8. Инвестиция в месть

      Кристина проснулась днём пятницы, наконец полностью выспавшись после двух дней бодрствования. Ронни мирно спала, отвернувшись лицом к стене, глядя на это, можно было бы умилиться, но не сегодня. Когда девушка отошла ото сна – задумалась, а точно ли подруга говорила правду? Может она и об этом солгала? О компромате, шантаже, селфхарме. Чем больше Крис думала, тем больше начинала параноить. Вполне вероятно та могла держать образ до конца, чтобы не провалиться. Это пугало, очень. Она больше не может ей верить, кажется, вообще никому, кроме себя. Её снова бросили во тьму, из которой приходится выбираться самостоятельно.       Хотя бы погода сегодня радует, на улице солнечно и тепло. Желания оставаться дома нет никакого, поэтому было принято решение прогуляться... В никуда, просто бесцельно ходить и думать. После сна разум начал трезветь и работать куда лучше, ужас и сожаление отошли на второй план, уступая место сомнениям и недоверию. Стало понятно, почему объектом для спора стала именно она – приехала одна в абсолютно новый город и институт, а её «святость», что не более, чем хорошее воспитание, так и манит плохих парней.       — Господи, как в тупой драме, — пробубнила себе под нос. — Ещё и так тупо перед этой Агатой появилась, как сумасшедшая.       Вспомнив о ней, задумалась. Что если Агата тоже с ними заодно? Её посоветовала Ронни, которой она теперь не доверяет, вполне возможно, что это была командная работа для того, чтобы получить ещё больше информации.       — И что мне делать?       Много вопросов, мало ответов, под подозрение теперь попадает абсолютно каждый. Сегодня остаётся лишь нервничать перед встречей, заниматься учёбой и надеяться на лучшее.       Ещё немного погуляв она вернулась домой, где подруга уже проснулась. Весь оставшийся день Кристина разгребала долги, которые накопились за её отсутствие, с Ронни почти не общались.       Суббота. Эверли едва проснулась, в разбитом состоянии. Всю ночь ей снился бред и кошмары об этой четвёрке, которую, кажется, скоро начнёт бояться как огня. Самой безобидной пока что выглядит Агата, но именно это и пугает, кто знает, какие черти там водятся.       Чтобы унять снова накрывающую паранойю, девушка выпила лёгкое успокоительное и принялась собираться. Нужно выглядеть хотя бы по-человечески, а не так, будто та сбежала из пещеры, поэтому после мытья волос она решила сделать плотный макияж, скрыть круги под глазами и добавить лицу жизни. А то как поганка выглядишь. В одежде выбор пал на чёрные джинсы, майку и клетчатую рубашку чёрно-серых тонов. Пока та одевалась, вспомнила кино с Алексом. Тогда её вид напоминал ангела из-за светлого и красивого платья, сейчас же практически всё чёрное. Выходит, ангел пал. И ударился о реальность Чикаго.       Идти на встречу было... Напряжённо. Крис не знала, кто в итоге окажется перед ней, человек, что хочет помочь или такая же элитная гниль. Придя в кафе недалеко от кампуса, она выискивала рыжее каре – единственное, что запомнилось очень хорошо. Заметив её потерянной у входа, Агата помахала рукой, привлекая внимание, людей внутри сегодня больше, чем ожидалось.       — Привет, как ты? — поздоровалась девушка, мягко улыбаясь. Выглядела шикарно: юбка-карандаш подчеркивала бёдра, а блузка с ожерельем на шее дополняли образ, делая схожей с бизнес-леди. На её фоне Кристина кажется бунтующим подростком с бзиком на готике.       — Привет, неплохо, но могло быть и лучше, — кисло ответила она, зажимаясь от напряжения внутри.       — Что ж, о чём именно ты хотела поговорить?       — Ронни сказала, что ты можешь помочь.       — Помочь? — Миллер, с ноткой скепсиса, слегка подняла брови. — Помощь – это благотворительность, я предпочитаю инвестиции, а в данном случае инвестировать в месть. Зная Феликса, он тот ещё подонок, и если ты мне дашь возможность превратить его жизнь в хаос... Считай мы договорились.       