Глава 27. Охрана, собрания и новые знакомства

      Первое сентября началось с дождя.              Кэтрин проснулась от звука капель, барабанящих по окнам её спальни. За стеклом всё было серым-небо, озеро вдалеке, даже камни замка казались темнее обычного. Она лежала несколько минут, глядя в потолок, слушая, как Хогвартс просыпается вокруг неё. Где-то внизу хлопнула дверь. Послышались голоса-преподаватели, идущие на завтрак. Тихий гул жизни, который она помнила ещё со студенческих лет, но теперь он звучал иначе.              Теперь она была частью этого гула. Профессором.              Кэтрин села, потянулась и встала. Оделась быстро-тёмно-синяя мантия, строгая, подходящая для совещания. Волосы собрала в низкий пучок, поправила воротник и посмотрела на себя в зеркало. Бледное лицо, небольшие тени под глазами, но в целом… прилично.              «Держись, — сказала она своему отражению, — Сегодня первое совещание. Просто слушай и не выделяйся.»              Большой зал был почти пуст — студенты ещё не приехали, их ждали только вечером. Кэтрин села рядом с Минервой, которая подняла взгляд и улыбнулась. Кэтрин улыбнулась слабо, чувствуя, как что-то тёплое разливается в груди. Минерва всегда была добра к ней — ещё когда Кэтрин училась несмотря на то, что она была слизеринкой. Сейчас это ощущение поддержки было особенно ценным.              — Совещание в десять, — сказала Минерва, откладывая пергамент. — Альбус хочет обсудить расписание, меры безопасности и… ну, ты знаешь. Дементоров.              Кэтрин нахмурилась, сжимая чашку в руках.              — Они правда будут у входов?              — Боюсь, что да, — Минерва поджала губы, — Министерство настояло. Корнелиус уверен, что Сириус Блэк придёт за Гарри Поттером. Дементоры, по его мнению, лучшая защита.              — Или худшее, что могло случиться с детьми, — тихо сказала Кэтрин.              Минерва посмотрела на неё внимательно, потом кивнула.              — Я согласна. Но у нас нет выбора. Альбус пытался переубедить Фаджа, но безуспешно.              Кэтрин промолчала, глядя в свою чашку. Дементоры. Существа, высасывающие радость, надежду, всё светлое. Как они повлияют на студентов? На Эбби?              Дар откликнулся — лёгкая тревога, растущая где-то в глубине. Она почувствовала магию Хогвартса вокруг себя — древнюю, защитную, но… обеспокоенную. Будто замок тоже не одобрял присутствие дементоров на своей территории. Это было странно, Кэтрин часто чувствовала эмоции людей, их магию. Но помещение? В Министерстве такого не было.              В десять утра все преподаватели собрались в кабинете директора.              Кэтрин вошла одной из последних, оглядывая комнату. Круглое помещение с высокими окнами, портреты бывших директоров на стенах, серебряные инструменты на столе Дамблдора, тихо жужжащие и вращающиеся. Фоукс сидел на жёрдочке, разглядывая всех собравшихся блестящими глазами.              Преподаватели расселись в креслах, которые Дамблдор любезно расставил полукругом. Снейп был тут.              Кэтрин почувствовала его присутствие раньше, чем увидела. Дар откликнулся мгновенно — знакомая острая магия, контролируемая, напряжённая. Он сидел у окна, сложив руки на коленях, в своей обычной чёрной мантии, с непроницаемым выражением лица. Не смотрел на неё. Даже не повернул головы, когда она вошла.              Кэтрин села в свободное кресло между Помоной и Флитвиком, стараясь не выделяться. Сердце билось чуть быстрее обычного.              «Не смотри на него. Просто не смотри.»              Дамблдор поднялся из-за стола, улыбаясь своей обычной мягкой улыбкой.              — Доброе утро всем, — его голос был спокойным, почти умиротворяющим, — Рад видеть вас здесь, в преддверии нового учебного года. Особенно рад приветствовать нашего нового преподавателя, профессора Кэтрин Эшборн, которая будет вести Древние руны.              Все повернулись к Кэтрин. Она почувствовала, как краснеют щёки, но кивнула, стараясь выглядеть уверенно.              — Спасибо, профессор Дамблдор. Рада быть здесь.              