Глава 1 Обустройство в Аду

Открыв вновь глаза, девушка испытала дежавю. Красное небо. Снова. Разница между прошлым пробуждением была лишь в том, что к ноющей боли в теле добавились довольно яркие и неприятные отголоски боли в шее. Попытки проанализировать собственное затруднительное положение терпели крах из-за невозможности думать ни о чём, кроме боли. Какое-то время она лежала, устремив пустой взгляд в небо и пытаясь дышать более размеренно. Так продолжалось до тех пор, пока боль не стала терпимой, а мысли не вернулись к сложившейся ситуации. Девушка вновь не без труда приняла сидячее положение. Морщась от неприятных ощущений в горле, она растерянно посмотрела на когтистые руки, перевела взгляд на чистую, такую же тёмно-серую толстовку, спадающие на плечи перья, крылья за спиной. Тяжело вздохнув, прикрыла глаза, затем открыла их. Ещё раз обвела непонимающим взглядом окружающую среду и саму себя. -Чёрт, – вырвалось у неё. Хриплый и немного каркающий голос показался его хозяйке слабым и тихим. А горло от необдуманного озвучивания мысли напомнило о себе усилившейся болью. Что мы имеем? Вероятно, чем бы окружающий мир ни был: сон, галлюцинация, посмертный мир – это надолго. Самое логичное – это на время принять за веру, что всё является реальностью. Пусть это мир Отеля Хазбин. Хорошо. Тогда ей хотя бы основные правила данной реальности известны. В какой она временной линии – не ясно. Но и особой роли играть это не должно, потому что думать, что поверхностное знание фандома как-то поможет предсказать будущее или наладить контакт с сильными мира сего, небезопасно и бессмысленно. Девушка нахмурилась. А вообще, она сейчас в безопасности? Никто из грешников, демонов или кто-то ещё не мог сейчас выскочить, напасть или ещё что-либо плохого сделать? Грешница тут же нервно оглянулась. Вокруг было пустынно. Девушка облегчённо выдохнула. Хоть где-то удача не подвела. Кажется, она была одна. Вспоминая произошедшее, на ум пришёл рюкзак. Его и вправду изначально там не было. Возможно ли, что это её какая-то сила или способность – воплощать вещи, представив их? Это было бы довольно неплохо. Подобную теорию стоило бы проверить. По крайней мере это было бы не столь глупо, как когда она в детстве начиталась книжек про ведьм и на полном серьёзе пыталась залечить царапину заговором. Воспоминание о той глупости заставили грешницу немного скривиться. Но вскоре на лицо вернулось задумчивое выражение. Мысли о детских шалостях отошли на задний план. Что бы в данный момент она хотела воплотить? В голове тут же возник образ кинжала. Красивого, с широким и острым лезвием. Наверняка в плане перерезания горла он подошёл бы лучше чем жалкий складной нож... Девушка досадливо оборвала себя. Поддаваться суицидальным мыслям сейчас было не время. Грешница огляделась. Похоже первый эксперимент провалился. Возможно, одного визуального представления было мало. В конце концов даже в мыслях образ кинжала был не очень чётким, потому что такие вещи она видела разве что на фотографиях и то не очень часто. Возможно, стоило представить более знакомую вещь. Может, зеркало? Грешница прикрыла глаза и стала думать о зеркале. Дома было такое. Обычное, круглое зеркало, которое когда-то имело ручку. Чёрный пластиковый ободок с одного края имел скол. Кто и как сломал ручку, девушка не знала – зеркало досталось ей от одной из съехавших из общаги соседок, в наследство. Отражающая поверхность была чуть заляпана отпечатками пальцев и пылью. Девушка настолько старательно представила привычную вещь, что, казалось, она могла почувствовать гладкую поверхность обода. Открыв глаза, грешница оглянулась в надежде найти представленную вещь, как рюкзак в прошлый раз. Однако зеркала нигде не было. С досадой опустив взгляд на свои руки, девушка чуть ли не подскочила. Сдержав восторженный возглас, который наверняка заставил бы горло заболеть сильнее, девушка улыбнулась. В её руках лежало то самое зеркало из мыслей. Ровно такое, каким она его