Книга 3. Глава 26. Расставания, Хогвартс и новые коллеги

      Утро выдалось на редкость тихим.              Кэтрин сидела за кухонным столом с чашкой остывающего чая, разглядывая первую полосу «Ежедневного пророка». Заголовок кричал огромными чёрными буквами: «СИРИУС БЛЭК ВСЁ ЕЩЁ НА СВОБОДЕ! МИНИСТЕРСТВО УСИЛИВАЕТ МЕРЫ БЕЗОПАСНОСТИ». Под заголовком — размытая фотография мужчины с впалыми щеками и безумным взглядом. Даже на неподвижном снимке его глаза казались пустыми, выжженными.              Кэтрин провела пальцами по краю газеты, ощущая лёгкую дрожь в руках. Сириус Блэк. Правая рука Волан-де-Морта. Предатель, который выдал Поттеров и убил двенадцать маглов одним заклинанием.              Родители, наверное, знали его, — мелькнула мысль. Они были в Ордене. Они сражались против таких, как он.              Она отпила глоток чая — холодного, невкусного — и снова уставилась в газету. Министерство разместило дементоров по всей стране. В Азкабане усилили охрану. Корнелиус Фадж дал интервью, в котором заверял, что «ситуация под контролем».              Ложь. Кэтрин чувствовала это даже сквозь печатное слово.              Сириус Блэк сбежал месяц назад, и его до сих пор не поймали. А значит, он опасен. Очень опасен.              — Кэт!              Голос Эбби ворвался в её мысли, как всегда — внезапно и громко. Кэтрин вздрогнула и обернулась. Младшая сестра стояла в дверном проёме, всклокоченная, с пятном синей краски на щеке и взъерошенными светлыми волосами, собранными в небрежный хвост. Она явно провела всё утро за рисованием в своей комнате, где стены давно превратились в галерею набросков: пейзажи Хогвартса, портреты друзей, абстрактные композиции, которые рождались, когда слова не могли выразить то, что она чувствовала.              — Ты видела? — Эбби подлетела к столу и шлёпнула газету рядом с Кэтрин, — Блэк всё ещё на свободе! Гермиона прислала письмо, она пишет, что все в ужасе, родители не хотят отпускать её в Хогвартс, и…              Кэтрин отложила свою газету и посмотрела на сестру. Эбби была взволнована — её серые глаза горели, щёки раскраснелись. Но под этим возбуждением читался страх. Настоящий.              — Эбби, присядь, — негромко сказала Кэтрин, кивнув на стул напротив.              — Кэт, это серьёзно! — Эбби плюхнулась на стул, не сводя глаз с сестры, — Блэк сбежал из Азкабана! Никто никогда не сбегал оттуда! А он хочет убить Гарри, правда? Все так говорят. Он же был… он был сторонником Сам-Знаешь-Кого, так?              Кэтрин молчала несколько секунд, подбирая слова. Эбби не знала всей правды. Не знала, что их родители сражались в Ордене Феникса. Не знала, что Сириус Блэк мог быть одним из тех, против кого они стояли.              — Да, — наконец ответила она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, — Блэк был одним из приближённых Волан-де-Морта. Он предал Поттеров — Джеймса и Лили. Из-за него они погибли.              Эбби побледнела.              — И теперь он хочет добить Гарри.              — Министерство приняло меры, — быстро сказала Кэтрин, накрывая руку сестры своей, — Дементоры патрулируют по всей стране. В Хогвартсе будет усиленная охрана. Дамблдор не позволит ничему случиться с учениками.              — Но Блэк же сумасшедший! — Эбби сжала пальцы сестры, -Кэт, а вдруг он правда доберётся до школы?              Кэтрин чувствовала, как по её коже пробегает холодок. Дар откликнулся на страх Эбби — острый, детский, почти осязаемый. Она невольно стиснула руку сестры крепче.              — Эбби, послушай меня, — она говорила медленно, глядя прямо в глаза, — Хогвартс — самое безопасное место в магическом мире. Дамблдор там. Защитные чары. Блэк не проникнет внутрь.              — Ты будешь там, — выдохнула Эбби, и в её голосе прозвучало облегчение, — Ты же будешь там со мной, да?              Кэтрин кивнула, ком встал в горле.              — Буду. Каждый день.              Эбби улыбнулась — слабо, но искренне — и откинулась на спинку стула.              — Тогда всё будет хорошо, — решительно сказала она, — Если ты рядом, я не боюсь.              Кэтрин провела рукой по лицу, пряча внезапную влагу в глазах. Эбби так доверяла ей. Так верила. А она…              Я не знаю, смогу ли я защитить тебя от такого.              Но вслух она только сказала:              — Я тоже рада, что буду рядом.              Эбби вскочила, обошла стол и обняла Кэтрин за плечи — крепко, по-детски отчаянно.              — Я так рада, что ты согласилась, Кэт. Честно. Это будет лучший год.              