Послевкусие южного вина

Утренний свет пробивался сквозь занавески, Шарлотта проснулась не сразу. Первым она ощутила тяжесть. Что-то большое, горячее и удивительно спокойное буквально придавило её к меховому одеялу. Сонно приоткрыв глаза, она поняла, что Ями, сам того не замечая, почти полностью навалился на неё во сне, крепко обнимая. — Хиро... — едва слышно простонала она. Ответом стало лишь его тихое, размеренное дыхание. Голова тут же отозвалась тупой, пульсирующей болью. Огненное вино из южных провинций оказалось куда коварнее, чем ей показалось вечером. Шарлотта осторожно подняла ладонь к виску и тихонько поморщилась. — Никогда... больше... Она попыталась немного высвободиться из его объятий и машинально опустила взгляд на себя. На бледной коже груди темнели яркие следы его поцелуев. Щёки Шарлотты мгновенно вспыхнули. — Ох... Она поспешила схватить с пола платье. И её взгляд зацепился за небольшой стеклянный флакончик, лежавший возле мехового одеяла. Она замерла. Память почти сразу вернула её к обрывкам вчерашней безумной ночи. --- Ями двигался внутри неё яростно и глубоко, доводя её до полного изнеможения, как вдруг он внезапно замер на пике очередного толчка. Его дыхание было прерывистым, а мышцы спины вздулись от запредельного напряжения. Он нехотя, со стоном прервался, отстраняясь от неё, и хрипло выругался сквозь зубы. Шарлотта, оставшись без его тепла, удивленно и сбивчиво вздохнула, глядя на него затуманенным хмелем взглядом. Ями быстро поднялся и стремительным шагом скрылся на лестнице, ведущей на второй этаж. Она тогда, ничего не понимая, только проводила его растерянным взглядом. Через минуту он вернулся, держа в руке маленький пузырёк. Не говоря ни слова, сделал несколько глотков сам, затем, обхватив ладонями её лицо, осторожно поделился зельем с ней через поцелуй. Лишь после этого он тихо, почти виновато, пробормотал: — Совсем из головы вылетело... Затем отбросил пустой флакон в сторону и без всяких церемоний, одним мощным, сокрушительным толчком снова вошёл в неё на всю глубину, заставляя Шарлотту громко, сладостно вскрикнуть. Расстворяясь в моменте, она не придала этому значения. Теперь же, увидев пустой флакон рядом, почувствовала, как сердце сжалось от неожиданной нежности. Даже потеряв голову от страсти и вина, он всё равно не забыл о том, что могло иметь для них серьёзные последствия. Шарлотта невольно улыбнулась. — Какой же ты... Она осторожно провела пальцами по его тёмным волосам. — ... заботливый. *** Она осторожно пошевелилась, пытаясь выбраться из-под навалившейся на неё тяжёлой мужской руки. Тщетно. Ями что-то недовольно проворчал во сне и только крепче прижал её к себе. — Хиро... — едва слышно простонала она, морщась. — Ты... очень тяжёлый... В ответ раздалось невнятное сонное бурчание. Только когда она всё же сумела немного повернуться, он лениво приоткрыл один глаз. Несколько секунд Ями молча наблюдал, как его невеста сидит, зажмурившись и обеими руками держась за виски. Затем понимающе хмыкнул. — Ну да... — сипло протянул он после сна. — Южное вино тебя всё-таки добило. Шарлотта приоткрыла один глаз и посмотрела на него с лёгким укором. — Не меня... — тихо проворчала она. — Нас. — Меня не особо. Он лениво потянулся, разминая плечи. — А вот тебе, кажется, крепко досталось. Она только жалобно простонала в ответ. — Не разговаривай так громко... Ями тихо усмехнулся. Без лишних слов он поднялся с пола, накинул штаны и ушёл на кухню. А через минуту вернулся с большим стаканом прохладной воды. Опустившись рядом на одно колено, он осторожно коснулся её плеча. — Давай. Шарлотта благодарно кивнула. — Спасибо... Она сделала несколько жадных глотков. Холодная вода приятно освежила пересохшее горло, и головная боль словно немного отступила. Ями внимательно наблюдал за ней. — Полегче? — Немного... Она выдохнула, возвращая ему стакан. — Кажется, я больше никогда... Он вопросительно поднял бровь. — ...