Филиус Флитвик радостно пропищал:              — Прекрасно, прекрасно! Давно пора было обновить преподавательский состав по рунам. Баббилинг был хороша, но вы, мисс Эшборн, уверен, привнесёте свежий взгляд!              — Спасибо, профессор Флитвик, — Кэтрин улыбнулась ему благодарно.              Помона Спраут похлопала её по руке.              — Не волнуйся, дорогая. Студенты тебя полюбят. Главное — будь собой.              Кэтрин кивнула, чувствуя, как напряжение немного отпускает.              Дамблдор продолжил:              — К сожалению, наш новый преподаватель Защиты от Тёмных искусств, профессор Римус Люпин, не смог присутствовать на этом совещании. Он прибудет сегодня вечером на Хогвартс-экспрессе вместе со студентами. Полагаю, мы познакомим его со всеми за ужином.              Минерва нахмурилась.              — Альбус, вы уверены, что разумно позволять ему ехать в поезде? Учитывая… обстоятельства.              Дамблдор кивнул, серьёзнея.              — Полагаю, присутствие взрослого волшебника в поезде пойдёт на пользу. Особенно с учётом того, что дементоры патрулируют по всей стране. Римус опытен. Он справится, если возникнут проблемы.              — Дементоры, — Снейп произнёс слово с явным отвращением, не поднимая взгляда, — В школе. Гениальная идея Министерства.              Дамблдор вздохнул.              — Я не в восторге от этого решения, Северус, поверьте. Но Корнелиус настоял. Он считает, что Сириус Блэк представляет угрозу для Гарри Поттера, и дементоры — единственный способ защитить школу. Дементоры не войдут на территорию замка, — твёрдо сказал Дамблдор, — Они будут находиться у входов, на границе территории. Я лично удостоверюсь, что они не приблизятся к студентам без крайней необходимости.              — А если Блэк действительно придёт? — спросила Помона, нервно теребя край мантии. — Что тогда?              — Тогда мы будем готовы, — Дамблдор посмотрел на неё поверх очков-половинок. — Я усилил защитные чары вокруг замка. Северус и Филиус помогали мне. Хогвартс защищён лучше, чем когда-либо.              Кэтрин почувствовала лёгкую вибрацию в воздухе — отклик магии замка на слова Дамблдора. Хогвартс действительно был защищён. Она ощущала слои чар, наложенных один на другой, сложные, мощные. Но под ними… тревога. Замок беспокоился.              Дементоры, — поняла она. Он чувствует их присутствие. И не любит.              — Что касается самого Сириуса Блэка, — продолжил Дамблдор, — Я прошу всех вас быть бдительными. Если заметите что-то подозрительное — незнакомца на территории, странное поведение животных, что угодно — немедленно сообщите мне или профессору МакГонагалл.              — Вы действительно думаете, что он придёт сюда? — спросил Филиус, нахмурившись, — Сюда, в Хогвартс? Это же самоубийство.              Дамблдор помолчал, потом медленно сказал:              — Сириус Блэк провёл двенадцать лет в Азкабане. Если верить слухам, он одержим одной идеей. И если эта идея связана с Гарри Поттером… да, я думаю, он придёт.              Тишина повисла в кабинете.              Кэтрин сжала руки на коленях. Эбби будет здесь. В том же замке, что и сбежавший убийца. В окружении дементоров.              Снейп наконец поднял взгляд, оглядывая всех присутствующих.              — Если Блэк появится в замке, — его голос был холодным, чётким, — студентов следует немедленно эвакуировать в общие комнаты. Запечатать входы. Никаких героических выходок.              Минерва кивнула.              — Согласна. Безопасность студентов превыше всего.              Дамблдор поднял руку, успокаивая всех.              — Давайте не будем забегать вперёд. Сириус Блэк — опасен, да. Но у нас есть время подготовиться. А сейчас перейдём к более приземлённым вопросам. Расписание занятий.              Следующие полчаса прошли в обсуждении учебных планов, распределения классных комнат, экзаменов. Кэтрин слушала вполуха, записывая основные моменты. Её уроки Древних рун будут проходить три раза в неделю для третьего курса и выше. Небольшие группы — по десять-пятнадцать человек. Это облегчало задачу.              Снейп несколько раз комментировал — резко, саркастически, как обычно. Минерва огрызалась. Филиус пытался сгладить углы. Помона вздыхала. Обычная преподавательская рутина.              