Тень и свет

На следующем уроке ОБЖ Митрич принёс учебный автомат Калашникова АК-74. — Сегодня практическое занятие, — объявил он. — Кто хочет попробовать разобрать и собрать? Руку подняли трое, и среди них — Тони. — Давай, выходи, — кивнул Митрич. Тони подошёл к столу. Митрич засёк время. Дальше произошло нечто, от чего у класса отвисли челюсти. Пальцы Тони задвигались с невероятной скоростью. Крышка ствольной коробки — щёлк! — слетела. Возвратный механизм — раз! — выскочил. Затворная рама с затвором — два! — легли на стол. Всё заняло меньше десяти секунд. Тони собрал автомат обратно так же быстро. — Двадцать три секунды, — сказал Митрич, глядя на секундомер. — На разборку и сборку. Вместе. Класс загудел. Лёня чуть не лопнул от гордости. Вероника улыбалась. — Тони, ты где так научился? — Книжки читал, — коротко ответил Тони. — Ну-ну, — хмыкнул Митрич. Волконские смотрели с кислыми лицами. Елизавета что-то тихо сказала брату. После урока к Тони подошли несколько парней: — Тони, научи? А то у нас с этим туго. — Научу, — кивнул он. — Приходите после уроков. --- После уроков Тони зашёл к Митричу. — Митрич, можно попросить? Ребята хотят научиться с автоматом обращаться. Можно я с ними в мастерской позанимаюсь? — Ладно, — махнул рукой Митрич. — Занимайтесь. Только аккуратно. Через полчаса в мастерской собрались пятеро: Руслан, его друзья, тихий Кирюха и ещё один парень. Тони принёс учебный АК-74, положил на верстак. — Смотрите. Сначала запомните, как детали лежат. Он разобрал автомат медленно, объясняя каждое движение. Парни смотрели, затаив дыхание. — А теперь пробуйте сами. Руслан взял автомат, долго крутил, пытался снять крышку — не получалось. — Не так, — остановил Тони. — Нажимаешь здесь, сдвигаешь вперёд. Руслан попробовал снова — получилось. — Есть! — заорал он. — Не ори, — усмехнулся Тони. За час они разобрали и собрали автомат раз десять. К концу занятия Руслан делал это довольно сносно, а Кирюха схватывал всё на лету. — Ты молодец, — похвалил его Тони. — Откуда ты это умеешь? — спросил Руслан. — Брат научил, — ответил Тони. Легенда работала. Вероника, зашедшая в мастерскую перед уходом, улыбнулась: — Ты прямо учитель года. — Ага, — усмехнулся он. Волконские узнали и притихли. --- Вечером в роскошной квартире на Каменном острове Волконские собрали своих. В гостиной, отделанной тёмным деревом, сидели Колян, Шнырь, Малый, Большой и ещё пара приближённых. — Итак, — начал Дмитрий. — Все видели, что сегодня произошло в школе? Этот Тони с автоматом мало того что себя странно ведёт, так ещё и учителем заделался. Набирает авторитет. — И что в этом плохого? — осторожно спросил Малый. — А то, что к нему тянутся, — ответил Дмитрий. — Ещё немного — и у него будет своя команда. А нам это надо? — Дмитрий прав, — подала голос Елизавета. — Этот Тони слишком много о себе возомнил. Он становится популярным. А популярность в школе — это власть. — Которая должна принадлежать нам, — закончил Дмитрий. Началось обсуждение. Шнырь предлагал подставить, Малый — поймать после уроков. — Хватит, — оборвала Елизавета. — Нужно действовать тоньше. Найти их слабое место. Дайте мне неделю. Дмитрий подумал, потом кивнул: — Хорошо. Неделя. --- На следующий день в школе всё было, казалось бы, как обычно. Но Тони с самого утра чувствовал что-то неладное. — Кажется, за нами следят, — сказал он Веронике. В конце коридора стоял Шнырь, делая вид, что смотрит в окно. Увидев взгляд Тони, резко