не буду пить столько этого вина. Ями негромко рассмеялся. — А вчера говорила совсем другое. Шарлотта прикрыла лицо ладонью. — Не напоминай... — Не буду. Хотя улыбка на его лице ясно говорила об обратном. Он забрал стакан, поставил его на столик, а затем неожиданно наклонился к ней. — Хиро?.. Не успела она договорить, как он легко подхватил её на руки. — Просто посиди спокойно. Прижав её чуть крепче к себе, Ями поднялся по лестнице на второй этаж. И первым делом открыл кран в ванной комнате. В просторную купальню хлынула горячая вода, постепенно наполняя помещение густым, ароматным паром. Пока вода набиралась, Ями усадил Шарлотту на широкую деревянную скамью. Она устало прислонилась спиной к стене и прикрыла глаза. Через несколько минут купальня была готова. — Пойдём. Он вновь протянул ей руку. Шарлотта без колебаний вложила свою ладонь в его. В тёплой воде напряжение постепенно отпускало тело. Она облегчённо выдохнула и, привычно устроившись спиной у него на груди, позволила себе окончательно расслабиться. Ями молча перебирал влажные светлые пряди её волос, осторожно распутывая их пальцами. Ни одному из них сейчас не хотелось никуда спешить. За дверями дома их уже ждали отчёты, подчинённые, капитанские обязанности и бесконечная суета столицы. Но ещё несколько драгоценных минут этот мир мог подождать. *** К полудню жизнь в штабе «Чёрных Быков» уже привычно превратилась в настоящий хаос. А Ями... Ями сидел за своим массивным столом, лениво перебирая очередную стопку отчётов. Точнее — делал вид. Потому что мысли упорно возвращались совсем не к документам. Перед глазами снова возникло утро. Взъерошенная после сна Шарлотта. Её сонное ворчание. То, как она, морщась от похмелья, обеими руками держалась за голову. Как благодарно смотрела на него, принимая стакан холодной воды. Как доверчиво прижалась к нему, когда он без слов поднял её на руки. Уголок его губ сам собой дрогнул. — Хм... — Капитан... Осторожно окликнул его Финрал. Ями медленно поднял на него тяжёлый взгляд. — А? — Ничего. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. — Выкладывай. Финрал ещё раз взглянул на капитана... И на кольцо на его руке. В отличие от других Быков, он обратил на него внимание ещё утром, когда Ями лениво подписывал отчёты. Матовый платиновый ободок на безымянном пальце слишком уж не вязался с человеком, который за всю жизнь не носил никаких украшений. — Капитан, это...новый... стиль? — Ага. Коротко буркнул Ями. — Нравится? Финрал нервно улыбнулся. — Очень... Повисла тишина. — Тогда свободен. — Уже ушёл! Финрал исчез быстрее, чем закончил фразу. Оказавшись за дверью кабинета, он облегчённо выдохнул. — Ну нет... Если капитан сам захочет рассказать — расскажет. А если я сейчас полезу с расспросами... мне жить ещё хочется. --- Ями снова опустил взгляд на бумаги. Но уже через несколько секунд усмешка исчезла. Вместо неё пришла совсем другая мысль. Он вспомнил прошлую ночь. Тот момент. Когда уже почти потерял голову. Когда всё вокруг перестало существовать. Когда... Он слишком поздно понял, что совершенно забыл про зелье. Ями негромко цыкнул языком. — Чёрт... Он ведь действительно остановился не сразу. Далеко не сразу. Эта мысль неприятно царапала изнутри, потому что причина была слишком честной. Он вспомнил то короткое мгновение, когда разум ещё пытался бороться с лавиной чувств. «Зелье...» И одновременно с этим другая, тёмная часть его эго совершенно отчётливо подумала: «А может... и к чёрту его?» Ями медленно откинулся на спинку кресла. Эта мысль была настолько неожиданной, что даже сейчас заставила его сурово нахмуриться. Он никогда не боялся ответственности. Если бы Шарлотта сказала ему сегодня, что ждёт ребёнка... Он бы просто женился на ней хоть завтра. Плевать на парламент. На короля. На всю их чёртову бюрократию. Но дело было даже не в этом. Он вдруг с удивлением понял, что часть его действительно... Хотела этого. Хотела увидеть маленького ребёнка с её глазами. Хотела однажды взять собственного сына на плечо. Научить его держать катану. Или ворчливо объяснять упрямой, точь-в-точь как мать, дочке, почему ей нельзя лазить по деревьям выше него самого. Ями негромко усмехнулся. — Совсем сдурел... Покачал головой. — Ещё месяц до свадьбы... Он машинально посмотрел на кольцо на своём пальце. — Потерпеть-то можно. Он глубоко затянулся сигаретой. Сизый дым медленно поплыл по кабинету. Но где-то очень глубоко внутри уже поселилось странное, непривычное чувство. Впервые за долгие годы будущее перестало казаться ему расплывчатым туманом. Теперь оно имело лицо. Лицо женщины, которую он