Глава 11: Похоть

Время близилось к обеду, однако за окном уже сгущались зимние сумерки. День, едва успев начаться, готовился уступить место долгому морозному вечеру. Малек плотно задернул шторы, погружая спальню в кромешную темноту. Он невозмутимо, с холодным расчетом готовил комнату к предстоящему сексу, пока я, оробев, топталась в дверном проеме. Эта странная игра пугала - и в то же время разжигала любопытство ещё сильнее. Дыхание участилось в такт размеренным шагам Малека. Я вздрогнула, когда руки легли на мои бедра и резко, но уверенно развернули меня лицом к стене. Он потянул сорочку наверх, и я поддалась - послушно подняла руки, позволяя снять ее себя. — Гетры останутся. Хочу тебя в них, — сказал Малек, бросая сорочку на пол. Я не посмела возразить. Он прижался к моей спине обнаженным торсом, ладонями обхватил грудь и грубовато сжал её. Бусины сосков заныли, оказавшись стиснутыми между его пальцев. Я не издала ни звука, горделиво отказываясь признавать, что готова лезть на стены от возбуждения. Откинула голову ему на плечо, позволяя полностью руководить процессом. — Ты примешь меня целиком, — жаркий шепот коснулся уха. — И будешь в деталях описывать, что чувствуешь. Это ясно? — Д-да… — голос предательски дрогнул. Виной тому была не только обжигающая близость, но и пальцы, медленно выводящие круги по контуру ареол. — Отлично. — Малек смазано поцеловал уголок моих губ. — Я буду долго трахать тебя, Одри. Если бы он не взял меня за руку, я бы, наверное, действительно рухнула на пол - настолько эта своеобразная прелюдия выбивала почву из-под ног. Пульс стучал в висках, пока он вел меня к постели. Страх, похоть и любопытство переплелись, скрутив внутри тугой узел ожидания. Отсутствие света обостряло тактильные ощущения, скрывало стеснение и румянец, разлившийся по щекам. Малек мягко толкнул меня, вынудив лечь на живот. Постель встретила прохладой одеяла, поверх которого я опустилась. — Что ты чувствуешь, Одри? Послышался треск одежды - Малек раздевался. Как же без психологической сессии прямо перед сексом? Никак. В этом был весь Синнер. — Страх, — призналась я, беспокойно всматриваясь в темноту. — Что-то еще? Постель просела под его весом. Он приближался неторопливо, с ленивой, хищной уверенностью - словно зверь, вышедший на след и готовый броситься на настороженную лань. — Желание… — Ты хочешь меня, милая? Малек подцепил большими пальцами стринги на бедрах, отлепляя их от промокшего лона, и потянул вниз, избавляя меня от последнего предмета одежды. Я вцепилась в одеяло и зажмурилась, так и не поняв, что во мне преобладает - похоть или мандраж. — Да… — я спрятала лицо в подушке, стыдясь собственной откровенности. Отвратительно было признавать, что ему всё же удалось меня соблазнить: я лежала на постели - взмокшая, с запредельным половым влечением - полностью готовая к любым экспериментам. Хотелось так сильно, что терпеть уже не было сил. Когда именно я перестала диктовать правила этой игры? Как позволила браздам правления перейти в руки Аваддона? — Я дам тебе то, чего ты хочешь. Дьявол. Это он хотел меня. Он. Но снова вывернул все так, будто уступал моей прихоти. Теплые, чуть шершавые ладони погладили ягодицы, зазмеились вверх по спине, очерчивая каждый изгиб, и затерялись в волосах, массируя кожу головы. От этих прикосновений становилось опасно хорошо, и я невольно подставлялась под его руки. — Моя маленькая, хитрая лиса… Я сдавленно охнула, ощутив на себе вес мужского тела. Здоровый. Тяжелый. Малек пригвоздил меня к постели, не оставляя ни единого шанса высвободиться. Только теперь я осознала всю серьезность ситуации - бежать мне некуда, и секс произойдет прямо сейчас. И самое ужасное… бежать мне совсем не хотелось. Мне хотелось его. Без прелюдии - она уже случилась. Без презерватива - в нашем случае это не имело смысла. Без капли стыда - он проснется во мне только после оргазма. — …сколько раз ты пыталась улизнуть от меня… Твердый член уперся между ягодиц. И откуда