2

"Война для орков настолько обыденна, что "мир" — термин, недоступный для понимания. С орками нельзя договориться. Их нельзя купить ничем, кроме, разве что оружия, которое они неизбежно повернут против того, кто пытался их подкупить. Я молю Императора, чтобы случилась какая-нибудь великая катастрофа и уничтожила их всех до единого. Но… боюсь… в конце концов, именно они будут править галактикой".

Ксантий, Высший Лорд Терры

      Планета Меобек в звёздной системе Кракелия – серо-зелёный мир непроходимых джунглей, гиблых болот, многочисленных рек и плантаций. Здесь в промышленном масштабе выращивали водоросли, бобовые растения и злаки, ловили и разводили рыбу. Не какая-то каменистая скала или отравленная производствами земля, урожай на Меобеке собирали круглый год и питали не только себя, но и сектор Сецессио тоже.       Переоценить значение аграрных миров сложно, недооценивать – опасно. Срыв поставок хотя бы на неделю грозил вылиться в голодный бунт в каком-нибудь городе-улье, а потому и внимание к аграрным мирам приковано значительное. Пусть войск здесь сосредоточено куда меньше, чем в эскадрах имперского флота на том или ином стратегическом направлении, но решительно никто – ни флотское, ни армейское, ни инквизиционное командование – не мог себе позволить потерять Меобек или другие такие же житницы. За последние сто лет в секторе Сецессио и без того утрачен почти десяток таких планет.       Когда на Меобек напали орочьи фрибутеры, Караул Смерти тут же получил приказ вмешаться. О сложившейся ситуации капитан Грим узнал больше шести месяцев назад, но тогда не была готова к пуску "Баллада", да и на Гийацине мы задержались сильно дольше, чем рассчитывали.       Я не участвовал в первой высадке на Меобек.       Во-первых, меня лихорадило после прививки. Уж сколько инъекций сделано перед командировкой на очередную планету, казалось бы, ничего брать не должно, но вот как-то так вышло. Возможно, организм старый, пошёл вразнос, по злой иронии судьбы меня убьют не чужаки или еретики, а забота о собственном здоровье.       Во-вторых, и это главное, первая высадка на Меобек не была боевой. Не взяли не то чтобы меня, на планету отправился только старший офицерский состав. Предстояла встреча с командованием сил планетарной обороны, чтобы понять, что вообще происходит.       Капеллана Ликурга ремонтировали, а потому в делегации – капитан Грим, лейтенант Софос и библиарий Баяр.       При виде последнего упомянутого воина ортодоксальные представители церкви Бога-Императора в лучшем случае плюнули бы вслед, если бы и вовсе не пожелали покарать Баяра за эзотерические практики. Но если говорить об Империуме в целом, то в нём не так уж много организаций, где бы не было санкционированных псайкеров совсем. Они – меньшее зло в тех случаях, когда приходится иметь дело с демонами и необъяснимыми явлениями.       На кирасе знак таинственного братства библиариев – рогатый череп на фоне раскрытой книги, а на лысой голове Баяра вытатуированы защитные руны и слова на языке, который вряд ли знал хоть кто-нибудь, неважно, на "Балладе" или вовсе – на Меобеке.       На этом Ангеле не сосредоточить взгляд – тут же начнётся тошнота, потеря ориентации в пространстве. Но в памяти останется смуглая кожа, вислые усы, жиденькая бородка и, конечно же, полоса ткани, которая закрывала глаза.       Слеп ли Баяр или скрывал нечто страшное – никто не знал точно. Однако можно было сказать, что Баяр видел много того, что недоступно зрячим.       Он опирался на психосиловой посох, увенчанный лошадиным черепом и украшенный перьями птиц, правда, не таких ярких, как некогда в плюмаже моего господина, а в основном тёмных оттенков воронова крыла.       А ещё Баяр носил на правом плече знак Истребителей – череп, рассечённый молниями по диагонали и справа налево, и слева направо. Истребители – потомки Джагатай Хана, которые все как один известны порывистым и свободолюбивым нравом.       