любил. *** В это же самое время в совершенно другой части столицы царила почти противоположная атмосфера. Штаб «Голубой Розы» был тихим, собранным и безупречно организованным. Шарлотта сидела за своим рабочим столом, окружённая аккуратными стопками отчётов. Перо быстро выводило подпись за подписью. Но уже через несколько минут она устало прикрыла глаза. — Ах... Тонкие пальцы снова коснулись висков. Голова всё ещё неприятно ныла после вчерашнего вина. — Капитан? Сол Маррон осторожно заглянула в кабинет. — Всё в порядке? Шарлотта мгновенно выпрямилась. — Да. Слишком быстро ответила она. — Просто... немного устала. Сол недоверчиво посмотрела на неё. За долгие годы службы она научилась безошибочно определять, когда её командир что-то скрывает. Но сегодня поведение Шарлотты выбивалось из всех привычных рамок. Сестрица то и дело выпадала из реальности, замирая с пером в руке. Иногда её губ касалась едва заметная, мягкая улыбка. А в следующий миг она вдруг густо краснела безо всякой видимой причины. Вот как сейчас. Переворачивая страницу очередного отчёта, Шарлотта мимолётно взглянула на собственную ладонь. Кольцо пока оставалось их маленькой, сокровенной тайной, согревавшей кожу сквозь тонкую ткань перчатки. Щёки тут же опалило жаром. — Сестрица?.. Сол окончательно растерялась. — Тебе... точно не нужен лекарь? Шарлотта поспешно кашлянула, пытаясь вернуть лицу строгое выражение: — Нет. Всё в порядке. И поспешно уткнулась взглядом в документы, прерывая любые расспросы. Дождавшись, пока за подчиненной наконец закроется дверь, Шарлотта тяжело выдохнула и отложила перо. Держать лицо становилось всё труднее. Как только шаги Сол стихли, тишина кабинета со свистом обрушила на Шарлотту лавину мыслей, от которых она так отчаянно бежала с самого утра. Стыд горячей волной ударил в лицо, заставив спрятать его в ладонях. Боже, как ей было неловко! Стыдно за то, что она так сильно напилась. Стыдно за свою минутную слабость. Но сильнее всего обжигала мысль о том, что в порыве страсти она — всегда такая собранная, расчетливая и контролирующая каждый шаг — совершенно забыла про зелье. Мысль о собственной беспечности заставила её сердце панически сжаться. Шарлотта медленно опустила руки и взглянула на обтянутый тканью безымянный палец. Она прижала ладонь к груди, чувствуя, как под ребрами гулко и часто бьется сердце. И вслед за стыдом пришло другое, пугающе честное осознание. Если бы это действительно случилось... Она не пожалела бы ни секунды. Внутри неё, вопреки всему здравому смыслу, расцветало тихое, упрямое желание. Она была бы совсем не против. Не против забеременеть от него. Носить под сердцем ребенка от мужчины, который перевернул всю её жизнь, подарил ей свободу от проклятия и заставил поверить в любовь. Шарлотта резко тряхнула головой, прогоняя наваждение. Рано расслабляться. Она ведь капитан, в конце концов! Вместо сладких грёз в ней тут же проснулась привычная, рациональная женщина. Шарлотта строго нахмурилась и мысленно отчитала саму себя: К зачатию первенца нужно подходить со всей серьезностью. Никакого алкоголя в крови. Здоровье будущего малыша — это приоритет, а не результат пьяной страсти. Всё должно быть спланировано, подготовлено и высчитано до мельчайших деталей. Она замерла, осознав, о чём размышляет. Глаза Шарлотты округлились. На щеках проступил пунцовый, почти неоновый румянец. Она ведь уже мысленно выстроила график, распланировала подготовку к беременности и позаботилась о здоровье ребенка, который даже не существовал! Издав тихий, полный отчаяния стон, Шарлотта просто зажмурилась и с глухим стуком уронила голову лицом на полированное дерево стола. — Боже... — глухо пробормотала она в столешницу. — Какой кошмар. Она искренне понадеялась, что Ями никогда, ни при каких обстоятельствах не узнает, какие безумные, далеко идущие планы только что крутились в её голове. Он бы точно до конца жизни над ней подшучивал. *** К полудню жизнь в обоих штабах окончательно вошла в привычное русло. Внезапно воздух заискрился от всплеска магии — открылся канал ментальной связи. Спустя мгновение раздался ровный, спокойный голос Маркса Франсуа: — Вниманию капитанов Орденов Рыцарей-чародеев. Прошу всех прибыть в Магическую башню сразу после обеда. Собрание начнется ровно