в нем столько выдержки?.. Я раздраженно забила ступнями по матрасу, шурша сползшими гетрами. Каждый похотливый комментарий Малека сопровождался новой волной влаги между ног, и сейчас я была доведена до предела - готовая напрыгнуть на него сама, если он продолжит меня томить. — Какая ты нетерпеливая, Одри. Мне это льстит. Малек тихо, низко рассмеялся, сгибая мою левую ногу в колене. Влажная головка скользнула между складок - он начал погружаться в меня, встречая сопротивление. Я довольно замычала, растягиваясь во все стороны под размеры мужского достоинства. — Да-а… — мне наконец удалось вырвать у него стон - громкий, хриплый. Малек больше не сдерживался. — Ты еще лучше, чем я представлял. Аваддон был нежен, хотя еще в коридоре обещал совсем другое. И я молчаливо благодарила его за эту неожиданную бережность. — Расскажи мне, — потребовал Малек, опуская руки на мои запястья. Сжал их, фиксируя возле лица. — Он горячий… — мой шепот сорвался. Я почти умоляла. Синнер вошел глубже, крадя мой первый ошеломленный вскрик. Теперь понятно, зачем он удерживал мои руки. — …и какой большой… — я замерла, раскрыв рот. Стенки влагалища болезненно заныли, содрогаясь от непривычной полноты. Его гладко выбритая щека прижалась к моей. Мы дышали в унисон, постепенно соединяясь, как части одного пазла. — Какой еще? — Малек остановился, ласково целуя линию челюсти. — Твердый… — я ухватилась за одеяло дрожащими пальцами, находя странное удовольствие в этой ноющей боли. — Расслабься, Одри. Впусти меня глубже. Я повиновалась - выдохнула, расслабляя натянутые до предела мышцы. Он двигался осторожно: медленно выходил и входил снова - ровно на ту глубину, которую я могла принять, подбирая терпимый ритм. Комнату наполнили мои тихие, невинные стоны. — Так хорошо… мне нравится… — я покорно описывала ощущения, пока Малек продолжал «расширять границы». — Ты такая мокрая, Одри… — он отпустил одно запястье, сжал мои волосы на затылке пальцами. — Растягивать тебя - одно удовольствие. Утробный, почти звериный рык сорвался с губ Малека, выдавая жажду близости. — Может… не стоит так глубоко? — взмолилась я, уже готовая кончить от одного лишь проникновения и его непристойных пояснений. В ответ Малек только усмехнулся. Качнув бедрами, он ясно дал понять - пощады ждать не стоит: твердый ствол вошел до самого конца. И на что я надеялась? Неужели забыла, кто передо мной? Вернее - на мне. — Боже! — от неожиданности я вскрикнула. Он был будто в самой матке… нет - уже где-то в животе, граница ощущений стерлась. Я начала брыкаться, скуля от мучений. Свободной рукой упрямо била по подушке, похныкивая. — Малек… я не могу… не могу… прекрати! Мужчина не шелохнулся, продолжая удерживать меня весом своего тела. Только сильнее стиснул мою руку, до хруста сжавшую одеяло. — Я не хочу… не хочу… — я замотала головой, уворачиваясь от его виноватых поцелуев, сыпавшихся на шею. — Потом будешь умолять повторить, — усмехнулся Малек, совершенно не заботясь о моем протесте. Мы даже толком не начали, а я уже тихо умирала от минимум двух десятков сантиметров, терзавших мои внутренности. Я жалобно завыла, когда его бедра наконец плотно уперлись в мои ягодицы. — Запомни это ощущение очень хорошо, Одри. Малек потянул за волосы, отрывая мою голову от подушки. Это было больно. Слишком глубоко. Казалось, я трещу по швам, все еще не веря, что ему удалось во мне уместиться. Но… в этом было и что-то другое. Чувство заполненности - до выступивших в уголках глаз слез - доводило до сладкой неги. — Теперь ты по-настоящему моя, — заключил Малек, не двигаясь. — И это та глубина, на которую я буду входить каждый раз. — Ненавижу, — зло прошипела я. Попыталась вытолкнуть его из себя - и этим только сделала ему приятнее: стенки влагалища плотнее обхватили член. — Наконец-то ты в прекрасном расположении духа, — усмехнулся Малек. — Мы можем приступать к самой интересной части. К сексу. Он откровенно потешался, наконец получив то, о чем грезил все эти годы. Бедра