Пламя свободомыслия

      Однажды жена будит тебя среди ночи: «Вставай. Бери Крисси, уходим!». На твой сонный взгляд следует короткое: «Ник, пора».       Ты вскакиваешь с постели, вспоминая армейскую привычку одеваться за сорок пять секунд. Меган не тратит на это время — носится по дому прямо в ночнушке, шлёпая по полу босыми ногами. Застёгивая штаны ты замечаешь её с целом охапкой нижнего белья. Бретельки лифчиков развеваются позади неё, как щупальца актинии. Бросив все в один из чемоданов она отправляется за следующей партией вещей. Вы столько лет ждали возможности, но оказались не готовы, когда она наступила. Парочка идиотов.              Понимая, что всё летит к чертям ты входишь в комнатку, служащую детской для малютки Крисси, и останавливаешься. Просто замираешь в дверях, глядя на спящего под розовым одеялом ребёнка, и не решаешься сделать шаг. Ты провёл в этом месте достаточно времени, чтобы оно стало тебе домом и покидать его так внезапно… неправильно. Настолько, что всё происходящее внезапно кажется тебе странным сном. И ты почти хочешь проснуться, променяв бегство, на ещё один спокойный день в Вайтстоуне.       Вы с Меган встанете, приготовите завтрак и начнёте собирать дочь в школу, пока по телевизору будет идти программа утренних новостей. А потом… у вас уже не будет никакого «потом», потому что ты будишь дочь, делая всё возможное, чтобы не напугать её. Как будто это возможно! Крисси уже не маленькая и понимает, что её подняли среди ночи не просто так. Она не слушается и капризничает, требуя всё объяснить ей и не успокаивается, даже когда Меган приходит к тебе на помощь, одевая её тёплую одежду.       Ночи в пустыне холодные и ты, невольно вспоминаешь, каждый раз когда Крисси простужалась или подхватывала какой-нибудь вирус. Раньше, с вами всегда были технологии и знания, накопленные цивилизацией Серых за миллионы лет своего существования. Теперь придётся полагаться только на себя. Ну и, может быть сестёр-клонов Меган. Тебе остаётся только надеяться, что они знают, как лечить детей-гибридов. Иначе вместо счастливого будущего, вашу дочь ждёт маленький гробик и участок на кладбище.       Как неэффективно — зарывать в землю то, что можно использовать. Людям стоит обратить внимание на втор-сырьё.       Не смотря на сомнения ты чётко следуешь заранее намеченному плану. Поэтому с грохотом захлопываешь чемодан, прижимая оборку ночнушки Меган его крышкой. Она уже тоже переоделась и предстаёт перед тобой в джинсах и куртке, застёгнутых на все пуговицы. Длинные каштановые волосы забраны в «конский хвост» для удобства. Она выглядит собранной и держится лучше тебя.       — Папа! — Крисси протягивает к тебе руки, словно надеясь остановить это, но у вас больше нет выбора. Мосты уже сожжены.       Поэтому ты бросаешь чемоданы в багажник, а дорожную сумку — на заднее сиденье. Меган буквально заталкивает дочь в салон и останавливается около открытой дверцы автомобиля. Смотрит на дом, в мотором вы прожили последние девять лет. Крисси только подрастала в её животе, когда вы поселились здесь, и это место значило для неё гораздо больше, чем для тебя. Человеческая жизнь, которой она хотела. Её американская мечта. Всё это останется в прошлом. Вместе с уютом, спокойствием и безопасностью.       — Поехали, — синхронно произносите вы и, кивнув друг другу, садитесь в машину. Ключ проворачивается в замке зажигания и ты сдаёшь назад. Фары не включаешь, чтобы не привлекать внимание. Ты досконально изучил дорогу, по которой вам предстоит ехать. Знаешь каждую выбоину, каждую неровность дорожного полотна и можешь проехать здесь даже с закрытыми глазами. Темнота не помеха. По крайней мере до тех пор, пока вы не окажетесь за городом. Но вот улица с двумя рядами домов остаётся позади.       Дальше лишь неизвестной в обёртке из звёздной ночи. Чёрный «седан» движется по пустынному шоссе, пока ты пытаешься отыскать условное место. Без света. В темноте. Задача на пределе возможного. Даже днём в пустыне нелегко ориентироваться. Приходится запоминать приметные детали пейзажа, чтобы отыскать путь. В темноте все эти утесы и камни кажутся совершенно одинаковыми. Из Меган тоже помощница так себе. Не покидавшая пределов базы девушка страдает топографическим кретинизмом.       Пользу способны принести разве что её глаза, наливающиеся чернотой. Отличительный признак Серых. Видимо их вид прибыл с тёмной планеты, находившейся далеко от своей заезды Ну или они так давно жили на кораблях, что адаптировались к вечному мраку космоса. Так или иначе её зоркость и твоё чувство направления, помноженное на категорическое нежелание отступать даёт плоды.       