представляла. Кажется, происходящее ей начинало нравиться. Не успела грешница начать радоваться новым силам, как взгляд зацепился за отражение. Девушка удивлённо замерла. Из зеркальной глади на неё смотрело незнакомое существо. Лицо обрамляли чёрные перья и пух, которые создавали некое подобие лохматой причёски. Рядом с носом виднелись тёмные пятнышки, похожие на уменьшенные версии чешуек на руках. Из-под перьев виднелись обычные человеческие уши. В остальном лицо казалось привычным взгляду: с бледным оттенком кожи, с простым носом вместо клюва и обычными бровями над тёмными глазами, под которыми выделялись свидетели недостатка сна. Девушка моргнула, после чего ещё раз внимательно рассмотрела теперь уже своё отражение и отодвинула зеркало, переведя взгляд на горизонт. Наверно, могло бы быть и хуже. Если так подумать, то перья – это даже красиво. Лучше черты птицы, чем, например, насекомого. Она должна быть благодарна за приемлемый вариант, и всё же... Новая внешность казалась неправильной. Вся ситуация ощущалась совершенно неверной. Такого не должно было случиться. Ей надо быть дома, в своей кровати, чтобы проснуться на утро от будильника и пойти в вуз, чтобы на выходные поехать домой и встретиться с родителями и младшими. Грешница закрыла глаза и устало потянула свободную руку, чтобы потереть их, но тут же отдёрнула, вспомнив о когтях. Тяжело вздохнув, девушка открыла глаза. Стоит подумать о чём-то хорошем. Например, разве не об этом она мечтала? У неё были крылья и магия. Сбылась детская мечта о чудесах. Это должно быть здорово, если забыть о том, что она в аду, где достаточно извращенцев и маньяков. Получается, самоубийства было достаточно, чтобы оказаться среди них. Не зря она никогда не любила христианство. Сердце забилось быстрее от осознания масштаба проблемы и правдоподобности происходящего. Ускорившийся пульс начал болезненно отдаваться в виски. Так, спокойствие. Только спокойствие. Ну что может случиться? Ну из самого худшего и безвозвратного – это смерть. А такой исход – правильно, очень даже желанный. Хотя, в аду, кажется, только ангельское оружие способно убить по-настоящему. Тогда вообще проще простого. Главное – в нежелательные проблемы не влезть, а так, можно реализовать свои дурацкие идеи, фантазии и вопросы, а потом в день зачистки попасться ангелу-экзорцисту. Проще простого. Мысль о том, что истребления могли уже прекратиться, и тогда надёжное средство для окончательного самоубийства искать стало бы куда утомительней, она старалась отгонять. Также неприятны были мысли о вероятности другой вариации ада, так как умереть окончательно в таком случае было бы также проблемно. Лучше уж такой вариант, чем вечное чистилище. А ещё лучше, чтобы это был сон, предсмертные галлюцинации или ещё что-то, что вполне само может закончиться. Тогда это оказалось бы ошибкой, дурацким сном, незначительной проблемой, которая прервалась бы пробуждением или смертью, небытиём, о котором она мечтала. Девушка осторожно встала, подвигала конечностями. Тело слушалось, что уже было хорошо. С крыльями можно было бы и потом разобраться. Сейчас важнее было понять, что делать дальше и как не влезть в проблемы до реализации окончательной смерти. Грешница не знала, что делать с зеркалом, но из рук не выпускала. Как действовать дальше? Уходить отсюда не хотелось. Пустошь казалась наиболее безопасным местом, чем тот же город, который она могла разглядеть вдали. Выходить в люди, не доведя собственную способность до приемлемого уровня и не имея возможности оказать сопротивление в случае чего, казалось не лучшей идеей. Если она и вправду в мире Отеля Хазбин, то встречаться сейчас с кем-либо – это наживать проблемы. Даже не так, это значило бы с отчаянием утопающего нарываться на них. Но что делать одной в чёртовой пустоши? Без еды, без воды, без крыши над головой. Девушка нахмурилась. Сможет ли она наколдовать дом? По масштабам это казалось чрезмерным и практически невозможным. Кто-нибудь вообще может дать инструкцию, как