Когда "Грозовой Ворон" приземлился, Альбий и Софос направились к шатру, рядом с которым развевались многочисленные полковые знамёна. Баяр же сошёл с рампы, поднял слепой взгляд к серому небу и ловил лицом капли неторопливого дождя, который только набирал темп, перед тем как обрушиться на землю стеной. Баяр впитывал воду, впитывал шёпот, оттенки и трепетания душ, саму суть Меобека и всех тех, кто его населял. Он не боялся опоздать к началу инструктажа, потому что знал, о чём пойдёт речь, какие слова прозвучат. Баяра больше интересовали знамения, подсказки Бога-Императора или же тех, кто с ним в вечной вражде. Тёмные боги хитры и опасны, но даже в их бесконечной лжи такие колдуны и шаманы, как Баяр, черпали что-то полезное. Для себя и для тех, кого они когда-то поклялись защищать.       Альбий и Софос, напротив, брали быка за рога и не теряли времени на поиск чего-то иллюзорного.       Мой господин не упустил бы возможности искупаться в лучах славы, весь лагерь узнал бы о его пришествии, старшие же офицеры роты "Терциус" не придавали этому большого значения. Каждое движение осмысленно, выверено и отточено. Ни один миг не потерян на игру на публику.       Но даже так воины Караула Смерти вызвали шок у большинства солдат, кто попался им на пути. На Меобеке не видели Ангелов сотни лет, для большинства они давным-давно выдумка, персонажи священных текстов…       И вот ведь сюрприз! Оказывается, Ангелы существуют.       Огромные, покрытые керамитовыми пластинами, сияющие линзами визоров, серебром и златом украшений. У Альбия ещё и сверкающий нимб над головой – Железный Ореол, знак различия капитанов и иных высших офицеров капитулов космического десанта. Это устройство не просто украшение, а генератор защитного поля.       Не все солдаты склонили головы или упали на колени. Некоторые просто застыли, не в силах разобраться, сон это или ошеломительная явь. Только шёпот раздавался тут и там с задних рядов:       – Ангелы… Ангелы Его… Они здесь!       В тот миг Альбий и Софос скрылись за пологом шатра и угодили в тамбур. Хорошо, что там довольно тесно, и никто не видел, как и тот, и другой Ангел воспользовались декроттуаром, а потом почистили сабатоны о тряпку. Так внеземной и чудесный образ несколько бы поблек и приземлился на уровень верующих, которые утопали в грязи во время сезона дождей.       Наконец оба воина вошли в шатёр, окинули взглядом собравшихся, расставленное оборудование и интерьер вообще.       Обогреватели, осушители, столы и стулья, вокс-станция и переносной гололитический стол, который, конечно же, серьёзно уступал точно такому же устройству на борту "Баллады".       Офицеры СПО Меобека носили мешковатую тёмно-зелёную форму и дождевики по погоде, но были здесь и очевидные пришельцы с иных миров с иной же культурой.       Высокие четырёхугольные шапки, увенчанные чёрными султанами, двубортные синие куртки с белыми лентами и эполетами, панталоны и сапоги.       Софос не участвовал в хелгийской кампании, пришёл в Караул Смерти сразу после окончания мучительно долгой войны, а вот мне хватило и описания формы, чтобы понять, кого именно они повстречали.       Софос, правда, не заметил знамён Новомархийских Улан снаружи, но чуть позднее стало ясно почему.       В отличие от солдат и офицеров ополчения, Новомархийские Уланы не делали круглые глаза и не падали ниц при виде космических десантников. Во-первых, они довольно долго воевали вместе с Ангелами, а, во-вторых, они довольно долго воевали против Ангелов. Падших предателей и еретиков, разумеется. На Хелге-Воланте нам противостояло несколько бандформирований разной численности.       Высший офицер Новомархийских Улан – в чине генерала – и выглядел так, словно участвовал во всех операциях по ликвидации ублюдков.       Его некогда пожрало пламя, пожевало и выплюнуло. Черты лица оплавились и поплыли, будто бы в попытке сбежать от огненной стихии. В пустых глазницах полыхали угли оптических имплантатов. Мой господин или, например, полковник Рёд воспользовались синтетическими материалами, чтобы восстановить внешность, а генерал Новомархийских Улан не стал этого делать по неизвестной причине.       На его месте я бы как можно реже смотрел в зеркало. Там всё равно одно сплошное багровое месиво.       