Часть 30

Глава 30. Добро пожаловать всем желающим

Шуансю сидела рядом с Шэнь Юем и могла ясно видеть полное надежды и сияющее лицо Лу Маньмань. Но она не могла видеть ни выражения лица Шэнь Юя, ни его взгляда, которым он смотрел на Лу Маньмань. Скорее всего, он будет очень нежным. «Шэнь Юй, ты что, не собираешься её поцеловать?» — Юэ Цзыфэн практически силой хотел заставить её опустить голову. «Ты вообще на такое способен?» «Притворяешься невинным». Шэнь Юй слабо улыбнулся в ответ на поддразнивания друзей и наклонился к Лу Маньмань. Шуансюй в это время опустила глаза, не желая смотреть на эту сцену. Она уставилась в пол, словно почувствовала, как корабль слегка покачивается на волнах. Но этого не должно было быть: яхта была такой большой и устойчивой. Хэ Тинчжоу взглянул на неё, но она была погружена в свои мысли и не замечала его скучающего выражения лица. «Кто тут пиковый туз? А ну, выходи, даже не думай прятаться!» Крик Юэ Цзыфэна вывел её из оцепенения. Подняв глаза, она поняла, что игра уже перешла в следующий раунд и все ищут нового неудачника. Шуансюй поймала на себе взгляд с другого конца стола. Сун Леян многозначительно посмотрела на неё и показала ей Джокера. «Я король», — сказала Сун Леян, глядя на неё. «Туз пики, шаг вперёд». Шуансюй что-то почувствовала и потянулась за своей картой, нащупав на обратной стороне небольшую складку. Это была отметка, которую кто-то сделал. Юэ Цзыфэн искал повсюду, но не мог найти. Он посмотрел на последнюю оставшуюся карту: "Малышка Шуансю, может быть, это ты?" Шуансю перевернула свою карту; это действительно был Пиковый туз. Самодовольство Сун Леян было очевидным, когда она повторила задание: "Выбери человека слева или справа от тебя и передай карточку ртом". Шумная сцена внезапно смолкла, все взгляды обратились к Шуан Сюю. Шэнь Юй сидел слева от неё, а Хэ Тинчжоу — справа. Сун Лэянь намеренно пыталась поставить Шуан Сю в неловкое положение. Они передавали карту друг другу губами, плотно сжатыми через тонкую карточку, и это было почти так же интимно, как настоящий поцелуй. Она знала, что Шуан Сюю нравится Шэнь Юй, но осмелилась бы она подойти к нему? Если бы она выбрала Хэ Тинчжоу — все знали характер этого молодого господина из семьи Хэ; он бы даже не стал утруждать себя. Если бы Шуан Сю публично отвергли, она была бы крайне унижена. Взгляд Лу Маньмань тоже упал на Шуан Сюй, словно она хотела увидеть, какой выбор сделает девушка. Шуан Сюй невольно сжала пальцы. Тишину нарушил тихий звон — звук упавшего на стол бокала с вином. Выражение лица Шэнь Юя было совершенно безразличным, а голос — лишённым эмоций: «Уже поздно, давай на этом закончим». Юэ Цзыфэн усмехнулся: «Ладно, мне нужно принять горячий душ, иначе я простужусь». Сун Леян не могла оставить это без внимания: «Все остальные играли, почему она не может? Передавать карты не так уж и неразумно, верно? Ты просто кормил эту хорошенькую девушку виноградом, передавая его изо рта в рот. Если ты не можешь с этим справиться, зачем вообще играть в игры?» Юэ Цзыфэн подавился. «Всё в порядке», — сказала Шуан Сюй. Чжэн Цзюйэ покрутил бокал с вином в руке и с полуулыбкой на лице вмешался: «Почему бы тебе не выбрать меня? Я буду рад это сделать». Она скорее выберет свинью, чем этого негодяя Чжэн Цзюйэ. Шуан Сю взяла игральную карту, прикусила её зубами и повернулась направо. Она подумала про себя, что её репутация жабы, вероятно, вот-вот закрепится за ней. Сун Лэянь уже собиралась поправить её, сказав, что карты передаются по-другому, когда Шэнь Юй окинул её взглядом. Взгляд был довольно холодным, и она закрыла рот. Хэ Тинчжоу неподвижно откинулся на спинку дивана с безучастным выражением лица. Шуан Сюй придвинулась к нему ближе, но он холодно наблюдал за её действиями, не проявляя намерения ответить взаимностью. В его узких, проницательных чёрных глазах читалось лишь безразличие. Подобно стороннему наблюдателю, который смотрит пьесу, не имеющую к нему никакого отношения, она была публично унижена и оказалась перед дилеммой. Её напускное спокойствие выдавало внутреннее беспокойство. Она была клоуном на сцене, а он — всего лишь одним из зрителей. Шуан Сю ожидала, что он не предложит ей уйти, но не ожидала такой холодности и унижения. Она никогда раньше не делала ничего подобного. Под пристальными взглядами множества глаз она чувствовала, что Сун Леян злорадствует, и знала, что Шэнь Юй наблюдает за ней. Её лицо покраснело, но не от смущения, а от неловкости. Ладно, пусть будет так. Все это видели. Хэ Тинчжоу не хотела сотрудничать, и дело было не в том, что она не могла понять шутку, и не в том, что она всё ещё испытывала чувства к Шэнь Юю. Не успела она сделать шаг назад, как Хэ Тинчжоу схватил её за талию и притянул к себе. Шуан Сюй была застигнута врасплох и упала в его объятия. Не успела она опомниться, как Хэ Тинчжоу притянул её к себе, опустил голову под её удивлённый взгляд и прикусил зубами край игральной карты. В этот момент Шуан Сюй почти почувствовала, как его дыхание переплетается с её дыханием. Его нос едва коснулся её носа, почти незаметно, как будто это была иллюзия. Её щёки вспыхнули. Шуан Сюй поняла, что не может дышать. Она увидела ресницы Хэ Тинчжоу; они оказались неожиданно длинными. Эти тонкие, безразличные веки внезапно поднялись, и она, застигнутая врасплох, встретилась взглядом с тёмными, глубокими зрачками Хэ Тинчжоу. Её сердце ёкнуло. Она почти ощущала тепло тела Хэ Тинчжоу. Он обнял её за талию, и слабый аромат сосны и кедра, исходивший от него, окутал её, словно лёгкий туман. На мгновение на всём корабле воцарилась тишина, нарушаемая лишь плеском волн о корпус. Стакан с грохотом упал на пол и разбился. Этот звук напугал Шуансю, и она быстро вырвалась из объятий Хэ Тинчжоу. Хэ Тинчжоу повернул голову, выплюнул карты и откинулся на спинку дивана. Лу Маньмань тоже была удивлена. Эта кузен, с которым она с детства не осмеливалась сблизиться, на самом деле играла с Шуансю. Но потом она подумала, что, наверное, все мужчины такие — они никогда не отвергают проявления симпатии. Она снова перевела взгляд на Шэнь Юя; выражение его лица было, как обычно, невозмутимым. Но её взгляд случайно упал на его руку, лежавшую на подлокотнике дивана, и она заметила, что его костяшки напряжены.