Кэтрин обняла её в ответ, зарываясь лицом в белые волосы сестры, пахнущие краской и яблочным шампунем.              — Надеюсь, Эбби. Надеюсь.              Министерство магии встретило Кэтрин привычным гулом голосов, шорохом мантий и вспышками зелёного пламени в каминах Атриума. Она прошла мимо Фонтана магического братства, не глядя на позолоченные фигуры, и направилась к лифтам.              Её дар уловил общее настроение — нервозность, страх, напряжение. Все обсуждали Блэка. Шёпот и взгляды сопровождали её, пока она ждала лифта.              — …говорят, он где-то на севере… - …дементоры в Хогсмиде… - …Фадж совсем потерял контроль…              Кэтрин закрыла глаза, выстраивая ментальный барьер. Дар в последние месяцы стал послушнее, но в такой толпе эмоции всё равно давили. Она научилась фильтровать, отсекать лишнее, но это требовало усилий.              Лифт дребезжал, спускаясь в недра Министерства. Кэтрин вышла на своём этаже и направилась в архив.              Коридор был пуст. Тихо. Пыльно. Её шаги гулко отдавались на каменном полу.              Архив встретил её запахом старой бумаги, чернил и забытья. Ряды полок тянулись вглубь, уходя в полумрак. Где-то в дальнем углу шуршала мышь.              Кэтрин прошла к своему столу — маленькому, заваленному папками и свитками — и остановилась.              Я ухожу отсюда.              Странное чувство. Облегчение. И грусть одновременно.              — Кэтрин?              Она обернулась.       Оливер Кросс стоял в дверном проёме, прислонившись плечом к косяку. На нём была строгая серая мантия, волосы аккуратно зачёсаны назад. Лицо — усталое. Глаза — настороженные.              Они не разговаривали наедине с марта. С того дня.              — Оливер, — выдохнула Кэтрин, стараясь, чтобы голос звучал ровно, — Привет.              — Привет, — эхом откликнулся он. Молчание затянулось. Оливер не двигался с места, — Я слышал, ты заходила к Эндервуду. Писала заявление.              Кэтрин кивнула, опуская взгляд на стол.              — Да. Я… я ухожу из Министерства.              — Куда? — Его голос был ровным, но она уловила нотку напряжения. Дар откликнулся, считав эмоции — боль, надежду, страх.              Кэтрин сглотнула.              — Буду работать в другом месте. Мне предложили должность. Я… я согласилась.              Оливер медленно кивнул, разглядывая её.              — Это из-за меня? — спросил он тихо, — Из-за того, что случилось?              Кэтрин резко подняла голову.              — Нет! — Она сделала шаг вперёд, потом остановилась, — Нет, Оливер. Это не из-за тебя. Мне предложили эту работу ещё до… до того вечера.              Оливер молчал. Смотрел на неё долгим, изучающим взглядом.              — Я скучаю по тебе, — наконец сказал он, — По нашим разговорам. По обедам в столовой. По всему.              Кэтрин чувствовала, как сжимается сердце.              — Я тоже скучаю, — прошептала она, — Оливер, я не хотела, чтобы всё так… закончилось.              — Но закончилось, — он усмехнулся грустно, — Я сам виноват. Не нужно было… — он запнулся, — Прости.              — Не надо извиняться, — быстро сказала Кэтрин. — Ты ни в чём не виноват. Просто… я не могла. Не могу. Прости.              Оливер кивнул, выпрямился.              — Новая работа, значит. Это хорошо. Ты заслуживаешь лучшего, чем этот архив.              — Спасибо, — Кэтрин улыбнулась слабо.              Ещё одно молчание. Тяжёлое. Оливер шагнул назад, к двери.              — Удачи, Кэт, — сказал он, — Где бы ты ни работала.              — Спасибо, Оливер.              Он развернулся и ушёл. Шаги затихли в коридоре. Кэтрин опустилась на стул, закрыв лицо руками.              До свидания, друг.              Элинор Твайкросс сидела за своим столом в Отделе международного магического сотрудничества, окружённая стопками бумаг, чашками с недопитым чаем и разноцветными перьями. Её каштановые волосы были небрежно заколоты, на носу сидели очки в тонкой оправе, а на губах застыла рассеянная улыбка — она что-то быстро писала, не отрывая взгляда от пергамента.              Кэтрин остановилась в дверях, наблюдая. Элинор всегда была воплощением хаоса и света. Яркая, живая, неугомонная. Они подружились ещё в первый год работы Кэтрин в Министерстве, когда Элинор случайно взорвала камин в столовой, пытаясь «немного ускорить» его работу.              — Эль, — позвала Кэтрин.              Элинор вскинула голову, и её лицо мгновенно озарилось улыбкой.              — Кэт! — она вскочила так резко, что опрокинула чашку. Чай разлился по бумагам, но Элинор взмахнула палочкой — жидкость исчезла. — Мерлин, как же я рада тебя видеть! Ты пропадаешь последние недели! Что случилось? Расскажи всё немедленно!              Кэтрин невольно улыбнулась.              — Можно войти?              — Конечно! Садись, садись! — Элинор расчистила стул от бумаг, швырнув их на соседний стол. — Хочешь чаю? У меня есть печенье где-то… — она начала рыться в ящиках.              — Не нужно, спасибо, — Кэтрин села, складывая руки на коленях. — Эль, мне нужно тебе кое-что сказать.              Элинор застыла, повернулась к ней. Улыбка не исчезла, но в глазах мелькнуло беспокойство.              — Звучит серьёзно. Что случилось?              Кэтрин глубоко вдохнула.              — Я ухожу из Министерства.              Элинор молчала три секунды. Потом медленно опустилась на свой стул.              — Что?              — Мне предложили другую работу. Я приняла предложение. Последний рабочий день — где-то в конце августа.              Элинор смотрела на неё широко распахнутыми глазами.              — Кэт, ты… серьёзно?              — Да.              — Но… почему? Что случилось? Это из-за Оливера? Он что-то сделал? Я убью его, клянусь, я…              — Нет, — Кэтрин подняла руку, останавливая поток слов. — Это не из-за него. Мне просто предложили… хорошую возможность. То, о чём я давно думала.              Элинор откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди. Она смотрела на Кэтрин с подозрением.              — Какую работу?              Кэтрин помедлила.              — Преподавание.              — Преподавание? — Элинор нахмурилась. — Где? В какой-то академии? Частные уроки?              — В школе.              — В школе, — медленно повторила Элинор. Потом её глаза расширились. — Мерлин. В Хогвартсе?              Кэтрин кивнула.              Элинор вскочила так резко, что стул опрокинулся.              — В ХОГВАРТСЕ?! — её голос взлетел на октаву. — Кэт, ты будешь преподавать в Хогвартсе?! Это же потрясающе! Что ты будешь вести? Зельеварение? Трансфигурацию? О, не говори, что Защиту от Тёмных искусств!              — Древние руны, — сказала Кэтрин, не сдержав улыбки.              — Древние руны! — Элинор всплеснула руками. — Конечно! Кэт, это невероятно! Поздравляю!              Она обошла стол и крепко обняла Кэтрин. Та застыла на мгновение, потом обняла подругу в ответ, чувствуя, как что-то тёплое разливается в груди.              — Спасибо, Эль.              Элинор отстранилась, держа Кэтрин за плечи.              — Подожди, а Эбби-то как? Она же будет на седьмом небе! Её сестра — профессор!              — Она в восторге, — Кэтрин рассмеялась. — Не замолкает с тех пор, как узнала.              — Ещё бы! — Элинор вернулась за стол, подняла стул и снова села. — Мерлин, Кэт, я так рада за тебя. Правда. Ты заслуживаешь этого. Этот архив… — она махнула рукой. — Тебе там было тесно. Я всегда это знала.              Кэтрин опустила взгляд.              — Я буду скучать по тебе.              — И я по тебе! — Элинор улыбнулась. — Но мы же будем переписываться, правда? И ты приедешь на Рождество? И на каникулы? Обещай!              — Обещаю, — Кэтрин кивнула.              Элинор помолчала, потом наклонилась вперёд, опираясь локтями на стол.              — Кэт, а ты уверена, что готова? В Хогвартсе сейчас… ну, ты знаешь. Блэк на свободе. Дементоры. Напряжённая обстановка.              — Именно поэтому я и согласилась, — тихо сказала Кэтрин. — Эбби будет там. Я должна быть рядом с ней.              Элинор кивнула, понимающе.              — Ты хорошая сестра, Кэт.              — Стараюсь.              Элинор улыбнулась, потом вдруг хлопнула в ладоши.              — Знаешь что? Мы должны отметить это! Сегодня вечером. Ты, я, бутылка эльфийского вина. Что скажешь?              Кэтрин рассмеялась — впервые за весь день по-настоящему.              — Звучит прекрасно.              — Договорились! — Элинор потянулась через стол и сжала её руку. — Я горжусь тобой, Кэт. Честно.              Кэтрин сжала её пальцы в ответ, чувствуя, как комок подкатывает к горлу.              — Спасибо, Эль. За всё.              Кэтрин уже почти дошла до Атриума, когда услышала знакомый голос.              — Мисс Эшборн. Какая неожиданная встреча.              Она замерла на полушаге. Медленно обернулась.              Люциус Малфой стоял у одной из колонн, опираясь на трость с головой змеи.              Платиновые волосы были аккуратно зачёсаны назад, мантия — безупречно чёрная, с едва заметным отливом зелёного. Он выглядел так, будто владел этим местом. Возможно, так и было.              