отвернулся. У столовой, делая вид, что пьёт сок, стоял Колян. — Колян, — усмехнулся Тони, проходя мимо. — Привет. — А, Тони, здарово, — буркнул Колян. — Ты это... они на тебя зуб точат. Особенно Дмитрий. А Лизка молчит, но это хуже всего. — Спасибо, Колян. Слежка продолжалась весь день. --- Слежка переросла в травлю. Когда Тони и Лёня отлучались, к Веронике подходили подружки Елизаветы. — Слышь, Вероника, — начала Настя. — А что это ты со своим Тони везде таскаешься? Думаешь, он тебя достоин? Вероника молчала. — Молчишь? Правильно. Твой Тони — псих ненормальный. День за днём травля усиливалась. В раздевалке прятали вещи, в коридоре толкали, обзывали. Вероника не говорила Тони — не хотела, чтобы он лез. Но он сам заметил. — Вероника, что случилось? Ты чего такая напряжённая? Она молчала долго, потом выдохнула: — Волконские своих шавок натравили. Как вы с Лёней отходите — так они ко мне лезут. Тони остановился. В глазах мелькнуло что-то опасное. — Почему сразу не сказала? — Не хотела, чтобы ты лез. — Ангелочек, мы команда. Всё вместе. Лёня, узнав, пришёл в ярость. — С сегодняшнего дня мы от тебя ни на шаг, — сказал Тони. Они стали ходить везде втроём. --- В пятницу, на большой перемене, Тони и Лёня отошли в буфет. Вероника осталась одна у окна. К ней подошли Малый, Большой и Шнырь. — О, смотрите, — протянул Шнырь. — Наша принцесса одна. — Отвалите, — сказала Вероника. Малый дёрнул её за волосы. Большой толкнул к стене. — Ты чё такая дерзкая? Тебя учить надо? И в этот момент Большой размахнулся и ударил Веронику по лицу. Голова мотнулась в сторону, на глазах выступили слёзы. Ответ пришёл мгновенно. Тони и Лёня вылетели из-за угла. Тони уже всё видел. Он не бежал — он летел. Метровая дистанция сократилась мгновенно. Шнырь отлетел в сторону, Малый сложился пополам от удара. Большой остался один. Тони схватил его руку — ту самую, которой он ударил Веронику — и резко вывернул. Хруст. Большой рухнул на колени, зажимая вывихнутую руку. — Ещё раз, — сказал Тони тихо. — Ещё раз тронешь её — я тебя закопаю так, что никто не найдёт. Он подошёл к Веронике: — Больно? — Уже нет. — Прости. Не уберёг. — Ты всегда успеваешь. Они ушли, оставив за спиной шокированные взгляды. --- Тот случай заставил Волконских на время притихнуть. Но ненадолго. Через три дня, когда Тони вызвали к завучу, а Лёню отвлекли, Вероника снова осталась одна. Елизавета с подружками подошли к ней. — Одна? — усмехнулась Елизавета. — Без своего телохранителя? — А ты со свитой, как всегда, — парировала Вероника. Словесная перепалка переросла в драку. Вероника сбила Настю, отбилась от остальных. Елизавета отступила. — Ты ещё пожалеешь! — крикнула она. — Обязательно, — ответила Вероника. --- После уроков Волконские со свитой стояли в коридоре, обсуждая планы. Вдруг раздался свист. Из-за угла вышел Тони. В руке — металлическая цепь из нержавейки. Он насвистывал, не глядя на них, и цепь мерно покачивалась. — Что это? — прошептал Шнырь. Свист приближался. Тони поравнялся с ними, на секунду задержал взгляд на Елизавете, улыбнулся и пошёл дальше. — Он нам угрожает? — спросил Малый. — Предупреждает, — ответила Елизавета. --- На следующий день Елизавета с подружками попытались облить Веронику грязной водой. Они перехватили её в коридоре, схватили за руки, Карина уже занесла ведро... — А ну стоять! Из-за угла вышел Митрич. — Я сказал, стоять! Живо к директору! Волконские получили строгий выговор. Елизавете