Глава 21. Рождество, подозрения и чужая магия

      Очередное письмо от Эбигейл пришло в середине декабря. Тон письма, его магическая аура сразу отозвались в Кэтрин. Она почувствовала этот детский испуг, настороженность и кое-что еще…что-то такое, что болью отозвалось у нее в сердце. Одиночество.       Последние несколько писем от Кэтрин для Эбби были сухими, короткими, без напоминания о заботе и сестринской любви. Она была так глубоко погружена в свое расследование, в наблюдение и контроль за своим даром, что совсем забыла о том, что Эбби была еще ребенком. Тем ребенком, у которого не было родителей, а была лишь одна Кэтрин.              «Дорогая Кэтрин,       В школе продолжает твориться что-то странное. Нападения продолжаются-последнее на пуффендуйца Джастина Финч-Флетчли.       Все в школе говорят о Тайной комнате Слизерина. О чудовище, которое там спрятано. Я боюсь, Кэт. Гермиона роется в книгах, пытается выяснить, что это может быть. Гарри говорит, что слышит голоса в стенах. Голос, который хочет убивать. Рон постоянно ходит и нервничает.       Что, если это правда? Что, если чудовище выберется и нападёт на кого-то ещё?       Кэтрин, можно Гарри приехать к нам на Рождество? Его тетя и дядя уезжают на Рождественские каникулы в Америку. А мистер и миссис Уизли уезжают в Румынию навестить Чарли. Гарри некуда идти. Можно?       Напиши мне. Пожалуйста.       Эбби»       Ответ Кэтрин был быстрым, она чувствовала, что школа была в опасности и оставлять там мистера Поттера одного на Рождественские каникулы у нее не было никакого желания –«Конечно, Гарри может приехать. Буду рада видеть его. Приезжайте оба в первый день каникул, я встречу вас на вокзале. Берегите себя»

***

      Кэтрин стояла на платформе Кингс-Кросс, наблюдая, как Хогвартс-экспресс медленно подъезжает к перрону, выпуская клубы пара в холодный зимний воздух.       Студенты начали высыпать из вагонов — шумные, радостные, тащащие за собой чемоданы и клетки с совами. Родители обнимали детей, близнецы Уизли что-то громко обсуждали с Ли Джорданом, Драко Малфой прошёл мимо с высокомерным видом, сопровождаемый Люциусом.       Кэтрин проводила Малфоя взглядом, сжав кулаки. Если её подозрения верны…        — Кэт!       Она обернулась. Эбби бежала к ней, таща за собой чемодан, рядом Гарри с тележкой и клеткой Буклей.       Кэтрин обняла сестру, крепко, долго, вдыхая запах её волос — ромашковый шампунь и что-то ещё, что пахло Хогвартсом. Пергаментом. Магией. Домом.       — Я скучала, — прошептала она.        — Я тоже, — ответила Эбби, прижимаясь.       Кэтрин отпустила её, повернулась к Гарри. Он стоял немного в стороне, неловко улыбаясь, явно не уверенный, как себя вести.        -Привет, Гарри. Рада видеть тебя.       -Здравствуйте, мисс Эшборн. Спасибо, что разрешили приехать. Я правда… я очень благодарен.        -Кэт, -поправила она, -Зови меня просто Кэт. И не за что благодарить. Рада, что ты с нами.       Она взяла его чемодан, махнула палочкой, уменьшая багаж до размера спичечного коробка.        -Пошли. Дома Пикси приготовил ужин, вы, наверное, голодные.       И тут Кэтрин почувствовала.       Магию Гарри. Она была… странной.       Светлая. Сильная. Но с чем-то ещё. С тенью. С чем-то чужеродным, что цеплялось за его ауру, как паразит.       Кэтрин замерла на секунду, сосредотачиваясь.       Тёмная магия. Не его собственная. Что-то внешнее, что проникло в него, оставило след.       Шрам.       Она посмотрела на его лоб, где под чёлкой скрывался знаменитый шрам в форме молнии.       