Часть 3

Бильярдный стол стал их полем боя. Лекси уже вовсю командовала, выстроив стратегию с Ливио, который громко хохотал и поддакивал ей на каждое слово. Теоано и Изабель, обнаружив общую любовь к старым флорентийским фрескам, отошли к стене, погрузившись в тихую, но оживленную беседу. А Аврора и Ромеро стояли друг напротив друга, разделенные зеленым сукном. Между ними висело незримое напряжение - то самое, что возникает, когда двое понимают, что их встреча - не случайность в шумном баре, а начало чего-то большего. - Итак, стратег, - начал Ромеро, вращая в руках кий. Его карие глаза с золотистыми искрами изучали ее с новой, более серьезной интенсивностью. - Каков план захвата? Напор или хитрость? Аврора взяла свой кий, пытаясь скрыть легкую дрожь в пальцах. Она не была профессиональным игроком, но отец когда-то учил ее - «любая игра учит видеть слабые точки». - План прост, - сказала она, наклоняясь над столом, чтобы сделать первый удар. - Выиграть. Ее удар был резким, точным, и два шара четко покатились в лузы. Она выпрямилась, встречая его взгляд с вызовом. Ромеро тихо присвистнул, и на его лице появилось выражение неподдельного уважения, смешанного с азартом. - Вижу, теорию подкрепила практикой. Мне нравится, - он сделал шаг вокруг стола, его движение было плавным и уверенным, как у хищника, оценивающего добычу. - Но бильярд - это не только сила. Это геометрия. Терпение. - А еще это умение отвлекать противника, - парировала она, когда он наклонился для удара. Он замер на секунду, и уголок его губ дрогнул в улыбке. - О, ты уже начала? Он ударил, и его шар описал изящную дугу, отправив в лузу сразу два. Лекси взвизгнула от восторга, а Ливио громко застонал, делая вид, что падает на колени. - Нет, - ответила Аврора, когда он выпрямился. - Я только собираюсь. Игра продолжилась. За каждым ударом следовала шутка, за каждым промахом - поддразнивание. Они говорили, но не о пустом. Он спрашивал ее мнение о современном искусстве, она ловила его на неожиданном знании флорентийских мастеров. Он цитировал Петрарку с легкой иронией, она парировала строчкой из Данте. Между ними возникало странное, почти интеллектуальное единство - как будто они разговаривали на одном языке, который другие в баре не слышали. - Ты сбежала, - сказал он вдруг тихо, когда она промахнулась и отошла в сторону, чтобы дать ему ход. Он стоял близко, так близко, что она чувствовала тепло его тела. - Это читается во всем - в каждом взгляде через плечо, в этой готовности прыгнуть в гущу событий, но с оглядкой. Как у того, кто вырвался из клетки и еще не верит, что за ее пределами нет барьеров. Его слова ударили точно в цель. Аврора застыла, сжимая кий так, что костяшки пальцев побелели. - А ты? - спросила она, глядя прямо в его глаза. - Ты тоже сбежал? Тень промелькнула в его взгляде - быстрая, острая, как лезвие. То, что он так тщательно скрывал за улыбкой и легкостью. - Мы все от чего-то бежим, Аврора, - ответил он так же тихо. - Просто одни - к чему-то. А другие - от. - А ты? К или от? Он не успел ответить. Из его кармана раздалась вибрация телефона - настойчивая, повторяющаяся. Он взглянул на экран, и все его лицо изменилось. Мышцы напряглись, глаза стали холодными, отстраненным. Веселье исчезло, как будто его и не было. - Прости, мне нужно ответить, - его голос стал ровным, металлическим. Он отошел в дальний, темный угол бара, отвернувшись ко всем спиной. Аврора наблюдала, как он говорит - сгорбившись, одной рукой сжимая телефон, другой - стиснув в кулак. Он кивал, коротко что-то отвечал. Это длилось меньше минуты, но она видела, как меняется его поза, как исчезает та легкость, что была в нем секунду назад. Это было похоже на переключение между двумя людьми. Когда он вернулся, маска была снова на месте. Но трещина осталась. - Все в порядке? - осторожно спросила она. - Семейные дела, - отмахнулся он, но в его улыбке не было прежнего тепла. - Вечная бухгалтерия. Скучно и неизбежно. «Бухгалтерия», - мысленно повторила она. Какая бухгалтерия требует такого лица? Такого взгляда, будто ты готов к бою? Однако вечер был в самом разгаре. Ливио