и её подружкам пригрозили исключением. --- На следующее утро подружки Елизаветы пришли в школу с синяками. У Насти — фонарь под глазом, у Светы — царапина на скуле, у Карины — разбитая губа. Школа гудела. Кто это сделал? Тони, Вероника и Лёня прошли мимо. Настя при виде Тони дёрнулась и отвернулась. — Это ты? — спросила Елизавета, подходя к Тони. — Что — я? — Не придуривайся. Мои девочки... — А что с ними? Елизавета не могла обвинить — доказательств не было. — Я до тебя доберусь, — прошипела она. — Попробуй, — усмехнулся Тони. Вечером Вероника спросила: — Тони, это был ты? — Я, — признался он. — Выследил и поговорил с каждой. Насте — за то, что держала. Свете — за смех. Карине — за ведро. — Спасибо. — Они тронули тебя. Значит, тронули меня. --- Лось, несмотря на предупреждение, снова подошёл к Веронике. Ударил по лицу — на скуле появился синяк. Тони появился из-за угла. В руке — цепь. — Ты, — сказал он тихо. — Подошёл ко мне. Лось попятился, но Тони уже был рядом. Цепь свистнула в воздухе. Раз, другой, третий. Лось орал, закрывался, но цепь находила лазейки. — Кто-то хочет добавить? Никто не хотел. Тони наклонился к Лосю: — Ещё раз — закопаю. --- Всё видели Митрич и учитель биологии Алла Борисовна. — Вызывайте милицию! — возмущалась она. Митрич подошёл к Лосю: — Ты первый ударил девочку? Лось, понурившись, кивнул. — Понятно. Алла Борисовна, он защищал свою девушку. Я всё видел. Алла Борисовна сдалась. — Тони, — сказал Митрич позже. — Ты это... если что, ты знаешь, где меня найти. — Спасибо, Митрич. Милиция не приехала. Директор вызвал всех и сказал: — Участковый сказал: у них людей не хватает. Преступников по городу — тьма. Какого-то Призрака ловят. Сказали: решайте вопрос внутри школы. Тони усмехнулся про себя. Митрич задержал его после разговора: — Слышал? Призрака ищут. Говорят, он уже не одну банду зачистил. — Слышал, — кивнул Тони. --- Вечером они шли домой. Лёня свернул к себе, Тони и Вероника остались вдвоём. — Тони, — сказала Вероника. — Я хочу спросить. — Спрашивай. — Когда ты сегодня с Лосем... ты был самим собой? Он молчал долго. — Когда меня выводят из себя, — ответил он, — я перестаю быть собой. Становлюсь кем-то другим. — Кем? — Тем, кому всё равно. Тем, кто не чувствует ни боли, ни страха. Только цель. — Знаешь, — сказала она тихо, — когда тебя выводят из колеи... ты выглядишь как психопат. — Знаю, — кивнул он. — Я и есть психопат в такие моменты. — Нет, — покачала головой Вероника. — Психопат — тот, кто такой всегда. А ты включаешь это, только когда надо. — Ты так думаешь? — Я знаю. Я видела тебя разным. Ты можешь быть нежным, можешь быть смешным. А когда надо — становишься Призраком. И это страшно. Но это не ты. — А если это и есть я? — Ты — это всё вместе, — ответила она. — И тот, кто варит мне суп, и тот, кто вышивает цепи, и тот, кто сегодня бил Лося. Это всё ты. — И тебя не пугает? — Пугает, — честно призналась она. — Но я люблю тебя. А любовь — это когда принимаешь всего. Со всей тьмой. Он обнял её крепче. — Спасибо, ангелочек. --- На следующее утро Вероника решила действовать сама. Она знала, где искать. Елизавета и её подружки обычно ходили в школу через сквер за стадионом. Вероника ждала их у поворота. Первой показалась Настя. За ней — Света и Карина. Елизавета замыкала шествие. — Здравствуйте, девочки, — сказала Вероника тихо. — Поговорим? — Ты, — указала она на Настю. — Подойди. Настя подошла, сама не понимая как. — Ты