Дар Кэтрин мгновенно откликнулся — холод, расчёт, опасность. Магия Малфоя была как лезвие, скользящее по коже.              — Мистер Малфой, — ровно сказала она, не двигаясь с места.              Он медленно приблизился, каждый шаг размерен и нетороплив. Трость постукивала по мраморному полу.              — Слышал, вы покидаете нас, — его губы тронула лёгкая улыбка. — Министерство теряет ценного сотрудника. Куда же вы направляетесь, если не секрет?              Кэтрин держала лицо бесстрастным. Он знал. Конечно, знал. Люциус Малфой всегда знал больше, чем следовало.              — Меня пригласили на другую должность, — ответила она, не уточняя.              — О, я в курсе, — Малфой остановился в паре шагов от неё. Серые глаза изучали её лицо. — Директор Дамблдор предложил вам место в Хогвартсе. Древние руны, если я не ошибаюсь. Весьма… неожиданный выбор с его стороны.              Кэтрин почувствовала, как напряглись плечи. Откуда он знает? Официального объявления ещё не было.              — Вы хорошо осведомлены, мистер Малфой.              — Я недавно вернулся в попечительский совет школы, — пояснил он, наклонив голову. — В июле. Так что, полагаю, мы теперь будем… коллегами, в некотором роде. Совет утверждает новые назначения, знаете ли.              Угроза. Тонкая, завуалированная, но угроза.              Кэтрин выпрямилась, встречая его взгляд.              — Я уверена, что совет одобрит решение директора. Профессор Дамблдор редко ошибается в выборе сотрудников.              — Редко, — согласился Малфой. — Но не никогда.              Молчание затянулось. Кэтрин чувствовала, как её дар улавливает каждую деталь его магии — острую, контролируемую, опасную. Он был как змея, готовая ужалить. Малфой сделал ещё шаг ближе. Его голос понизился, стал почти доверительным.              — Мисс Эшборн, позвольте дать вам совет. В Хогвартсе… всё иначе. Старые стены, долгая история. Там есть свои правила, свои… традиции. Не стоит привносить туда методы, которые могут вызывать… недоразумения.              Кэтрин почувствовала, как холод пробежал по спине. Это было предупреждение. Прямое.              — Я буду преподавать Древние руны, мистер Малфой, — сказала она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Не расследовать преступления.              — Разумно, — кивнул он. — Очень разумно. Хогвартс — место для обучения детей. Не для… копания в прошлом.              Он отступил на шаг, выпрямился.              — Желаю вам успехов на новом поприще, мисс Эшборн. Уверен, мы ещё увидимся. Попечительский совет регулярно посещает школу.              Кэтрин кивнула.              Малфой развернулся и направился к каминам. Трость постукивала по полу — размеренно, методично.              Кэтрин стояла неподвижно, пока он не исчез в зелёном пламени. Только тогда она позволила себе выдохнуть.              Руки дрожали.              Он будет следить. Он будет давить.              Она сжала кулаки, заставляя себя успокоиться. Дар всё ещё улавливал остаточную магию Малфоя — холодную, змеиную, угрожающую.              Не сейчас. Не здесь.              Кэтрин развернулась и быстро направилась к каминам.              Ей нужно было вырваться отсюда. Домой. К Эбби.       

***

      Кэтрин вышла из камина в Торнхейвене, всё ещё дрожа. Встреча с Малфоем оставила неприятный осадок — как прикосновение чего-то скользкого и ядовитого. Дом встретил её тишиной и запахом ужина — Пикси явно готовил ужин.              — Кэт! — крикнула Эбби из гостинной. — Ты вернулась! Как прошло?              Кэтрин прошла в гостинную. Эбби заканчивала очередной пейзаж.              — Нормально, — ответила Кэтрин, опускаясь на стул. — Написала заявление. Попрощалась с Элинор.              — И с Оливером? — осторожно спросила Эбби, не оборачиваясь.              Кэтрин замерла.              — Да. И с ним.              Эбби кивнула, выключила плиту и повернулась к сестре.              — Кэт, ты в порядке?              Кэтрин посмотрела на младшую сестру — взрослеющую, понимающую, заботливую — и улыбнулась.              — Да, Эбби. Я в порядке.              Эбби подошла и обняла её за плечи.              — Хорошо. Потому что впереди всё самое интересное.              Кэтрин прижала сестру ближе, глядя в окно на закатное небо.              Да. Впереди всё самое интересное.              И где-то там, в этом будущем, был Хогвартс. И новая жизнь. И…Северус Снейп.              Кэтрин закрыла глаза, отгоняя мысль.              Не сейчас. Не сейчас.       

