*Бонус*

PS. Бонус: отрывками и в хронологической последовательности.  

*Прошло полгода*

  — Прошу прощения, миледи, — тихо начинает Марта, присев передо мной в реверансе и склонив почтительно голову. — Король Менелтор отправил меня к вам, просил пригласить вас в Тронный зал.   Улыбаюсь Марте, вспоминая, как когда‑то она зашла в мои покои ровно с такими же словами. С этого как раз и началось моё неожиданное путешествие, которое подарило мне весь спектр эмоций и историй на всю мою последующую жизнь.   Я продолжаю поддерживать связь с Бильбо Бэггинсом и с гномами Эребора. Мы пережили достаточно, чтобы в каждой из записок высказывать желание увидеться и рассказать о том, куда можно отправиться ещё, — организовывая ещё одно небольшое путешествие.   Престол Одинокой горы занял Кили, перед которым я долго (как минимум в трёх записках) извинялась за своё отсутствие на его коронации. Воспоминания действительно свежи, и оказаться там вновь настолько скоро для меня опасно.   Хоть с Торином у нас и были разногласия, мои мысли о том, что всё могло бы быть не так, не дают мне покоя. Есть ещё один эльф, но думать о нём опасно. Между нами ничего нет и не могло быть. Эти взаимоотношения были недельной слабостью и страхом перед смертью. Ни одного ворона, ни одной записки или дуновения эльфийского ветра…   — Пойдём, — кивнув головой, встаю на ноги.   В тишине мы передвигаемся по величественному замку сумеречных эльфов. За время моего отсутствия отец знатно постарался и провёл достаточно много важных реформ.   Военная реформа — с пересмотром правил поведения и формированием войск. Конечно, само зло уже повержено, но существование остаточного сопротивления не даёт полностью спустить всё на самотёк. Армия встречала меня с бурными овациями. Хотя преуменьшать я тоже не хочу: всё население встречало меня с аплодисментами и слезами счастья на глазах.   Кроме военной подготовки, отец учредил ежегодную перепись населения и ввёл социальную поддержку переселенцам. Ворота Королевства были открыты для беженцев и погорельцев. Наши земли расширялись, и людей становилось больше. И это не могло не радовать.   — Papa, — произношу я, присев в лёгком реверансе. — Ты звал меня?   — Тинувиэль, родная, — отвечает отец, протягивая мне руку. За которую я уверенно берусь, ровняясь с правителем. — Пришло время представить тебя нашему дорогому и многоуважаемому гостю. Великий правитель, господин Элронд…   — Не утруждайся, Менелтор, — перебивает его правитель Ривенделла, вставая из‑за стола. За ним поднялись и остальные эльфы, которые прибыли с ним. — С Тинувиэль мы уже знакомы. Во время великого похода к Одинокой горе она прибыла ко мне с просьбой расшифровать надписи на карте. И мы здесь по другому поводу.   — Конечно, — усмехается отец, подталкивая меня вперёд. — Дорогая, господин Элронд просит тебя об одолжении. Молодых воинов нужно обучить.   — Окажи нам честь, Тинувиэль, дочь правителя Сумеречного Королевства. Учи моих сыновей.   — Это честь для меня, Владыка, — отвечаю я, присев в реверансе. — Но вы приумножаете мои возможности.   Мы проходим дальше по Тронному залу и оказываемся на открытой площадке, где нас ждала немногочисленная армия эльфов, облачённая в золотые латы. Перед ними стоял их предводитель, держа перед собой свой шлем. Халдир из Лотлориэна — великий полководец, который на протяжении полувека охранял границы эльфийских лесов. Молва о его храбрости и доблести не утихает до сих пор. Интересно, что подтолкнуло Владыку Элронда приехать к нам с армией, если у них есть Халдир?   — Quel galu, Haldir o Lothlórien (Приветствую вас, Халдир из Лотлориэна), — произношу я, присев в реверансе.   — Anar caluva tielyanna silumë lótessa ve quentë, aranel (Для меня честь учиться у такой храброй воительницы, как вы, миледи), — отвечает воин, склонив голову.   — Mára nessa, — отвечаю я, совсем не заметив, как старшие эльфы оставили нас.  

*Прошло два года после событий в Эреборе.*

  — Не могу поверить, что ты вновь меня одурачила, — произносит Халдир, отряхивая свой камзол от осенней листвы.   — Ты просто всё ещё не можешь смириться с тем, что я быстрее в атаках, — произношу я, смеясь над другом.   О, Эру! Мысли о том, куда именно каждый раз заводит меня судьба, поражают меня. Кто бы мог подумать всего три года назад (а это ничтожно мало в жизни эльфа), что мне выпадет шанс открыть для себя многие просторы нашего мира, встретить новых друзей, почувствовать весь спектр эмоций, потерять близких, но продолжать развиваться и верить.   Ситуация с каждым днём улучшается, мир становится безопаснее и свободнее. Объединение, дружба и поддержка сумеречных эльфов и эльфов Лотлориэна оказывают положительное влияние на близлежащие территории. Наше напарничество (а я бы уже сказала о крепкой дружбе) с Халдиром, с каждой вылазкой за границы, радует меня и заставляет просыпаться с улыбкой. Даже несмотря на лишние мысли и заботы, всё идёт так, как уготовила судьба.   — Миледи, — произносит Марта, оказываясь рядом со мной. — Прошу меня простить, милорд. Гонец с территории Одинокой горы просил передать вам это лично в руки.   И спешно передаёт мне свёрнутый пергамент с перевязью и печатью Эребора. Где‑то внутри зарождается липкий страх от неизвестности, но я стараюсь не выдать эмоций под пристальным взглядом друга, который в мгновение замер. Руки немного подрагивали, когда, сорвав пломбу, я раскрывала записку.   «Baruk Tinúviel, hundu uzn dæm azgarâd, tumên dûm gnimishl. Dûm Narag-gundu bat’uzn dûm grágu. Dûm bêkhad gund. Dwalin».   — Что там? — спрашивает Халдир, как только я опустила бумагу. Он не сведущ в гномьем наречии.   — Они ждут меня, — произношу я, не до конца пока осознавая ситуацию. — Двалин просит меня приехать как можно раньше к горе. Возможно, с Железностопом что‑то случилось. Мира, передай, пожалуйста, отцу, что меня не будет неделю. Я должна отправиться к ним. Надеюсь, Железностоп просто чем‑то занят.   — И распорядись, чтобы лорду Элронду доставили как можно скорее записку о том, что я буду сопровождать Тинувиэль в этом походе…   — Тебе не нужно, — начинаю я, но друг так же спешно меня перебивает.   — О, не все же лавры и почести в итоге должны доставаться тебе. Едем. Я так понимаю, в записке что‑то срочное. Не будем терять ни минуты.    Халдир быстро отдает приказ о том, чтобы из конюшни к главному входу пригласи двух лошадей. Алько  конечно же составит нам компанию. Самый верный и выносливый конь, который вновь меня доставит меня обратно к Одинокой горе. Внутри всё сжимается от осознания того, что я в скором времени окажусь вновь с близкими мне людьми. Но хотелось бы не по такому неизвестному случаю, где нам возможно будет грозить опасность. Ведь если Даин мертв, то темные силы вновь накапливают свою мощь. А если это будет правдой, то спать спокойно вновь не получится. Да прибудет с нами Эру и поможет он нам вновь.