меня держала, — сказала Вероника. — Пока они обливали. Помнишь? Короткий удар. Настя схватилась за лицо. — Это за то, что держала. Света получила за смех, Карина — за ведро. Елизавета стояла белая как мел. — Тебя, — сказала Вероника, — я не трону. Пока. Но запомни: если ты ещё раз подставишь своих, они придут ко мне. А я к тебе. Она развернулась и ушла. Дома Тони посмотрел на её руки: — И как? — Странно. Пустота. Спокойствие. Как будто это не я. — Это ты, — сказал Тони. — Просто другая. Та, что всегда была внутри. --- Наутро подружки Елизаветы пришли в школу с новыми синяками. Школа гудела. Волконские собрались в углу двора. — Это она! — шипела Настя. — Я уверена! — Они одинаковые, — вдруг тихо сказала Света. — Тони и Вероника. Смотрят одинаково, когда злые. Пусто так. Холодно. — По двинутой крыше они примерно на одном уровне, — сказала Елизавета. В классе Лёня смотрел на Тони и Веронику: — Вы два сапога пара. Ненормальные. — Мы тебя тоже любим, — ответили они хором. --- После уроков Тони снова пошёл к Митричу. В мастерской уже были Руслан, Кирюха и новый парень Серёга. — Работы много, — сказал Митрич. — Надо сделать три парты и четыре стула. Старые развалились. Работа закипела. Тони строгал, пилил, собирал. Через два часа всё было готово. — Ну, молодцы, — сказал Митрич. — Прямо фабрика. — Тони, ты реально крут, — сказал Серёга. — Дело привычки, — ответил Тони. Митрич задержал его: — Ты это... если что, ты знаешь, где меня найти. — Спасибо, Митрич. На улице ждали Вероника и Лёня. — Много сделали? — спросила Вероника. — Три парты и четыре стула. — Ничего себе! — присвистнул Лёня. Они пошли домой. Вечерний Питер встречал их огнями. — Тебе нравится с деревом работать? — спросила Вероника. — Нравится. Успокаивает. — Как вышивка? — Как вышивка. Она сжала его руку. — Ты у меня молодец. — Стараюсь, ангелочек. --- После этого Волконские затихли. Подружки Елизаветы обходили Веронику стороной. Лось перевёлся. Тони и Вероника снова могли спокойно ходить по школе. — Думаешь, это конец? — спросила Вероника. — Нет, — ответил Тони. — Это пауза. Но мы готовы. Они сидели на подоконнике, глядя на школьный двор. — Знаешь, — сказала Вероника, — я рада, что мы вместе. — Я тоже, ангелочек. Лёня подошёл и плюхнулся рядом: — Ну что, герои? По домам? — По домам. Они вышли из школы. Впереди был вечер, ужин, спокойствие. Но оба знали: это только затишье перед бурей. А пока — можно просто быть вместе. --- Когда они пришли домой, в прихожей было тихо. На журнальном столике лежала записка, прижатая чашкой. "Мы уехали к родственникам в гости. С ночёвкой. Если им этого окажется мало, то возможно, завтра они приедут к нам. Не устраивайте беспорядок. Не скучайте. Целуем, мама и папа." — Мы, значит, сами себе хозяева? — обрадовался Лёня, уже успевший залезть в холодильник. — Получается так, — усмехнулся Тони. — И что будем делать? — Можно фильм посмотреть, — предложила Вероника. — Можно в карты поиграть, — добавил Лёня. — Можно просто пожрать и забить, — резюмировал Тони. Решили смотреть фильм. --- Часть 48. Кассеты для ангелочка Тони вышел из своей комнаты с небольшой стопкой кассет в руках. — О, — сказал он, кладя их на журнальный столик. — Я кое-что принёс. Вероника подняла глаза и замерла. На кассетах были яркие наклейки с улыбающимися лицами, пальмами и надписью: "Элен и ребята". — Тони... — выдохнула она. — Ты где это взял? — Раздобыл на неделе, — пожал плечами он. — У одного