Часть 2

— Хелен! Проснись! От этого отчаянного возгласа я вздрагиваю и чуть не падаю со стула. Звонкий голос Уилла отдаётся в ушах. Я оглядываюсь по сторонам, но замечаю, что брат по-прежнему стоит с остальными выпускниками. С ним рядом Макс, Дастин, Лукас и Майк. Ребята смеются и дурачатся, окрылённые атмосферой этого дня. Стив аккуратно касается моего плеча. Глаза искрятся весельем. — Милая, вставай, — тихонько смеётся он. — Ты та ещё соня. Нежная улыбка не сходит с его лица, а я начинаю думать, что потихоньку схожу с ума. Я уверена, что слышала голос младшего брата! — Что?! — Замираю я. Его глаза светятся пока он притягивает меня к себе. — Говорю, что моя девушка — та ещё соня, — лёгонько щёлкает он меня по носу и хихикает. — Заснуть в середине мероприятия под бой барабанов? Не думал, что такое вообще возможно, — дразнит он меня. Я смотрю на него в полном недоумении. Горло персыхает, и я почти готова отдаться легкой панике. Звуки торжества начинают затихать, выпускники потихоньку расходятся, и я вижу, как мама и Хоппер подходят к Уиллу, чтобы поздравить с окончанием школы. Я тоже должна, но практически застываю из-за произошедшего минуту назад. — Подожди, ты хочешь сказать, что это ты меня звал? Но... — Конечно, а кто ещё? — хмурится он. На его лице играет тревога и волнение, пока я безуспешно пытаюсь прийти в себя. — Милая, с тобой точно всё хорошо? Он всегда замечал малейшие перемены во мне. Даже когда я сама боялась признать, что ему есть до меня дело. До сих пор помню то утро, когда пропал Уилл. Пока я шла по школьным коридорам и клеила объявления о пропаже, мне казалось, что привычного мира больше не существует. И именно Стив стал тем, кто заметил моё состояние. Когда его друзья разошлись, от короля Hawkins High не осталось и следа. Он просто молча взял листовки и помог разместить их дальше. Мы даже парой слов тогда не обмолвились. Просто действовали сообща. Именно поэтому моё враньё сейчас звучит совсем неубедительно. — Д-да, — неуверенно отвечаю я. Я не скажу ему ни слова — лишние переживания ему ни к чему. Стоит мне сказать, что с самого утра мне что-то мерещится, он бросит всё и начнёт разбираться. А к допросу с пристрастием в день выпускного своего брата я что-то не особо готова. Тем более учитывая предстоящий вечер в Энцо. Естественно, Стива мои слова не убеждают: — Солнышко, перестань. Мне ты можешь сказать, что происходит. Он смотрит на меня такими тёплыми и любящими глазами, что мне хочется спрятаться в его объятиях и тут же рассказать обо всём. Но вместо этого я выдыхаю и говорю: — Я расскажу. Правда. Но не сегодня, — медленно беру я его за руку и переплетаю наши пальцы. — Завтра, пока мы едем к нам домой, я расскажу всё от начала и до конца. Но не сейчас. Этот день должен принадлежать Уиллу. Пусть он спокойно отпразднует выпуск. А нас ждёт романтический вечер в Энцо. Мои умоляющие глаза действуют на него безотказно. Хотя я вижу, что он немного сомневается, всё-таки кивает, не спуская с меня обеспокоенного взгляда. Я быстро чмокаю его в щеку, собираюсь с мыслями, и мы всё-таки идём к остальным. Когда мы со Стивом подходим ближе, наши друзья уже во всю обсуждают предстоящие перемены. Крам уха слышу, что Дастин собирается в научный лагерь вожатым, чтобы встретиться там с Сьюзи, а Макс и Лукас в первый раз собираются пойти в скейт-парк вместе через пару дней. Боюсь представить, сколько шишек набьёт Лукас, и как взвинчена будет Макс к моменту, когда он всё-таки встанет на скейт. Эта картина меня умиляет. У всех из нас есть планы и мечты, которые мы в конце концов можем осуществить. И практически каждый получил свой счастливый конец в этой главе. Тот самый. Правильный и нормальный. При котором никто не страдает, злодей побеждён, а на другом конце радуги обязательно ждёт лепрекон с мешочком золота. Уверена, что даже малышка Оди где-то там найдёт свои три водопада. Получив ударную дозу объятий, наслушавшись большого количества сплетен и в конце концов смахнув пару слезинок, мы все расходимся. Ребята отправляются по домам готовиться к вечеру, чтобы поиграть в D&D, а мы со Стивом топаем к его машине, держась за ручки, как пятиклассники. Мы приезжаем в Энцо как раз вовремя. На часах 17:55, так что наша бронь останется в силе. Через окно машины я смотрю на бархатный коврик у входа и хостес, которая