*18*

Мы взбираемся на покатые склоны разрушенной башни Вороньей Высоты. Она вздымалась над заснеженными просторами, словно забытый страж ушедшей эпохи. Её каменные стены, покрытые инеем и толстым слоем снега, изрезаны трещинами — сквозь них проглядывали темные провалы залов. Обрушенные лестницы петляли между этажами, а мы петляли по этим пролетам, пытаясь как можно быстрее забраться наверх. На открытых площадках снег лежал неровно: в углах наметало сугробы, а на сквозняках поверхность была исчерчена узорами позёмки. Где‑то наверху, на самом верху, слабо покачивался на ветру обломок флюгера — единственный признак того, что здесь когда‑то жили люди. Морозный воздух звенел тишиной, ветер перестал подниматься и это так же атмосферно влияло на нашу скорую встречу с Азогом Осквернителем.   Горные бараны очень хорошо справляются со своей задачей, ни разу не поскользнувшись и не оступившись на нашем пути. Орки старались на нас напасть и как-то замедлить. Но решительность и быстрота наших передвижений давала им такой же резкий отпор. Верхние этажи встречают нас усиленными отрядами орков, Торин отдавая мне поводья, спрыгивает и начинает отбивать атаку. Краем глаза вижу такое решение всех, поэтому быстро слезаю с животного и достаю секиру. Отрубаю ближайшему орку голову, слыша его предсмертные всхлипы и продолжаю идти дальше. Иногда поглядываю в сторону гномов, на случай, если орки нападут сзади. Вскоре живых орков не остается, а каменная брусчатка усеяна трупами и омыта их кровью. Король командует разойтись на разведку. Азог должен быть где-то здесь.   Вокруг слишком тихо. Стихий я не чувствую, звуковое сопровождение стихло. Такое чувство, что нас методично заманивали в ловушку или старались отделить от остальной армии. Перехватываю оружие в другую руку и заглядываю за каждую каменную преграду. На Вороньей Высоте достаточно давно никто не живет, но вероломные орки могут поджидать где угодно. Их существование не знает пощады, не знает эмоций, у них нет разума. Орки из Дол Гулдура созданы только для одной цели - истребить все расы. Здесь никого нет, нужно возвращаться к Торину.   — Торин, уходите отсюда, — вдруг произносит Бильбо, который появился буквально из воздуха. — Скоро сюда прибудет еще одна армия. Эта башня окажется в окружении и отсюда будет не выбраться.    — Мы почти у цели, — противиться Двалин, за что получает от меня по руке.   — Я напоминаю вам о том, что нас мало, — говорю я. — И речь идет не о бравом поступке, а о глупой кончине. Торин, сейчас лучше отступить.    — Нет, — отвечает Торин, качая головой. — В этот раз я обязан прислушаться к их мнению. Это ловушка. Он пытается нас заманить туда. Нужно найти Фили и Кили. На отступах отразим удар, но не сейчас. Ну же!   В это же мгновение звучат орочьи барабаны, а пик Вороньей Высоты загорается огнями. На открытое пространство выходит Азог, показательно обнажив свои зубы. Будто он уже захватил весь мир для своего Повелителя и теперь принимает почести от прислужников. И только через секунду и один рваный чужой вздох я вижу в лапе чудовища лежащего лицом в холодный камень Фили. Торин ступает вперед, но наши шансы малы. Слезы застилают глаза, я особо уже ничего не вижу и все передо мной расплывается. Это показательное убийство. Фили не выживет, как бы мы не пытались сейчас пойти с Осквернителем на переговоры.    — Сначала умрет он! — командует Азог, поднимая гнома, будто он ничего не весит и для него происходящее сейчас это шутка. — Затем его брат, и напоследок я оставлю вас двоих.    — Я любил Вас! — произносит Фили, улыбаясь одной стороной рта.    Бледный орк протыкает тело гнома оружием, который все еще торчит из его левой культи. Сердце Фили перестает биться в тот же момент. Это и хорошо, ему не было больно и он не мучился в агонии. Лучшая из возможных смертей. Азог продолжает над нами насмехаться, прокричав что-то о том, что кровь наследников горы скоро прервется и он приложит к этому силу.  Ловлю запястье Торина, пытаясь остановить следующие его действия. Фили не был мне чужим и его последние слова сильно запали мне в душу, но страх или желание отомстить не должны затуманивать наш разум. Нужно найти и Кили. Для него эта смерть очень травмирующая.    — Кили! — кричит Двалин, как будто почувствовав и прочитав мои мысли.    — Тинувиэль, — вдруг падает со мной на колени Торин, крепко схватив мои руки в свои. — Сейчас не твоя война. Дослушай меня и пойми правильно. Я не могу взять твою жертву. Молю, найди Кили, убереги наследника престола. Если нас найдет Азог, у нас не будет шанса. Уходите.    Киваю ему, мысленно моля Эру помочь этому гному. После произнесенных слов Король под горой встает на ноги и убегает на нижние этажи. Я выполню его просьбу, ведь он прав. Осквернитель сейчас на вершине своего величия, как он и хотел - мы загнаны в ловушку и отрезаны от своей армии. Трандуил, скорее всего, уже отозвал свои войска, чтобы не проливать священную кровь лесных эльфов. Даин защищает подступы к Эребору, отстаивая только приобретенные вновь границы гномов. Мы в меньшинстве и ослеплены потерей Фили.    