуку продолжает смотреть на него этими доверчивыми глазами и зависеть от его мнения. Когда броненосец последний раз давал «дельный» совет, кто-то ему последовал и оказался в Аду. — Мы же партнеры. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя не комфортно, — искренне ответил Изуку. — Беспокойся о своем комфорте, тупой Деку. Со мной все будет отлично в любом случае, — проворчал Кацуки с фальшивой бравадой. Он перевернулся на другой бок, скрывая, как его это задело. Кролик странный, настойчивый, надоедливый, но, похоже, в жизни и смерти он единственный, кого волнует сам Кацуки, а не его влияние, перспективы или причуда.

***

Изуку понятия не имел, как ему не хватает банального ведения хозяйства, пока они не начали приводить квартиру в удобоваримый вид. Они оттерли кровь с пола и мебели, отодрали испачканные обои и поклеили новые. Починили все, что можно было починить, а остальное вынесли вместе со складом бутылок, пакетами с наркотиками и некоторыми взрослыми игрушками, найденные в ванной. Всю одежду они сдали в комиссионный магазин, а на вырученные деньги купили продукты и оплатили новые окна. Кацуки хотел тонированное стекло, чтобы снаружи не было видно рольставни, которые так и кричат, что в квартире что-то ценное. О приезде фирмы Изуку пришлось заранее предупреждать Алькора, и тот был не против. Кацуки не мог справиться с беспокойством и агрессией, которые в нем вызывал тощий смотритель города. Было странно просто проводить дни в новом доме, но невообразимо приятно после спешки последних месяцев. Дни тянулись медленно, в некоторые из них Изуку даже не трудился встать с удивительно уютной кровати, обняв Флаффи и читая что-нибудь из школьного курса. Им никогда не придется беспокоиться о поступлении в старшую школу. Возможно, даже многое из школьной программы никогда не пригодится. Например, биология. В Аду все человеческие знания по этой теме почти ничего не стоят. Но если они позволят себе погрязнуть в рутине, то рискуют начать деградировать. Преимущество всегда остаться ребенком в том, что мозг всегда будет хорошо усваивать информацию. Было бы грехом пренебречь этим. Они разделили обязанности по дому. Поскольку из них двоих Кацуки готовит намного лучше, он отвечает за питание. Изуку ответственный за чистоту в квартире и за их моль. Потрясающе иметь возможность есть настоящую еду, а не фастфуд или консервы, которыми они злоупотребляли все это время. Еще лучше то, что Кацуки отлично готовит Японские блюда, которые в Пентаграмм-Сити можно найти только в более дорогих заведениях, которые им не по карману и не по статусу, чтобы посещать каждый день. Изуку не стыдно признаться, что он плакал, когда они впервые вместе ужинали на кухне. Он так сильно скучал по чему-то столь простому и человеческому. По возможности притворяться, что их жизнь лучше, чем кажется на первый взгляд. За первую неделю демоны из города Каннибалов вывезли все тела. Во вторую неделю квартиры снова начали потихоньку заполняться. Грешники перебрались из старых и поврежденных домов в освободившиеся в лучшем состоянии. Самоубийцы, как правило, тихие и стараются не мешать друг другу. Если соседи доставляют неприятности, всегда можно пожаловаться Алькору. Для демона тот довольно приятный и ответственный. Изуку не знает, почему тощий смотритель взвалил на себя ответственность за этот город. Ему может нравится поддерживать порядок, или же это его способ искупить себя, помогая самоубийцам найти покой после смерти и уйти навсегда. Но он точно не пытается получить власть, как оверлорды. Глупо заключать сделки на души, когда большая часть контрактников добровольно выйдет к ангелам на следующей же чистке. С приобретением квартиры и сбережений они как будто поднялись по социальной лестнице. Мир ощущался другим, Изуку словно перестал смотреть только вверх на блистающие софиты. Теперь он может опустить взгляд и разглядеть грязь под ногами. Нехорошо так думать о демонах, неспособных выбраться из ямы нищеты, но всегда есть путь. Если пара детей смогла, то и им нет оправдания. Изуку был бы более обеспокоен социальными тенденциями, если бы был в мире людей. Но он в Аду, сострадание — нож, который ты держишь за лезвие. Приложи чуть больше усилий, и ты пострадаешь. Кролик все еще хотел бы дать им шанс, но не в убыток себе и Кацуки. Есть способы, но это так же рискованно, как и жульничество в казино. На удивление, броненосец серьезно воспринял его идею, но без какого либо альтруистического подтекста. Не то чтобы они так жаждут силы и власти, тем более за счет слабых и убогих. Изуку точно не спешит заключать нечестные, односторонние сделки. Однако сила эквивалентна безопасности. Совсем не обязательно становиться оверлордами с миллионами душ в вечном рабстве, но несколько