Окончательный вердикт

День окончательного ответа К полудню они уже стояли перед входом в Парламент. Ями выглядел так, будто пришёл не получать разрешение на свадьбу, а заглянул на очередное скучное заседание капитанов: руки лениво засунуты в карманы, в зубах привычно дымилась сигарета, а на лице застыло абсолютное спокойствие человека, которому в целом было глубоко плевать на любой вердикт, что вынесут за этими дверями в следующие пару минут. Шарлотта, напротив, держалась безупречно прямо — её спина была натянута словно струна, а капитанский плащ ниспадал идеальными складками. Внешне она казалась каменным изваянием, и лишь то, как её тонкие пальцы время от времени чуть сильнее сжимались в кулаки, выдавало бушевавшее внутри волнение. Неделя ожидания подошла к концу. Массивные створки с тихим гулом распахнулись. Дамнатио Кира, бесстрастно стоявший у самого входа с зажатыми в руке весами правосудия, окинул их своим фирменным проницательным взглядом и коротко, официально кивнул: — Капитаны. Время пришло. Следуйте за мной. *** Коридоры королевского дворца казались сегодня непривычно, почти зловеще тихими. Дамнатио шёл впереди, уверенно ведя их к тронном залу. Его размеренные шаги гулко отдавались от безупречно отполированного мраморного пола, а огромные арочные окна пропускали широкие полосы дневного света, ложившиеся на стены длинными золотистыми пятнами. Шарлотта шла бок о бок с Ями. Она старалась сохранять привычное спокойствие, но Ями слишком хорошо её знал. Да и её ки, обычно ровное и собранное, сейчас заметно колебалось и хаотично дрожало, что тоже никак не могло укрыться от его внимания. Ями несколько раз искоса посмотрел на неё сквозь сизый дым сигареты, а затем наконец негромко спросил: — Волнуешься? Шарлотта на мгновение промолчала. Её взгляд скользнул к высоким стеклам, за которыми в легкой дымке виднелись шпили и башни раскинувшейся внизу столицы Клевера. — Я бы сильно соврала, если бы сказала, что нет, — тихо призналась она. Ями коротко усмехнулся: — А я уж думал, ты сейчас упрямо заявишь, что совершенно спокойна. — Я капитан «Голубой Розы». С мягким укором в голосе произнесла она, расправляя плечи. — Разумеется, я абсолютно спокойна. Шарлотта мимолетно посмотрела на него с робкой, едва заметной улыбкой, но тут же снова опустила взгляд. — Просто... что бы он сейчас ни сказал... — Уже не имеет никакого значения, — спокойно закончил за неё Ями. Он без лишних слов нашёл её руку, уверенно переплетая свои пальцы с её пальцами. — Мы уже всё решили, Шар. Шарлотта чуть крепче сжала его ладонь. — Да. Несколько шагов по пустынному коридору они прошли в полном молчании. Затем Ями, уставившись в потолок, вдруг совершенно будничным, ленивым тоном поинтересовался: — А если этот... Величество всё-таки скажет нам «нет»? Шарлотта мгновенно напряглась, в её глазах мелькнула паника: — Тогда... — она всерьёз задумалась. Ями ухмыльнулся. — Захватим дворец? Шарлотта резко повернула к нему голову, а её глаза округлились от ужаса: — Хиро! Она тут же легонько, но ощутимо ткнула его локтем прямо в бок. — Как у тебя только язык поворачивается говорить подобное прямо здесь?! — А чего такого? Совершенно искренне и невинно удивился капитан, даже не поморщившись от удара. — Я просто предложил самый надежный и рабочий вариант. Идущий в паре метров впереди Дамнатио даже не обернулся на их перепалку, лишь его спина, казалось, стала ещё более прямой и жесткой от немого осуждения. Шарлотта вспыхнула до корней волос и яростно прошипела сквозь зубы: — Прекрати немедленно. — Ладно-ладно. Примирительно хмыкнул Ями. Он ещё несколько секунд довольно улыбался своим мыслям, а затем выражение его лица резко изменилось. Весь юмор мгновенно испарился, уступив место редкой, глубокой и суровой серьёзности. Ями коротко кивнул вперёд, в сторону тронного зала: — Что бы ни случилось там... мы всё равно будем вместе. Шарлотта несколько секунд неотрывно смотрела в его решительные глаза, чувствуя, как внутри расцветает абсолютный покой. Тревога ушла. Она мягко улыбнулась — на этот раз совершенно спокойно и уверенно: — Да. Будем. Дамнатио наконец остановился. Перед ними