пользоваться силой? Грешница потерянно завертела головой. Когда она перерезала себе горло, то рядом был рюкзак, а в руках – нож. И ладно, можно предположить, что кровь с одежды после самоубийства исчезла из-за какого-то местного правила перерождения, но вещи куда делись? В голове тут же сформировалось два предположения: или она очнулась в ином месте, чем до этого, или после её смерти случайно созданные рюкзак и нож перестали существовать. Второй вариант стоило проверить в ближайшем будущем, так как он был важной гипотезой о новых способностях. Девушка недовольно нахмурилась, осознав, что мысли вновь ушли не в ту степь. Однако в оправдание стоило заметить, что единственной приемлемой идеей о дальнейших действиях было создание дома. Подобная инициатива была крайне самонадеянной и отчаянной, но стоило попробовать. Грешница ещё раз обвела взором пустошь. Затем она прикрыла глаза и представила дом. Небольшой, облицованный красным кирпичом, хорошо вписывающимся в алое безобразие пейзажа. Крыша под уклоном с чёрным покрытием. Низкая посадка дома, не подразумевающая лестницы. Чёрная железная дверь с серебристой ручкой. Всего два обычных окна, расположенных с правой стороны стены от входа и одно маленькое – с левой. Окна – привычный стеклопакет с белыми рамами. Это была уменьшенная версия дома, который построил её отец, и где девушка проживала около шести лет. Здание даже в воображении казалось надёжным, крепким. Твёрдый прохладный и чуть шершавый кирпич. Немного тугая в закрытии дверь. Когда внешняя часть дома представилась достаточно подробно, грешница открыла глаза. Недоверчиво склонив голову набок, она внимательно вгляделась в образ наяву. Посреди пустоши стоял её дом. Как в мыслях. Девушка подошла ближе и осторожно положила руку на кирпич. Холодный, шершавый. Материальный. Неужели вот так просто получилось с первого раза? Так вообще должно быть? Как несостоявшийся технарь, грешница чувствовала подвох, когда всё получалось сразу. Так не могло быть. Даже лёгкая задача обычно решалась через вереницу глупых ошибок и недочётов по невнимательности. А тут дом. Настоящий, материальный дом, созданный силой мысли и фантазии, с первого раза, без инструкции или помощи знающего. В чём подвох? Грешница лишь покачала головой, отгоняя ненужные мысли. Сейчас стоило посмотреть, что внутри. Девушка подошла к двери. Свободная рука привычно легла на ручку и потянула её вниз и на себя. Дверь открылась, и взгляду предстала тьма. Там не было ничего. Пустота, которой не было видно ни конца ни края. На лице девушки расцвела предвкушающая улыбка и интерес. Что будет, если она туда войдёт? Что это? Это сосредоточие силы, которой она теперь владела? Или просто непродуманная внутренняя составляющая так интересно воплотилась? Было бы замечательно, окажись это пустотой. Тогда, если она войдёт, то просто затеряется в этой тьме, возможно, достигнет того забытья, о котором мечтала. Грешница решительно шагнула внутрь, переступив порог. Однако, оказавшись во тьме дома, она разочарованно вздохнула. Ничего не произошло. Под ногами чувствовалась устойчивая поверхность. Девушка развернулась на 180 градусов. Из дверного проёма виднелся пустырь, деревья. Теперь уже обычная и привычная картина. Грешница вышла наружу и вновь осмотрелась. Предвкушающая улыбка окончательно сползла с лица, уступив место разочарованию. Вздохнув, она вновь шагнула внутрь и прикрыла глаза. Раз это была просто тьма, из-за непродуманного содержимого, то стоило это исправить. Девушка представила себя, стоящую в пустом коридоре. Стены были выполнены в светлом бежевом цвете. Пол, выложенный серой широкой плиткой. Обычные люминесцентные лампы, как и светлые обои с серой плиткой украшали каждую комнату.  