За счастье! (МВ)

Вы будете есть стекло. Потому что автор насмотрелся грустных видео в пинтресте. Копье с глухим звуком ударяется о затылок Арлекино. — Это за тот случай в шатре, гондон. - ехехех, давно я не обзывалась. — А, невкусная игрушка.... Привет. - Арлекино шипит в недовольстве. Сейчас мы стоим на кукольной сцене, зал пустой, это представление только для меня. — Что произошло в день, когда умерла Колумбина? - я не мастер намеков, так что идем напролом. — Ну, ты же видела мой спектакль... Или... ты смотрела недостаточно внимательно? - он делает огорченное выражение лица. Печаль ему совсем не идет. — Не увиливай. — Как же тут не увиливать, когда есть такой шанс кого-нибудь позлить. - улыбка вновь расползается по его лицу. Хорошо, будем жестче. Копье. Лезвие кратко сверкает в свете прожекторов прежде чем прижаться к горлу шута. Кажется, в его глазах на мгновение промелькивает страх. — Значит так... - по доскам начинают ползти щупальца. Я кратко взмахиваю рукой и тонкая струйка крови из горла заставляет копье трепетать. Тентакли останавливаются. — Так что было в тот день? — Я не знаю... Она испарилась. В один момент я видел ее... в следующий момент я был в крови. Не я один... все. - он хрипит, - Я тварь, я завидовал Пьеро. Но это не значит, что я не сожалею о ее смерти. — А что ты помнишь? —...Голод. Спроси любого из нас. - Арлекино осторожно отступает от лезвия, я отпускаю. Я узнала, все что нужно. Пора уходить. Разворачиваюсь, но уже на выходе меня окликнули. — И это все? Даже без поцелуя? — Да. С чего бы это? Ему только пощечины. Какое бы прошлое у него не было, это не оправдывает его отвратительное поведение. Следующим я расспрошу Джекстера. Только нужно подготовиться.