***

      Письмо пришло ранним утром двадцать пятого августа.              Кэтрин сидела за столом с чашкой кофе, просматривая список книг, которые нужно было взять с собой в Хогвартс, когда в окно постучалась сова. Крупная, серая, с умными янтарными глазами — школьная. Кэтрин открыла окно, и птица влетела внутрь, протягивая лапку с аккуратно свёрнутым свитком.              Она развернула пергамент. Знакомый витиеватый почерк Дамблдора.              «Дорогая Кэтрин,       Надеюсь, это письмо застанет вас в добром здравии. Полагаю, вы уже готовитесь к началу учебного года. Хотел бы предложить вам приехать в Хогвартс несколько раньше - скажем, двадцать восьмого августа. Это даст вам время обустроить кабинет, ознакомиться с учебными материалами и, возможно, подготовиться к встрече со студентами в более спокойной обстановке.       Ваши личные покои находятся на четвёртом этаже, недалеко от башни Гриффиндора. Полагаю, Эбигейл будет рада такому соседству.       Что касается вашей младшей сестры - миссис Уизли любезно согласилась присмотреть за ней до начала занятий. Эбигейл может провести последние дни лета в «Дырявом котле» вместе с остальными детьми. Уверен, ей это понравится.       С нетерпением жду нашей встречи.       Искренне ваш,       Альбус Дамблдор»              Кэтрин медленно опустила письмо на стол. Двадцать восьмое августа. Послезавтра.              Она глубоко вдохнула, ощущая, как что-то сжимается в груди. Волнение. Страх. Предвкушение.              Она действительно едет туда. Как профессор.              — Кэт! — Эбби ворвалась на кухню, всё ещё в пижаме, с растрёпанными волосами. — Мне только что пришло письмо от миссис Уизли! Она приглашает меня в «Дырявый котёл»! Гарри, Рон и Гермиона там будут! Можно? Пожалуйста?              Кэтрин подняла взгляд на сестру и не смогла сдержать улыбку.              — Я только что получила письмо от Дамблдора. Он уже всё организовал.              Эбби замерла, потом радостно взвизгнула.              — Значит, можно?! Кэт, это будет потрясающе! Мы сможем провести время вместе перед школой! А ты… ты когда едешь?              — Послезавтра, — ответила Кэтрин, снова глядя на письмо. — Мне нужно обустроить кабинет. А ты поедешь к Уизли завтра утром, если хочешь.              Эбби обошла стол и обняла Кэтрин за плечи.              — Ты волнуешься, да?              Кэтрин прикрыла глаза, прислоняясь щекой к руке сестры.              — Немного.              — Ты будешь великолепна, — уверенно сказала Эбби. — Лучший профессор Древних рун, которого когда-либо видел Хогвартс.              Кэтрин рассмеялась тихо.              — Откуда такая уверенность?              — Потому что ты — моя сестра, — просто ответила Эбби. — И ты умнее всех, кого я знаю.              Кэтрин сжала её руку, не доверяя своим словам.              Следующий день прошёл в суете.              Кэтрин помогла Эбби собрать вещи — чемодан, школьные принадлежности, любимую книгу, которую младшая таскала с собой повсюду. Джинджер, сова Эбби, нетерпеливо прыгала в клетке, чувствуя предстоящее путешествие.              — Ты уверена, что взяла всё? — в который раз спросила Кэтрин, проверяя содержимое чемодана.              — Кэт, ты спрашиваешь уже в пятый раз, — Эбби закатила глаза, но улыбалась. — У меня всё есть. Обещаю.              Кэтрин выпрямилась, глядя на сестру. Эбби выросла за лето — стала выше, повзрослела в лице. Уже не маленькая девочка, которой она казалась ещё год назад.              — Будь осторожна, — тихо сказала Кэтрин. — И пиши мне, если что-то случится.              — Кэт, я буду с Уизли и Гарри- Эбби подошла и обняла её. — Со мной всё будет хорошо. А вот ты… не переживай так сильно, ладно? Это просто школа.              Просто школа, — подумала Кэтрин, обнимая сестру в ответ. Школа, где я училась. Где я была студенткой. А теперь вернусь профессором.              — Увидимся через несколько дней, — прошептала она, обнимая Эбби.              — Увидимся, профессор Эшборн, — подразнила Эбби, отстраняясь. — Постарайся не слишком пугать первокурсников.              Кэтрин фыркнула.              — Обещаю быть милосердной.              На следующее утро Эбби отправилась через камин — с чемоданом, совой и сияющей улыбкой. Торнхейвен опустел. Кэтрин стояла посреди гостиной, глядя на потухший камин, и чувствовала странную пустоту. Дом без Эбби казался слишком тихим. Слишком большим.              Скоро она тоже уедет.              Кэтрин провела остаток дня, собирая свои вещи. Книги по Древним рунам, записи лекций, личные принадлежности. Всё аккуратно складывалось в чемодан, который был заколдован изнутри — вмещал гораздо больше, чем казалось.              