Поднимаюсь на ноги, чувствуя, как покинутые захват теплых рук Торина, руки дрожат. Нужно взять себя в руки и отправиться на поиски Кили. Тот явно сейчас озлоблен и мечется по заброшенной Высоте для возможного отмщения. Делаю шаг в сторону, как на нас из-за преграды начинает мчатся армия орков, которыми командовал Больг. Этот помощник Азога несется прямо на меня, замахиваясь своей дубиной. Двалин отражает эту атаку, защищая меня от нападения и толкая меня прикладом своей секиры в сторону, намекая мне на то, что пора покидать это место.   — Тинувиэль! — кричит Леголас, находясь где-то неподалеку.    Но мне нельзя останавливаться. Если остановлюсь казалось мои легкие будут пережаты тем же воздухом, чем я не могу надышаться. Приказ Торина. Нужно найти Кили и остановить его последующие действия. Именно эта мысль подгоняет меня вперед, в противоположную сторону от наследника Лихолесья. Через минут пять бездумного блуждания по каменистым окрестностям, иногда подгоняемые атаками орков, я нахожу мелькающую в сражении накидку Кили.    — Кили! — кричу из последних сил я, стараясь обратить на себя внимание.   — Тинувиэль? — спрашивает он, оглядываясь по сторонам.   Я тяну к нему руку и кажется вот-вот мои силы иссякнут. Делаю резкий разговор вокруг своей оси, пытаясь увернуться от холодного лезвия, которым пытался меня проткнуть Больг. Эру, дай мне сил! Это отродье выбивает ногой мое оружие и следующий действием отталкивает меня к ближайшей лестнице. Ощутимо прикладываюсь плечом и левой стороной ребер, но кажется, сейчас совсем не время обращать внимание на боль. Уворачиваюсь от его следующего удара и быстрым движением достаю из-за спины кинжалы. Ими сподручнее, но этот орк не тупое существо, а подготовленный воин и выкормленыш самого Азога.    Лавирую между атаками, стараясь нанести ему урон. Захваты конечностей можно даже и не пытаться сделать, Больг во множество раз меня сильнее и крупнее. Делаю подсечку, присаживаясь на корточки, что значительно уравнивает мои шансы на победу. Отродье падает на колени и заводит руку с дубинкой для следующего удара. Кили оказывается рядом со мной, все его тело покрыто орочьей кровью, и наносит решающий удар - отрубает Больгу голову точным движением своего топора.    — Бежим! — кричит гном, хватая меня следом за руку.   После смерти Больга на нас стала наступать армия гномов-разведчиков. Эти твари тощие, покрытые черными вкраплениями и без оружие в лапах. Их много и они способны разгрызать своих врагов острыми зубами. Пока мы с Кили бежали вперед, ровно туда, куда шла вымощенная дорожка, за нами неслась стая орков. Выстоять против такого количества мы не сможем и радует лишь то, что наша ситуация нами же здраво оценивается. Не хотелось бы потерять еще и Кили, на сердце и в воспоминаниях все еще жива смерть Фили. Те слова, что гном кинул в свой последний раз - ни раз я замечала его влюбленные на себе взгляды. Он как-то всегда оказывался рядом и старался помочь или поддержать. Очень жаль, что он погиб в столь молодом возрасте, но клянусь, жизнь его брата я сохраню.    Оказавшись на открытой ледяной поверхности, мы оказываемся в ловушке обстоятельств. Как вдруг, неожиданно для нас с Кили, орки за нами стали падать замертво. Остановившись, оглядываясь по сторонам в поисках той помощи, которая нас защищает.    — Тауриэль, — выдыхает чужое имя гном, указывая рукой в нужном направлении.    Там и вправду, возвышаясь на каменной преграде, стояла эльфийка, быстро перезаряжая лук стрелами и тут же выпуская их точно в сердце врагов. Эта ситуация уже не кажется постановочной, а в голове всплывает в секунду та же мысль, что и в Озерном городе. Местонахождения Тауриэль сейчас нельзя ничем объяснить, кроме как влюбленностью. И это однозначный факт, который виден невооруженным взглядом. Из раза в раз она следует за гномом, хотя эта связь всегда будет порицаться со стороны двух рас. Факт того, что она не только следует за ним, но и тем самым защищает его, буквально ставя и свою жизнь под угрозу - восхищает. Отсюда и следует другой вывод - мне буквально все равно, что подумают другие, но если мои догадки верны, я буду счастлива за них двоих. Как бы ко мне изначально не относилась глава лесной стражи.    Но ее запас стрел тоже не бесконечен, а орки начинают нас захватывать в круг. Мы с Кили бросаемся на орков, разрубая их и сокращая их численное превосходство. Руки по локоть оказываются в крови, кольчуга неприятно стала отягощать тело из-за разных жидкостей, которая на нее попадает. А глаза уже порядком устают от меняющихся быстро картинок. Останавливаться нельзя или я погибну.   — Avaë lye nalta, (Найди его,) — говорит Тауриэль, пробираясь к нам и буквально оттесняя меня из этого круга. — Le tel' Amon. Kela! (Тебе пора. Ступай!)    Киваю ей, но продолжаю неверяще на нее смотреть. Вера в их силы конечно же есть, но… С другой стороны, страх за принца Лихолесья так же таится во мне, и не выходит на первый план лишь потому что это поможет потопить мое сознание и вовлечь меня в истерику. Срываюсь с места и бегу в противоположную от места сражения сторону, спускаясь по обледенелым ступенькам. Кричать его имя сейчас запретно. И даже не то, что этот звук расскажет всем, где я сейчас нахожусь. Вдруг я не получу слова в ответ, сказанные его голосом.