***

Встаю на широкую часть лезвия копья. На созвездие Змея, да? Ну что ж, вперед. Медленно вылетаем в заранее открытое окно. Звон звезд ненадолго оглушает, это похоже на яркий свет после долгого прибывания в сумерках. Подо мной около семи метров. Сердце немного екает, но стараюсь не думать о моей разбитой голове на асфальте. Оглядываю небо, медленно, потому что сегодня ясно и Полярная звезда на месте, а на её зов мне сейчас идти никак нельзя. Вот, нашла: цепочка из девяти звездочек, с особо яркой в начале. Туда мне и надо. Разворачиваюсь и скольжу между стенами. Астрал это, конечно, очень красивое место, но отнюдь не безопасное. Мало ли какая пташка сегодня проголодалась. Вот и деревья, тут поспокойнее, но все равно особо шуметь не стоит. Какая-то тварь проскальзывает между стволами внизу. Вроде, не заметили. Лес тих. Только ветер свистит и хрипит среди листвы и иголок. Это обманчивое впечатление покоя. Если прислушаться, то где-то в нескольких десятках метров можно услышать хищную птицу. Она не опасна, но проблем доставить может. А внизу в своих запасах копошиться мышь. Сколько я их съела, пока скиталась по землям в одиночку. В голове проскакивает мысль, что в будущем я смогу показать все Пьеро и это заставляет порхать бабочки в животе. Да, я влюблена по уши. Как тогда, восемь лет назад. Размышления прерывает сладковатый, пьянящий запах дур-мака. Я всеми когтями вцепляюсь в копье. Подруга, тащи на запах и ныряй в самую гущу цветов, что бы я не кричала, как бы не молила. Весь дурман возьму на себя. Последние мысли я посылаю через силу. Слова заменяются образами, в голове лишь эмоции и яркие краски. Сейчас мне придется плакать. Мне десять. Играю с кем-то на футбольном поле возле школы. Это не футбол, пусть мы и пинаем мяч друг другу. Школа навсегда отбила мне любовь к командным играм. Это осень, но пока ещё тепло. Прекрасное время. Любуюсь на себя и кого-то ещё, у нас размыты лица, но я чувствую, что на них улыбка. Когда люди улыбаются так, то всякий становится красивей. Не замечаю, как сама начинаю смеяться. Погода резко сменяется на пасмурную, вдалеке сверкает молния, а затем и гром ударяет по ушам. Я бегу по рыбацкому мостику в зарослях камыша. Мне уже шестнадцать. Больше нет тех друзей, все… а куда они делись? Да никуда, мы просто стали слишком разными. Это воспоминание из деревни, я тогда часто ходила гулять одна, разве что тогда были мои первые попытки создать тульпу. Сознание отчаянно сопротивлялось, но в итоге упорство победило здравомыслие. Мне семнадцать. Передо мной бланк для ответов, сверяюсь с черновиком, по спине бежит холодный пот. Я готовилась к этому так долго, если из-за невнимательности пропущу что-нибудь, то исполню заветную мечту и скинусь с крыши. — Вот это неправильно. Дергаюсь так, что ручка падает на пол. Кто это сказал? Тульпа? Возможно. Я не верю, но перепроверяю и голос оказывается прав. Шепотом отвечаю: — Спасибо. Следующая сцена. Меня сотрясают рыдания, мне так страшно, что я не готова даже открыть результаты. Отодвигаюсь от рабочего стола, молча умоляя маму посмотреть. Она мягко, но с легкой иронией улыбается - в моем сердце что-то екает и уже настоящая я начинаю плакать Закрываю глаза ладонями, слышу пару щелчков мышки. Тишина. Я, решив, что все кончено, перестаю рыдать. То здание, с которого я хотела прыгнуть, до него идти минут тридцать... — Ты поступила. - меня обнимают и трясут, тишина была всего лишь шуткой? В тот момент я умерла. Приготовилась к смерти во всем ее ужасающем величии. Какого это "не существовать"? Что будет после? - мне удалось отбросить эти вопросы. Словам мамы не удалось вновь оживить эту часть. Я смеюсь и улыбаюсь в ответ. Забываю об утраченном. Первый курс, второй... Мне платят за конспекты и ответы, я могу позволить себе маленькие приятные вещицы. Радости, которыми заполняю все остальное: все вопросы, которые копошатся в голове перед сном, все моменты, которые я хочу запомнить, все-все-все, что хоть на секунду тормозит мой бешеный ритм жизни, который не позволяет вновь задаваться вопросами. Первая взаимная любовь. Просто потрясающее чувство, другого такого не существует. Оно затапливает все, заполняет все трещинки личности, склеивает воедино. Именно Аким показал мне астрал. И там я, наконец, почувствовала свободу, нет, далеко не полностью, но той маленькой части стало достаточно, чтобы вскружить мою больную голову. Известие о смерти, хотя нет, просто слух. Я знала, что тот поход закончится этим, но в глубине души еще была надежда. Наблюдаю за отрядом из-за деревьев. Люди о чем-то переговариваются, смеются. Пора. Гора трупов, я лежу в центре, не особо отличаясь от мертвых. — ха-хаха...АХАХАХА...! - мда, психика тогда полетела знатно. Следующие сцены по большей части - расчлененка. После смерти дорогого мне человека я открыла в себе невероятную жестокость. Вернее, она всегда была, просто теперь осуждать за нее было некому. Червь тянется вслед за артефактом. Я непонимающе смотрю на это создание. Оно резко вгрызается мне в глаз. АААААА! Отчаянно хватаюсь за круглое, гладкое, скользкое тело, а оно все вгрызается глубже. Мои короткие когти бесполезны против, пусть и мягкой, но толстой шкуры. Что это был за артефакт, чтобы я рискнула всем? Я не помню. Агония. Что-то копошится внутри, перемешивает органы. От этого нет спасения. Пытаюсь продать артефакт. Помню, что отдала его по очень низкой цене для такой вещицы, пусть родителям и мне хватит до смерти. Астрал проникает в реальность. Вижу ауры, но осязание отказывает, небо меняет цвет, хотя солнце продолжает светить как обычно. Меня все время тошнит. Помогите. Среди хаоса расцветает цветок. Красный, яркий, четкий. Пахнет кровью. Единственное стабильное, что есть тут. Поднимаю глаза и вижу белую маску с желтыми глазами. Пьеро. Спасибо. Открываю глаза. Сладкий запах витает вокруг а красные цветы качаются по бокам. Это дур-маки. Копье справилось.