Вечером она прошлась по дому — медленно, останавливаясь в каждой комнате. Кухня, где они с Эбби готовили вместе. Гостиная с камином, где они читали по вечерам. Лаборатория бабушки в подвале, где пахло травами и старой магией.              Кэтрин остановилась у двери в комнату родителей. Она не заходила туда уже больше года. Повернула ручку. Комната была нетронутой — кровать застелена, на комоде стояли фотографии. Мама и папа, улыбающиеся, живые.              Я еду в Хогвартс, — мысленно сказала она им. — Я буду защищать Эбби. Обещаю.              Двадцать восьмое августа выдалось ясным и прохладным.              Кэтрин стояла перед камином, сжимая в руках горсть летучего пороха. Чемодан стоял рядом, уменьшенный заклинанием и помещённый в карман мантии. Дом был пуст и тих.              Бросила порох в огонь. Зелёное пламя взметнулось вверх.              — Хогвартс, кабинет директора, — чётко произнесла она и шагнула в камин.              Мир завертелся, закружился, понёс её сквозь сеть каминов.              Пикси стоял у камина, сжимая в руках старое кухонное полотенце — то самое, которое мисс Кэтрин подарила ему на Рождество три года назад. Зелёное пламя погасло, унеся последнюю из Эшборнов, и дом стал пугающе тихим.              — Пикси останется один, — прошептал он дрожащим голосом, глядя на пустую гостиную. — Пикси будет ждать. Пикси хороший эльф, Пикси не будет грустить.              Но слёзы всё равно покатились по морщинистым щекам. Он вытер их краем полотенца и поплёлся на кухню — там нужно было убрать посуду после завтрака мисс Кэтрин. Работа.              Хотя мисс Кэтрин обещала, что они вернутся на Рождество. Пикси верил. Пикси всегда верил Эшборнам.       

***

      Кэтрин выступила из камина и замерла.              Кабинет директора. Круглая комната с высокими окнами, за которыми виднелись башни Хогвартса. Стены увешаны портретами бывших директоров — они дремали в рамах или с любопытством разглядывали её. На столе лежали стопки пергаментов, стояли странные серебряные инструменты, тихо попискивающие и вращающиеся. В углу на жёрдочке сидел Фоукс и разглядывал её блестящими чёрными глазами.              — Добро пожаловать, Кэтрин.              Дамблдор поднялся из-за стола, улыбаясь. На нём была мантия цвета спелой сливы, очки-половинки блестели в свете, проникающем через окна.              — Профессор Дамблдор, — Кэтрин сделала шаг вперёд, стряхивая пепел с мантии. — Благодарю за приглашение.              — Полагаю, теперь мы коллеги, — его глаза блеснули. — Так что, пожалуйста, просто Альбус, когда мы наедине. Чай? Лимонная долька?              — Чай, пожалуйста, — Кэтрин села в предложенное кресло.              Дамблдор взмахнул палочкой, и на столе появился поднос с чайником и чашками. Он разлил чай неторопливо, с той спокойной размеренностью, которая всегда его отличала.       — Как вы себя чувствуете? — спросил он, протягивая ей чашку. — Волнуетесь?              Кэтрин приняла чай, обхватив чашку ладонями.              — Было бы странно, если бы нет.              — Вполне естественно, — кивнул Дамблдор. — Возвращаться в место, где вы учились, но уже в ином качестве… это может быть непросто. Но я уверен, вы справитесь превосходно.              Кэтрин сделала глоток чая — горячего, с мятой — и почувствовала, как напряжение немного отпускает.              — Эбби добралась до «Дырявого котла»?              — О, да, — Дамблдор улыбнулся шире. — Молли прислала письмо вчера вечером. Все дети в сборе. Гарри тоже прибыл, что меня весьма порадовало. Я опасался… учитывая обстоятельства.              Кэтрин нахмурилась.              — Сириус Блэк.              — Именно, — Дамблдор посерьёзнел. — Министерство приняло беспрецедентные меры безопасности. Дементоры патрулируют по всей стране. Некоторые даже будут размещены у входов в Хогвартс.              Кэтрин почувствовала, как холод пробежал по спине.              — Дементоры? В школе?              — Не внутри замка, — быстро уточнил Дамблдор. — Но у входов, на территории. Корнелиус настоял. Я не в восторге от этой идеи, но… безопасность студентов превыше всего.              Кэтрин медленно кивнула, переваривая информацию.              — Вы думаете, Блэк действительно придёт сюда? За Гарри?              Дамблдор помолчал, разглядывая её поверх очков.              — Сириус Блэк… сложная личность. Но да, я полагаю, что Хогвартс может быть его целью. Поэтому мы должны быть готовы.              Он отставил чашку и встал.              — Но сейчас позвольте мне показать вам ваши покои и кабинет. Полагаю, вам захочется обустроиться.              