Оттуда. Эта магия шла оттуда.       Кэтрин построила барьер, закрыла разум, прежде чем Гарри заметил её изучающий взгляд.       Не сейчас. Не стоит говорить ему. Он и так достаточно напряжён.        -Всё в порядке? — спросил Гарри, нахмурившись.        -Да. Просто задумалась. Пошли.       Они аппарировали в Торнхейвен.       Дом встретил их теплом и запахом жареной курицы. Пикси вылетел из кухни, подпрыгивая от радости.        -Мисс Эбби вернулась! Мисс Эбби вернулась! И гостя привела! Пикси готовил, готовил! Ужин на столе!       Эбби рассмеялась, обняла эльфа.        -Привет, Пикси! Это Гарри. Мой друг. Он останется с нами на каникулы.       Пикси посмотрел на Гарри огромными глазами, потом поклонился так низко, что его длинный нос коснулся пола.        -Гарри Поттер! Великий Гарри Поттер в доме мисс Кэтрин! Пикси счастлив! Счастлив!              Гарри покраснел.        -Эм, привет. Приятно познакомиться.       Ужин был шумным, тёплым, домашним. Пикси приготовил курицу с картофелем, овощной салат, яблочный пирог на десерт. Эбби болтала без умолку-рассказывала о Хогвартсе, о друзьях, о нелепых уроках Локхарта.       Гарри сначала был тихим, но постепенно расслабился. Рассказал, как Рон сломал палочку во время полёта на машине, как близнецы Уизли использовали кучу магических штук, чтобы устраивать переполох в Хогвартсе, как Гермиона знает ответ на каждый вопрос на каждом уроке.       Кэтрин слушала, улыбалась, наливала чай.       И наблюдала.       Гарри был… напряжённым. Несмотря на улыбки и смех. В его глазах читалось что-то тяжёлое. Страх? Вина?       Она не спрашивала. Не сейчас.       После ужина показала ему комнату для гостей-небольшую, уютную, с окном, выходящим в сад.        -Если что-то понадобится, не стесняйся. Моя комната напротив, Эбби-рядом. Чувствуй себя как дома.       -Спасибо, Кэт, -тихо сказал Гарри, — Правда. Спасибо.       Кэтрин коснулась его плеча-легко, по-дружески.        -Рада, что ты здесь, Гарри. Выспись. Завтра покажем тебе окрестности.       Утро было морозным, но солнечным. Эбби затащила Гарри на прогулку в парк, который находился в десяти минутах ходьбы от дома.        -Там пруд! Зимой он замерзает, можно кататься на коньках! И большая ива, под которой Кэт учила меня левитации, когда мне было семь!       Кэтрин шла следом, закутанная в тёплый плащ, наблюдая, как Эбби тащит Гарри за рукав, показывая каждое дерево, каждую скамейку, каждый уголок парка, как будто это было самое волшебное место на земле.       Гарри слушал, улыбался. Впервые за всё время с момента приезда он выглядел… спокойным.        -Вот здесь мы с Роном и Гермионой могли бы играть в квиддич! -восторженно говорила Эбби, указывая на открытую поляну, — Если бы они приехали. В следующий раз надо всех позвать!        — Эбби, это маггловский парк, -рассмеялась Кэтрин, — Нельзя играть в квиддич на виду у всех.       -Можно наложить дезиллюминационные чары!       -Или просто играть в футбол, как нормальные люди.       Эбби скривилась.        -Футбол скучный.       Они дошли до пруда. Лёд был крепким, несколько маггловских детей катались на коньках, смеялись, падали. Гарри смотрел на них с чем-то похожим на тоску.        -Ты умеешь кататься? — спросила Кэтрин тихо.       Он покачал головой.        -Дурсли никогда не брали меня на каток. Дадли ходил, а я… сидел дома.       Кэтрин сжала челюсти. Она слышала об этой семье. От Эбби. Дурсли были… ужасны.        -Тогда научим, -решительно сказала она, -Завтра. Я достану коньки, и мы все вместе пойдём. Ладно?       Эбби подпрыгнула.        -Ура! Я научу тебя, Гарри! Я отлично катаюсь!        -Ты упала в прошлом году и разбила колено, -напомнила Кэтрин.        -Это было один раз!       Они смеялись, и Гарри смеялся с ними, и Кэтрин чувствовала, как что-то тёплое разливается в груди.       Это было правильно. Он должен быть здесь. В безопасности. Среди людей, которые заботятся о нём.       На следующий день они пошли в маггловский магазин за продуктами -Пикси настоял, что нужны «свежие ингредиенты для праздничного ужина».       Эбби и Гарри толкали тележку, спорили, какие сладости купить. Кэтрин шла следом, складывая в корзину муку, сахар, масло, специи.        — Можно вот эти шоколадки? -спросила Эбби, показывая на огромную коробку.        — Эбби, это килограмм шоколада.        -Ну и что?       -Ты как обычно съешь половину за один вечер и у тебя будет болеть живот.       -Нет!       Гарри тихо рассмеялся, наблюдая за их перепалкой.       — У вас… хорошие отношения, — сказал он, когда Эбби умчалась в другой отдел за чем-то ещё.       Кэтрин кивнула.        — Стараемся. Не всегда легко — я не мама, не умею быть мамой. Иногда слишком строгая, иногда слишком мягкая. Но мы справляемся.        -Ты хорошая сестра, -тихо сказал Гарри, — Эбби тебя обожает. Видно по тому, как она о тебе говорит.       Кэтрин почувствовала тепло в груди.        — Спасибо, Гарри. Это… много значит.       Эбби вернулась с двумя пакетами мармеладных мишек, и они продолжили закупки, споря о том, нужен ли ванильный экстракт или можно обойтись.       Вечером, когда они украшали ёлку в гостиной, маленькую, но пушистую, с гирляндами и игрушками, которые Кэтрин хранила со времён родителей, Эбби вдруг замерла, глядя на верхушку дерева.        — Кэт, помнишь, в прошлом году здесь был профессор Снейп?       Кэтрин, вешавшая серебряную звезду на ветку, замерла.        -Да. Помню.       — Это было странное Рождество, — Эбби усмехнулась, — Он весь отпуск просидел в подвале, варил зелья. Почти не выходил. Ты пыталась быть вежливой, а он огрызался.       -Эбби…       — Но в этом году лучше! — Эбби повернулась к Гарри, улыбаясь, -В этом году ты здесь, Гарри! Это намного веселее, чем мрачный профессор Снейп в подвале.       Гарри рассмеялся неловко.       Кэтрин повесила звезду, отошла, глядя на ёлку. Её мысли были далеко.       Прошлое Рождество. Снейп. Его присутствие в доме, которое казалось тогда тяжёлым, неловким. А теперь она вспоминала его письма. Его саркастические замечания. Его поддержку. И что-то внутри сжималось от мысли, что он сейчас один в Хогвартсе, патрулирует коридоры, проверяет возможные ходы в поисках Тайной Комнаты.       Она подошла к Эбби, обняла её за плечи.        — Не переживай, Эбс. Каждое Рождество особенное по-своему. Прошлогоднее было… другим. Но это не значит, что оно было плохим.       Эбби посмотрела на неё удивлённо.        — Правда? Но ты тогда выглядела такой… напряжённой.       — Была много работы. Но профессор Снейп помог Хогвартсу. Сварил важные зелья. Это было нужно, — Кэтрин улыбнулась, меняя тему, — А в этом году я рада, что Гарри с нами. Правда рада.       Гарри покраснел, но улыбнулся.        — Я тоже.       Поздно вечером, когда Гарри уже спал, Эбби прокралась в комнату Кэтрин.       — Кэт, ты спишь?       — Нет. Заходи.       Эбби забралась на кровать, устроилась рядом, обняв подушку.       — Спасибо, что разрешила Гарри приехать.       — Не за что. Я рада, что он здесь.       Эбби помолчала, потом тихо спросила:       — Кэт… а тебе Гарри нравится?       Кэтрин повернулась к ней, приподняв бровь.       — Нравится? В каком смысле?        — Ну, знаешь. Как… парень, — Эбби, кажется, покраснела до макушки.       Кэтрин рассмеялась.       — Эбби, ему двенадцать лет. Мне двадцать три. Нет, он мне не нравится «как парень». Но он милый, добрый и храбрый, я думаю, что он очень хороший парень, Эбби. Если тебе интересно мое мнение, конечно.       — Угу, — тихонько хмыкнула Эбби, покраснев еще сильнее, — Все в школе или обожают его, или боятся. Кроме нас. Мы просто… друзья.       — Это хорошо. Ему нужны друзья.       Эбби хихикнула, скованно улыбнулась, поцеловала Кэтрин и отправилась к себе.       Кэтрин осталась лежать в кровати, думая о том, что ее маленькая Эбби кажется в первый раз влюбляется. Она подумала о себе: о том, что ее странная, иррациональная и болезненная привязанность так и не ушла за все эти годы — просто притаилась где-то глубоко внутри, выжидая, о том, как опасно позволять себе чувствовать что-то к человеку, который так тщательно держит всех на расстоянии, который закрыт на крепость. Кэтрин знала, что у нее нет будущего с ним — он слишком занят своим прошлым, своей невысказанной болью, которая лишь откликается в его магии, но какая-то часть её, упрямая и глупая, все равно думала об этом. Надеялась, что когда-нибудь он посмотрит на нее не как на бывшую студенту, а как на…что? Она даже не знала. И боялась узнать ответ.       Утром Кэтрин проснулась раньше всех, она отправилась на кухню, приготовить легкий завтра-овсяная каша с изюмом, два бутерброда и горячий чай. Пикси уже хлопотал на кухне, начиная готовить ужин к праздничному вечеру. Он гремел тарелками, кастрюлями и разными склянками, о предназначении которых Кэтрин оставалось только догадываться. Расправившись с завтраком, она поднялась наверх, чтобы позвать Эбби и Гарри. Заглянув в комнату Эбби, она обнаружила ее крепко спавшей- Кэтрин удивилась этому. Тот шум, который исходил из кухни во время готовки Пикси мог разбудить любого, наверное, даже смеркута днем. Затем Эбби заглянула в спальню Гарри, но не увидела его там. Кэтрин нашла Гарри в библиотеке — в отдельной комнате на втором этаже, заставленной книгами с полу до потолка. Он сидел в кресле у окна, глядя на заснеженный сад.       -Не спится? -спросила она, входя, — или это Пикси разбудил тебя своим шумом? Сегодня будет знатный ужин, он готовится порадовать самого мистера Поттер, — Кэтрин несколько ухмыльнулась, произнося это.       Гарри вздрогнул, обернулся.       — А, привет, Кэт. Нет, просто… думаю.       — О чём?       Он помолчал, потом тихо сказал:       — О школе. О том, что происходит. Все думают, что это я. Что я наследник Слизерина. Что я открыл Тайную комнату.       Кэтрин села в кресло напротив.        -А ты?       — Нет! — Гарри выпрямился, — Конечно нет! Я не знаю, как это остановить, я не знаю, кто это делает, я просто… я слышу голос, и все думают, что я сумасшедший или монстр, и я не знаю, что делать!       Его голос дрожал. Глаза блестели от невыпавших слёз. Кэтрин наклонилась вперёд, взяла его руку.       — Гарри. Послушай меня. Ты не монстр. Ты не сумасшедший. Ты — хороший человек, который попал в ужасную ситуацию.       -Но я слышу голос! Голос, который хочет убивать! Что, если во мне действительно есть что-то… тёмное?       Кэтрин сжала его руку.       — В каждом из нас есть тёмное, Гарри. И светлое. Это не делает нас монстрами. Это делает нас людьми. Важно не то, что ты слышишь, а то, что ты делаешь с этим. И ты не причиняешь вред. Ты защищаешь друзей. Ты пытаешься остановить нападения. Ты не монстр Гарри, ты- герой, на которого навалилось слишком много.       Гарри посмотрел на неё- долгим, пронзительным взглядом.       — Ты правда так думаешь?       -Я это знаю.       Он выдохнул, расслабился.       -Спасибо. Я… мне нужно было это услышать.       Кэтрин улыбнулась.       — Гарри, ты сильнее, чем думаешь. Быть избранным — это не проклятие. Это… ответственность. Но ты не один. У тебя есть Рон, Гермиона, Эбби. У тебя есть люди, которые верят в тебя. И я в их числе.       Гарри моргнул, и слеза скатилась по щеке. Он быстро вытер её.       -Извини. Я не…       -Не извиняйся. Плакать —нормально. Быть напуганным-нормально. Главное-не сдаваться.       Они сидели в тишине, слушая тиканье часов и шелест ветра за окном.       -Кэт, -тихо сказал Гарри, -Ты похожа на… на старшую сестру. Которой у меня никогда не было.       Кэтрин почувствовала тепло в груди.       -Тогда считай меня ею. На эти каникулы. И после, если хочешь. Дверь нашего дома всегда открыта для тебя, Гарри.       Он кивнул, улыбаясь сквозь слёзы.       -Спасибо       -Ну всё, время завтракать. Спускайся вниз, еда на столе. Возможно, Пикси приготовил для тебя что-то особенное, пока меня не было. А я пойду разбужу Эбби. Ты заметил, Гарри, что она спит дольше обычного? — с легкостью спросила, Кэтрин чтобы разрядить обстановку.

***

      Весь день прошел в подготовке к Рождеству. Кэтрин и Эбби украшали гостинную последними гирляндами, Гарри заканчивал развешивать игрушки на елку. Атмосфера тепла и уюта была внутри дома. К вечеру все было готово.        — Подарки! Подарки под ёлкой! Бежим! - закричала Эбби, когда спускалась в гостиную.       Пикси уже закончил приготовление ужина и доставал имбирное печенье из духовки. Под ёлкой лежала куча подарков.       Кэтрин подарила Эбби новый набор для рисования, Эбби любила рисовать, хоть и не часто об этом говорила, и книгу заклинаний для продвинутых.       Гарри она подарила тёплый шарф в цветах Гриффиндора и книгу «Квиддич сквозь века» с автографом автора.        -Как ты достала автограф?! - ахнул Гарри.        - Связи в Министерстве,-загадочно ответила Кэтрин.       Гарри подарил ей самодельную открытку с надписью «Спасибо за лучшее Рождество».       Кэтрин улыбнулась, читая, и почувствовала, как глаза увлажняются.       - Спасибо, Гарри. Это… это прекрасно.       Эбби подарила Кэтрин новые зимние перчатки и теплые шерстяные носки. Кэтрин и Эбби обнялись, так по теплому и родному, что Кэтрин почувствовала, как тяжело ей стало сдерживать слезы. Здесь, сегодня, в этот Рождественский вечер она забыла про всё - про пыльные архивы Министерства, про пропавшие артефакты и отчеты, которые никто не читал, про тревожные мысли о будущем. Впервые за долгие месяцы она просто позволили себе быть здесь, в этом моменте, с сестрой, ее другом, в тепле и безопасности. Всё остальное могло подождать до завтра. Они играли в волшебные шахматы (Гарри выиграл у Эбби, к её возмущению), пили горячий шоколад, смотрели на снег за окном.       Кэтрин сидела в кресле, наблюдая за ними -за Эбби, которая смеялась, и за Гарри, который выглядел по-настоящему счастливым впервые за долгое время.       И думала: это правильно. Это то, каким должно быть Рождество.       Семья. Тепло. Любовь.       Даже если семья не кровная.       Даже если собрана из осколков.