покачивались, не позволяя узким стенкам сомкнуться, а мне - хотя бы на мгновение выдохнуть с облегчением. — Просто отдайся процессу, Одри. Отдайся мне… И тогда все началось. Малек осторожно вышел. Только чтобы войти снова. И снова. И снова. Его голос, влажные после поцелуев губы, запах леса, исходивший от кожи, требовательные прикосновения и плавные толчки - в темноте все смешалось, унося меня куда-то далеко, в мир незнакомого, запретного наслаждения. Малек погружался до самого основания, гладил меня по волосам, пока я скулила, как собачонка, принимая его в себя - именно так, как он и хотел. Комната наполнилась влажными, хлюпающими звуками секса. Толчки становились резче, быстрее. Я сдерживалась изо всех сил, все еще не желая признавать, что Малек был прав: мы даже не закончили, а я уже хотела еще. Несмотря на боль и очевидное несоответствие наших тел, ощущения были фантастическими. В какой-то момент я перестала сопротивляться - и голос сорвался на стон. — Нравится? — Малек ускорился. — Конечно нравится, Одри. Покажи мне, как тебе хорошо. И я застонала громче - с каждым новым толчком все протяжнее. Промежность пульсировала, резво скользя туда-сюда по выпуклым венам. Очередной удар бедер о ягодицы выбивал из меня предыдущий - резкий, хлесткий. Пальцы Малека на моем затылке сжались сильнее, натягивая спутанные пряди. Он шумно дышал мне в висок, полностью сосредоточенный на происходящем. — Опиши… — рвано выдохнул Малек. — В деталях… Он терял контроль - и теперь это льстило мне. — Ты совсем не щадишь меня… — зная, какой эффект произведут мои слова, я нарочно толкнулась навстречу. — Чувствую каждый сантиметр внутри… Я застонала громче, прижимаясь промежностью к его паху. — Черт. — выругался Малек. — Ты кончишь на мой член прямо сейчас. Я прикрыла глаза, полностью отдаваясь заданному ритму. В этой позе я почти не могла двигаться - он брал меня сам. С приоткрытых губ, впитываясь в подушку, стекала слюна. Все, что я могла - принимать это удовольствие. И оно было немыслимым. Если бы я знала раньше, что он способен на такое… возможно, сопротивлялась бы гораздо меньше. Малек отпустил мое запястье - я больше не брыкалась - просунул ладонь под живот и скользнул ниже, между ног. — Ах! Я резко распахнула глаза. Теплые пальцы нашли клитор с первой попытки. — Ма…Малек… Меня затрясло всем телом. Губы раскрылись в беззвучном стоне. Его пальцы творили что-то невероятное - ласкали почти невесомо, в то время как толчки оставались глубокими, быстрыми и неумолимыми. — Не слышу. — Ма-ма… Малек… Малек… Тело перестало слушаться. Он не останавливался - растирал выступившую влагу по разбухшему бугорку. А головка его члена тем временем ударялась в самую нужную, самую чувствительную точку. — Да… да… да-да-да! Я вгрызлась зубами в одеяло, задыхаясь и извиваясь под ним. Оргазм накрыл оглушительной, куда более интенсивной волной, чем все, что я испытывала раньше. Малек продолжал двигаться, пока меня трясло в одной огромной, охватившей все тело судороге. Как только я обмякла, он сорвался следом. Сдавленно простонал, наполняя меня вязким семенем. Я лежала неподвижно, заново учась дышать. В голове не было ни одной беспокоящей меня мысли. Если бы я захотела вспомнить имена друзей сейчас - пришлось бы как следует напрячь мозги. — Ты великолепна, Одри. Малек потянул меня на спину. Я нехотя, вымученно перевернулась, встречая его губы своими. Поцелуй оказался настойчивее, чем я ожидала. Его руки крепко сжали мою талию, не оставляя ни малейшего пространства для отступления. — Это была всего лишь разминка, — прошептал он, охотно спускаясь губами вниз по моей шее. — А теперь я сделаю с тобой то, что обещал. — Погоди… прямо так сразу? — я приподнялась на локтях. Малек неожиданно отстранился, исчезая в темноте. И хотя я не была готова к тому, чтобы меня, как он ранее выразился, драли, - тело предательски откликнулось: внутри всё сжалось, требуя немедленного продолжения. — Ты планировала отделаться от меня за один