знакомого. Говорит, редкие. — Элен и ребята? — переспросил Лёня. — Это тот сериал, где все целуются и про любовь? — Именно, — кивнула Вероника. Тони вставил кассету в видак, нажал кнопку. Через минуту они уже погрузились в мир французского сериала. — Какая она красивая, — вздохнула Вероника. — Ага, — согласился Лёня. — И парни там всё время целуются. Вероника придвинулась ближе к Тони, положила голову ему на плечо. — Спасибо, — прошептала она. — Это лучший подарок. — Ты у меня лучшая, — ответил он. --- Они смотрели серию за серией. Время летело незаметно. За окном стемнело, фонари горели ровным жёлтым светом. Часы в прихожей тикали размеренно, отсчитывая минуты. Вероника покосилась на них — половина двенадцатого. — Ого, — сказала она. — Уже поздно. — Ага, — зевнул Лёня. — Ещё пару серий и спать. — Давай ещё одну, — попросила Вероника. Она повернулась к Тони, чтобы спросить его мнение, и замерла. Тони спал. Его голова медленно склонилась набок, а потом опустилась прямо ей на колени. Лицо было совершенно спокойным — ни тени той пустоты, которая появлялась в минуты опасности. — Ой, — тихо сказала Вероника. — Уснул. Лёня приподнялся, выглянул из-за кресла: — О, наш грозный Тони дрыхнет. Смотри, как уютно устроился. — Тише, — шикнула Вероника. — Разбудишь. — Ладно, — шепнул Лёня. — Пусть спит. Заслужил. Вероника смотрела на Тони. В слабом свете телевизора его лицо казалось совсем юным — без обычной настороженности. Она осторожно провела рукой по его волосам. Он вздохнул во сне и чуть улыбнулся. Лёня тихо ушёл спать. Вероника осталась одна с Тони. Через полчаса она тоже задремала, так и сидя с ним на коленях. --- Утром их разбудил Лёня. — Спящие красавцы! Доброе утро! Тони открыл глаза первым. Посмотрел наверх, увидел спящую Веронику, замер, вспоминая, как оказался в таком положении. — Лёня? — хрипло спросил он. — Сколько времени? — Девятый час, — ответил тот. — Вы тут всю ночь так просидели? Тони осторожно приподнялся, стараясь не разбудить Веронику. Но она уже открыла глаза. — М-м-м? — промычала она. — Тони? Ты проснулся? — Ага, — усмехнулся он. — Доброе утро, ангелочек. И вдруг почувствовал что-то странное на шее. — Лёня, иди сюда, — позвал он. Лёня подошёл, всмотрелся и расплылся в улыбке: — Ого! Тони, тебя пометили! — Что там? — А ты сам в зеркало посмотри. Тони подошёл к зеркалу. На шее, чуть ниже уха, красовался отчётливый след — классический засос. Вероника, увидев это, покраснела: — Я... я не специально! Наверное, во сне... — Во сне, значит, — усмехнулся Тони. — Теперь я твой. — Ты и так мой, — смущённо улыбнулась она. Лёня закатил глаза: — Всё, я пошёл есть. А вы тут целуйтесь. --- За завтраком Тони снова прикусил язык. — Ай! — он схватился за щёку. Лёня замер с бутербродом: — Ты серьёзно? Тот самый Тони, который цепью Лося отлупил, язык прикусывает? — Бывает, — проворчал Тони. Вероника прыснула: — Ты у меня самый человечный, когда не работаешь. — Дай посмотрю, — она подалась вперёд. Тони открыл рот и высунул язык. Доставая им до середины собственной шеи. Лёня поперхнулся: — Ни фига себе! Тони, у тебя язык как у ящерицы! — Ага, — усмехнулся Тони. — С рождения. — И зубы острые, — добавила Вероника. — Я знаю. Тони показал зубы — ровные, но чуть заострённые. — Наследственное. — Вы меня пугаете, — сказал Лёня. — Привыкай. --- — Тони, — спросил Лёня с хитринкой, — а ты как своими особенностями пользуешься? Ну, на личном фронте? Вероника