Насколько серьёзно аугметирован генерал, не понять с первого взгляда, но в вороте куртки – металл, из рукавов тоже выглядывали протезы.       Генерал оторвался от изучения объёмной карты, выпрямился, и обратился к Ангелам:       – Император защищает, господа! Прошу простить, что не встретил как полагается.       Голос неприятный, неестественный, синтезированный. В пластинах горла отверстия, оттуда и доносился звук. Генерал не раскрывал рта, а пользовался специальным имплантатом для общения.       И капитан Грим, и лейтенант Софос сняли шлемы, примагнитили их к поясу, а потом сотворили знамения аквилы. Капитан ответил на приветствие:       – Ничего страшного, генерал. Мы здесь не для обмена любезностями. – Он сделал короткую паузу, а потом продолжил: – Меня зовут Альбий Грим. Это лейтенант Софос Керикос. Мы представляем Караул Смерти.       – Подкрепление? Самое время. – Генерал прикоснулся протезом к груди, а потом представился: – Ладислав Коцур, я командую обороной Меобека.       – Хорошо, что Уланы здесь, – проговорил Альбий. – Ваши подразделения прославились на Хелге.       – А, – Ладислав отмахнулся, – не обманывайтесь нашей формой, капитан. Уланов здесь нет. Мы, – он показал на боевых товарищей, – всего лишь военные советники.       – Хм…       Альбий выглядел несколько озадаченно, поэтому Ладислав объяснил:       – Такова судьба почти всех, кто воевал в той кампании. Рядовой и сержантский состав теперь служит в штурмовых полках инквизиции, а офицеров посылают то туда, то сюда. До Меобека я работал на Анкуве, например.       – Что ж… – сказал Альбий, – ваш опыт везде пригодится. Особенно в СПО.       Ладислав вздохнул и, наверное, поморщился, с таким лицом не понять точно, а потом сказал:       – Я провёл уже несколько реформ, но не так-то просто превратить армию мирного времени во что-то боеспособное. А ведь ещё орки напирают, поглоти их бездна!       – Кстати, об орках. Я хотел ознакомиться с картами, с положением дел, – произнёс Альбий. – Караул Смерти займётся охотой на орочьих вождей, но нужны вводные данные.       Точные данные у генерала Коцура были только до тех пор, пока на орбите висела эскадра имперского флота. После её ухода – под ударом многочисленных врагов не только Меобек – как с разведкой, так и с обороной в целом, ситуация только ухудшилась. Да, орочьи скалы уничтожили на первых этапах войны, но зеленокожие рассеялись по джунглям и с тех пор владели ими. Что ещё хуже – Кровавые Топоры Кишкадава, с которым несколько лет назад удалось заключить взаимовыгодное соглашение, переметнулись на сторону фрибутеров и сообща навалились на группу армий "Восток". Генерал Коцур не жалел ни себя, ни подчинённых, но ополченцы теряли сёла и города, отходили с одного рубежа на другой. Орки почуяли кровь, почуяли слабость, а потому гнали отступающих с особым азартом.       Совет продолжался довольно долго. Баяр успел нагуляться по лагерю, изучить окрестности и присоединиться к братьям.       Генерал Коцур настаивал на постоянном участии Караула Смерти в боевых действиях, но капитан Грим раз за разом отклонял подобные требования.       Как бы тяжело ни приходилось имперской армии, но именно она – молот, тогда как космический десант – скальпель. Уничтожение культа генокрадов на Гийацине и так дорого стоило, капитан опасался потерять роту уже к концу недели, если бы согласился удерживать определённый участок фронта.       Вместо этого Альбий подкинул союзникам следующую кость – распорядился наносить ракетно-бомбовые удары. Что "Грозовые Вороны", что "Громовые Ястребы" на голову превосходили имеющуюся у ополченцев технику. Они развивали космические скорости и преодолевали гравитационное притяжение планет. Никакой атмосферный истребитель не сравнится с ними. У орков на Меобеке тем более не было ничего подобного.       К окончанию военного совета генерал Коцур остался недоволен предложенной помощью, но капитан Грим уверил его в том, что уже скоро ополченцы почувствуют разницу, воевать вместе с Караулом Смерти или без него.