Справа от коридора находился дверной проём на кухню. В обители еды у одной стены находился кухонный гарнитур из светлого дерева. Большое количество шкафчиков висели над столешницами. Над электрической плитой располагалась вытяжка. Сушилка над раковиной была пуста. Напротив стояли стол, выполненный в той же цветовой гамме, как и гарнитур, и несколько табуреток. Окно с противоположной стороны от входа имело поднятые жалюзи. Напротив коридора находилась деревянная дверь, за которой скрывалась спальня. В большой комнате было пустынно. Лишь двухместная кровать с тёмно синим постельным бельём у окна с чёрными плотными шторами, большой шкаф для одежды и комод. Вся мебель была выполнена из тёмного дерева. Конечно, комната была пустовата, но чем больше деталей представляла девушка, тем сильнее одолевала усталость. Да и усидчивости ей вечно не хватало. Слева от коридора была такая же деревянная дверь, как и в спальню. За ней скрывалась ванная. Туалет, раковина и душевая кабина минималистично расположились в небольшом пространстве. Никаких излишеств и изысков. Девушка ещё раз мысленно прошлась по представленному пространству, заметила отсутствие переключателей света, исправила. В остальном всё было приемлемо. Где нужно, виднелись трубы, провода техники. Конечно, не факт, что новые способности позволят из ниоткуда взяться воде и электричеству. Впрочем, сейчас единственное, чего желала грешница, был сон. Усталость навалилась довольно неожиданно. Может, это было из-за того, что она перестаралась с созданием дома? Лишь бы материализация внутреннего убранства не дала сбой. Девушка нерешительно открыла глаза. Она стояла посреди своей фантазии. Мельком заглянув на кухню, грешница удовлетворённо кивнула и пошла осматривать ванную. Там также всё было в порядке. После всего этого девушка заглянула в спальню. Всё было именно так, как она и представила. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Девушка нажала на переключатель света. Лампа зажглась, осветив комнату желтоватым светом. Грешница посмотрела на неё как на врага народа. Крайне подозрительно. Впрочем, работает – не трожь. Данный принцип за годы учёбы хорошо въелся в мозг. Если не знаешь, как и почему что-то, что не должно работать, исправно выполняет свои функции – стоит порадоваться, а не разбираться, рискуя сломать. Вернувшись в прихожую, девушка захлопнула входную дверь, а затем прошла обратно в спальню. Небрежно положив зеркало, которое всё это время осторожно держала в руке, на комод, грешница выключила свет. Комната погрузилась в полумрак. Тёмные шторы были задёрнуты на окне, не пропуская в комнату алого света от пентаграммы в небе. Девушка подошла к кровати и, стянув кроссовки, устало плюхнулась лицом в подушку. Тело словно налилось свинцом, а глаза начали слипаться. Отчего-то она чувствовала себя сильно вымотавшейся. Может это из-за двух смертей? Или всё-таки из-за создания целого дома. Сейчас грешнице было не до крыльев или странной способности материализовать образы из мыслей и даже не до того, что спать она будет в уличном. Просто хотелось одного – погрузиться в сон. Девушка выдернула из-под себя одеяло и осторожно укрылась им так, чтобы не тревожить крылья и хвост. По небезызвестной крылатой фразе на животе спали грешники. Если раньше девушка думала, что это из-за того, что провинившихся наказывали плетьми, розгами или палками по спине, после чего спать не на животе представлялось достаточно проблемным и неприятным вариантом, то теперь эта часть выражения приобрела другой смысл. Сейчас она была в прямом смысле грешницей и не могла спать на животе из-за хвоста и крыльев. Замечательно. Хотя, честно говоря, она и при жизни отчего-то не могла нормально спать на спине. Наверно, подсознательно понимала, что не святая. Забавно. Вроде глупая фраза, в которую девушка никогда не верила, но сейчас вспомнилась и довольно гладко подошла под ситуацию. А нужно ли грешникам спать? Она же теперь бессмертная, разве нет? Так какой теперь смысл во сне и еде? Будет ли чувствоваться усталость и голод, если не поддерживать привычное существование? Надо будет проверить. А пока, стоило поспать. Это было самым простым вариантом отпустить на время сложившуюся ситуацию и дать вымотавшемуся организму отдохнуть...

