«Первый контакт и прочие химические реакции»

Чуть больше года назад

      Сидеть в коридоре главного офиса «Императорской Фармы» — физически больно. Слишком сильно воняет хлоркой и этим идиотским запахом «успешного успеха». Я сидела в самом углу и сосредоточенно размышляла о том, можно ли выделить алкалоиды из того подозрительного фикуса, что стоял возле лифта. Судя по жёлтым листьям, его либо переливали, либо кто-то тайком сливал в горшок остатки кофе.       Вокруг меня сидели девушки, выглядевшие так, будто сошли с обложки Cosmopolitan. Они поправляли короткие юбки и наносили шестой слой блеска на губы с таким усердием, словно готовились сниматься в рекламе. Я же посмотрела на свои пальцы, окрашенные соком чистотела в приятный цвет йодной сетки, и на свой старый свитер, который пах всем ассортиментом кабинета неудачливого алхимика.       «Кому нужны кости, когда стол ломится от разнообразного мяса», — мелькнула мысль, когда я обратила внимание на формы и фигуры всех этих девушек. Со стороны казалось, что у одной из них одна сиська была размером с мою голову. Даже если они не пройдут собеседование, то секретаршами к кому-нибудь да устроятся. А худую, зачуханную девчонку без груди и задницы быстро отправят к чёрту.       Что я вообще тут делаю? У меня даже диплома нет. Я — недоучка, бросившая университет из-за своих моральных принципов, которые уж точно никого не интересуют. Реальность жестокая: в нашем холодильнике не было вообще ничего, кроме небольшой кастрюли с рисом и засохшего лимона. Ломэнь из-за отсутствия лицензии никуда не мог устроиться, а реактивы для моих экспериментов стоили как крыло самолёта.       «Маомао, ты идиотка», — констатировал мой внутренний голос, тот самый, который обычно советует не пробовать на вкус неизвестные ягоды (и который я никогда не слушаю). — «Ну, по крайней мере, попробую. Ради Старика», — подумала я, поправляя свой свитер, переживший в своё время целых два взрыва и одну дезинсекцию. — «Если выгонят — хоть бесплатной воды из кулера напьюсь».       — Госпожа Маомао? — позвал секретарь. Вид у него был такой, словно он только что увидел таракана на белоснежном ковре. — Проходите. Господин региональный менеджер вас примет.       Я кивнула, поправила очки и встала. Все девушки в коридоре тут же уставились на меня — кто с любопытством, а кто с издёвкой. Да-да, я знаю, я вам не ровня и провалюсь ещё на первом этапе, не надо так сверлить меня взглядами.       Я медленно вошла в просторный кабинет, готовая к тому, что меня высмеют и выставят за дверь секунд через тридцать.       За огромным столом сидел Он.       Мой мозг мгновенно выдал ошибку 404. Очень молодой на вид мужчина был окутан настолько плотной аурой обаяния и красоты, что мне захотелось зажмуриться или надеть сварочную маску. Он буквально блестел, и я нисколько не преувеличиваю. Его кожа была безупречно белой, чёрные волосы отражали свет, как после кератина, а улыбка… боже, от этой улыбки у нормальных женщин, должно быть, мгновенно подскакивал уровень эстрогена до критических значений.       Но я не была «нормальной» в широком смысле этого слова. Я — провизор-затворница с хроническим недосыпом.       — Добро пожаловать, — промурлыкал он, наклоняясь вперёд так, чтобы свет из окна идеально подчеркнул его скулы. Да, от этого жеста вполне можно было упасть в обморок. — Меня зовут Жэньши и я ищу кого-то особенного для нашей сети.       Я смотрела на него ровно десять секунд. Потом мой взгляд скользнул к его запястью.       — У вас гиповитаминоз А, — констатировала я вместо приветствия. — И, судя по тому, как вы держите спину, у вас начинается спазм трапециевидной мышцы из-за хронического стресса. А ещё… — я прищурилась, — вы слишком сильно отбеливаете зубы. Не делайте этого больше, такие процедуры разрушают эмаль.       Жэньши застыл со своей идеальной улыбкой, которая теперь выглядела как-то нервно.       — Простите?       — Вы не слышите? — я подошла ближе, игнорируя его «феромонную атаку». — Я говорю, что вы выглядите как человек, который пьёт слишком много кофе и слишком мало воды. Ваша кожа натянута, как сопли на заборе. Это не красота, а дегидратация второй степени. Вам нужно пропить курс электролитов и… перестаньте, пожалуйста, пользоваться этими духами. У меня есть предчувствие, что этот запах рано или поздно кого-нибудь убьёт.       Жэньши медленно опустил руки. В его глазах появилось что-то новое: не возмущение и не злость, а дикая, почти мазохистская любознательность. Обычно женщины при его виде либо таяли, либо начинали нести чушь, а эта девчонка в буро-зелёном свитере только что «разобрала» его, как на операционном столе.       — А вы… прямолинейная, — хмыкнул он, и его глаза шаловливо заблестели. — А что скажете о моём ассистенте, господине Гаошуне?       Он кивнул на другого мужчину, явно старше его, стоявшего в углу с лицом «я — часть стены». На фоне красавчика Жэньши Гаошунь выглядел тёмным пятном со своей совершенно обычной внешностью. Возраст выдавали лишь несколько морщин.       Я повернулась к нему. Тот даже не моргнул.       — Вот у него всё нормально. Разве что лёгкая анемия. Ему нужно больше есть красного мяса и меньше нервничать из-за своего начальника.       Гаошунь едва заметно дёрнул бровью. Я расценила это как истерический смех в исполнении любого другого человека.       К величайшему удивлению всех присутствующих, Жэньши вдруг сам рассмеялся.       — Гениально! Гаошунь, ты слышал? Тебе нужно меньше нервничать из-за меня!       Он снова повернулся ко мне, подперев подбородок рукой.       — Я тут только что прочитал твоё резюме… если этот клочок бумаги вообще можно так назвать, — он поднял лист двумя пальцами, словно боялся заразиться. — Ты бросила университет на третьем курсе. У тебя нет законченного образования, нет диплома. Ты — никто в мире официальной фармации. Почему я должен взять в сеть «Императорская Фарма» человека, который даже не смог досидеть до выпуска?       Я хмыкнула. Не паясничай, пожалуйста, я и без тебя прекрасно осознаю своё положение.       — Потому что ваши дипломированные специалисты не отличат болиголов от петрушки, если не будет этикетки. А университет… там учили лизать задницы деканам, а не лечить людей. Мне это неинтересно.       — Слушай, Маомао. Ты не похожа на человека, который любит людей и тем более общение с ними. Зачем ты здесь?       — Потому что мне нужны деньги на реактивы, — честно призналась я. — И доступ к спирту.       — К спирту? — Жэньши поднял бровь. — Ты хочешь пить на рабочем месте?       — Нет, я хочу проводить экстракцию алкалоидов из ядовитых растений, — пришлось уточнить мне, поправляя очки. — А без чистого этанола это сложно.       Жэньши внимательно слушал.       — Если вы позволите мне оборудовать уголок в подсобке, — я окончательно осмелела, — я буду идеальной сотрудницей. Не буду с вами флиртовать, не буду просить премий, я просто буду делать свою работу и варить… штуки.       Жэньши смотрел на меня так, будто нашёл ранее неизвестную форму жизни. Редкую, опасную и невероятно увлекательную. Он долго крутил в руках дорогую ручку.       — Знаешь что, Маомао… Я не буду подписывать с тобой контракт. Я не идиот, чтобы брать в штат человека без документов просто за «красивые глаза»… которых, кстати, я за твоими очками почти не вижу.       Ну, что и требовалось доказать. Но за двусмысленный подкол про мои «красивые глаза» захотелось ему врезать.       Он наклонился вперёд, и его обаяние снова попыталось пробить мою защиту. Я лишь пожала плечами и уже собиралась попрощаться и уйти, но тут Жэньши, словно прочитав мои мысли, заговорил:       — Я проверю тебя на практике. У нас есть одна «интересная» точка. Там такой бардак, что даже крыс нет. И люди туда ходят злые и вредные, — он оскалился. — Поработаешь там неделю. Если ты действительно такая гениальная, как говоришь, и не отравишь ни одного клиента — я подумаю, как легализовать твоё присутствие в компании.       — И оборудуете мне уголок для экспериментов в подсобке? — уточнила я с надеждой в голосе.       Жэньши рассмеялся. Это был громкий, искренний смех, совсем не подходящий его изысканному образу.       — Договорились. Если выживешь — я позволю тебе варить в той подсобке хоть зелья смерти.       — Договорились, — я протянула ему руку. — Спасибо, Жэньши-сама.       Но вместо того чтобы просто пожать её, Жэньши наклонился и… понюхал моё запястье. Я одёрнула руку.       — Вы что, собака?       — Чистотел? — он зажмурился от удовольствия. — Какая экзотика. Обычно от моих сотрудниц пахнет Chanel №5, а от тебя веет кабинетом средневекового алхимика.       — Это запах настоящей медицины, — отрезала я, выходя из кабинета. — До свидания, шеф. И не забудьте, пожалуйста, про электролиты. Вы действительно слишком бледный.       Я шла по коридору и думала: «Господи, у меня получилось, с ума сойти. Вот это, конечно, контора». Девушки в коридоре будто нутром почувствовали, что что-то произошло, и тихо хмыкали мне вслед. Но мне было абсолютно всё равно.       Тогда я ещё не знала, что эта неделя растянется на полгода, а этот харизматичный менеджер станет моей головной болью.