непреклонной стеной возвышались огромные, украшенные золотой лепниной двери тронного зала. Судья медленно повернулся к паре, опустив взгляд на их сцепленные руки, но никак это не прокомментировал. — Мы пришли. Бесстрастно чеканя слова, произнес он. Дамнатио плавным движением руки толкнул тяжелые створки. Двери с тихим скрипом распахнулись, и они вместе уверенно перешагнули порог тронного зала, готовые принять любой вызов судьбы. *** На высоком позолоченном возвышении в окружении многочисленной свиты придворных восседал король Клевера. Август Кира Клевер даже не сделал жеста, приглашая вошедших приблизиться, демонстрируя всё своё монаршее превосходство. Шарлотта замерла на положенном расстоянии и склонилась в безупречном, исполненном благородного достоинства поклоне: — Приветствую Вас, Ваше Величество. Ями же, как и всегда, ограничился ленивым, хриплым кивком, не вынимая сигарету изо рта: — День добрый, Ваше Величество. Король некоторое время хранил театральное молчание, высокомерно разглядывая стоящую перед ним пару. Его недовольный, колючий взгляд особенно долго задерживался на невозмутимом лице Ями Сукехиро. — Капитан Роузрей... Кхм-кхм... И капитан Ями. Наконец, Август картинно, тяжело вздохнул и недовольно поправил свою пышную мантию. — Я самым тщательным образом рассмотрел ваше официальное прошение. Монарх раздражённо дёрнул уголком рта, будто слова давались ему с большим трудом, и процедил: — И принял решение... разрешить этот брак. Шарлотта едва заметно, облегчённо выдохнула, чувствуя, как невидимые тиски наконец разжимаются на её сердце. Ями в ответ на королевский вердикт лишь спокойно и понимающе кивнул, будто иного исхода и не ждал. Король недовольно сцепил пухлые пальцы в перстнях перед собой, упрямо вскинув подбородок: — Я позволяю свершиться этому союзу исключительно по своей великой, безграничной королевской милости! Август повысил голос, пытаясь вернуть себе ускользающий авторитет: — Несмотря на то, что данный брак в корне нарушает целый ряд незыблемых устоявшихся традиций Клевера, несмотря на ваше сомнительное происхождение, капитан Ями, и несмотря на... Он внезапно запнулся и замолчал на полуслове. На несколько секунд в огромном тронном зале повисла густая, неловкая пауза. Король сердито поджал губы, потому что продолжать этот список выдуманных причин и дальше перед лицом этих двоих было уже попросту бессмысленно и глупо. Август Кира Клевер слишком хорошо помнил последнюю неделю. И, к его колоссальному монаршему раздражению, эти воспоминания до сих пор были хрустально свежими в его голове. --- Сначала случилось то злополучное собрание знати Клевера. Король до сих пор во всех красках помнил вытянувшиеся, ошарашенные лица придворных аристократов, когда прямо посреди зала выяснилось, что лорд Адриан и леди Элеонора Роузрей не просто не возражают против кандидатуры чужеземца, а открыто и с гордостью дают родной дочери своё полное благословение. А затем слово за словом взяли выступившие единым фронтом капитаны магических Орденов. Фуэголеон Вермиллион говорил спокойно, взвешенно и авторитетно, не оставив от претензий дворян камня на камне. Уильям Ванджанс мягко, но безжалостно напомнил Совету, что Ями годами проливал кровь за Клевер и воспитал их нового Короля Магов. Рилл Буамортье и Кайзер Гранборка высказались непосредственно, но вполне однозначно, устыдив присутствующих. И даже гордый Нозель Сильва, которого Август искренне рассчитывал увидеть во главе непримиримой оппозиции, высказался в защиту этого варвара. И тогда король ещё мог убеждать себя, что это всего лишь внутреннее дело Клевера, которое он всё-таки сможет переиграть на досуге. Пока не началось самое неприятное и пугающее. --- На следующий день после Совета знати на его роскошный рабочий стол легло плотное письмо, скреплённое непривычной, древней печатью возрождённого Эльфийского племени. Король Август несколько секунд просто озадаченно смотрел на изящный конверт, не веря собственным глазам. — Что это ещё за чертовщина?.. — пробормотал он, нервно вскрывая бумагу. Само послание было составлено безупречно вежливо. Даже слишком вежливо, что лишь сильнее