***

Пробуждение вышло не из приятных. Первым, что почувствовала девушка – это ощущение земли и запах пыли. Она разлепила сонные веки и чуть не подскочила. Грешница лежала посреди пустыря. Что вообще произошло? Девушка поднялась на ноги, недоумённо разглядывая обстановку. Пустырь и красный пейзаж благополучно сохранились, а вот дом, в котором она должна была быть - нет. На мгновение страх того, что способность материализовать мысленные образы ей приснилась, заполнил разум. Но довольно быстро грешница успокоилась. Паника делу не помощник. Девушка начала оглядываться. Заметив чуть поодаль свои кроссовки, она посмотрела на свои ноги. На них красовались носки и по форме выглядели как обычные ступни. Перед сном грешница слишком вымоталась, чтобы задумываться об иных, кроме уже найденных, отличиях от человека, но ноги казались обычными. Это успокаивало. Девушка подошла к своим кроссовкам и, наклонившись, принялась их надевать. Привычное дело доставило проблемы, так как тяжесть крыльев на спине стала ощутимее и перевешивала в сторону наклона. Однако грешница не планировала рыть носом землю, поэтому, старательно держа равновесие, успешно обулась и выпрямилась. Выполнив необходимое, девушка задумалась. Она точно воплотила дом. И это – нереально. Слишком просто. Разве можно было получить подобную силу? Должно быть, это и вправду сон. Впрочем, разве это важно? Дом исчез. Недостаток способности? Если утомление – признак того, что она переборщила с силой, а также если дом исчез из-за использования способности, то усталость должна была лишь расти после создания даже внешней оболочки здания. Но это было не так, пусть времени наблюдения было мало. Если допустить, что её сила работала за счёт фантазии – потому что это было единственным, чем она гордилась и что могло бы быть хоть какой-то особенностью, на основе которой могла появиться подобная способность – то проблема могла быть в концентрации и уверенности в существовании созданного. В конце концов, чтобы воплотить что-либо, на нём надо было сконцентрироваться и представить как можно подробней на уровне всех чувств. Возможно, проблема была в том, что во время сна она забыла о существовании дома и всего прочего. Вряд ли основанное на фантазии одного человека может существовать после того, как создатель забыл о своей фантазии. Она же не бог, чтобы после создания всё существовало и работало без хотя бы косвенного вмешательства. Теории всё ещё казались притянутыми за уши. Впрочем, после отдыха вся ситуации казалась большим фарсом с кучей логических пробелов. Слишком странно. Нелогично и нереально. Однако, как бы не хотелось, работать предстояло именно со сложившимися обстоятельствами. Девушка мысленно составила список действий. Во-первых, разобраться с силой. Исчезающий дом был крайне ненадёжным для жизни. Во-вторых, попробовать всё, на что хватит собственной фантазии и любопытства. И в-третьих, найти способ умереть окончательно. Первый пункт обещал быть долгим и утомительным. Иного выхода, как использовать метод научного тыка, грешница не видела. Только множество экспериментов, сбор данных и анализ. Грешница тяжело вздохнула и принялась за работу.

***

Понадобилась ровно неделя по внутренним часам девушки, чтобы доказать самой себе теорию касательно концентрации и найти решение для проблемы исчезающего дома. К тому времени материализация здания перестала вызывать столь сильную усталость, как при первой попытке. В первое время было сложно. Оказалось, любая мысль может иметь последствия. Девушка поняла это только тогда, когда во время экспериментов отвлеклась. Появилось желание почитать что-нибудь интересное на телефоне, например, фанфики. Такое случалось часто. Когда она готовилась к экзаменам, зачётам или просто делала домашку, концентрация на необходимом занятии падало и появлялось желание отвлечься, погрузиться в интересный сюжет. Тогда она брала телефон и искала фанфики. Это успокаивало тревожность, заставляло забыть реальность. Так получилось и в этот раз, девушка просто в какой-то момент осознала, что держит в руках свой телефон и перечитывает фанфик, с помощью которого не раз коротала время, ибо интернет не позволял найти новые. Только спустя сотню телефонных страниц до неё дошло, что она не дома, а интернета нет, потому что какой интернет на телефоне, созданном способностью по собственной прихоти. И это было не единожды. Концентрация на созданной вещи падала – вещь исчезала. Чуть отвлечётся и представит что-то достаточно ярко – оно воплотится. Хотела она – не хотела, но это происходило. Однако, когда замеченная краем глаза тень от дерева приобрела очертания человеческой фигуры, девушка на мгновение испугалась, но успокоилась – ещё при жизни воображение играло злую шутку. Терпение кончилось, когда фигура двинулась и направилась к ней. Тут то грешница аж подскочила от испуга. Не сводя взгляда с приближающейся тени, грешница попятилась. И в момент, когда фигура приблизилась слишком близко, до неё дошло – это выдумка. Если бы это был недоброжелатель, то он бы напал куда быстрее. Когда девушка усомнилась в реальности происходящего – образ тени посыпался и исчез, словно его и не было, оставив грешницу нервно переводить дыхание. После памятного случая с тенью дерева, девушка поставила перед собой иную цель – создать своего рода проводник силы, который бы концентрировал её и направлял, не давая бесконтрольно воплощать хоть маломальски яркий или правдоподобный образ в мыслях. Это стало ещё той задачкой, для реализации которой пришлось сильно поднапрячься. Однако результат того стоил – грешница успешно создала чёрную ручку и пустую книгу, которая стала своего рода концентрацией её силы. Правильно описанные там вещи материализовались. На самом деле книга скорее служила костылём, но грешница старалась без надобности не вспоминать о том, какой логике следовала, когда создавала подобное. Единственное, что было важно – это то, что созданные вещи перестали просто так исчезать, а фантазии реализовываться без её желания.

