Возвращение и потеря

Снег бил в лицо так, что глаза Лены почти не различали очертаний. Ветер завывал, кружил вокруг, будто пытался сорвать с неё дыхание. Она опустилась на колени, лезвия в руках дрожали, кровь текла по её пальцам, капая на землю и создавая круг собственной кровью. Этот круг, простой и смертельно точный, был её силой, её ключом. Она не видела больше ничего: ни друзей, ни скользящих теней вокруг, ни будущей дыры. Всё, что существовало — это кровь, ритуал и шепот имен тех, кого она хотела вернуть. Лена расставила артефакты по кругу. Они сразу начали вибрировать, реагируя на кровь, которую она проливала. Каждый камень, каждый амулет, каждый талисман откликался на её магию, создавая тихое гудение, которое смешалось с завыванием метели. Сердце стучало слишком быстро, дыхание рвалось, но Лена шептала заклинания, одно за другим, зовя всех, кто был потерян. Она видела их в мыслях: Эвана, Элли, Брендана, Сару, родителей Кэсси, своих родителей — и Бена. Сердце сжималось и разжималось одновременно, кровь смешивалась с морозным снегом, а магия росла с каждым ударом сердца. Ветер усиливался, снег закручивался вихрями, но Лена не останавливалась. Она слышала, как мир вокруг шепчет её имя, но не могла видеть ни друзей, ни того, как формируется дыра. Только ощущение, что кто-то идёт ей навстречу, но видимость почти отсутствовала. И тогда раздались шаги. Слабые сначала, потом уверенные — её друзья пришли, но Лена их не видела и не могла почувствовать, пока метель не начинала ослабевать. С дыры начали появляться люди. Сначала тени, потом очертания, а затем настоящие, живые люди: Сара, родители Лены и Кэсси, Бен, Милдред, сотни людей, которые были съедены тварями. Среди них — Эван, Элли и Брендан, те, кто был «жертвенниками». Родители Лены бросились к Бену, обнимая его, Чейз побежал к Эвану, Блейн к Трею — младшему брату, с которым он не виделся три года. Кэсси бросилась к Саре, Эвану и своим родителям, Бобби рванул к Элли. Радость, слёзы и крики слились в единый вихрь. Но Лена не видела их. Она была погружена в метель, холод и собственное истощение. Артефакты вокруг неё вибрировали сильнее, воздух вокруг круга искрился энергией. Она шептала, почти без сознания: — Верни их… всех… и Бена… Ветер сносил её волосы, обледенение сковывало руки и ноги, дыхание стало редким. Тело начинало подводить её. И только когда метель начала немного стихать, она почувствовала, что вокруг что-то изменилось. Люди живые, настоящие, стоят рядом, но она не могла их разглядеть — сознание покидало её. Лена рухнула на снег. Тело обмёрзшее, дыхание едва слышное, лицо бледное. Артефакты по кругу продолжали вибрировать, свет мягко пульсировал, но теперь ритуал был завершён. В это время Элли спросила: — Кто нас спас? — голос Элли прорезал вихрь, дрожащий, но настойчивый. — Где Лена? Чейз сначала улыбнулся, думая: «Это была она… принцесса», но взгляд его скользнул на центр круга, и улыбка мгновенно исчезла. Перед ним лежала Лена, обмёрзшая и почти неподвижная, её тело сковал лед, дыхание было едва слышно. Лицо было бледным, губы были синими от холода, от того, времени, которое она пролежала на снежной земле. — Лена! — выдохнул он, сердце сжималось от ужаса. Он бросился к ней, не думая ни о чем. Другие тоже бросились к центру круга. Девочки — Кэсси и Элли — рыдали, шептали её имя, слёзы смешались с снегом на щеках. Мальчики стояли в ужасе, почти не двигаясь, не зная, что делать с тем, что они видят. Мать Лены стояла неподвижно, обняв Бена, который пытался вырваться и побежать к сестре. Её взгляд был пуст, равнодушный, словно Лена для неё больше не существовала. — Бен, стой! — крикнула Сьюзан, пытаясь удержать мальчика. — Она не нуждается в нас! — Но… — Бен вырвался, сердце рвалось на части, он отчаянно пытался достичь сестры. —Разве ты не помнишь, что именно из-за ее неаккуратности ты попал в автокатастрофу, ей просто плевать! —Неправда! Лена пыталась меня спасти! Сьюзан никак не отпускала мальчика, который так и хотел попасть к своей сестре. Отец Лены, хотя и убийца, сжимал кулаки и дрожал. Он вызвал скорую с отчаянным голосом: — Скорую! Быстро! Она ещё жива! — страх и тревога отражались в его глазах, редкий проблеск настоящих чувств. Чейз держал Лену, ощущая слабый пульс под пальцами. Каждое дрожание её тела вызывало волну облегчения и ужаса одновременно. Бобби стоял рядом, глаза широко раскрыты, тело напряжено от ужаса. Кэсси не могла сдержать слёз, обхватила плечи Лены и шептала, почти плача: — Ты должна быть в порядке… Мы не можем тебя потерять… Блейн сжал руки, стоя рядом, дыхание частое, глаза округлены от шока. Лена лежала на снегу, почти неподвижная, но в её слабом пульсе была жизнь, крошечная дрожь, к которой цеплялись все. Метель продолжала бушевать, снег кружился, но магия завершилась. Люди вокруг стояли, радость, страх, шок и облегчение смешались в один узел эмоций. Никто не мог поверить, что она выдержала всё это.