Но Кэтрин чувствовала напряжение, висящее в воздухе. Все были на нервах. Из-за Блэка. Из-за дементоров. Из-за того, что мир за стенами замка становился всё опаснее.              Наконец Дамблдор завершил совещание.              — Благодарю всех за внимание. Студенты прибудут в шесть вечера. Церемония распределения начнётся в семь. Полагаю, у всех достаточно времени на подготовку. Если есть вопросы — моя дверь всегда открыта.              Преподаватели начали расходиться. Кэтрин встала, собираясь уйти, когда Минерва тронула её за локоть.              — Кэтрин, можешь остаться на минутку? Хотела бы поговорить с тобой. Если ты не против.              — Конечно, — Кэтрин кивнула, садясь обратно.              Остальные вышли. Последним ушёл Снейп — он бросил на Кэтрин короткий взгляд, неуловимый, и скрылся за дверью. Дар вновь уловил его магию.              Дамблдор улыбнулся им обеим.              — Полагаю, вам будет удобнее в более уютной обстановке. Позвольте предложить вам мой личный кабинет. Я как раз собирался проверить защитные чары на третьем этаже.              Он вышел, оставив их одних.              Минерва подвинула своё кресло ближе к Кэтрин и налила им обеим чай из появившегося на столе чайника.              — Лимон? Сахар?              — Немного сахара, пожалуйста, — Кэтрин приняла чашку, благодарно кивнув.              Они пили молча несколько мгновений. Минерва разглядывала её поверх края чашки — внимательно, но не строго. Скорее… оценивающе.              — Кэтрин, я хотела поговорить с тобой о преподавании, — наконец начала она, отставив чашку. — Знаю, ты опытный специалист в своей области. Дамблдор не стал бы приглашать тебя, если бы сомневался в твоих знаниях. Но… работа с детьми и работа с архивами — это разные вещи.              Кэтрин кивнула.              — Я понимаю. Я готова учиться.              Минерва улыбнулась — тепло, почти по-матерински.              — Именно это я и хотела услышать. Видишь ли, я предлагаю тебе… ну, что-то вроде наставничества. Если ты не против, конечно. Я могла бы помочь тебе с методиками преподавания, с дисциплиной, с… особенностями работы с разными факультетами.              Кэтрин почувствовала благодарность, разливающуюся в груди.              — Это… очень щедро с вашей стороны, профессор МакГонагалл. Я с радостью приму вашу помощь.              — Минерва, — поправила та, — Когда мы наедине, можешь звать меня Минервой. Мы коллеги теперь.              — Минерва, — повторила Кэтрин, улыбаясь, — Спасибо.              Минерва отпила чай, потом продолжила, чуть более осторожно:              — Видишь ли, Кэтрин, я помню, что ты училась на Слизерине. И это прекрасно. Факультет не определяет человека. Но… у нас есть определённые… ну, скажем так, традиции преподавания, которые сложились в школе. И не все они одинаково… продуктивны.              Кэтрин нахмурилась, не совсем понимая.              — Что вы имеете в виду?              Минерва помедлила, подбирая слова.              — Я не хочу показаться грубой или предвзятой. Но некоторые наши преподаватели… скажем, склонны к излишней строгости. Особенно по отношению к студентам не со своего факультета. Это создаёт напряжение, разделение. Не всегда здоровое для школы.              Кэтрин поняла. Минерва говорила о Снейпе. Не называя его имени, но намёк был очевиден.              Дар откликнулся — магия Минервы стала чуть напряжённой, осторожной. Она боялась обидеть Кэтрин. Или боялась, что Кэтрин пойдёт по стопам Снейпа в преподавании.              Кэтрин выдохнула, стараясь не показать, что поняла подтекст.              — Минерва, если вы беспокоитесь, что я буду вести себя как… как профессор Снейп, то могу вас заверить — нет. Я не такая. По характеру, по взглядам. Я не вижу смысла в запугивании студентов или фаворитизме.              Минерва расслабилась — Кэтрин почувствовала, как напряжение в её магии спало.              — Я рада это слышать. Знаешь, я не говорю, что Северус плохой преподаватель. Он… блестящий зельевар. Но его методы… они не для всех подходят.              — Понимаю, — Кэтрин кивнула, — И, честно говоря, у меня есть личная причина быть справедливой ко всем факультетам. Моя младшая сестра учится на Гриффиндоре. И её друзья тоже. Я не могу позволить себе предвзятость, даже если бы хотела.              Минерва улыбнулась шире.              — Эбигейл. Очень активная девочка. Каждый год участвует в…особенных событиях.              Кэтрин поморщилась.              — К моему ужасу, да. Я до сих пор не могу поверить, что она влезла в такое.              — Гриффиндорская смелость, — заметила Минерва с лёгкой усмешкой. — Иногда она граничит с безрассудством. Но твоя сестра — хорошая девочка. Добрая. Верная своим друзьям.              — Да, — тихо согласилась Кэтрин. — Она такая.              Минерва налила им ещё чаю, и атмосфера стала легче, дружелюбнее.              — Знаешь, Кэтрин, я думаю, у нас с тобой всё получится. Главное — помни: студенты чувствуют, когда преподаватель искренен. Если ты будешь честна с ними, справедлива, они ответят уважением. Даже слизеринцы, — она подмигнула.              Кэтрин рассмеялась — впервые за весь день.              — Постараюсь не разочаровать.              — Уверена, что нет, — Минерва встала, поправляя мантию. — А теперь, полагаю, тебе стоит подготовить кабинет к завтрашним занятиям. Первый день всегда самый сложный.              — Да, — Кэтрин тоже поднялась. — Спасибо, Минерва.              — Всегда пожалуйста, дорогая.              Они вышли из кабинета Дамблдора вместе, спускаясь по винтовой лестнице. У основания Минерва остановилась, положив руку на плечо Кэтрин.              — И ещё кое-что, Кэтрин. Если будут проблемы — с дисциплиной, с студентами, с чем угодно — приходи ко мне. Не стесняйся. Мы все через это прошли.              Кэтрин кивнула, чувствуя тепло от её прикосновения.              — Обязательно.              Минерва ушла в сторону своего кабинета, а Кэтрин направилась к себе. Шла по коридорам медленно, погружённая в мысли.              «Она боялась, что я стану такой же, как Снейп.»              Мысль была странной. И немного болезненной. Почему? Потому что я со Слизерина? Или потому что мы… работали вместе? Она вспомнила их переписку прошлой зимой. Его письма — краткие, саркастичные, но полезные.              Кэтрин остановилась у окна, глядя на озеро. Дождь всё ещё лил, превращая воду в серую рябь.              «Я не могу быть как он. Не должна. У меня другая роль здесь.»              Вечером, когда часы пробили шесть, Кэтрин стояла у окна своего кабинета, наблюдая за подъездной дорогой к замку. Где-то там, вдалеке, карета везла студентов от станции Хогсмид. Скоро они будут здесь.              Кэтрин чувствовала волнение, смешанное с тревогой. Дар откликался на эмоции, клубящиеся где-то в глубине замка — предвкушение, радость, страх. Хогвартс готовился принять своих детей. Она глубоко вдохнула, стараясь успокоиться. Но глубоко внутри неуверенность всё ещё грызла.              Постучали в дверь. Кэтрин обернулась.              — Войдите.              Дверь открылась. На пороге стоял Дамблдор.              — Кэтрин, простите, что беспокою. Хотел сообщить — поезд прибыл. Но… произошёл инцидент.              Кэтрин выпрямилась, сердце ёкнуло.              — Инцидент? Что случилось?              Дамблдор вздохнул.              — Дементор проник в поезд. Искал Сириуса Блэка. Гарри Поттер потерял сознание. К счастью, Римус Люпин был там и отогнал дементора. Все студенты живы и здоровы. Но… это тревожно.              Кэтрин побледнела.              — Эбби… она в порядке?              — Да, — успокоил её Дамблдор. — Ваша сестра не пострадала. Она сейчас с мистером Поттером в больничном крыле. Мадам Помфри осматривает их.              Кэтрин выдохнула, облегчённо прикрыв глаза.              — Мерлин…              — Всё в порядке, Кэтрин, — мягко сказал Дамблдор. — Но это напоминание — дементоры опасны. Даже для нас.              Дамблдор повернулся, чтобы уйти, потом остановился.              — Церемония распределения через час. Увидимся в Большом зале.              — Да, профессор.       

