Возвращение

      Успокоив тебя сексом, Меган берёт твою руку и отводит в штаб. Ты не сопротивляешься, позволяя вести себя, как… кого? Заключённого? Или, может быть, её пару? Вас пропускают без вопросов и даже проводят к генералу, управляющему объектом.       Немолодой, плотный и лысый как колено он не выказывает удивления и, попросив Меган подождать, радушно кивает тебе.       — Рад что ты выжил сынок, — лживо улыбаясь говорит этот человек, протягивая руку, которую ты, инстинктивно пожимаешь.       Даже гневу, тлеющему в груди словно уголь, не выжечь вбитых муштрой привычек. Если старший по званию протягивает тебе руку, ты должен пожать её. Таков порядок. И ты ему следуешь. Даже сейчас пляшешь под их дудку. Тянет блевать от лицемерия.       …ага, своего же…       — Не вашими стараниями — злые слова всё же срываются, с языка, но генерал реагирует лишь укоризненно покачивая головой.       — Н-у-у-у-у, ты же знаешь у меня не было выбора, — его тон мягок, как у отца, отчитывающего любимого сына. Но в глазах холодная сталь угрозы. И ты глотаешь его ничего не значащие оправдания, больше похожие на отговорку. Глотаешь потому, что выбора нет и у тебя. Или смириться, или встретить новую команду ликвидаторов. И не факт, что Меган их остановит. Или даже станет.       …она чужая…       Никто не поднимает тему покалеченной команды. Никто не спрашивает — как ты выжил, получив дозу в двести рентген?! Никто вообще ничего у тебя не спрашивает, а ты ничего не говоришь. Всем и так очевидно, что ты — её. Возлюбленный? Муж? Нет. Питомец, которого Меган теперь везде таскает с собой. Её маленький научный проект по изучению человеческих взаимоотношений.       В любом случае ты не просто возвращаешься на службу, но получаешь повышение. А вместе с ним и допуск к секретным данным. Ну как допуск — копаться в документах тебе, естественно никто не даёт, но тебе обрисовывает ситуацию. Коротко, в общих чертах.       Даже небольшое совещание организовывают по этому поводу. И не абы где, а в конференц-зале. За громадным столом, простёршимся по кабинету от окна до входа, сидят люди. Военные и правительственные чиновники — «костюмы», как презрительно именуют в армии штатских. Ты не видишь их лиц и знаков различия. Жалюзи полуприкрыты и яркие световые полосы, ложащиеся тебе на лицо мешая вглядываться в присутствующих. Ты перед ними как на ладони. Они же остаются в тени и сливаются с полумраком.       Собственно совещанием это назвать нельзя. Всё решает генерал, занявший место председательствующего. Остальные — расположившиеся справа и слева — просто статисты. Они и ведут себя как статисты, почти не шевелясь и лишь время от времени перебрасываясь короткими фразами. Их голоса — пустые и бесцветные — шелестят как листы документа, который ты подписываешь не глядя. Пара размашистых движение и вот уже на последней странице красуется твоя подпись с расшифровкой в соседней графе.       Подписка о неразглашении. Обратной дороги нет. Чтобы ты ни узнал сегодня, оно не должно выйти за предел этих стен. В противном случае тебя не просто разжалуют, но отдадут под трибунал. Ты понимаешь это и, тем не менее, не колеблешься. Не делаешь вид, что читаешь, заслуживая симпатию присутствующих. Они поощрительно кивают тебе, но полусонный вид не может тебя обмануть — эти люди опасны. Как хищники, защищающие добычу. Ведь с их точки зрения всё выглядит несколько иначе, чем с твоей.       С их точки зрения ты — чужак, за короткое время сумевший подобраться к сердцу тщательно оберегаемой тайны. История вашей с Меган любви для них — не более, чем интрижка. Эти люди не верят в любовь. Для них она имеет значение только в разрезе возможной выгоды. Девушке-гибриду понравился солдатик? Нужно выяснить — почему? Ах, причина в чувствах? Значит тебя можно использовать для сбора информации. Вдруг девушка проговориться о чём-то. Остаётся лишь вопрос твоей лояльности. Командованию нужен свой человек в лагере Серых, а не шпион инопланетян. И сейчас они решают — подойдёшь ли ты для их планов? Впишешься?       Это не совещание и даже не посвящение, как ты думал, а «смотрины». По их результату станет ясно — жить тебе, или умереть. И Меган тут не поможет. Ты не вполне понимаешь — какие именно отношения связывают Серых и американское правительство, однако тебя ясно, что пришельцы здесь — гости. Да уважаемые, возможно, даже почётные. Но всё-таки гости. И как гости они могут устанавливать на Земле свои правила. К их мнению прислушиваются. Его никогда не сбрасывают со счетов, однако решение всегда за людьми. Этими людьми. Ты понимаешь это, и не пытаешься ничего доказать, не задаёшь вопросов. Сидишь и молча слушаешь их.       Так ты узнаешь о Серых. Изменчивой инопланетной расе, которая путешествует от планеты к планете, поглощающей особенности других видов с целью создания идеального существа…       …ваше командование поверило в чушь об искусственной эволюции, которую я им скормил, и теперь повторяют её тебе.       …в какой-то момент они обратили своё внимание на Землю. На протяжении десятков, а может и сотен лет они наблюдали за тем, как изменяется генофонд человеческой расы, похищая людей со всех континентов. Избранных поднимали на борт, исследовали, брали пробы и отпускали. Не всегда, но чаще всего. Когда человек не представлял интереса для исследований. Реальные воспоминания замещали, чтобы жертвы похищения ничего не вспомнили. Но то ли у Серых ещё не очень хорошо получалось манипулировать человеческой памятью, то ли они работали на отъебись, как и все здесь, но им не удалось остаться незамеченными.       Человеческий фольклор сохранил множество историй о низкорослых существах характерного облика. Худощавых, с крупными головами и большими чёрными глазами. Даже ты, не особо увлекавшийся этой темой, вспоминаешь истории о феях, которые убеждали людей пойти с ними, и человек пропадал на долгое время, но почти ничего не помнил об этом, не говоря уже о историях о рождении полукровок младенцев. Учёные, присутствующие на совещании, наверняка могут раскрыть тему более подробно…       …ага, как же…       …но умалчивают о том, что знают, ограничиваясь парой коротких упоминаний. Видимо считают, что с тебя хватит информации.       И не исключено, что так и есть. После того, как тебя отпускают, ты погружаешься в состояние прострации. Не возвращаешься домой и не бежишь к Меган. Даже не садишься в машину, чтобы свалить из этого чёртового города в порыве отчаяния. Ты просто садишься на одну из скамеек, расставленных вдоль тенистой аллеи перед административным зданием и… погружаешься в себя.       После того, как Меган спасла тебя, твоё отношение к пришельцам балансировало где-то посредине между позитивным и откровенно враждебным, но сейчас перекос становится очевиден. Тебя охватывает гнев при мысли обо всех тех людях, что в разные времена были похищены и подверглись опытам. О тех, кого вернули — забывших о пережитом, но сломленных и часто безумных, и тех, кто так и остался на борту космических кораблей. Некоторых наверняка держат там годами. А может быть даже и всю жизнь! Сколько людей пострадало от их извращённого стремления к совершенству? Сотни? Нет, и даже не тысячи. Десятки тысяч! Милли…       …гораздо больше…       Ты не фанат НЛО, но в памяти всё равно всплывает статья о палкоконтактах, прочитанная в бульварной газетёнке. Найденные в египетских гробницах изображения гигантских дисков, парящих в небе над пирамидами. Чертёж некоего аппарата, изображённый на стене одного из ацтекских храмов. Петроглифы плоскогорья Наска в Африке и загадочные изображения виманов в Индии. Всё это проносится в твоей памяти, давая понять, что пришельцы были на этой планете всегда. С той поры, когда человечество ещё тольконачинало осознавать себя. А может быть и ещё раньше. Впрочем, на ум приходят и более мрачные истории из прошлого.       Обезлюдевшие за одну ночь города. Обезлюдевшие за одну ночь города и исчезнувшие цивилизации! Поселения эскимосов, поддавшихся полярному психозу, коренные племена Северной Америки, названия которых ты не можешь вспомнить и даже пресловутые ацтеки и майя! И пусть списывать все загадки и тайны человеческой истории на пришельцев, и объяснять всё зло в мире их дьявольским промыслом глупо, ты понимаешь, что часть из этого правда. И тебе страшно задуматься о том, какая именно часть?       Ведь даже твой собственный дед —человек просто и бесхитростный, рассказывал тебе, как встретил на охоте трёх уродливых карликов. Низкорослые — не больше ребёнка — тщедушные и большеголовые они столпились вокруг того, что показалось ему торчащим из земли огромным котлом. Из-за церковного воспитания, следов которого не смогла вытравить даже советская пропаганда, дед посчитал увиденное происками нечистой силы нечистой силы. А с нечистой силой на твоей малой родине всегда боролись с помощью святого креста, забористого мата и конечно же старой доброй русской смекалки, свалившей не одного врага.       Креста под рукой, понятное дело, не оказалось, поэтому дед вскинул ружьё. Одно из существо словно почувствовало это и повернуло к нему свою непропорционально-крупную голову с огромными чёрными глазами, маленьким сухим носом и тонким ртом. Закричав от ужаса дед выстрелил. Опытный охотник он не мог промахнуться находясь в двадцати шагах, но тварь взмахнула длинной рукой и и движение её тонких пальцев отклонило пулю! Она выбила щепки из дверного ствола в пяти шагах в стороне от них!       Ты уже видел такое. Меган сделала именно это, столкнувшись с группой зачистки. Дед рассказывал правду, только не понимал её в силу необразованности. «Если они не черти, то даже не знаю, кто тогда» — говорил он, заканчивая рассказ, и ты, как и большинство детей верил. Верил безоговорочно, что в лесу за деревней обитают черти и если пойдёшь туда, они схватят тебя и посадят в свой подземный котёл. Что показательно, твой отец — человек просвещённый и образованный в это не верил. По ходу зря!       …совпадение…       Получается, ему повезло не стать жертвой Серых? Он был не нужен и его отпустили. А может быть повезло и тебе? Ведь если они были там, то легко могли похитить прямо из спальни деревенского дома. Или не повезло? Может тебя похитили и стёрли память, а ты просто не помнишь? А? Это был объяснило и твой внезапный перевод в секретный проект и интерес Меган? Попахивает паранойей.       …нужен ты нам…       Осознав всё это ты выбрасываешь эпизод из памяти. Потому что внезапно понимаешь — люди, сотрудничающие с Серыми вызывают у тебя куда больше ненависти, чем сами Серые. Потому что без без согласия правительства эти твари не смогли бы орудовать здесь, как в своём личном виварии. Потому что в какой-то момент человечество стало достаточно развитым, чтобы заметить присутствие незваных гостей и дать им отпор. Несколько кораблей было сбито и попало в руки военных. И пусть для понимания инопланетных технологий эти обломки оказались бесполезны, это был первый раз в истории, когда люди показали зубы и дали сдачи.       Серые решили не рисковать. Не ввязываться в конфликт. Не смотря на подавляющее технологическое преимущество, они уступали людям в численности, и решили сменить тактику. Потратив время на изучение реальной структуры человеческого общества, они поняли, что им не нужно согласие большинства, чтобы продолжить эксперименты. Не нужно приходить открыто и искать добровольцев. Достаточно заручиться поддержкой правительства, которое, в обмен на передовые технологии, предоставит им всё страну в качестве лабораторных мышей. Лакомый кусочек, учитывая что такого смешения генов, как в Америке, нет больше нигде.       США — страна возможностей для имигрантов. Внеземных, видимо, в то числе. Потому что ежогодно в Штатах пропадают бесследно восемь-девять тысяч человек. И пусть, какую-то, воз можно даже не слишком малую, составляют те, кого убивают и чьи трупы прячут бандиты и маньяки, кто тонет в болотах, пропадает в горах и пещерах… но даже если допустить, что это девять десятых от всех пропавших это означает, что кто-то ежегодно похищает, мучает и, возможно, убивает около тысячи американцев!       Ты сидишь на скамейке, ощущая на лице горячее дыхание пустыни и пытаешься представить, каково это — пережить похищение? Когда тебя насильно забирают из дома в то… бело место. Твой опыт не был травмирующим — тебя не мучили, а лечили, плюс рядом была девушка, которую ты знал, и которая тебе …до сих пор… нравится. А что на счёт какого-нибудь ферма из Канзаса или домохозяйки из Оклахомы? Каково им было оказаться посреди сияющей белизны, будучи не в силах не то чтобы пошевелить рукой или ногой, но даже моргнуть. Видеть тёмные силуэты, смутно проступающие сквозь пелену бьющего с потолка света и гадать — что…       …не драматизируй…       …они сделают? Ты не знаешь, какие именно опыты проводят Серые, но что-то подсказывает тебе, что этим тварям недостаточно капли крови или волоса, чтобы секвенировать ДНК. Нет, им нужно намного, намного больше. Образцы клеток и тканей. Кровь, костный мозг, спинномозговая жидкость, ну и конечно же половые гаметы. Яйцеклетки, сперматозоиды, стволовые клетки и эмбрионы. Следовательно и подопытных ждут иглы и свёрла, а так же зонды для полостей… процедуры похожие на унизительные пытки.       А как на счёт женщин, утверждавших что вынашивали подсаженные им эмбрионы, которые забирали ещё до рождения? Или психологических тестов? Похищенные, на выступления которых ты натыкался по телевизору, говорили что их мозг сканировали. Забирали из него информацию и замещали воспоминания. Редактировали память, вымарывая из неё фрагменты, как строки из секретного документа, замазанные чёрным маркером. Не знать — плохо, но вспомнить весь ужас похищения и тестов и всю оставшуюся жизнь бояться, что за тобой снова могут прийти ещё хуже… И ты содрогаешься, представляя как тебя самого отдают им. Белый свет снова парализует тебя, пока невидимые за его яркостью твари готовят иглы для твоих глаз, носа, зубов и мозга.       И самое поганое в этом, что ты ничего не можешь сделать. Даже для собственного спасения, не говоря уже о других. Ты не знаешь, можно ли судить о поступках пришельцев —нелюдей фактически — исходя из человеческой морали, но их действия кажутся тебе неприемлемыми. Как и действия правительства, предоставившего им доступ к «генетическому материалу» нации, фактически, разрешив похищать ничего не подозревающих людей! Тех самых, о ком должно заботиться и чьи интересы должно защищать.       …бессилие…       Но сейчас ты ничего не можешь. Всё, что тебе остаётся — этой пойти в треклятый бар и напиться до беспамятства.