предложил командную игру, и азарт снова охватил всех. Аврора старалась погрузиться в смех, в соревнование, но теперь ее взгляд то и дело возвращался к Ромеро. Она видела, как он легко общается с барменом, как кивает знакомым через зал, как его друзья - Ливио и Теоано - всегда находятся рядом, их внимание рассеяно по залу, но всегда возвращается к нему. Как у охраны. Она ловила на себе его взгляд и чувствовала, как по спине бегут мурашки. Он смотрел на нее уже иначе - не с простым интересом, а с чем-то более глубоким, почти аналитическим. Как будто он не только любовался ею, но и оценивал. Искал слабые места. Когда они наклонились над столом одновременно, выбирая угол для удара, их руки случайно коснулись. Аврора вздрогнула, но не отдернула руку. Он тоже не отодвинулся. На секунду время остановилось. Шум бара отступил, остались только тепло его кожи и его глаза, в которых теперь горел не только азарт, но и вопрос. Приглашение. Вызов. - Ты опасна, - тихо сказал он, его губы почти касались ее уха. - Ты тоже, - прошептала она в ответ. - И мне это начинает нравиться. Он медленно улыбнулся, и в этой улыбке была вся обещанная опасность и все притяжение. - Тогда, может, усложним игру? - он отступил, взяв свой бокал. - Без команд. Без подруг. Только ты, я и стол. Чтобы понять, кто из нас лучше - стратег или тактик. Аврора почувствовала, как сердце екнуло от выброса адреналина. Это было именно то, против чего предостерегал отец. Углубление контакта. Доверие к незнакомцу. Она посмотрела на своих подруг. Лекси была полностью поглощена соревнованием с Ливио, Изабель улыбалась, разговаривая с Теоано. Они были в безопасности. Они были счастливы. Она обернулась к Ромеро. Его глаза ждали ее ответа. В них не было насмешки - только вызов и то странное понимание, которое возникало между ними с первых минут. «Хорошей девочкой» было бы сказать «нет». Уйти. Сохранить дистанцию. Но она приехала сюда не для того, чтобы быть хорошей девочкой. - Давай, - сказала Аврора, и ее голос звучал тверже, чем она ожидала. - Но предупреждаю - я не собираюсь проигрывать. Ромеро засмеялся, и в этом смехе снова появилась та самая легкость, но теперь она была оттенена чем-то темным, волнующим. - Это, Аврора, - сказал он, наливая ей вина, - я и надеялся услышать. Игра продолжилась. Но теперь это была не просто игра в бильярд. Это была первая партия в чем-то большем. И ставки, хотя она еще не знала этого, были намного выше, чем просто победа за столом Они играли. Шар за шаром, удар за ударом. Бильярдный стол стал вселенной, где действовали только двое: Аврора и Ромеро. Звон сталкивающихся шаров, скольжение мела по наклейке кия, их приглушенные реплики - все это образовало плотный кокон, отгородившись их от грохота бара. К концу ночи они были немного пьяны, очень счастливы и совершенно разбиты от смеха. На выходе Ромеро снова предложил ее подвезти. - Мы все живем в одном общежитии, - солгала Аврора, указывая на подруг. На самом деле ее апартаменты были в противоположной стороне. - Тогда позволь хотя бы поймать вам такси, - он не стал настаивать, но жестом остановил проезжающее свободное такси. Перед тем как сесть, он задержал ее за руку. Его прикосновение было теплым и твердым. - Сегодня было... весело, Аврора. Спасибо. - Это я должна благодарить. За реванш, который так и не состоялся, - она улыбнулась, чувствуя, как по ее руке разливается странное тепло. - Он состоится. Обязательно, - пообещал он. И потом, словно спохватившись, добавил: - Может, в следующий раз без всей этой шумной компании? Чтобы никто не мешал нашему стратегическому противостоянию. Сердце Авроры екнуло. Это был прямой вызов. Или приглашение в ловушку. - Дай мне время разработать новую тактику, - сказала она, садясь в такси. Он закрыл за ней дверь, постучал по крыше, и машина тронулась. Аврора обернулась и увидела, как он стоит на тротуаре, засунув руки в карманы, и смотрит вслед. Рядом с ним встали Теоано и Ливио. И в этой троице, в их позах, во внезапной серьезности, читалось что-то... сплоченное. Опасное. Как у гвардии. - Ну? - прошипела Лекси, развалившись на