***

      Большой зал сверкал свечами, парящими под заколдованным потолком, отражающим ночное небо. Дождь за окнами прекратился, и между облаками проглядывали звёзды. Четыре длинных стола были заполнены студентами — шум, смех, возбуждённые голоса. Первокурсники, которых ещё предстояло распределить, толпились у входа, бледные и нервные.              Кэтрин остановилась у дверей, оглядывая зал. Сколько лет прошло с тех пор, как она сама сидела за одним из этих столов? Пять? Шесть? А теперь она здесь как профессор.              Её взгляд скользнул по преподавательскому столу. Дамблдор в центре, Минерва справа от него, Филиус, Помона… и два свободных места. Одно между Снейпом и мужчиной, которого Кэтрин ещё не видела — должно быть, Римус Люпин. Другое в самом конце стола, рядом с Филчем.              Кэтрин глубоко вдохнула и направилась к преподавательскому столу.              Студенты провожали её взглядами. Некоторые шептались — она различала отдельные слова: «новая профессор», «Древние руны», «она молодая». Кэтрин старалась не обращать внимания, держа спину прямо, лицо спокойным. Поднялась на возвышение и остановилась перед единственным нормальным свободным местом — между Снейпом и незнакомцем.              «Конечно. Почему бы и нет.»              Незнакомец поднял взгляд и сразу же улыбнулся — тёплая, искренняя улыбка, которая мгновенно располагала. Он был худым, с преждевременно поседевшими волосами и шрамами на лице, которые, впрочем, не портили его приятной внешности. Одет скромно — мантия видавшая виды, но чистая и аккуратная. В его серо-зелёных глазах читалась усталость, но и доброта, которую невозможно было не заметить.              Он встал, протягивая руку.              — Профессор Эшборн, полагаю? Римус Люпин. Очень рад познакомиться.              Кэтрин пожала его руку, невольно улыбнувшись в ответ. Его рукопожатие было тёплым, крепким. Дар уловил что-то странное, она не смогла распознать однозначно, в такой толпе эмоции людей стирались, путались между собой. Кэтрин попыталась настроится на магию Люпина, но не смогла сконцентрироваться.              — Кэтрин. Взаимно, профессор Люпин. Слышала, вы будете преподавать Защиту от Тёмных искусств?              — Буду пытаться, — Римус усмехнулся, и в его глазах мелькнули искорки юмора. — Учитывая печальную репутацию этой должности, не уверен, насколько долго продержусь. Но постараюсь сделать год полезным для студентов.              — Уверена, у вас получится, — Кэтрин села на своё место, расправляя мантию. Римус последовал её примеру. — Дамблдор не стал бы приглашать вас, если бы сомневался.              — Вы слишком добры, — Римус улыбнулся. — Хотя должен признать, я немного нервничаю. Давно не преподавал. Да и вообще давно не работал в одном месте долго.              Кэтрин почувствовала присутствие Снейпа слева от себя раньше, чем посмотрела на него. Дар откликнулся — знакомая острая магия, контролируемая, его она не могла перепутать ни с кем, все как всегда, но… что-то было не так. Напряжение. Сильнее обычного. Словно кто-то натянул струну почти до предела.              Она украдкой взглянула на него. Снейп сидел неподвижно, глядя прямо перед собой, лицо — каменная маска, как всегда. Руки сложены на столе, пальцы сплетены. Он даже не повернул головы, когда она села. Даже не поздоровался.              Но его магия… Кэтрин чувствовала её острее, чем хотелось. Раздражение. Определённое, отчётливое раздражение. Не ярость, не гнев, но холодное, сдержанное недовольство.Что случилось? Это было из-за неё? На Люпина? На то, что она села между ними?              Кэтрин нахмурилась, но решила попробовать сгладить атмосферу. Какой бы ни была причина, сидеть весь вечер в таком напряжении было невыносимо.              — Профессор Снейп, — она повернулась к нему, стараясь, чтобы голос звучал непринуждённо, дружелюбно. — Добрый вечер. Как прошёл остаток дня?              Снейп медленно повернул голову, встречаясь с ней взглядом. Чёрные глаза, непроницаемые, холодные, как обсидиан.              — Обычно, — коротко ответил он.              — Хорошо, — Кэтрин кивнула, стараясь не показать, что его тон её слегка уколол. — Студенты скоро прибудут. Волнующий момент.              — Для некоторых, возможно, — Снейп отвернулся, возвращаясь к созерцанию зала.              Кэтрин моргнула, немного сбитая с толку.              Дар откликнулся снова — волна раздражения прокатилась по магии Снейпа, острая, как осколок стекла. Но направлена она была… не на неё? Кэтрин не могла понять точно.              Эмоции были сложными, запутанными.              Она глубоко вдохнула, решив не зацикливаться. Может, у него просто плохое настроение. Бывает.              «Не принимай на свой счёт, — сказала она себе.»              Повернулась обратно к Римусу, который наблюдал за первокурсниками с мягкой улыбкой.              — Как прошла дорога в поезде? — спросила Кэтрин. — Слышала от профессора Дамблдора, что был инцидент с дементором.              Римус поморщился, и улыбка исчезла с его лица.              — Да, к сожалению. Дементор проник в один из вагонов. Искал Сириуса Блэка, видимо. Гарри Поттер среагировал хуже всех — потерял сознание. Пришлось использовать Патронус, чтобы отогнать тварь.              Кэтрин почувствовала, как сердце сжимается.              — Мерлин… Моя младшая сестра была в поезде. Эбигейл Эшборн. Гриффиндорка, третий курс. Она… она не пострадала?              Ремус задумался на мгновение, потом его лицо просветлело.              — Эбигейл? Девочка, сидела в купе с Гарри, Роном и Гермионой? Да, я помню её. Нет, она в порядке. Испугалась, конечно, как и все остальные, но физически не пострадала. Очень храбрая девочка, кстати — когда Гарри упал, она первой бросилась к нему.              Кэтрин закрыла глаза, выдыхая с облегчением.              — Спасибо Мерлину. Я так волновалась, когда Дамблдор сказал…              — Понимаю, — Римус кивнул сочувственно. — Дементоры — мерзкие создания. Министерство совершило огромную ошибку, разместив их так близко к школе. Дети не должны подвергаться их влиянию.              Слева раздался тихий звук — что-то среднее между фырканьем и сдержанным смешком. Холодный, саркастический.              Кэтрин и Римус одновременно повернулись к Снейпу.              Он всё ещё смотрел прямо перед собой, но уголок его губ дёрнулся — едва заметно, но Кэтрин заметила.              — Что-то не так, профессор Снейп? — спросил Римус ровным, вежливым тоном.              Снейп медленно повернул голову, встречаясь взглядом с Люпином. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, и Кэтрин почувствовала, как напряжение между ними сгущается, становится почти осязаемым.              — Ничего, Люпин, — наконец произнёс Снейп холодно. — Просто забавно слышать, как вы рассуждаете о безопасности детей.              Римус нахмурился, но не ответил. Просто отвернулся, возвращаясь к наблюдению за залом.              Кэтрин замерла, не понимая, что только что произошло. Обмен был странным, наполненным каким-то подтекстом, который она не улавливала. Почему Снейп так отреагировал? Что не так с Люпином и безопасностью детей?              Может, они просто не ладят?              Но Кэтрин не знала. И не могла спросить — не здесь, не сейчас.              Она решила попробовать ещё раз разрядить атмосферу.              — Профессор Снейп, — тихо сказала она, наклоняясь чуть ближе, чтобы Римус не услышал. — Всё в порядке? Вы выглядите… немного напряжённым.              Снейп посмотрел на неё — долгий, изучающий взгляд. Что-то мелькнуло в его глазах, что-то, чего она не смогла распознать.              — Я в полном порядке, профессор Эшборн, — его голос был ровным, но холодным. — Просто… долгий день.              — Понимаю, — Кэтрин кивнула. — Если что-то… ну, если понадобится поговорить, я всегда…              — Спасибо, — перебил он, чуть мягче. — Но это не требуется.              Кэтрин замолчала, чувствуя себя неловко. Она пыталась помочь, но он явно не хотел её помощи. Или не мог её принять.              «Просто оставь его в покое, — сказала она себе. У него своё настроение. Не твоё дело.»              Но часть её — маленькая, упрямая часть — хотела понять. Хотела узнать, что его так задевает. Почему он так реагирует на Люпина. Что между ними произошло.              