Вы находите нужное место, о чем сразу же сообщает выключенный радиоприёмник, из которого раздаётся кромешная какофония. Скрежет и визг тысяч бор-машин, пикирующих с высоты. От этого звука волосы встают дыбом, а зубы готовы начать крошиться. Крисси кричит от неожиданности и внезапного дискомфорта, пока ты слепо шаришь рукой по панели, пытаясь выключить сошедшую с ума технику. Кода пальцы находят выключатель машина уже стоит неподвижно. Мотор не работает. Освещение, стартер, зажигание — всё глухо. Аккумулятор разрядился прямо во время работы, как будто из него дистанционно высосали всю энергию. Невозможно?       …не для нас…       Ведь они уже здесь.Приходя в себя в тишине ты краем глаза замечаешь дрожание над пустыней. Оно похоже на рябь нагретого воздуха, вот только солнце зашло много часов назад, а воздух всё течёт, колеблется и слоится, создавая изысканное атмосферное явление. И чем дольше ты смотришь на него, тем яснее понимаешь — что это не мираж, и не марево. Не оптическая иллюзия, а нечто имеющее плотность. Реальный вес. И оно медленно приближается к вам. Словно многослойное, просвечивающее стекло с закруглёнными краями. И даже звёзды сквозь это сгущение воздуха горят не холодным белым, а как будто зеленоватым светом.       Подлетев вплотную корабль снимает маскировку и ты впервые видишь творение инопланетной цивилизации. НЛО обычно описывают «дискообразными» но этот похож скорее на две тарелки для фрисби, соединённые плоскими сторонами. Между ними просматривается узкая и как бы впалая перемычка, по окружности которой сияют огни. Закруглённые стороны внешних дисков гладкие, тогда как на перемычке просматривается сложная техногенная текстура, которую не удаётся рассмотреть в темноте.       В днище корабля открывается люк. Ослепительный луч бьёт по глазами, превращаясь в пульсирующий столб белого огня.       ...опять? опять?!.       Я не вижу того, что происходит на борту посудины. Лишь ощущая твой страх перед охватывающим тело чувством невесомости и всё... белизна... как им удаётся экранировать твою память? У вас уже должны были закончиться силы. Ничего. Я сломаю вас!       Корабль высаживает вас на пустыре в Детройте. Не противоположный конец страны, но уже что-то. Вы разделяетесь. Часть сестёр остаётся на корабле, а часть подобно вам ищет убежища в городе. Вам троим приходится пешком ковылять до ближайшего мотеля. Время в Небраске опережает время Нью-Мексико на час, поэтому добираетесь вы уже под утро. Уставшие, вымотанные.       Управляющий молча принимает сказку про сломавшуюся и брошенную на шоссе машину, берёт деньги и отдаёт ключ от номера. Это место — дыра дырой.Краска на стенах облезает, на потолке расплываются пятна, а в углу мрачно кучкуются тараканы, игнорирующие все попытки Меган прогнать их. Не бог весть что, но вам хотя бы не приходится ночевать под открытым небом.       Крисси вырубается едва коснувшись подушки, а тебе с женой приходится прикончить пол литра «беленькой», чтобы расслабиться. Ты держишься, а вот благоверную развозит. Она испугана, она растеряна и сбита с толку. Она такая же жертва как ты. И ты подходишь к ней, обнимаешь позволяя выплакаться у себя на плече. Впервые за всё время ты утешаешь её, а не она тебя. И это ощущается правильным. Что-то в душе встаёт на место и ты понимаешь, что наконец-то может быть тем, кто ты есть — защитником.       Ты — солдат. Клялся защищать Родину. Думал, что и жену свою сможешь защитить. Но на деле это она всё время защищает тебя. Раскидала чистильщиков, восстановила в должности, хотя ты уже был списан в утиль, продвинула по службе, и ещё увезла с базы.       Теперь пришла твоя очередь отплатить ей за заботу и научить ориентироваться в незнакомом мире, частью которого она так стремилась стать. Ведь теперь ваша жизнь — сплошное бегство. Из города в города в город. Из штата в штат. Вы меняете машины и отели. Всегда расплачиваетесь наличными, количество которых быстро тает. Приходится работать, чтобы прокормить семью. Браться за тяжёлую, низкоквалифицированную и малооплачиваемую работу вроде разгрузки фур и уборки складских помещений. То, за что платят наличкой и где не спрашивают документов. Для тех, кто пытается обмануть всегда есть пистолет. И обычно один его вид заставляет их передумать. Ты вкалываешь по восемь-двенадцать часов в день, чтобы у вас было где поспать и что поесть. Нищие.       