встречает другую пару гостей. Женщина средних лет одета в шёлковое платье, а сверху у неё пушистая шубка. Мужчина держит её под руку. На нём дорогой брендовый костюм и запонки. Глядя на типичных посетителей этого ресторана, я до сих пор не понимаю, почему Стив решил выбрать именно это место для нашего свидания. Выйдя из машины, мы движемся ко входу. Стив нежно берёт меня под локоть, пока мы подходим всё ближе и ближе. Его нервозность буквально ощущается в воздухе, что совсем не вяжется с его обычным спокойствием и уверенностью, которая была в нём ещё во время церемонии выпускников. Видя это, я обнимаю его чуть крепче и глажу по предплечью, чтобы хоть немного его успокоить. От этого простого жеста плечи Стива расслабляются, а я не могу сдержать довольную ухмылку. Наконец заходим внутрь. Хостес ведёт нас к нашему месту, и мы удобно устраиваемся в бархатных креслах. На фоне играет джаз, вокруг нас заняты все места. Парочки увлеченно общаются, несколько дам сидят и сплетничают. Ловлю на себе несколько странных взглядов. Та самая пара, которую я заметила еще у входа, пристально смотрит в нашу сторону. Выжидающе, словно готовится к чему-то. Мотаю головой, чтобы прогнать эти мысли. Ещё прежде чем мои руки коснулись меню, Стив неожиданно выпаливает: — Хочешь что-нибудь выпить? — Выпить? — удивляюсь я. — Ну да... Может, шампанского или вина? — немного неуверенно. Я медленно киваю и беру меню. Взглядом прохожусь по незнакомым названиям и выбираю более-менее простую карбонару. Её, в отличие от всего остального, я хотя бы знаю. В дополнение к ней мы со Стивом решаем всё-таки заказать шампанское. Проходит ещё какое-то время, и к нам подходит официантка. Милая девушка с веснушками и косичками принимает наш заказ и удаляется, оставляя нас со Стивом наедине. — Эм... — начинает разговор Стив. — Милая, ты помнишь наше первое свидание? Перед глазами сразу начинают мелькать воспоминания. В тот день он нервничал так же, как и сейчас. Практически шёпотом спросил, не хочу ли я сходить с ним на пикник, пока мы были ещё на занятиях. А чуть позже вечером он пришёл за мной с полевыми цветами. У тех миниатюрных ромашек и васильков не было ничего общего с изящными и дорогими розами, с которыми обычно видели Нэнси, пока она была со Стивом. Но для меня они казались дороже всего, ведь именно этот букет он собрал для меня сам, а не заказал в цветочном. А пока мы были под звёздным небом, он достал из корзинки для пикника малюсенький розовый термос с какао, которое я практически сразу выпила. После этого он ещё неделю называл меня шоколадной душой. Сейчас это воспоминание кажется таким далёким... Хоть я и помню его как будто это произошло вчера, с того момента прошла целая жизнь. — Конечно, помню, — улыбаюсь я и беру его руку, лежащую на столе. — А что? — Просто... — начинает он, пока его большой палец скользит по костяшкам моей руки. — Именно в тот вечер я понял, что не могу без тебя. Знаю, звучит слащаво, но это правда. Видимо, вместе с тем какао ты забрала и моё сердце. Он ненадолго прерывается, и я вижу, как он пытается подобрать слова. — И знаешь... Каждый следующий день после того свидания я не мог отделаться от мысли... — голос немного затихает. — Что мне мало будет лишь одного такого свидания с тобой. Мало двух, трёх или сотни подобных моментов. Потому что... Он издаёт нервный смешок и сжимает мою руку немного сильнее. — Потому что я хочу гораздо больше... — смотрит мне в глаза. — Хочу большую семью... уютный дом на колёсах и шестерых маленьких Харрингтонов. Возить их на секции, путешествовать по нашей стране вместе на их летних каникулах... Учить их серфить на побережье Калифорнии... — осторожная улыбка появляется на его лице. — Но всё это не будет иметь никакого смысла без тебя. С этими словами он тянется к карману своего пиджака и достаёт маленькую коробочку. При виде неё я замираю, словно весь воздух одним движением вышибли из лёгких. Я смотрю на него в полном шоке, пока он встаёт на одно колено и медленно открывает её. На крохотной подушечке лежит кольцо, которое начинает мерцать и переливаться под мягким светом ресторанных ламп. — Хелен Байерс, ты окажешь мне честь и станешь моей женой? Его глаза искрятся таким обожанием и светом, что при всём желании я бы не могла сказать ему «нет». Поэтому я просто киваю, пока по моим