Минерва поднялась, неся с собой старую Распределяющую Шляпу и свиток с именами первокурсников. Зал затих в ожидании.              Церемония началась.              Распределение прошло быстро — Кэтрин наблюдала, как дети по очереди подходили к табурету, надевали Шляпу и слушали её вердикт. Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран, Слизерин. Аплодисменты, радостные крики, новые лица за столами.              Кэтрин вспомнила своё собственное распределение. Как Шляпа колебалась между Когтевраном и Слизерином. И выбрала Слизерин. Особое предназначение…              Интересно, правильный ли это был выбор?              Она покосилась на стол Слизерина. Студенты там выглядели настороженными, замкнутыми. Многие из них были детьми влиятельных семей — чистокровных, богатых. Некоторые, возможно, детьми Пожирателей смерти.              Когда последний первокурсник был распределён, Дамблдор поднялся, раскидывая руки.              — Добро пожаловать! — его голос прокатился по залу, тёплый и радушный. — Добро пожаловать в новый учебный год в Хогвартсе! Перед тем, как мы начнём наш пир, я хотел бы сказать несколько слов. И вот они: Болван! Сопли! Остаток! Спасибо!              Он сел. Студенты засмеялись, захлопали.              Еда появилась на столах — горы жареного мяса, картофеля, овощей, пирогов. Запахи наполнили зал, и голодные студенты набросились на угощения. Кэтрин положила себе немного курицы и овощей, не особо голодная. Рядом Римус ел скромно. Снейп почти не притрагивался к еде — только изредка пил из бокала.              — Профессор Эшборн, — Римус повернулся к ней, улыбаясь. — Я слышал, вы работали в Министерстве до этого? В архиве?              — Да, — Кэтрин кивнула, отпивая тыквенного сока. - Не самая захватывающая работа, но полезная.              — Полагаю, там можно было многому научиться, — Римус задумчиво жевал. — Особенно в плане Тёмных артефактов. Это пригодится в преподавании Древних рун — многие руны связаны с защитой от тёмной магии.              — Именно поэтому я включила этот раздел в программу, — Кэтрин оживилась. — Студенты должны понимать, как руны могут защитить от проклятий, как создать защитные амулеты…              — Похвально, — Римус кивнул одобрительно. — Если вам понадобится помощь с практическими примерами защиты, дайте знать. Могу продемонстрировать некоторые заклинания на ваших уроках.              — Это было бы замечательно, — Кэтрин улыбнулась. — Спасибо.              Снейп слева от неё напрягся — она почувствовала это через дар. Магия дёрнулась, стала острее. Кэтрин покосилась на него, но он не смотрел на них. Просто сидел, неподвижный, как статуя, глядя в свой почти нетронутый бокал.              Она не понимала. Римус был милым, вежливым, предлагал помощь. Почему Снейп так реагировал?              «Не моё дело, — решила она. Если он хочет рассказать — расскажет»              Ужин продолжался. Кэтрин ещё немного поговорила с Римусом — о книгах, о методиках преподавания, о студентах. Он был приятным собеседником, внимательным, с хорошим чувством юмора. Кэтрин ловила себя на том, что расслабляется в его компании. Снейп же почти не участвовал в разговоре. Только изредка бросал короткие, саркастические комментарии, которые заставляли Римуса поджимать губы, а Кэтрин — чувствовать себя неловко.              Когда ужин закончился и студенты начали расходиться по общим комнатам, Кэтрин встала, собираясь вернуться в свой кабинет. Ей нужно было ещё раз проверить материалы для завтрашних уроков, подготовиться морально.              Но прежде она хотела увидеть Эбби.              Она спустилась с возвышения и прошла к столу Гриффиндора, где студенты собирались группами, болтая и смеясь. Нашла взглядом знакомую рыжую голову.              — Эбби!              Эбби обернулась, и её лицо осветилось улыбкой.              — Кэт! — она подбежала к сестре, но остановилась в паре шагов, неуверенно. — То есть, профессор Эшборн.              Кэтрин рассмеялась тихо.              — Когда мы одни, можешь звать меня Кэт. Но при других студентах — да, профессор Эшборн.              — Понятно, — Эбби кивнула, всё ещё улыбаясь. Рядом стояли Гарри, Рон и Гермиона, с любопытством наблюдая за ними.              — Как доехала? — спросила Кэтрин, внимательно разглядывая сестру. — Мне сказали, что в поезде был инцидент с дементором.              Эбби поморщилась.              — Да, это было… жутко. Дементор вошёл в наш вагон. Там стало так холодно, и я почувствовала… не знаю. Будто всё хорошее ушло. Гарри потерял сознание, а профессор Люпин отогнал дементора. Это было страшно, Кэт.              Кэтрин протянула руку и сжала плечо сестры.              — Рада, что ты в порядке. Я очень волновалась.              — Я нормально, — Эбби выдавила улыбку. — Правда. Просто… неприятное начало года.              — Да, — Кэтрин кивнула, глядя на Гарри. Мальчик выглядел бледным, уставшим. — Мистер Поттер, Гарри, ты в порядке?              Гарри вздрогнул, будто не ожидал, что она обратится к нему.              — Да, Кэт. Спасибо. Просто… дементоры действуют на меня хуже, чем на других, видимо.              — Понимаю, — Кэтрин мягко улыбнулась ему. — Если будут проблемы — обращайтесь к профессору Люпину или ко мне. Хорошо?              — Хорошо, — Гарри кивнул, благодарно.              Эбби вдруг наклонилась ближе, понизив голос.              — Кэт, а каково это — быть профессором? Ты волнуешься?              Кэтрин усмехнулась.              — Ужасно волнуюсь. Завтра первый урок. Даже не знаю, как студенты отреагируют.              — Они полюбят тебя, — уверенно сказала Эбби. — Ты же классная. И умная. И не такая страшная, как профессор Снейп.              Кэтрин невольно фыркнула.              — Ну, это не высокая планка.              Эбби засмеялась, и Кэтрин почувствовала, как что-то тёплое разливается в груди. Видеть сестру счастливой, живой, здесь — это было важно.              — Иди в общую комнату, — сказала Кэтрин, отпуская плечо Эбби. — Отдохни. Завтра начнутся занятия.              — Хорошо, — Эбби кивнула. Потом, помедлив, быстро обняла Кэтрин — коротко, но крепко. — Я рада, что ты здесь, Кэт.              Кэтрин обняла её в ответ, закрывая глаза.              — Я тоже, Эбби.              Эбби отстранилась и побежала обратно к друзьям. Кэтрин смотрела, как они уходят — четверо детей, болтающих и смеющихся, не зная, что ждёт их впереди.              Она развернулась и направилась к выходу из зала. У дверей она почти столкнулась со Снейпом. Он стоял в тени колонны, наблюдая за расходящимися студентами. Когда Кэтрин приблизилась, он повернул голову, встречаясь с ней взглядом.              — Профессор Эшборн, — кивнул он холодно.              — Профессор Снейп, — ответила она, останавливаясь.              Молчание затянулось. Неловкое.              — Завтра первый день занятий, — наконец сказала Кэтрин, не зная, что ещё сказать.              — Действительно, — Снейп чуть наклонил голову. — Полагаю, вы готовы?              — Надеюсь, — Кэтрин вздохнула. — Честно говоря, немного нервничаю.              Что-то мелькнуло в его глазах — почти незаметное, но она уловила. Понимание?              — Это нормально, — тихо сказал он. — Первый день всегда сложный, но вы справитесь.              — Спасибо, — несколько удивлено выдохнула она.              Он кивнул коротко, потом отвернулся, собираясь уйти.              — Профессор Снейп, — окликнула его Кэтрин.              Он остановился, не оборачиваясь.              — Если я… если я сделаю что-то не так в преподавании, вы скажете? Я имею в виду, вы опытный преподаватель, декан, а я только начинаю…              Снейп повернул голову, глядя на неё через плечо.              — Если увижу что-то, требующее корректировки, обязательно сообщу, — его губы дёрнулись в подобии усмешки. — Будьте уверены.              — Хорошо, — Кэтрин улыбнулась слабо. — Спокойной ночи, профессор.              — Доброй ночи, профессор Эшборн.              Он ушёл и мантия развевалась за ним.Кэтрин смотрела ему вслед, чувствуя странную смесь облегчения и замешательства. Она вернулась в свой кабинет, чувствуя усталость, тяжестью оседающую в костях.              Завтра начинается новая жизнь.