покраснела. — Лёня! — воскликнула она. — А что? Интересно же! Тони усмехнулся и облизнулся — медленно, демонстративно. — Во-первых, мороженое есть удобно. Во-вторых, зубами пакеты открывать. А в-третьих, — он сделал паузу, — это не твоё дело. Лёня выдохнул: — Фух, а я уж думал, ты сейчас подробности начнёшь. — Могу, — усмехнулся Тони. — Не надо! — хором закричали Лёня и Вероника. Они рассмеялись. --- Часть 53. За щёчки Лёня ушёл в свою комнату. Тони и Вероника остались вдвоём. Вероника вдруг взяла его лицо в ладони. — Тони, — тихо сказала она. — М? — Ты знаешь, что у тебя самые красивые глаза? Он моргнул: — Э-э... спасибо? — И щёки, — она слегка сжала их. — Мягкие. — Ангелочек, ты меня смущаешь. — Правда? А я думала, Призрака ничем не проймёшь. — Призрака — нет. А Тони — вполне. Она наклонилась и поцеловала его в лоб. Потом в нос. Потом в губы. — Ты мой, — прошептала она. — Твоя, — поправил он. --- Тони решил слегка смутить Веронику. Медленно, очень медленно, он провёл языком по её ладони — от запястья до кончиков пальцев. Вероника замерла. Щёки вспыхнули. — Ты... что сейчас сделал? Тони посмотрел на неё самым невинным взглядом: — Я? Ничего. — Ничего?! — она ткнула пальцем в ладонь. — А это?! — А что это? Я просто язык размял. — Язык размял?! Ты мне ладонь облизал! — Правда? А я и не заметил. Она не выдержала и расхохоталась: — Тони, ты невыносим! — Я стараюсь, — скромно ответил он. — Придурок! — Твой придурок. --- В разгар их утра в замке входной двери заскрежетал ключ. Тони напрягся мгновенно. Вероника замерла. Дверь открылась. В прихожей послышались голоса — знакомые, родные. — Ну вот мы и приехали! — раздался голос Анны. — А говорила, что завтра, — проворчал Борис. Тони и Вероника переглянулись с ужасом. На диване они сидели в обнимку, на шее Тони красовалась метка. Из прихожей доносились не только голоса Анны и Бориса, но и ещё чьи-то — незнакомые, громкие. — А это тётя Галя с дядей Васей, — пояснила Вероника, бледнея. — И, кажется, их сын Олег. В дверях гостиной появилась Анна. — Дети! — радостно воскликнула она. — А мы вернулись! И не одни, а с... Она замерла. Увидела Тони и Веронику в обнимку. Увидела шею Тони. За её спиной возник Борис, за ним — тётя Галя, дядя Вася и высокий парень лет семнадцати — Олег. В гостиной повисла тишина. — Ой, — сказала тётя Галя. — А мы, кажется, не вовремя? — Мам, пап, — выдавила Вероника. — Вы вернулись... рано. — Мы думали, вы спите, — медленно сказала Анна. — А мы не спали, — ляпнула Вероника и покраснела. Тони спокойно встал: — Здравствуйте. Добро пожаловать. Анна посмотрела на его шею: — Тони, что у тебя на шее? — Комар укусил, — ответил он без тени смущения. Олег заржал. --- Часть 56. Родственники узнают За завтраком тётя Галя разглядывала Тони. — Ты, значит, тот самый Тони, про которого Анна рассказывала? — Да. — Говорят, ты теперь с ними живёшь? — Мы его усыновили, — ответил Борис. Олег поперхнулся чаем: — Усыновили? То есть он теперь ваш? — Наш, — подтвердила Анна. — Уже почти год. — А где его родители? — спросила тётя Галя. — Нет их, — коротко ответил Тони. Анна положила руку ему на плечо: — Он теперь наш сын. — И брат, — добавила Вероника. — И парень? — уточнил Олег. — И это тоже, — усмехнулся Тони. Тётя Галя всплеснула руками: — Ох, молодёжь! Ничего не понимаю. То брат, то встречаются... — Галя, не лезь, — одёрнул её дядя Вася. — Люди разберутся. Тони посмотрел на Анну: — Спасибо, мам. У тёти Гали аж челюсть