настораживало. В каллиграфических строках выражалось искреннее, глубокое уважение к двум капитанам Клевера, которые «вновь наглядно продемонстрировали всему миру, что истинные узы, созданные не чистотой происхождения, а взаимным доверием и совместной борьбой, способны пережить любые границы между народами». А в самом конце письма красовалась лаконичная фраза, от которой у монарха неприятно и нервно дёрнулся левый глаз: «Мы будем искренне рады узнать о скором и благополучном союзе двух людей, чьи судьбы уже столь многое связало. Позвольте выразить твёрдую надежду, что окончательное решение королевской власти Клевера в данном вопросе окажется столь же мудрым, как и выбор самих капитанов». Король тогда очень долго, оглушённо молчал, бездумно комкая в пухлых пальцах край мантии. — Мудрым, значит... Мудрым, — процедил он сквозь зубы. Август Кира Клевер не был гением политики, но даже он прекрасно понимал, что за этим письмом и внезапной дипломатической активностью эльфов явно стоял Уильям Ванджанс. Или, по меньшей мере, кто-то из тех, кто был связан с бывшим капитаном «Золотого Рассвета». Тонкий намёк на то, что отказ короля может испортить едва наладившиеся отношения с сильным соседним народом, читался между строк безупречно. Но, к глубочайшему несчастью Августа, эта эльфийская депеша была лишь самым началом его недельного кошмара. --- Спустя всего день на его стол легло новое официальное послание — на этот раз из Королевства Сердца, скреплённое личной печатью королевы Лолопечики. Молодая правительница не стала ходить вокруг да около, маскируя мысли сложными дипломатическими формулировками. Она с искренней радостью поздравляла Шарлотту и Ями с грядущим бракосочетанием, выражала твёрдую надежду, что этот союз станет «ещё одним прочным мостом между их дружественными странами». Однако финальные строки письма мгновенно сбили с Августа всю спесь: «Разумеется, окончательное решение в столь деликатном вопросе остаётся исключительно за многоуважаемым королём Клевера. Однако я искренне уверена, что монарх, ставший для всех нас истинным символом великих перемен, сумеет сделать единственно правильный и благородный выбор». Король со стоном отложил плотную бумагу в сторону, чувствуя, как у него начинает раскалываться голова: — Даже она... Да они издеваются надо мной! Король уже начинал всерьёз подозревать, что эта предсвадебная история стремительно выходит далеко за пределы не только его личного дворца, но и границ всего Клевера. Но настоящим, сокрушительным ударом для его монаршего эго стало третье послание, прибывшее прямиком из таинственного и опасного Леса Ведьм. Король некоторое время в панике даже отказывался прикасаться к зловещему темному конверту, опасаясь, что бумага может быть заговорена или проклята. — Нет... Он со страхом смотрел на герб. — Только не это. Пожалуйста. Пересилив себя, он всё-таки сломал печать. И, конечно же, отправителем оказалась сама деспотичная Королева Ведьм. Послание было коротким, сухим и властным — древняя повелительница магии крови никогда не утруждала себя придворными любезностями. Она без лишней дипломатии сообщала, что до её чертогов дошли известия о скором браке капитана «Чёрных Быков», и что лично она «находит подобный союз весьма любопытным с точки зрения развития магического потенциала будущих поколений». А затем следовала фраза, заставившая Августа окончательно похолодеть: «Если даже преемница моей силы, считает этот союз достойным великого празднования, то со стороны правителя Клевера было бы весьма неразумно и опрометчиво препятствовать ему без наличия действительно веских причин. Надеюсь, у Вас они есть». Король трижды перечитал последнюю строчку, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок. Он медленно, дрожащими пальцами сложил письмо и уставился в окно на залитую солнцем столицу. — Дороти Ансворт... Эта чертовка, — проворчал он сквозь зубы. Август ни на секунду не сомневался, что именно вечно спящая капитан «Кораллового Павлина» вместе с ведьмой из «Чёрных Быков» стояли за этим. --- На этом изнурительный список писем вовсе не закончился. Всего через день перепуганные придворные