сиденье. - Он божественен! И он явно в тебя втюрился! - Он... сложный, - задумчиво сказала Аврора, глядя в окно на мелькающие огни. - Все красивые мужчины сложные, - философски заметила Изабель. - Но с ним... будь осторожнее, Аврора. Аврора кивнула. Когда телефон завибрировал с новым сообщением, она уже знала, от кого оно. Ромеро: Дошел. Ты - опасный соперник. Не только в бильярде. Спокойной ночи, стратег. Она улыбнулась в темноте салона такси. Вечер удался. Но где-то на задворках сознания, как отголосок голоса отца, шевелился холодный, немой вопрос: «А кто он на самом деле, твой красавчик с кудряшками? И какую цену может иметь эта игра?» Пока что ответа не было. Была только пятничная ночь в Милане, полная смеха, намеков и растущего, щекочущего нервы притяжения. Девушки скрылись в такси, и теплый, шумный пузырь вечера лопнул, оставив после себя тихую, прохладную улицу и трезвую, привычную реальность. Ромеро провел рукой по волосам, выдавливая из себя остатки легкомысленного веселья. Лицо стало снова гладким, маской уверенного спокойствия. Ливио тут же потянулся за сигаретой, предлагая пачку. - Ну что, командир? Понравилась тебе эта блондиночка-стратег? - спросил он, выпуская струйку дыма в ночной воздух. - Она, конечно, огонь. Ромеро взял предложенную сигарету, но не закурил, лишь вертел ее в пальцах. - Она другая, - просто сказал он. Теоано, всегда более сдержанный и аналитичный, прислонился к стене. - Это и тревожит. Ромеро, зачем тебе это? Девочка из другого мира. Простая студентка из Рима. Ты знаешь, как отец смотрит на подобные... отвлечения. Особенно сейчас. - Ой, да заткнись ты, Тео! - Ливио хлопнул друга по плечу. - Нам всем было весело! Хорошая компания.Ты сам весь вечер улыбался, как сумасшедший! Ромеро наконец закурил, глубоко затянувшись. - Ливио прав. Было весело, - он посмотрел на Теоано. - Я не собираюсь жениться на ней, Тео. И не собираюсь водить ее на ужин к отцу. Это просто... что-то новое. Непривычное. Почему бы и нет? - Пока скучно не станет? - уточнил Теоано, и в его голосе звучало не осуждение, а предостережение. - Пока скучно не станет, - кивнул Ромеро, и в его глазах мелькнула тень той самой жестокости, того цинизма, который он так тщательно скрывал за улыбкой соблазнителя. - Она - глоток свежего воздуха. А в нашем мире, Тео, свежий воздух - роскошь. Я просто им дышу, пока могу. - А если она влюбится? - мягко спросил Теоано. - Она же явно не из тех, кто играет в эти игры. Посмотри на нее. Ромеро замолчал на мгновение, вспоминая ее смех, ее дерзкий блеск в глазах. - Она взрослая девушка. Мы в Милане. Хорошо проводим время. Никаких обещаний, никаких иллюзий. Все честно. - До поры до времени, - пробормотал Теоано, но отступил. Он знал Ромеро. - Значит, будет еще вечеринок? - перебил Ливио, разряжая напряжение. - Увидим, - улыбнулся Ромеро, но мысли его были уже далеко. Он снова взглянул на экран телефона, на короткое сообщение от отца, пришедшее после того звонка: «Завтра в десять. Будь готов отчитаться. И не отвлекайся на ерунду.» Ерунда. Так его отец назвал бы Аврору. Милую, яркую, опасную в своей простоте «ересь». - Поехали, - сказал Ромеро, кивая в сторону своей темной Audi. - Тео, завтра разберись с теми бумагами. Ливио, узнай, что за люди крутились сегодня возле Кампанеллы. Они сели в машину. Легкое, беззаботное выражение окончательно сошло с лица Ромеро, сменившись сосредоточенной, холодной расчетливостью. Но когда он завел двигатель, в памяти всплыл ее образ - хрупкая блондинка, целившаяся кием, с языком, слегка высунутым от усердия. И на его губах, против его воли, снова появилась едва заметная, неподдельная улыбка. Она была непредсказуемой. И в его тщательно выстроенном, опасном мире, полном правил и последствий, это было самой соблазнительной игрой из всех возможных. Пусть даже временной. Пусть даже просто «пока не станет скучно». А в такси Аврора, прижавшись лбом к холодному стеклу, ловила в отражении свою улыбку и думала о том, как легко он смеялся. И как страшно быстро этот смех мог исчезнуть. Игра была асимметричной. Она не знала правил. Но играть хотелось все равно.