Они шли по коридорам Хогвартса — знакомым и одновременно чужим. Замок не изменился — те же каменные стены, те же факелы, те же портреты, перешёптывающиеся при их приближении. Но ощущение было другим.              Раньше она шла здесь как студентка. Теперь — как профессор.              Дамблдор вёл её по знакомым коридорам, поднимаясь всё выше. Четвёртый этаж. Здесь было тише, меньше студентов обычно бывало в этой части замка.              — Вот, — Дамблдор остановился у массивной деревянной двери. — Ваш кабинет.              Кэтрин толкнула дверь.              Комната была просторной — высокие окна выходили на территорию школы, пропуская внутрь мягкий дневной свет. Стены выложены камнем, на полу лежал тёмно-зелёный ковёр. В центре стоял большой стол из тёмного дерева, за ним — кресло. Вдоль стен тянулись пустые полки — для книг. В углу стоял шкаф, а рядом с окном — небольшой рабочий стол для студентов.              Пусто. Но… уютно.              Кэтрин сделала шаг внутрь, и что-то странное произошло.              Воздух… дрогнул. Она почувствовала это кожей — лёгкую вибрацию, едва уловимую. Будто комната… откликнулась на неё.              Дар пробудился — мягко, осторожно. Кэтрин ощутила магию помещения. Древнюю. Сложную. Наслоившуюся годами, веками. Здесь преподавали до неё. Здесь оставили следы десятки, сотни преподавателей.              И сейчас комната… изучала её.              — Кэтрин?              Она вздрогнула, обернулась. Дамблдор стоял в дверях, наблюдая за ней с лёгким любопытством.              — Всё в порядке?              — Да, — выдохнула она, стараясь унять дрожь в руках. — Просто… странное ощущение.              Дамблдор кивнул, будто понимал.              — Хогвартс — живое место, Кэтрин. Он чувствует тех, кто в нём обитает. И иногда… откликается.              Кэтрин посмотрела на него внимательнее, но его лицо оставалось спокойным.              — Ваши личные покои через дверь слева, — продолжил он, кивая на небольшую дверцу в углу кабинета. — Спальня, ванная комната. Всё необходимое. Если понадобится что-то ещё — дайте знать.              — Спасибо, — Кэтрин подошла к столу, провела рукой по гладкой поверхности. Дерево было тёплым. — Профессор… Альбус… как скоро прибудут остальные преподаватели?              — Большинство уже здесь, — ответил Дамблдор. — Северус, Минерва, Филиус, Помона. Римус Люпин, наш новый профессор Защиты от Тёмных искусств, прибудет завтра. Мы соберёмся на совещание тридцатого августа, перед приездом студентов.              Северус.              Кэтрин почувствовала, как что-то сжалось в груди.              — Понятно.              Дамблдор помолчал, потом мягко добавил:              — Полагаю, вы захотите обустроиться. Ужин будет в Большом зале в семь вечера, если проголодаетесь. Или можете попросить домовых эльфов принести что-нибудь сюда.              — Спасибо, — Кэтрин повернулась к нему. — За всё.              Дамблдор улыбнулся — тепло, по-отцовски.              — Добро пожаловать домой, Кэтрин.              Он вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Кэтрин осталась одна.              Она обошла кабинет медленно, изучая каждый угол. Окна выходили на территорию — виднелся Запретный лес вдалеке, озеро, теплицы Помоны Спраут. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая всё в золотистые тона.              Мой кабинет, — подумала она. Моя комната.              Достала из кармана уменьшенный чемодан, взмахнула палочкой — он вернулся к нормальному размеру. Открыла. Книги, свитки, личные вещи.              Кэтрин начала расставлять книги на полках. Медленно, аккуратно. Каждая на своё место. Руны, история магии, древние языки. Её любимые тексты, которые она собирала годами.              Полки заполнялись. Кабинет обретал форму.              Она поставила последнюю книгу и отступила, оценивая результат. Лучше. Уже больше похоже на… её место.              Дар снова откликнулся — мягко, почти незаметно. Магия комнаты… успокоилась. Приняла её.              Кэтрин провела рукой по лицу, чувствуя усталость. Долгий день. Долгая дорога.              Она прошла в личные покои — небольшая спальня с кроватью, шкафом, окном. Ванная комната рядом. Всё простое, но уютное.              Опустилась на кровать, закрыла глаза.              Я здесь. Я в Хогвартсе. Как профессор.              Странное, нереальное чувство.              На следующий день Кэтрин проснулась рано.              Она умылась, оделась — строгая тёмно-синяя мантия, волосы собраны в низкий пучок. Посмотрела на себя в зеркало. Профессор. Она должна выглядеть как профессор.              