раз? — послышалась усмешка. Комнату озарил слабый огонек тлеющей спички. Следом загорелась свеча. Я резко подтянула ноги к груди, восклицая от неожиданности. — Нет! Зачем? — я нырнула под одеяло, натянув его до самых глаз. — Потуши…потуши свечу сейчас же! Свет лег мягкими тенями на лицо Малека. Его заинтересованный взгляд был устремлен на меня. — В этот раз я хочу тебя видеть. Малек подался вперед, темной тенью нависая над моей импровизированной крепостью из одеяла. Глаза его отливали опасным блеском - отступать он не собирался. — Я планировала сделать вид, что между нами ничего не было…— я подняла на мужа умоляющие взор, зная, что это так и так не сработает. — Очаровательная тактика, милая. Живешь взрослую жизнь, как дети играют в прятки: если закрыть глаза - можно от всего спрятаться. Но от меня ты не спрячешься. Одеяло, бесцеремонно сорванное, отлетело на край постели. Я не успела ни прикрыться, ни возразить - рука сомкнулась на моей шее, сдавив горло до хриплого кашля. В глазах вспыхнули цветные звездочки. Нельзя было показывать страх. — Что, не отпустило? — я выдавила из себя кривую улыбку. Он выглядел взвинченным. Ненасытным. Я не знала, какие цели преследовал Малек, но нуждаться во мне - в моём теле, в моей ласке - явно не входило в его планы. И всё же в каждом его движении сквозило это противоречие - будто он боролся не со мной, а с самим собой. Он обжёг меня холодом взгляда, резко притянул к себе. Зубами слегка прикусил кожу на щеке, ничего не ответив. — Ты будешь смотреть. Меня бросили на спину, как тряпичную куклу. Я приземлилась на влажные простыни. Малек навис сверху. Его грудь тяжело вздымалась. Ничто и никто не мог вывести его из себя, но у меня это, похоже, получалось с пугающей лёгкостью. Злая шутка про кого-то из моих коллег отчаянно просилась наружу, но такой смелостью я, увы, не обладала. Как и отменной растяжкой, но Малека это не заботило: согнув мои ноги в коленях, он широко развёл их в стороны, прижимая к кровати. Хищно оглядел открывшийся вид разбухшей после секса промежности. — Малек… — Ты вся красная… до сих пор меня смущаешься? Его кулаки вдавились в матрас по обе стороны от моего лица. Щёки загорели пуще прежнего. Мой взгляд опасливо скользнул по его взмокшему лбу, задержался на обцелованных губах и торопливо пополз вниз, по ровной линии пресса, чтобы наконец узреть то, что меня так заинтересовало. Я боялась, что убедившись собственными глазами в размере, уже никогда не отважусь ощутить его в себе снова. Малек проследил за моим шальным взглядом. Усмехнулся. — Смотри, Одри. Смотри. Он вошёл одним резким, глубоким толчком, сразу задавая ритм. Тело пронзила знакомая боль, но вслед за ней пришло другое, новое чувство, разлившееся по низу живота: блаженство. Я невольно следила, как член полностью скрывается внутри тугих стенок и так же быстро покидает их, чтобы взять размах для нового удара бедрами. Уже после первого толчка он стал мокрым, переливаясь от смазки в тускло озаренной комнате. Это зрелище гипнотизировало - лишало мыслей, оставляя только ощущение происходящего. С губ срывались стоны - один за другим, в такт его движениям. Наблюдать за тем, как тобой овладевают, оказалось очень необычно и…возбуждающе. Малек больше не сдерживался, не думал обо мне - он брал. Жёстко, резко, без намёка на нежность, с каждым движением ускоряясь. Стоило моим глазам закатиться, а голове откинуться на подушку, как его внимание снова вернулось к моей персоне. — Я сказал - смотри. Малек придавил мое горло одной рукой, увеличивая темп. Я захлебнулась воздухом и завыла, не в силах справиться с нахлынувшими ощущениями. Всё внутри натягивалось до предела. Если в его планы входило разорвать меня – то именно к такому финалу мы и близились. — Малек… прошу… Его образ начал расплываться перед глазами, в то время как пальцы сильнее впились в кожу под челюстью. Он был сам не свой. — Не смей закрывать глаза, Одри. Из последних сил я упёрлась ладонями в грудь Малека, привлекая