Тешила мысль, что кто-то думает о нём так же, но нет уверенности, что это правда.       — Я бы хотела сначала узнать о нём и ваших отношениях, — Эверли старалась обрести уверенный вид, хотя получалось немного коряво.       — Хорошо. Мы познакомились в последних классах, — начала девушка, — он учился в самом крутом лицее, я в хорошей школе. Пересеклись на олимпиаде, разобщались. Они с Алексом начали проявлять ко мне нешуточное внимание, позже мы сблизились и с Ронни. Для меня это было в новинку, поэтому я купалась в их внимании ничего не подозревая. А потом Ронни мне призналась, что они на меня спорят. Было обидно? Да, определённо. Я высказала им всё в лицо и исчезла, везде заблокировала, игнорировала. Прошло немного времени, у Феликса, видимо, — Агата закатила глаза, — проснулась совесть, он начал за мной бегать, извиняться, говорить, что влюбился. Сначала не верила, а потом как дурочка сама начала влюбляться. Отношения были не скажу, что прям классные, но плохо не было, пока мы не поссорились. Этому придурку, как оказалось, стало со мной скучно и он решил снова спорить на какую-то девочку. Я его публично унизила и с концами ушла. Отходить от него пришлось долго.       Девушка постучала ложкой по краю чашки, размешав сахар и завершив рассказ, без чая этот разговор невозможен.       — Значит спорами Форест занимается достаточно давно, — больше для себя подытожила Крис. — Что насчёт Ронни? Ты сказала, вы с ней сблизились, выходит они были знакомы до тебя?       — Да, эта девочка ходила за ними как тень, а сама троица знакома со средней школы, когда Ронни перевели в лицей. Она рассказывала мне, что раньше Феликс был нормальным, хорошо ко всем относился, особенно к девушкам, но потом что-то произошло и он начал меняться в худшую сторону.       Вот что её на секунду поразило, так это то, что парень был нормальным. Само по себе явление неудивительно, «злодеями не рождаются – злодеями становятся», однако «нормальность», о которой говорит Агата и то, с чем столкнулась Кристина, сильно отличается.       — А что именно?       — Не знаю, я пыталась у неё выяснить – не сказала, мне кажется, даже под дулом пистолета не скажет.       — Понятно, — немного разочарованно выдохнула девушка. — Хорошо, тогда... Что ты можешь сказать о шантаже?       — Шантаже? — удивлённо переспросила Миллер, отвлекаясь от новой чашки чая.       — Да, Ронни мне рассказала, что Форест её постоянно шантажирует одним видео, из-за чего ей приходится за ним бегать, чтобы её не исключили.       Для Эверли услышать подтверждение этого было важнее всего.       — Насчёт шантажа слышу впервые, — сердце Крис пропустило удар. — Да, когда мы встречались, он уже был помешан на контроле, спор стал для него способом доказать, что он лучше всех, но до шантажа не опускался, — на её лице были разные эмоции, которые смешивались в одну. Удивление, непонимание. — Хотя, это вполне в его стиле, видимо, безнаказанность совсем сорвала ему голову. Но если Ронни говорит про шантаж, то я ей верю, однажды застала момент, когда Феликс на неё кричал, а она как котёнок вжималась в стену.       Кристина не получила чёткий ответ на свой вопрос, однако поняла, что подруга стала жертвой обстоятельств, возможно та действительно говорила правду.       — Почему тогда не ушла сразу? — с искренним непониманием поинтересовалась девушка.       — Пыталась образумить его, — кратко ответила Агата. — Пыталась вернуть того хорошего мальчика, которого знала. Видимо, чем больше она старалась, тем больше подсаживалась на крючок. От таких людей сложно уйти, когда находишься рядом дольше, чем нужно.       — Да, это точно, — Крис устало спрятала лицо в руках. Совсем не этого хотелось, при поступлении в Чикаго. — Осталось решить, что делать.       — Феликс ненавидит, когда не может чем-то, или кем-то полностью завладеть и когда ситуация не под его контролем. Тебе нужно перестать быть вседоступной мышкой, лицо у тебя хорошенькое, но взгляд побитой собаки, мы это исправим, смотри...       Она начала выстраивать сложные схемы, говорить где стать мягче, а где – непробиваемой. Что нужно поправить, где измениться. Агата выглядела уверенной, даже слишком, и план поначалу выглядел хорошо, однако чем больше та говорила, тем больше начинало казаться, что её очередной раз пытаются засунуть в клетку. В ушах начало шуметь, а внутри просыпалась злость. «Ещё одна... Ронни продала, парни купили, а эта пытается мной управлять». Что у них за мания управлять её жизнью?       — Нет, хватит, — резко оборвала Эверли на полуслове, заставляя девушку напротив заткнуться и удивлённо поднять брови. — Твои схемы слишком сложные и долгие. Если ты хочешь «инвестировать» в мою месть, тогда сделаем это проще, — сделав глубокий вдох, посмотрела в глаза, полна решимости и каплей безумия. — Мы сделаем вид, что начали близко общаться, максимально близко. Чтобы это было у всех на виду. Чтобы он не понимал, что между нами происходит и какого вообще хрена его цель и бывшая связались. Это выбьет Фореста из колеи проще и быстрее, потому он считает себя пупом земли. Ронни – его тень, ты – прошлое, я – очередная игрушка, он думает, что контролирует нас, но если увидит вместе – подавится собственным контролем как нехрен делать. Мы будем мозолить ему глаза, а она давать фейковую информацию и возможно натравливать друг на друга. Тогда у нас получится отомстить, за тебя, меня... Даже Ронни, какой бы идиоткой та ни была.       Кристина выдохнула, заканчивая объяснять свой план, и пока она говорила, Агата шокированно смотрела на неё, а после пару минут переваривала сказанное.       — А ты... Жёстче, чем кажется, мне нравится, тут и моя идея недоступности неплохо впишется, — девушка улыбнулась. — Хорошо, я согласна, давай тогда для начала сравним наши расписания, чтобы найти подходящее время.       Эверли улыбнулась в ответ, сама от себя не ожидавшая такого. Ещё некоторое время они доводили план до идеала, когда же тот был готов – просто разговаривали, узнавая друг друга ближе.       Проведя вместе два часа, девушки, договорившись обо всём, разошлись. Ей понадобилось ещё время, чтобы переварить встречу и понять, во что она вообще ввязалась. Но пути назад нет, придётся идти до конца. Не прошло и пяти минут, как позвонил отец. После того, как узнал о споре, он начал звонить и писать чуть ли не при каждой свободной секунде. Это, конечно, мило, хотя порой начинает раздражать.       — Привет, звёздочка, как ты? У тебя всё хорошо?       — Привет, пап, да, у меня всё нормально, прекрати так за меня переживать, — ответила та, специально выделяя «всё» и «так».       — Кристина Эверли, — строго начал мужчина, — я твой отец, естественно я буду переживать, на тебя спорят два не самых адекватных человека, кто знает, что вообще у них в голове. Может они тебя изнасилуют?       — Пап, ну что за бред? Какое изнасилуют? — раздражённо цокнула девушка, параллельно пиная маленькие камушки на дороге.       — Такое, Крис! — он начал злиться. — Ты не знаешь, что в их больных головах!       — Пап! Послушай, пожалуйста, я правда ценю то, что ты за меня волнуешься, не у всех детей такие хорошие отцы, но сейчас ты начинаешь намного перегибать. Я взрослая девочка, и должна научиться решать свои проблемы самостоятельно. Со мной всё будет хорошо, правда.       Она половину времени пряталась за папиной спиной, когда появлялась проблема чуть больше, чем криво нарисованный чертёж, чаще всего – по его инициативе. И это начало негативно на ней сказываться, так или иначе. Пора прекращать быть мямлей.       — Не все проблемы можно решить самостоятельно, иногда любящий отец должен сам втолковать ребёнку, что его поведение ненормально.       — Это не тот случай, — разочарованно вздохнула Кристина. — Они влиятельные люди, пап, и тут скорее они тебе втолкуют, где твоё место, чем ты их сыночку. Не надо, правда, иначе к моим проблемам добавятся ещё и твои, оно тебе надо?       Эверли не могла допустить, чтобы Лиам хоть как-то ей помогал, иначе весь её план пойдет коту под хвост.       — Ты уверена, что справишься? Знай, я всегда могу подстраховать.       — Знаю, и да, я справлюсь. Пора вылезти из норы и показать, что я тоже умею кусаться.       — Хорошо, буду надеяться, что всё будет нормально.       Мужчину снова позвали, поэтому он быстро попрощался с дочерью, пообещав звонок вечером.       — Иногда ты такой несносный. Но я тебя люблю.       Проговорила себе под нос, смотря на уже выключенный телефон. Нормально точно не будет. Весь этот план сплошной риск и неизвестно, сработает ли вообще. Она хочет верить, что да, однако нужно смотреть правде в глаза – план может провалиться. Ещё одной задачей стало посвятить в него Ронни так, чтобы та не сболтнула лишнего, чем Кристина займётся придя домой. Ей сложно сейчас простить подругу, но она будет мстить тому, кто превратил её в тень.       Вернувшись домой, Эверли застала Ронни выходящей из ванны, на секунду сердце сжалось. После сна внешне выглядит лучше, хотя по прежнему плохо. Хейл тихо поздоровалась и села на кровать с ноутбуком. Немного помявшись, Крис села напротив:       — Хочешь получить прощение? — спросила она достаточно холодно, словно делает одолжение.       — Хочу, — оживилась девушка.       — Тогда ты должна перейти на их сторону.       — Что? — тихо переспросила она, впадая в искренний шок.       — Скажи им, что мы сильно поссорились и ты переходишь на их сторону.       Всё так же холодно отвечает Кристина, наблюдая за тем, как глаза напротив расширяются ещё больше.       — Что ты задумала, Крис? — волнение и страх начали поглощать ту с головой.       — Месть. — Кратко и по существу. — Ты должна будешь сказать, что за время отсутствия в колледже мы сильно поссорились, но быстро помирились. Но это примирение подействовало только на меня, ты всё ещё обижена, поэтому будешь им помогать в споре. В целом ничего нового, ты продолжишь играть на два фронта, как было и раньше, просто с новой миссией. Я буду давать тебе ложную информацию, которую ты будешь передавать парням.       — Значит я снова выхожу на минное поле, — расстроено выдохнула девушка.       — Ты должна, Ронни. У тебя нет выбора, — ещё больнее бьёт Эверли. — Ты не смогла вправить ему мозги, значит будем вправлять втроём, и твоя задача – быть информатором.       — Втроём? — удивилась Хейл. — Значит моя игра на два фронта не весь план?       — Не весь, но я не буду тебе говорить остальное, чтобы ты ничего не рассказала под давлением, — она подошла к окну.       — Справедливо.       — Я тоже умею играть, и буду это делать по своим правилам.       Оставшееся до понедельника время подруги занимались своими делами и планировали, что Ронни скажет парням в первую очередь.       Утро новой недели оказалось даже лучше, чем ожидалось, Кристина проснулась воодушевлённой, хотя страх провала всё ещё присутствовал. Сегодня они начинают операцию по уничтожению Феликса, нужно быть безупречной. Унижение Алекса как бонус. Хочется быть нежной, поэтому девушка решила надеть то самое платье, которое покупала для кино. На всякий случай, чтобы не замёрзнуть, взяла любимую вязаную кофту белого цвета, немного больше обычного размера и, конечно же, нанесла лёгкий, но заметный макияж. Пора ангелу подняться с колен.       — Достаточно невинно? — спросила у Ронни, вертясь перед зеркалом.       — Да, достаточно.       У неё снова сжалось сердце, флешбеки проносятся перед глазами, вызывая липкую неприязнь.       — Отлично, думаю это замылит им взгляд.       Девушка сложила в сумку необходимые вещи и собралась выходить, ведь перед колледжем нужно встретиться с Агатой на территории кампуса. Та тоже выглядела прекрасно, в чёрном облегающем платье. Они ещё раз проговорили свои действия, успокоили Кристину и двинулись на встречу интереснейшим будням.       Ронни на горизонте нет – борется дома со своим страхом, так как ей нужно будет врать Феликсу. Ей в целом не нравится концепция этой игры: Крис сломали и теперь та – нечто холодное и опасное, Феликс – шантажирует. У неё правда нет выбора, но сторона подруги даёт хоть какой-то шанс на искупление.       Колледж встретил их массой, пусть и мимолетных, взглядов. Фальшивое милое общение по пути перешло в действительно милое, как оказалось, у них достаточно общего, помимо одной проблемы.       — Это ещё что за хуйня? — конечно же, их разговор не прошёл мимо той самой проблемы.       — Что? — Алекс посмотрел туда же, перенимая реакцию друга. — Нихрена себе.       — Что эта стерва здесь делает и какого хрена общается с Эверли? Да ещё и так мило.       В его взгляде читались злость, недоумение и... Страх вместе с паранойей. Его бывшая общается с целью, а он даже представить не может, как это вышло.       — Они в аптеке познакомились, пока Крис болела,— Ронни, как истинная тень, появилась сзади тихо и неприметно.       — Ронни, глаз моих отрада, как это вышло?       Форест повернулся, спрашивая чересчур мило, с фирменной улыбкой, что не могло не напугать, ведь взгляд выдаёт абсолютно всё. Они отходят в сторону, чтобы не мешать остальным студентам.       — Что именно?       — Не строй из себя дуру, Хейл, почему ты допустила их общение?       — Откуда мне было знать, что это именно Агата? Я сама узнала только сегодня, — как же страшно ему врать, хочется просто убежать под одеяло и никогда оттуда не выходить. — И, кстати, я перехожу на вашу сторону.       Его удивлённое лицо нужно было видеть, ещё немного и глаза из орбит выпадут. Почти сразу же натянутая улыбка ослабла, превращаясь в искреннюю.       — Объясни?       — Мы поссорились, пока были дома, теперь не общаемся уже второй день.       — Интересно, — заинтригованный парень подошёл ближе, — и как она сейчас?       — Состояние? Разбитое, мы много чего наговорили, поэтому ей сейчас плохо.       — Прекрасно, — довольно произнёс Форест, снова обретая настроение хищника. — Значит она осталась одна? Без своей подружки?       — Ну, как видишь, не совсем одна, — подал голос Алекс, что всё это время молча наблюдал и нервно крутил зажигалку. — Посмотри, они выглядят так, будто знают какой-то секрет. И, судя по всему, этот секрет – ты, Феликс.       Парень снова переключился на Хейл, хватая за запястье.       — Значит слушай меня сюда, раз ты снова с нами, то должна выяснить, о чём эта рыжая говорит с Эверли. Если она решит вспомнить прошлое... — на его лице промелькнула ярость. — Сделай так, чтобы их общение закончилось быстрее, чем она успеет ей что-то ляпнуть.       — Я постараюсь, — недовольно выдернула руку, потирая запястье.       — Не постараюсь, Ронни, а сделаю.       Он выпрямился, поправил пиджак и двинулся в сторону девушек. Алекс бросил на неё странный, нечитаемый взгляд, после догоняя друга. Кристина заметила их первой. Она не дрогнула, не замялась, наоборот, расправила плечи и на её лице появилась невинная, почти ангельская улыбка, которую пришлось долго репетировать перед зеркалом.       Игра началась, Феликс. И если судить по полумесяцам на ладонях, ты уже проебал этот раунд.