Деньгами на счетах пользоваться нельзя. Вы прячетесь не только от Серых, но и от правительства. И неизвестно — кто хуже?       …мы — высшая раса…       Вас не объявляли в розыск. Ваши фото не показывали в новостях и программе — их разыскивает Америка. Однако же о вас не забыли. Перелёт на космическом корабле не оставляет следов, но… призрачные люди, задействованные в проекте, никогда не успокаиваются. Пока что нет никаких признаков, что вас обнаружили. Никто не преследует тебя домой, когда ты идёшь с работы или из продуктового магазина. Ни подозрительных машин через дорогу, ни загадочных телефонных звонков с молчанием на другом конце провода. И всё же ты не позволяешь себе расслабиться. Знаешь — каким бы параноиком ты ни был, этого не будет достаточно.       Меган тоже не в порядке. Тоже боится и нервничает. Настолько, что начинает видеть кошмары, заставляющее её просыпаться в холодном поту. Тогда она садится на подоконник с чашкой горячего шоколада и смотрит на людей за окном. Ночные совы. Проститутки, идущие навстречу с клиентами, наркоманы рыщущие в поисках очередной дозы, бездомные, ищущие тёплое место для ночлега, гуляка, возвращающиеся после затяжных кутежей. Все они идут куда-то, отбрасывая длинные чёрные тени на тротуар.       Меган развлекается, придумывая истории о том, кто они, откуда пришли и куда направляются. Ты поддерживаешь. Это забавно. Мило и горько одновременно. Потому что вы оба завидуете им — обычным людям, у которых нет иной цели в жизни, кроме как просто существовать. Которые и понятия не имеют о Предтечах, похищениях и заговорах. Вы стоите у окна, освещённые светом неоновой вывески и завидуете их невежеству и глупым маленьким страстишкам. Единственная же нормальность, доступная вам, это вам то горячий шоколад и праздное любопытство к жизни незнакомцев. Отбросов, исторгнутых на задворки общества. Таких же, как вы.       — Так даже лучше, — тихо говорит Меган, заверяя что нормальная жизнь быстро наскучит и она совсем не хочет быть такой.       Это ложь. Ты знаешь, что хочет. Но это невозможно. Даже такие мгновения нормальности теперь проходят слишком быстро, чтобы ты мог по настоящему прочувствовать их, не говоря уже о том, чтобы удержать. Всегда есть что-то, что гонит вас, заставляя срываться с места. Сообщение о наблюдении НЛО, от которых вы держитесь подальше, или встреча с подозрительными людьми.       При таком уровне тревожности …паранойи… Меган практически всё время сидит дома, выходя из номера только когда желание оказаться на улице становится невыносимым. Гуляет по улицам американских городов, наблюдая за пейзажами и жизнью. Делая мысленные заметки о мире, который всё ещё нов для неё. Непривычность обстановки сбивает с толку и иногда она просто останавливается и смотрит, пытаясь понять — что перед ней. Из-за этого до вас даже докапываются полицейские, видимо приняв за наркоманов. Но Меган ловко раскидывает их своей силой. Опускает веки и человечки в синей форме разлетаются, ударяясь о стены.       Тот случай меняет всё. Потому что посмотрев в глаза жены ты понимаешь — она только что испытала незнакомое ей чувство. Ненависть. Не к служителям правопорядка, просто выполняющим свою работу — нет. К тем, из-за кого вы вынуждены скрываться.       С того вечера это перестаёт быть просто бегством и превращается в самый настоящий…       …мятеж!..       Да, именно так он и зарождается. От мыслей одной трутовки, возомнившей себя… кем? Мессией? Спасительницей угнетённых?       …революционеркой…       Ну конечно, это же Америка. Такое уже было здесь, правда. С этого всё и начиналось — колония против империи. Снова. Только теперь в масштабах космоса. Любит же ваша страна нести свободу на другие континенты, а теперь, похоже, что и другие планеты.       …как вы смеете?..       …искушать моих трутней свободой. Вы мотаетесь по стране, разнося пожар свободомыслия. Твоя память опять подчищена, но я различаю следы нескольких встреч. Особенно с неудачным гибридом. В нём слишком много инопланетных черт. При небрежном взгляде он, ещё может быть и сойдёт за человека, но стоит присмотреться, как любой, даже самый невнимательный человек заметит отличия различия. Узкие кисти со слишком длинными, загибающимися пальцами, большая голова с редкими волосами и глаза — чёрные, овальные и округлые. Смотрящиеся особенно странно на фоне человеческих черт. Как он прошёл контроль чистоты? Почему не был уничтожен? Кто помог ему скрыться? Где вы его встретили? И какую роль он теперь играет в вашем фарсе? В Сопротивлении.       …загадки во тьме…       Подробностей нет, но сопротивление растёт. По всему континенты образуются спящие ячейки, ждущие сигнала к действию. Её сигнала. Твоя жена становится лидером Сопротивления. Не по своему желанию. Будь её воля она бы так и осталась любящей женой, матерью и домохозяйкой. Но обстоятельства вынуждают её. Она — символ непокорности и стремления к индивидуальности. Эгоизм.       Ты восхищён ею. Для той, кто выглядит такой хрупкой и нежной она удивительно сильна. И это не какие-то инопланетные сверхспособности. Это сила человеческого духа, сумевшего разгореться не смотря на генетическое наследие и годы подавления.       …ты правда в это веришь?..       Твоя жена делает это, чтобы дочери не пришлось, становясь лидером, в котором все нуждаются. Учится командовать. Отдавать распоряжения — уверенно и чётко. Раскрывается с новой стороны, показывая себя как живую и чрезвычайно умную молодую женщину. Она буквально расцветает за пределами базы, как цветок, пересаженный из горшка в плодородную землю, и наконец-то становится собой. Яркой, энергичной и амбициозной личностью, отблеск которой ты уловил за фасадом провинциальной простушки с ангельской улыбкой, и в которую влюбился. Когда вы сбегали из Вайтстоуна, ты думал будет сложнее. Думал тебе придётся нянчить её, как Крисси. Но нет, она становится равным партнёром в опасном предприятии …суть которого вновь ускользает от меня…       Внутренние изменения отражаются даже во внешности девушки. В ее серо-коричневой цветовой гамме её одежды появляются яркие тона. Особенно красный. А через какое-то время Меган красит волосы в блонд. Признаётся, что всегда хотела и не р ешалась лишь потому, что раньше это привлекло бы к ней ненужное внимание, подставив под сомнение её эффективность, как учёной.       …разумно с её стороны…       Но, оказавшись вне поля зрения …я — Бог…Предтечи, трутовка начала отрываться по полной. Ты не возражаешь. В соображениях маскировки. К тому же каждая провинциальная девушка, переехавшая в большой город, осветляет волосы, уверенная что теперь-то весь мир уж точно падёт к её ногам. Забавно наблюдать рост самомнения и ничего незначащего существа. Та партия вышла дефектной. Слишком человечной и независимой. Следующим эмоциональный ингибитор вошью. Чтоб не думали о мятеже.       Другие её реплики не отстают, пытаясь наладить человеческую жизнь. Ищут работу, связанную с фармацевтикой. Биохимически гибриды — нестабильные существа и нуждаются в поддерживающей терапии, чтобы продолжать жить. Одной …я отказываюсь запоминать имена, которые они себе выбрали…удаётся устроиться работать в аптеку и начать подворовывать лекарства. Другая стрижёт волосы, красится в чёрный и покупает бунтарские шмотки и втирается в компанию наркоманов, имеющих доступ к веществам.       Ну и чему ты научил своих спутниц, человек? Служа мне они работали а системе, приносили пользу (твоему правительству, стране и виду) а сейчас превратились в маргиналок, которые воруют и паразитируют на друг их. Ведь лекарств изъятых трутовкой из больниц и аптек обязательно кому-то не хватит. Вы вредители, паразиты, вынужденные прятаться на заброшенных складах украденное оборудование для несанкционированных экспериментов. Ваша новая база — коробка из гофрированного железа, стоящая на отшибе.       Жалкое зрелище. Именно так вы и попадаете в поле зрение полиции. Большая ошибка, о которой вы и подозревать не могли. Твои трутовки знают о похищениях, но не представляют его масштабов. Практически каждый человек, родившийся или переехавший в США с начала 60-х подвергался абдукции! Мне нужны не просто отдельные образцы, но генофонод всей нации. Я верю, что именно генетический материал homo sapiens остановит дегенерацию моей собственной ДНК. Именно для этого я провожу эксперименты с молчаливого согласия правительства. Но ни мои земные союзники, ни трутни не знают об имлпантах, внедрённых в тела подопытных.       С их помощью я могу видеть их глазами. И одна из трутовок — та самая, что завела роман с наркоманом — попадает в поле зрение случайного прохожего. И это конец. Ваш конец. То, что вас не уничтожили сразу ещё не означает, что о вас забыли. Предтечи ничего не забывают и не пускают на самотек. Просто ваше время ещё не пришло. Тогда. А сейчас — бабах! Нет, БОЛЬШОЙ БАБАХ!