лакеи принесли королю очередное официальное послание. На этот раз на плотном сером конверте вызывающе красовалась тяжёлая сургучная печать Алмазного королевства. Август несколько секунд молча, ошарашенно сверлил её глазами, чувствуя, как у него начинает нервно подёргиваться правое веко. — Вы издеваетесь?.. Серьёзно?! — в полном отчаянии воскликнул он на весь тронный зал. Едва сдерживая дрожь в руках, монарх вскрыл конверт. Текст этого письма оказался куда менее изысканным, чем утончённые депеши от эльфов или королевы Лолопечики. В документе сухо сообщалось, что капитан Ями Сукехиро — один из ключевых и ближайших соратников Короля Магов Клевера, а также человек, сыгравший колоссальную роль в защите обеих стран, — вскоре официально заключает брак с прославленным капитаном Шарлоттой Роузрей. Далее следовало несколько лаконичных, но вполне искренних поздравлений от правящей верхушки Алмазного королевства. А в самом финале красовалась жирная политическая точка: «Мы в Алмазном королевстве искренне рады за капитана Ями и желаем ему и леди Роузрей долгих лет счастья. Твёрдо надеемся, что королевский двор Клевера безоговорочно поддержит их благородное решение». Король медленно, словно в тумане, опустил исписанный лист на стол. Он прекрасно понимал, откуда у этой лавины писем растут ноги. Новый, неугомонный Король Магов, похоже, твёрдо решил: если уж его любимый наставник и командир решил жениться, то об этом грандиозном событии обязаны узнать абсолютно все дружественные государства на континенте. А все боевые товарищи и союзники в соседних землях должны порадоваться и выпить за его здоровье! Вот и вся его незамысловатая логика. Только юный Король Магов, судя по всему, совершенно не учёл одной крошечной, но монументальной детали. Благодаря его неукротимой энергии, обычная свадьба чужеземца и аристократки внезапно превратилась в событие планетарного масштаба. --- И, казалось, список стран, которым каким-то образом стало известно о предстоящей свадьбе, уже не мог стать длиннее. Но вопреки всем законам логики, спустя ещё сутки на роскошный стол короля легло новое официальное письмо. На этот раз на конверте красовалась тяжёлая, величественная печать Пикового королевства. Август лишь устало, обречённо прикрыл глаза ладонью: — Ну конечно! Кто бы сомневался! Было бы странно, если бы они решили остаться в стороне. Едва сдерживая раздражение, он сломал печать. Послание от северных соседей оказалось гораздо сдержаннее и лаконичнее предыдущих. Всего несколько официальных, строгих строк о том, что в Пиковом королевстве официально получили сведения о предстоящем бракосочетании прославленных капитанов Клевера и искренне желают им благополучия и процветания. А затем следовала приписка, заставившая Августа нахмуриться: «Нам искренне приятно видеть, что сильные люди, некогда стоявшие плечом к плечу в защите нашего общего мира, приняли решение навсегда связать свои судьбы и за пределами жестокого поля боя. Клеверу определенно стоит гордиться такими лидерами». Король недовольно поджал губы, прекрасно представляя, откуда именно у этой новости выросли ноги. Юный принц Пикового королевства... Юно. Этот молчаливый и вечно высокомерный парень, скорее всего, даже и не пытался помочь... Вероятно, наслушался пламенных речей от Короля Магов. А затем, вернувшись домой, совершенно невинно обронил пару коротких фраз. Например, мимоходом заметил за ужином: «Капитан Ями и капитан Роузрей собираются пожениться. А новый Король Магов на месте усидеть не может». И этого короткого замечания от законного наследника престола оказалось более чем достаточно. Правящая династия Пикового королевства чутко услышала в словах сына посыл "мой друг очень счастлив". --- Окончательно, сокрушительным финальным аккордом монаршее эго короля добило внезапное послание, прибывшее прямиком из Подводного храма. На этот раз король Август даже не сразу сообразил, чья именно тяжелая, украшенная морскими раковинами печать красуется на плотном, слегка пахнущем солью конверте. Вскрыв его, он обнаружил весточку от юной жрицы Кахоно, которая писала от имени своего деда — верховного старейшины Гифсо. Девушка