через сорок минут. Голос стих, и магическое свечение плавно растворилось в воздухе. --- Примерно через полчаса центральная площадь столицы уже привычно оживилась. Капитаны один за другим стягивались к огромной белоснежной башне Короля Магов. Ями шёл, лениво засунув руки в карманы и никуда не торопясь — будто опоздание на важное собрание было исключительно чужой проблемой. До лестницы оставалось всего пара десятков шагов, когда он заметил знакомый силуэт. Шарлотта как раз ступила на первые ступени. Услышав позади знакомую тяжелую поступь, она обернулась, и её лицо тут же озарила мягкая, теплая улыбка. — Хиро. — Привет, Шар. Он поравнялся с ней, подстраиваясь под её шаг. — Ну как, голова прошла? Она тихо, беззлобно рассмеялась: — Почти. Всё ещё немного напоминает о вчерашнем вечере. — Южное вино, — фыркнул Ями, выпуская смешок. — Оно коварное. — Теперь я это прекрасно понимаю. Шарлотта бросила на него притворно-укоризненный взгляд. — И вообще, это была твоя идея. — И что? — Больше я не доверю тебе выбирать напитки. — Врёшь, — усмехнулся он. — Это еще почему? — Потому что если я сегодня вечером снова принесу точно такую же бутылку... ты всё равно будешь пить её со мной. Шарлотта покачала головой, не на шутку развеселившись: — Возможно... — Вот видишь. Они не спеша двинулись вверх по длинной мраморной лестнице. Башня Короля Магов возвышалась над Клевером, словно исполинский маяк. Ступеней было много, и никто вокруг особо не торопился. Часть капитанов уже ушла далеко вперед, кто-то только пересекал площадь внизу, так что этот короткий, тихий разговор остался принадлежать только им двоим — их никто не слышал. Ями вдруг замер на середине лестницы. Шарлотта остановилась следом и вопросительно посмотрела на него, но капитан не спешил идти дальше. Вместо этого он медленно перевёл взгляд на её затянутую в перчатку ладонь, а затем — на собственную руку. Матовая платина тускло, но уверенно блеснула в лучах полуденного солнца. — Шар. Она тоже опустила глаза на его кольцо и невольно улыбнулась: — Что? Ями молчал несколько секунд, что было совсем на него не похоже, а потом неожиданно произнёс: — Не кажется тебе... что сегодняшний день какой-то странный? Она удивлённо наклонила голову: — Странный? — Угу, — он коротко усмехнулся. — Есть ощущение, будто сам чёртов мир говорит нам перестать уже молчать. Шарлотта замерла. Она прекрасно поняла, о чём он. Ветер слегка трепал её светлые волосы, пока она молча смотрела на свою руку. Тонкая ткань перчатки скрывала кольцо. Их кольцо. — Ты хочешь... рассказать всё прямо сейчас? — Думаю, да, — Ями безразлично пожал плечами. — Мы ведь всё равно собирались. Сегодня, завтра, через неделю — какая к чёрту разница? Она задумчиво улыбнулась, не сводя с него глаз: — Ты ведь никогда раньше не переживал о подобных вещах. — И сейчас не переживаю. — Тогда почему именно сегодня? Ями неожиданно усмехнулся — очень спокойно и открыто: — Потому что мне надоело делать вид, будто ничего не произошло. Он приподнял руку, разглядывая платиновый ободок. — Мне нравится носить его. И я не собираюсь его прятать. У Шарлотты сладко и предательски защемило в груди. Она смущенно отвела взгляд в сторону: — Хиро... — М? — Ты ведь понимаешь, что после этого все будут обсуждать только нас? — Пусть. — Газеты разнесут сплетни... — Плевать. — Аристократы завалят нас претензиями... — Да чихать на них. Скорее всего, вся эта напыщенная знать уже и так всё знает от короля. Шарлотта тихо, облегчённо рассмеялась. Они снова двинулись вверх по ступеням. Наверху уже отчетливо виднелись массивные двери зала заседаний — до них оставалось совсем немного. Шарлотта долго молчала, глядя прямо перед собой, но на её лице играла очень спокойная, счастливая улыбка. Наконец она осторожно, всего на мгновение, коснулась его локтя: — Знаешь... Наверное, ты прав. Если подумать, мы ведь никого не обманывали. Просто... ждали подходящего момента. — Именно. — А теперь... действительно пора. Ями притянул её к себе и уверенно, коротко поцеловал в губы. Когда они отстранились друг от друга, впереди у самого входа уже показались знакомые силуэты остальных капитанов. Всё было готово. Оставалось лишь открыть двери. И перестать хранить тайну, которая уже давно перестала быть только их двоих.