Игра со смертью

Нарцисса стояла в центре спальни, сжимая в руках жемчужную нить на шее так крепко, что та вот-вот готова была порваться. — Ты забываешься, Люциус! — её голос был подобен свисту ледяного ветра. — Она не просто девчонка из мира маглов, которую можно запугать. Она одна из нас! Её родословная чище, чем у половины тех, кто сегодня распускал сплетни в Министерстве. Ты сам видел её фамильный перстень в сейфе Гринготтса. — Именно поэтому она здесь, Нарцисса, — Люциус медленно снимал запонки, не глядя на жену. — Её магия пробуждается, она сильнее, чем мы могли представить. — И поэтому ты решил... это? — Нарцисса горько усмехнулась. — Пять лет. Если Драко сорвется и подаст на развод из-за твоей похоти, магия контракта сожжет их обоих. Ты понимаешь, что смерть наступит мгновенно? Магия чистокровных родов не прощает предательства уз. Ты ставишь жизнь последней наследницы древнего рода и жизнь собственного сына на алтарь своего эгоизма! Люциус резко обернулся, его лицо было искажено тёмной решимостью. — Этот контракт — капкан, созданный стариками, которых давно нет в живых. Но Гермиона... она не принадлежит Драко. Он её боится. Он видит в ней чудовище, а не женщину. А я... — А ты видишь в ней шанс вернуть свою юность? Или власть? — Нарцисса подошла вплотную. — Если магический договор почувствует, что союза нет, что жена принадлежит отцу, а не мужу — они погибнут, Люциус. Твоя страсть убьет их обоих.

***

В столовой стоял запах крепкого кофе и застарелой вражды. Драко сидел за столом, сжимая в руках «Ежедневный пророк». Фотография его отца, властно обнимающего его жену в танце, казалась ему смертным приговором. Гермиона вошла бесшумно. Сегодня она выглядела иначе — более собранно, более холодно. Она больше не была той испуганной девушкой, которая месяц назад узнала о своем происхождении. Она знала, какая кровь течет в её жилах, и это давало ей право на дерзость. — Доброе утро, миссис Малфой, — Люциус поднял на неё взгляд, в котором читалось неприкрытое обожание, смешанное с собственническим инстинктом. — Доброе, — она села на свое место, проигнорировав бледного Драко. — Надеюсь, все спали лучше, чем я? В этом доме слишком шумно по ночам. Слишком много... разговоров за закрытыми дверями. Драко швырнул газету на стол. — Тебя это забавляет, да? — прошипел он. — Ты знаешь, что если я расторгну этот брак до истечения пяти лет, мы оба умрем? Ты этого хочешь? Чтобы мой отец довел меня до края, и магия контракта вырвала наши сердца? Гермиона медленно подняла на него взгляд. — Тебе не о чем беспокоиться, Драко. Чтобы расторгнуть брак, нужно иметь волю. А ты всего лишь тень своего отца. — Хватит! — Нарцисса ударила ладонью по столу, заставив посуду жалобно звякнуть. — Люциус, приструни её. Или я сама займусь её воспитанием. Чистокровное происхождение не дает ей права превращать наш дом в балаган. Люциус медленно отложил приборы и перевел взгляд на жену. — Напротив, Нарцисса. Её происхождение дает ей право на всё. Отныне Гермиона будет проводить утро в библиотеке со мной. Нам нужно восстановить её магические пробелы. Драко, ты свободен. Займись делами поместья. Драко вскочил, опрокинув стул. — Опека? — он посмотрел на отца с нескрываемым отвращением. — Ты просто хочешь держать её поближе, пока магия уз не выпила нас досуха. Поздравляю, отец. Ты нашел идеальный способ убить своего сына. Он вылетел из комнаты. Нарцисса поднялась следом, одарив Люциуса взглядом, полным ледяного обещания мести. Когда двери закрылись, Люциус посмотрел на Гермиону. — Вы слышали их. Мы играем со смертью. — Но ведь именно это вас и возбуждает, не так ли, Люциус? — она пригубила свой чай, глядя на него поверх чашки. — Знание того, что каждый ваш поцелуй может стать для меня последним. Люциус усмехнулся — это была хищная, мрачная усмешка человека, который решил пойти против самой судьбы.