с присущей ей бурной энергией передавала будущим молодожёнам самые искренние и горячие поздравления. Из текста быстро выяснилось, что Кахоно узнала о помолвке от своей близкой подруги Ноэль Сильвы, и теперь все жители морского королевства до глубины души рады за сурового капитана Ями, который когда-то со своим отрядом спас их дом от катастрофы. В самом конце послания следовало совершенно невинное, но бьющее без промаха замечание: «Мы в Подводном храме искренне надеемся, что просвещённый королевский двор Клевера безоговорочно поддержит благородное решение двух капитанов. После всего, что эти великие люди сделали ради спасения своих и чужих жизней, им, как нам кажется, вполне можно позволить самостоятельно выбрать того, с кем они хотят разделить остаток своих дней». Король медленно, словно в глубоком трансе, опустил морское письмо рядом с остальными. Перед ним на столе возвышалась целая стопка международной корреспонденции. И всё это — из-за одной свадьбы. Он посмотрел на письма так, словно они лично оскорбляли его достоинство. — Они сговорились... Конечно, никто не писал прямой угрозы. Никто не требовал. Никто не ставил ультиматум. Все были исключительно вежливы. И именно поэтому это раздражало ещё сильнее. Каждое письмо говорило практически одно и то же: Мы знаем. Мы поддерживаем. Мы надеемся, что вы примете мудрое решение. А если король откажет? Тогда он будет выглядеть не просто упрямым монархом, цепляющимся за старые порядки. Он станет человеком, который отверг союз двух капитанов, поддержанный древним и уважаемые родом Роузрей, большинством коллег, Королём Магов и несколькими государствами. Причём союз, который мог стать символом совершенно новой эпохи для Клевера. И всё это ради чего? Чтобы сохранить лицо перед несколькими наиболее консервативными аристократами. Король устало потёр переносицу. Нет. Он не собирался признавать, что его фактически загнали в угол. Ни перед советом знати. Ни перед этими двумя. Особенно перед Ями Сукехиро... Король снова посмотрел на стоявших перед ним капитанов. Они даже не представляли, сколько людей за пределами Клевера уже мысленно отпраздновали их свадьбу. И сколько дипломатических писем за последнюю неделю фактически сказали королю одно и то же. Не будьте идиотом. Король медленно провёл ладонью по лицу. В какой-то момент в его голове даже промелькнула шальная мысль: Может всё-таки сказать «нет»? Но собственное бурное воображение тут же услужливо рисовало то, на что способен пойти этот безголовый варвар Ями Сукехиро, если у него отобрать невесту. Наверняка ведь заявится прямо в тронный зал с этой своей жуткой магией Тьмы и разнесёт здесь всё к чёртовой матери. Нет, рисковать жизнью и дворцом ради дворянских традиций Август точно не собирался. Нужно было просто сделать вид, будто он, как истинно великий и мудрый правитель, великодушно позволил им пожениться. --- Возвращаясь из воспоминаний в реальность, король раздражённо кашлянул, прерывая затянувшуюся паузу, и высокомерно вскинул подбородок: — В общем... моё окончательное решение вам озвучено. Монарх недовольно прищурился, сверля пару колючим взглядом. — Но не думайте, что я одобряю ваш союз. И уж тем более не смейте рассчитывать, что великий и блистательный я почту своим личным присутствием вашу скромную церемонию! Я выше этого! Услышав это грозное заявление, Ями Сукехиро едва напрочь не поперхнулся табачным дымом. Капитан «Чёрных Быков» резко отвернулся в сторону, судорожно прикрыв рот кулаком, чтобы не заржать на весь тронный зал. Вот это удача! Боги, если они существовали, определённо сегодня решили оказать ему услугу. Он и сам ни за какие деньги не хотел видеть эту напыщенную королевскую рожу на собственной свадьбе, а тут монарх добровольно и с гордым видом избавил их от своего присутствия. Лучшего исхода нельзя было и пожелать. Шарлотта тоже позволила себе едва заметно расслабить плечи — главная преграда была позади. — Мы ни в коем случае не станем обременять Вас и беспокоить, Ваше Величество, — подчёркнуто вежливо и дипломатично отозвалась она. Капризный Август, ослеплённый собственной гордостью, даже не заметил, что её