отвисла: — Мам? Ты её мамой называешь? — А кем же ещё? — пожал плечами Тони. Анна улыбнулась: — Всё правильно, сынок. Вечером чаепитие затянулось до позднего. Когда часы показали половину одиннадцатого, Анна предложила гостям остаться. — Оставайтесь, — поддержал Борис. — Место найдём. Тётя Галя переглянулась с дядей Васей: — Ну, если не прогоните... Началась суета. Борис достал раскладушку, Анна — свежее бельё. — Тётя Галя с дядей Васей на диване, — командовала Анна. — Олег на раскладушке. — А мы? — спросила Вероника. — А вы у себя. Тони и Вероника переглянулись и пошли в свою комнату. --- — Олег, — сказала Анна. — Ты пока посиди у Тони в комнате, вещи сложи. Олег подхватил сумку и направился за Тони. Тони открыл дверь своей комнаты: — Заходи. Олег вошёл и замер на пороге. Первое, что бросилось в глаза — стены. Чёрные. Глубокого, матового, угольного цвета. А на стенах, как звёзды, висели плакаты: Metallica, Nirvana, AC/DC, Queen, "Ария", "Кино". — Ни фига себе, — выдохнул Олег. Он медленно обвёл взглядом комнату. Потом подошёл к шкафу, открыл его. В шкафу было много одежды. А на отдельной вешалке висела белая толстовка с вышитыми чёрными цепями и знаком анархии. — Ты это сам делал? — Ага. Нитками. — Ни фига себе терпение. Олег осмотрелся. Подошёл к столу, где лежали кассеты. — Музыку слушаешь? — Иногда. Разговор продолжился, но Олег чувствовал, что Тони не простой. --- Пока Олег осваивался в комнате Тони, на кухне произошло нечто, что перевернуло всё. Дядя Вася помогал убирать со стола. Он задел спортивную сумку, стоящую в углу, прикрытую пакетом. Сумка упала, молния разошлась, и содержимое вывалилось на пол. На полу лежали деньги. Пачки стодолларовых купюр. Рядом — дробовик Remington 870. Пистолеты — SIG Sauer P226 и Beretta 92FS. Револьвер Ruger SP101. Автомат АК-74У. Снайперская винтовка ВСС "Винторез". Патроны, россыпью валявшиеся на линолеуме. Боевой нож. И балаклава — чёрная, с белым пластиковым черепом и белыми вышитыми линиями. Тётя Галя закричала. — Это... это что? — прошептала она. Тони вышел из комнаты, увидел картину и спокойно сказал: — Это моё. Для работы. --- Часть 60. Объяснение — Для какой работы?! — взвизгнула тётя Галя. Тони посмотрел на Анну. Та чуть заметно кивнула. — Я наёмник, — сказал Тони. — Киллер. Выполняю заказы. Тётя Галя охнула и схватилась за сердце. — Вы знали?! — закричала она на Анну. — Знали, — спокойно ответила Анна. — С самого начала. — И приняли?! — Он наш сын, Галя. Дядя Вася, к удивлению всех, сохранил спокойствие. Он присел на корточки и начал аккуратно собирать рассыпавшееся обратно в сумку. — Вася, ты что делаешь?! — Убираю, — ответил он. — Чтобы дети не поранились. — Дети?! У них автомат! — Аня права, Галя. Они наши родственники. Родню не выбирают. --- — А какой у тебя позывной? — спросил дядя Вася, когда всё собрали. — Призрак, — ответил Тони. — Тот самый? Из новостей? Которого ловят? — Тот самый. — И Вероника? — Пиковая дама, — ответила она. Дядя Вася присвистнул: — Ну вы даёте, ребята. Тётя Галя снова схватилась за сердце. --- Олег, который всё это время стоял бледный, вдруг вспомнил: — А это? — он достал из кармана брусочек, завёрнутый в промасленную бумагу. — Я в ванной нашёл, думал, хозяйственное мыло... Тони посмотрел и забрал: — Это не мыло. Это пластит. Взрывчатка. — Взрывчатка?! — Олег побелел. — У вас дома взрывчатка?! — Для работы. Приобрёл для задания, брусочек остался. — Вы ненормальные! Все! — Слышали