Я здесь, Мирон, я никуда не денусь.

Он провёл рукой по лицу. Вздохнул резко. — Потому что… потому что мне хуёво, блять. И я не знаю, как это делать по-другому. — Как это? — она наклонила голову. — Игнорировать? Прятаться? Делать вид, что всё ок? Он вспыхнул. — Да не делаю я вид! — шагнул ближе. — Я просто… я занят. Мне надо выгрести. Мне надо— — Мирон — она отрезала коротко, смотря в глаза — Все, что надо тебе — надо и мне. Но ты пытаешься один. Он замолчал. И вот это молчание её добило. Он резко притянул её к себе. Слишком сильно. Почти грубо. — Не смей, — прошипел. — Не смей делать из этого какую-то хуйню. — Тогда не держи меня так, — ответила она, но не вырывалась. — Потому что это выглядит, как будто ты боишься, что я уйду, но не готов быть со мной здесь. Он сжал челюсть.Руки дрожали. — Я не боюсь, — соврал. Она посмотрела ему прямо в глаза. — Ты врёшь. Он не ответил. Просто держал. Как будто если отпустит — рассыпется. Она выдохнула. Уперлась лбом ему в грудь. — Я не собираюсь никуда уходить, — сказала тихо. — Но если ты будешь продолжать делать вид, что меня нет — я однажды перестану стучать. Он вздрогнул. — Не надо, — сказал почти зло. — Не надо так говорить. — Тогда не делай так, — ответила она спокойно. Он резко отстранился. Прошёлся по комнате. Сжал кулаки. — Ты всегда так, — бросил. — Сразу всё в крайности. Она повернулась к нему. — А ты всегда так, — спокойно. — Сразу в бегство. Тишина.Он стоял, опустив голову. Она — напротив.Между ними — воздух, который невозможно вдохнуть. Он сделал шаг к ней. Потом ещё один. — Просто… — начал и замолчал. — Просто будь здесь. Она смотрела на него долго. Потом шагнула вперёд и обняла сама. Крепко. Не нежно. — Я здесь, — сказала. — Вопрос только, где ты. И в этот момент он сломался не словами — телом. Уткнулся в её плечо. Сжал так, будто держится за последнюю точку опоры. Он не выдержал первый. Даже не понял, в какой момент это произошло — просто оказался рядом слишком быстро, слишком близко. Руки нашли её талию, будто знали дорогу наизусть. Сжали. Не аккуратно. Жадно. — Лин… — выдохнул почти в губы. Она не отступила. Наоборот — шагнула навстречу, и это было хуже всего. Он схватил её за лицо. Большими ладонями, грубо, без вопросов. Прижал. Поцеловал так, будто месяц молчал и сейчас выдыхал всё разом. Губы — горячие, злые, голодные. Он кусал, тянул, не давая ей ни секунды на мысль. Она ответила сразу. Так же жёстко.Так же без тормозов. Пальцы в его волосах, ногти — по коже. Она тянула его к себе, будто хотела вдавить. Дыхание сбивалось, воздух кончался. Он рычал ей в рот — низко, хрипло. Руки скользили по спине, ниже, снова вверх, сжимая так, будто боялся, что она исчезнет. Он прижал её к стене. Не швырнул — вжал. Тело к телу. Давление. Жар. Лоб в лоб. Дыхание в дыхание. — Я скучал, — сказал резко, как признание, которое вырвалось не вовремя. Она закрыла глаза. И это было последнее предупреждение. Он снова поцеловал — глубже, отчаяннее. Руки уже не искали — брали. Он дрожал. Реально дрожал, как человек, который держался слишком долго и вот-вот сорвётся. — Не уходи, — прошептал он ей в шею. — Пожалуйста… Это слово разрезало. Она резко оттолкнула его. Не грубо — окончательно. — Стоп. Он замер. Сразу. Как будто его выключили. — Принцесса.. — голос сорвался. — Я просто… я не— — Нет, — она подняла руку. — Не так. Он смотрел на неё, тяжело дыша. Глаза тёмные, злые, растерянные. В них было всё сразу: желание, злость, страх, зависимость. — Я хочу тебя, — сказал он честно, почти зло. — Я тебя хочу так, что башка едет. Я… — замолчал, провёл рукой по лицу. — Я не могу сейчас по-другому. Она подошла ближе. Не касаясь. — Я тоже хочу, — тихо. — Но я не хочу что-то глушить. Он закрыл глаза. Стиснул челюсть. — Тогда останься, — почти прошептал. — Просто… останься. — Я здесь, Мирон, я никуда не денусь. Я без тебя..— ответила она и осеклась — Но не так. Тишина. Он стоял перед ней, сломанный и возбуждённый, злой и потерянный. И впервые — не получил того, чего хотел, потому что хотел слишком сильно.