Держись, - сказала она своему отражению. - Просто держись.              Спустилась в Большой зал на завтрак. Зал был почти пуст — студентов ещё не было, только несколько преподавателей за столом.              Минерва МакГонагалл подняла взгляд и улыбнулась.              — Кэтрин! Как чудесно видеть тебя снова. Проходи, садись.              Кэтрин села рядом с ней, благодарно кивнув. Минерва выглядела так же, как всегда — строгая, но добрая. Её присутствие успокаивало.              — Как прошла ночь? — спросила МакГонагалл, наливая ей чай. — Устроилась?              — Да, спасибо, — Кэтрин приняла чашку. — Кабинет… прекрасный.              — Рада слышать. Уверена, ты будешь превосходным преподавателем, — Минерва похлопала её по руке. — Я всегда знала, что ты вернёшься.              Кэтрин улыбнулась слабо, отпивая чай.              Она краем глаза осмотрела стол. Филиус Флитвик болтал с Помоной Спраут. Аргус Филч угрюмо жевал тост в дальнем конце стола. Сивилла Трелони парила где-то у окна, бормоча что-то о предзнаменованиях.              Но Снейпа не было.              Кэтрин почувствовала странное разочарование.              Он, наверное, в подземельях.              Она доела завтрак, поболтала с Минервой о расписании уроков, потом вернулась в кабинет. Ей нужно было подготовить материалы для первых занятий, продумать программу. Часы летели незаметно. А потом, ближе к вечеру, она услышала шаги в коридоре.              Тяжёлые, размеренные. Знакомые.              Кэтрин замерла над свитком, который читала.              Шаги остановились у её двери.              Пауза.              Потом — стук.              — Войдите, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.              Дверь открылась.              Северус Снейп стоял на пороге.              Чёрная мантия, развевающаяся до пола. Тёмные волосы, обрамляющие бледное лицо. Чёрные глаза, непроницаемые, как всегда.              Он смотрел на неё несколько секунд молча.              — Профессор Эшборн, — наконец произнёс он. Голос ровный, безэмоциональный. — Полагаю, поздравления уместны.              Кэтрин медленно поднялась из-за стола.              — Профессор Снейп.              Её сердце билось слишком быстро. Дар откликнулся мгновенно — она чувствовала его магию, острую, контролируемую, как лезвие. Но под ней…              Волнение. Напряжение. Лёгкое, едва уловимое, но… оно было.              Снейп сделал шаг внутрь, оглядывая кабинет. Его взгляд скользнул по полкам, по столу, по окнам.              — Обустроились быстро, — заметил он.              — Старалась, — ответила Кэтрин, не зная, что ещё сказать.              Молчание затянулось. Неловкое. Напряжённое.              Снейп стоял посреди комнаты, сложив руки за спиной. Его лицо оставалось бесстрастным — идеальная маска. Но Кэтрин чувствовала. Она всегда чувствовала.              — Дамблдор информировал меня о вашем приезде, — сказал он наконец. — Полагаю, первые занятия по Древним Рунам будут для вас…непривычными?              — Да, — Кэтрин кивнула. — Я уже начала составлять программу, надеюсь, что смогу справиться с этим. Хотелось бы верить, что в лучшем виде, но приходится надеется хотя бы на минимум.              — Если вам понадобятся материалы из библиотеки или… консультация по защитным рунам, я могу предоставить доступ к некоторым текстам из моей личной коллекции.              Кэтрин моргнула, удивлённая.              — Это… очень любезно с вашей стороны. Спасибо.              Снейп кивнул коротко.              — Мы коллеги теперь. Логично сотрудничать.              Коллеги.              Слово прозвучало странно. Холодно.              Кэтрин сглотнула, стараясь унять дрожь в руках.              — Я ценю это, профессор Снейп.              Он смотрел на неё долгим взглядом. Изучающим. Его глаза были непроницаемы — тёмные омуты, в которых невозможно было прочитать ничего. Но дар улавливал эмоции. Напряжение. Контроль. И что-то ещё… что-то, что Кэтрин не могла назвать.              — Полагаю, увидимся на совещании послезавтра, — сказал он, делая шаг к двери.              — Да, — выдохнула Кэтрин. — До встречи.              Снейп остановился у порога, не оборачиваясь.              — Добро пожаловать в Хогвартс, профессор Эшборн, — произнёс он тихо.              Дверь закрылась за ним с тихим щелчком.              Кэтрин опустилась обратно в кресло, чувствуя, как ноги подкашиваются.              Её руки дрожали.              Дар всё ещё улавливал остаточную магию Снейпа — острую, сложную, напряжённую. И под ней…              Волнение.              Кэтрин закрыла глаза, прижав ладони к лицу.              Это будет долгий год