его внимание. Страстные шлепки наших тел, перемешанные с удушением, отзывались вибрацией где-то глубоко в животе - там, куда он вбивался. Мне нравилось смотреть, как Малек делает это со мной. Разум полностью отключился, уступив место телу и его грубой власти. Боль всё ещё ощущалась и с каждым проникновением только усиливалась. Несмотря ни на что, заниматься сексом без защиты оказалось куда приятнее - я чувствовала его тепло, влагу, текстуру кожи, а он - меня. И, судя по плотно сжатым губам и векам, сдерживал стоны силой воли. — Мне этого мало, — вдруг сказал он. Я не успела сориентироваться - Малек уже оказался подо мной, а я - прижатая к его мокрой груди — сверху. Мало? Ему мало того, что он со мной вытворяет? — Я возьму тебя ещё раз, когда мы закончим, — произнёс он, не оставляя места возражениям. Впился в меня влажным поцелуем. Язык исследовал каждый уголок рта, вступив в неравный бой с моим. Ладонью Малек крепко обхватил член у основания, направил его под нужным углом и вошёл. В этой позе мне тоже не было позволено двигаться или как-либо проявлять себя: стиснув мои рёбра руками, Малек вдавил мою хрупкую фигуру в свою грудную клетку. Он полностью доминировал надо мной - не спрашивал разрешения, а ставил перед фактом. Сейчас такой порядок вещей меня устраивал: я была стеснительной и совсем неопытной в теме секса. Малек делал мне приятно - с ним я кончала - а значит, я наивно думала, что совсем скоро он насытится и прекратит вести себя как похотливое, необузданное животное. Но не сегодня. Как только мы сменили позу, кровать жалобно заскрипела, ударяясь о стену. Ритм достиг предела - Малек бился о мои ягодицы, мощно и безжалостно работая бёдрами. Поцелуи прерывались, губы соскальзывали друг с друга, а я… я кричала во весь голос. Малек и не думал останавливаться - за одну секунду его член успевал толкнуться во мне трижды. Его руки беспорядочно трогали меня - мяли, сжимали, шлёпали, гладили. Делали всё сразу, а губы продолжали целовать. Если это вообще можно было назвать поцелуями - скорее борьба, жадная и голодная, будто мы пытались поглотить друг друга. — Я… я сейчас… Уже знакомое покалывание внизу живота сообщило о надвигающемся оргазме. Малек понял без слов - хищно улыбнулся сквозь поцелуй, не сбивая заданного ритма. Первыми задрожали губы - я сдавленно замычала. Потом - колени: затряслись, как после долгой тренировки, плотно сжимая его бока. Дальше - руки, перебиравшие взмокшие пряди его волос. А затем волна прошлась по всему телу разом, рассыпая меня на миллионы искр. Из глаз брызнули слёзы. Когда-то я читала об этом в журнале: мощный всплеск гормонов способен довести женщину до физической и эмоциональной разрядки одновременно. Малек больше не сдерживался: когда я достигла пика, он сразу же кончил. В этот раз он изливался в меня дольше - несколькими горячими волнами, ещё обильнее, чем прежде. Наши лбы столкнулись. Кончиком языка Малек поймал влажную дорожку на щеке и осушил её. — У меня всё болит, — пожаловалась я, распластавшись на широкой груди. — Тебе это было нужно. Малек лениво улыбнулся, играя с моими волосами. — Мне? — язык заплетался, но я всё равно фыркнула. — Кажется, это тебе должно было стать легче. Интересно, как скоро его поведение изменится вновь? — Я тоже на это надеялся. Было странно лежать вот так - обниматься, целоваться - как пара влюблённых, новоиспечённых молодожёнов. Я задержалась ещё на пару секунд и, когда Малек потянулся за поцелуем, выскользнула из его объятий. — Я пойду в душ. — Я ещё с тобой не закончил. Стоило мне сесть, как я тут же вскочила на ноги, прикладывая ладонь к промежности. На пальцах остались розоватые выделения. — Что такое? — Малек встрепенулся. — Я перестарался? — Я… думаю, на сегодня хватит. Сидеть я не могу. — Одри… я не хотел. Аваддон виновато нахмурился, наблюдая, как я перемещаюсь по комнате. — Давай… давай просто… — Сделаем вид, что ничего не было? — он поднял бровь, уже догадавшись, к чему я клоню. — Да. Именно так.