***

Грешница находилась на кухне и спокойно пила чай. Здесь всё ещё было пусто, но кое-какие новые вещи прибавились. Так, например, появились чайник, чашки и чай. Всё привычное и знакомое, словно девушка находилась не в Аду, а дома. Чёрные крылья подметали пол, пока хвост цеплял край табуретки, на которой сидела грешница. Новые особенности строения тела были отдельной головной болью. Крылья оказались бесполезными. Как бы девушка их не разминала, как бы не старалась ими двигать, чтобы попытаться взлететь, всё чего она достигла – это держать спину ровно и не подметать перьями полы при ходьбе. Взлететь оказалось на грани невозможного. Впрочем, какой-то прогресс – это тоже прогресс. Грешница всё же надеялась, что у неё ещё есть шансы полетать. Ведь по форме крылья выглядели здоровыми и предназначенными для полёта. Не пингвиньи и не страусиные. Впрочем ещё сложнее оказалось с хвостом. Сидеть, облокотившись  о что-то представлялось теперь невозможным не из-за крыльев, а из-за хвоста. Если вдруг последний оказывался придавленным, то появлялся сильный дискомфорт, вплоть до боли. Девушка сделала ещё один глоток. Крылья шевельнулись и вновь мёртвым грузом замерли. Сейчас на грешнице красовалась та же одежда, что и при её первом появлении в Аду. Мысль о создании новой – пугала. Воспоминания об исчезновении дома не позволяли бездумно создавать с помощью способности верхнюю одежду, рискуя попасть в уязвимое и неловкое положение. Поэтому девушка старательно заботилась об имеющихся вещах, стирая их и стараясь не повредить. К тому же нынешняя одежда оказалась идеальной для её положения. Аккуратные вырезы для крыльев и хвоста были достаточно приемлемыми для снятия и надевания одежды. К сожалению, из-за крыльев снять толстовку было всё ещё проблемой, а надеть – и подавно. Впрочем, это было хотя бы возможно – уже хорошо. Грешница равнодушно посмотрела в окно, за которым всё также виднелась безлюдная красная пустошь. В голове было почти пусто. Только пара глупых мыслей. Девушке было интересно, не исчезает ли созданная еда и вода, когда она их поглощает. Если бы пища так делала, то грешница должна была бы уже умереть от обезвоживания. Впрочем, вряд ли она умрёт от голода и недостатка воды. Это же Ад. И она фактически уже мертва. А если она мертва, то зачем ей нужна пища? Наверно, ей было необязательно есть и пить – будь то настоящая пища и вода или нет. Бессмысленные мысли. Ведь она всё равно не умрёт. Да и будь в чём-либо проблема – организм бы дал знать. Мысли походили на сонных мух и не вызывали никаких эмоций даже когда плавно перетекли в сторону дальнейших планов. Раз проблема со способностью была более или менее решена, то следовало перейти к следующим планам и по ходу действий решить возникшую проблему с одеждой. Наверно, её стоило купить. Но где и на что? Местная валюта ей была незнакома. Она даже не представляла, как та выглядит. Да и купить одежду, даже будь у ней деньги, означало бы выйти в город. И если местонахождение населённого пункта она ещё хоть как-то представляла, благо он виднелся вдали, переливаясь огнями, то куда она там выйдет – представить не могла. Если то, что она видела вдали – это Пентаграмм-сити, то что дальше? Там было несколько районов, о многих из которых она и не слышала. Ещё там должны были быть другие грешники. Наличие грешников, наверно, было главной проблемой. В месте, где не было закона, наверняка невозможно было предсказать действия окружающих. Как же сложно и проблемно. Девушка устало прикрыла глаза. Наверно, ей стоило для начала лечь спать. Утро вечера мудренее. Всё равно рано или поздно ей придётся это сделать. Так что о выходе в «люди» стоило подумать завтра, а сегодня – сон. Приняв решение, грешница допила остатки чая и встала из-за стола. Сполоснув кружку в раковине, она вышла из кухни и направилась в спальню, где её ждала мягкая и тёплая кровать.