реплика прозвучала слишком уж облегчённо. Король картинно повёл рукой в перстнях: — Более того! Поскольку капитан Роузрей всё же является представительницей одного из великих знатных родов Клевера, на церемонии обязан присутствовать представитель короны. Тот, кто официально зафиксирует и подтвердит законность заключения этого... сомнительного брака. Он медленно повернул голову вправо: — Поэтому вместо меня на ваше торжество отправится Дамнатио. Будьте благодарны! Ями искоса покосился на мрачного судью. Дамнатио по-прежнему стоял у стены, оставаясь абсолютно бесстрастным, словно живое каменное изваяние. Король самодовольно усмехнулся, искренне полагая, что этим решением ставит дерзких капитанов на место и жестоко наказывает их за строптивость: — И последнее! Королевская казна не выделит ни единого гроша на организацию и проведение вашего праздника. Слышите? Ни единого! Все колоссальные расходы ложатся исключительно на ваши плечи. И даже не рассчитывайте, что я хоть когда-нибудь изменю своё высочайшее решение! Август раздражённо стукнул пухлыми пальцами по золочёному подлокотнику трона и пригрозил: — Повторяю в последний раз: не смейте даже присылать мне приглашение! В тронном зале воцарилась глубокая, звенящая тишина. Ями несколько секунд молча смотрел на монарха, изо всех сил стараясь удержать на лице невозмутимую мину. Шарлотта же элегантно склонилась в прощальном поклоне: — Благодарим за Ваше окончательное решение, Ваше Величество. Мы глубоко признательны за уделённое нам внимание и не смеем более отнимать Ваше драгоценное время. — Вот и правильно. Ступайте с глаз моих. Высокомерно буркнул Август, лениво взмахнув рукой. Капитаны синхронно развернулись и твёрдым шагом направились к выходу. *** Оказавшись в безлюдном дворцовом коридоре, Шарлотта наконец позволила себе свободно, полной грудью выдохнуть. Напряжение, державшее её всю неделю, окончательно отпустило. — Всё-таки разрешил... Тихо, словно до сих пор не веря, произнесла она. Ями повернул к ней голову и вальяжно ухмыльнулся, поправляя катану: — Ага. Теперь у нас есть три недели, чтобы устроить свадьбу наперекор всей этой напыщенной знати Клевера. И, что самое весёлое, полностью без денег нашего "щедрого" короля. Шарлотта на мгновение задумчиво нахмурилась: — Знаешь, Хиро... Вообще-то это звучит как действительно серьёзная проблема. — Да брось ты. Легкомысленно отмахнулся он. — Если прижмёт, всегда можно официально попросить у Асты. Тряхнём нашего мелкого Короля Магов на пару мешков золота, делов-то. Шарлотта устало покачала головой и посмотрела на него с лёгким укором: — Я говорю вовсе не о деньгах, Хиро. С финансами мы как-нибудь разберёмся сами. Меня волнует срок. До свадьбы осталось всего три недели. Три недели, Хиро! Столько всего нужно успеть подготовить за это время! Ями лишь довольно хохотнул, ни капли не разделяя её паники: — Эй, королева шипов, ты сама добровольно согласилась на эту авантюру в следующем месяце. Так что теперь не жалуйся. Шарлотта на секунду замерла, а затем тихо вздохнула, признавая его правоту. Она слегка покачала головой, чувствуя, как губы сами собой растягиваются в мягкой улыбке: — Да... согласилась на свою голову. И где только был мой разум? Ями раскатисто рассмеялся и, хитро прищурившись, лениво протянул: — Да ладно тебе, Шар. Очевидно же, где он был. Ты просто от большой любви ко мне окончательно голову потеряла, вот и всё. Шарлотта мгновенно вспыхнула до самых корней волос. Она возмущённо фыркнула и поспешно отвернулась, пытаясь скрыть накатившее смущение: — Как бы не так! Тоже мне, выдумал! Мечтай больше, Сукехиро! Ями снова довольно хохотнул, глядя на её пунцовый профиль. Затем он остановился, аккуратно взял её за руку, заставив повернуться к себе, и уже совершенно серьёзно заглянул в её голубые глаза: — Ну а если без шуток. Жалеешь, Шар? Шарлотта замерла, ловя его прямой взгляд. Вся её тревога мгновенно испарилась. Она крепко сжала его широкую ладонь и уверенно ответила: — Нет. Нисколько. Ями довольно улыбнулся, увлекая её за собой по коридору к выходу на солнечную дворцовую площадь: — Вот и отлично. Прорвёмся, Шар. Мы уже победили!