уже, — усмехнулся Тони. --- Дядя Вася, окончательно успокоившись, попросил: — А можно всё посмотреть? По-нормальному? Тони кивнул и разложил арсенал на столе. — Remington 870 — дробовик. SIG Sauer P226 и Beretta 92FS — пистолеты. Ruger SP101 — револьвер. АК-74У — автомат. ВСС "Винторез" — снайперская винтовка, бесшумная. — Это целая армия! — восхитился Олег. — Инструменты, — поправил Тони. — Для разных задач. — А патроны? — Для каждого калибра. Достаточно. Олег смотрел на "Винторез" с благоговением: — А можно подержать? Тони протянул ему винтовку: — Осторожно, тяжёлая. Олег взял, взвесил в руках: — Ничего себе... И ты из неё стрелял? — Да. — И убивал? — Да. Олег замер и осторожно вернул винтовку: — Я, наверное, больше не буду спрашивать. — Правильно, — кивнул Тони. --- — А в школу ты это берёшь? — спросил Олег. — Нет, конечно. На кой мне в школе оружие? — А если Волконские? — Волконские — школьники. С ними я и без оружия справляюсь. У меня цепь есть. — Ты с цепью в школу ходишь?! — Иногда. Когда знаю, что может быть жарко. — А если учителя увидят? — Митрич видел. Даже одобрил. Олег покачал головой: — Тони, ты реально крут. --- — Тони, — вдруг сказала тётя Галя, разглядывая его. — А у тебя глаза жёлтые. Редкий цвет. — С рождения, — ответил он. — И зубы... — заметил дядя Вася. — Острее, чем у людей? — Чуть-чуть. Почти все. — А язык? — не унимался Олег. Тони открыл рот и высунул язык — до середины шеи. — Ни фига себе! — восхитился Олег. — Мороженое лизать удобно? — Очень, — усмехнулся Тони. — Уникальный ты наш, — улыбнулась Анна. --- Поздно ночью, когда все разошлись по комнатам, Веронике не спалось. Она встала, тихо прошла в комнату Тони и легла к нему на кровать. — Ты чего? — спросил он шёпотом. — Не спится. Она обняла его и прижалась. — С тобой спокойно, — прошептала она. Он поцеловал её в макушку. — Спи, ангелочек. Через минуту она уже спала. --- Утром Вероника проснулась первой. В комнате, на диване, спал Лёня — он пришёл вечером и остался. Вероника смотрела на спящего Тони. Светлые волосы разметались по подушке, лицо было безмятежным. Она осторожно провела рукой по его волосам. Он улыбнулся во сне. — Тони, — прошептала она. — Ты во сне такой милый... Такой нежный... Такой беззащитный... Она наклонилась и поцеловала его в шею, оставляя метку. --- Тони проснулся от её прикосновений. Открыл глаза, увидел её рядом, улыбнулся. — Доброе утро, ангелочек. — Доброе, — ответила она. Он заметил её счастливое лицо и решил ответить тем же. Медленно придвинулся и любовно укусил её за шею. Вероника взвизгнула от неожиданности. — Тони! — Теперь ты тоже знаешь, чья ты, — усмехнулся он. — Ты ненормальный! — Твой ненормальный. Лёня с дивана не открывал глаз, но улыбался: — Я всё слышу. — Спи давай! --- Часть 69. Завтрак с родственниками Утром за завтраком собрались все. Тётя Галя, дядя Вася, Олег, Анна, Борис, Тони, Вероника и Лёня. На шее Тони красовалась вчерашняя метка. На шее Вероники — свежая. — Вы как коты, — покачал головой дядя Вася. — Метки ставите. — Мы семья, — ответил Тони. — Своё помечаем. Тётя Галя вздохнула, но улыбнулась: — Ладно. Живите как знаете. Лишь бы все были живы. — Постараемся, — ответил Тони. Олег смотрел на них с восхищением: — Тони, ты реально крутой. И Вероника тоже. — Спасибо, — усмехнулся Тони. — Мы знаем. Завтрак продолжился. Жизнь шла своим чередом. Впереди был новый день, новые испытания, но они были вместе. А это — главное.