сотен сделала бы их достаточно могущественными, чтобы не бояться каждого встречного прохожего. Но даже для этого им понадобятся деньги. Очень много денег. Поэтому они стали частыми гостями казино. Кацуки играл, Изуку его координировал. Они старались дважды не появляться в игровых залах, принадлежащих одним владельцам в неделю. Второй этап не такой точный в деталях. Им просто приходится шататься по свободным территориям и искать только появившихся грешников, готовых продать душу с возможностью выкупа. Через три месяца и две недели со дня смерти Изуку и Кацуки заключают первый контракт на душу (их собственные не в счет). Они находят парня по гневному плачу в подворотне. Тот избит и явно истощен, у него, видимо, нет ни силы, ни мозгов, чтобы выжить в Аду. Трудно сказать, сколько ему было лет в момент смерти, но голос слишком глубокий для молодого. Демонические облики полностью стирают грань между расами и поколениями, иногда даже полом. Никто ни разу за все время даже не подумал, что Изуку и Кацуки слишком молоды, чтобы делать некоторые предложения. — Привет! Вижу Ад был к тебе не благосклонен, — кролик хотел вывести демона из равновесия наигранно веселым тоном. И у него прекрасно получилось. — Отпали, сука, пока я не разбил твое милое личико, — огрызнулся тот, из последних сил вставая, чтобы грозно возвыситься над Изуку. Кролик невольно отвел уши на оскорбление, но, услышав металлический звук удара хвоста Кацуки о камни, успокоился. — Как грубо. Я надеялся выкупить что-то у тебя. Кажется, тебе срочно нужны деньги, — продолжил Изуку, надеясь, что незаметно, насколько его все это нервирует. Но он единственный из пары, кто может вести переговоры и не взорваться по малейшему поводу. — Что ты хочешь? — демон вдруг стал очень внимателен, по новому глядя на кролика и броненосца. Однако, опасения в его глазах не было. Это хороший знак. — Я выкуплю твою душу, — прямо сказал Изуку, быстро продолжив, не давая времени обдумать. — Знаешь, теперь нет причин так печься из-за нее. Ты все равно в Аду. А коллекционирование душ здесь распространенное хобби. Если ты передумаешь, сможешь выкупить ее обратно в любой момент. — И сколько ты даешь за душу? — все обдумав, с небольшим соблазном уточнил демон. Он совершенно не понимал, что делает. — Скажем, две тысячи соулов, — предложил Изуку, словно это копейки для него. Подобная сумма не велика и не мала. Если экономить, на две тысячи можно прилично жить два месяца. Этого более чем достаточно, чтобы встать на ноги. Стартовый капитал для начала новой жизни. Если демон не спустит все в унитаз, у него есть хорошие шансы в конце концов выкупить душу. За более высокую цену, естественно. Изуку ничего не сказал о том, что выкуп будет за те же деньги. — Три тысячи, — тут же попробовал сторговаться грешник, почуяв легкие деньги. — Боюсь, твоя столько не стоит, — кролик задрал нос и отвернулся, медленно и беспечно уходя, словно потерял интерес. — Будь ты кем-то более важным, я бы дал и три, и пять, и все десять. Но ты же просто парень из подворотни. Ну ладно. Найду кого нибудь другого. — Нет, стой! Две — отличная цена! Купи за две! — демон в отчаянии догнал их и встал поперек переулка. Кацуки угрожающе раскрыл броню и оскалился. — Я рад, что мы договорились! — Изуку невинно улыбнулся и протянул руку. Броненосец сделал то же самое. — Теперь пожми нам руки, чтобы все было официально, и мы разойдемся, как в море корабли. На секунду демон замешкался, смущенный их синхронностью, но взял себя в руки. Он схватил их ладони и уверенно встряхнул. В тот же момент смесь оранжево зеленой магии сковала грешника, заставив того сдавленно охнуть и пошатнуться. Все закончилось быстро, и Изуку протянул ему заранее заготовленный конверт. — Приятно иметь с тобой дело, — кролик всунул деньги в руки застывшего в страхе демона и, взяв Кацуки под локоть, быстро вышел из переулка. Лишь на некотором расстоянии, когда стало ясно, что их точно не преследует контрактник, он вздохнул с облегчением. — Какое счастье, что все закончилось. — Ты чертов змей искуситель, Деку, — ухмылялся Кацуки. Его эйфория от победы передалась и кролику, вилявшему хвостом на похвалу. — Ты опаснее, чем кажется на первый взгляд, — задумчиво добавил он. Изуку радостно прильнул к нему, засмеявшись, когда броненосец отпихнул его. Раньше кролик всячески отрицал бы эти слова, считая себя никчемным беспричудным ребенком. Сейчас? Он единственное, что уберегает Кацуки от расправы в драке, абсолютно смертелен с пистолетом, лучший сборщик информации, а также отлично заключает сделки. Не в первый раз Изуку думает, что смерть — лучшее, что могло с ним произойти, исключая партнерство с отчужденным другом детства. Впервые он не чувствует горечи и сожаления за свое существование.