щекам текут первые слёзинки. Улыбка тут же озаряет лицо Стива, когда он встаёт и мягко целует меня, вкладывая в поцелуй всё, что не может сказать словами. Я же притягиваю его к себе ближе за лацканы пиджака и целую в ответ. Моя рука тянется к его волосам и путается в них, пока его руки обвивают мою талию и притягивают ближе. Мы практически забываем, что находимся в помещении не одни, и отстраняемся друг от друга лишь когда в наших лёгких совсем не остаётся воздуха. Наши лбы соприкасаются, и мы тихонько хихикаем, находясь в эйфории от этого момента. Стив нежно берёт мою ладонь, целует тыльную сторону и надевает кольцо на мой палец. До сих пор не могу поверить в происходящее. Ощущение такое, как будто выиграла миллион долларов в лотерею. Хотя, конечно, можно сказать и так, только вот мой выигрыш — не шуршащие бумажки, а этот прекрасный мужчина, который только что решил связать со мной свою жизнь. Остаток вечера проходит в приятной эйфории. Мы едим пасту, пьём шампанское и вспоминаем старые времена. Обсуждаем, какую свадьбу хочет каждый из нас, и я практически готова прибить Стива, когда он десять минут с серьёзным лицом описывает прелести свадьбы в стиле «Назад в будущее» и заявляет, что вместо классического костюма он наденет одежду в стиле Марти МакФлая. Естественно, это оказывается шуткой, но осадок оставляет приличный. Спустя несколько часов Стив отвозит меня домой. Уже завтра я перестану называть его «своим», ведь в моей комнате уже стоят запакованные вещи, которые ждут переезда. Мой будущий муж предлагал сразу поехать к нам, ведь забрать сумки — это простая формальность, но я настояла, чтобы он отвёз меня к маме и Хопперу. Хочется провести последнюю ночь с семьёй прежде, чем я перееду к Стиву. Мы прощаемся, и я, всё ещё окрылённая этим вечером, захожу в дом. Мама и Хопп, как обычно, сидят в гостиной. Звуки старого шоу разносятся практически по всему дому, когда я прохожу дальше и становлюсь у дверного косяка, загадочно улыбаясь. — Ой, детка, как всё прошло? — спрашивает мама. Она выворачивается из объятий Хоппера, чтобы лучше видеть меня, на что он недовольно фыркает. Вместо ответа я лишь подхожу к ним ближе и, опустившись на подлокотник, показываю им руку с кольцом. Мама и Хоп тут же поднимаются с дивана и, ошарашенные, заключают меня в кольцо из их теплых и уверенных рук. — Боже! Я так рада, милая! — восклицает мама. — Стив будет отличным мужем! На эту реплику я лишь краснею и смущаюсь. — Согласен! Поздравляю вас, ребята, — улыбается Джим. Мы с Хоппером не были особо близки, но я видела, как много он сделал для нашей семьи. Смело можно сказать, что он в какой-то степени стал отцом для меня, Уилла, Джона и Эл. При воспоминании о моей сводной сестре сердце лёгонько ёкает, но я лишь позволяю моей семье обнять меня крепче. Уверена, она была бы рада за нас. — А где Уилл? — спрашиваю я. Мама смотрит по сторонам и лишь пожимает плечами. — Наверное, у себя. Я лишь киваю и медленно отстраняюсь. Не хочется покидать объятия близких, но желание рассказать о главном событии этого вечера младшему брату гораздо сильнее. Я оставляю маму с Джимом в гостиной, иду по знакомому коридору и осматриваюсь. На стенах рамки для фотографий со всеми нами. Вот я и Джон на нашем первом Хэллоуине. Мама тогда отпустила нас вместе, и я несколько раз за вечер успела потеряться, чем чуть не довела Джонатана до истерики. На другой фотографии мы с Уиллом сидим с нашими альбомами для рисования. Младший брат практически весь измазался в красках, а я сижу рядом и сосредоточенно учу его рисовать солнышко. На последней фотографии мы все вместе у замка Байерсов. Рука Джона забинтована из-за того, что по ней случайно прошёлся молоток, а я и Уилл гордые стоим рядом и улыбаемся. Непрошеные слёзы накатывают сами собой. Никогда не думала, что перед предстоящим переездом мне будет так грустно. Я безумно люблю Стива и действительно хочу выйти за него замуж, но при мысли о том, что весь дом скоро опустеет и от семьи не останется практически ничего, ком в горле становится физически ощутимым. Наконец дохожу до комнаты Уилла и медленно поворачиваю дверную ручку. — Малыш, ты здесь? Ожидаю увидеть младшего брата за рисованием или погружённым в книгу, но вместо этого он носится по комнате как ошпаренный. На полу валяются вещи, на кровати стоит небольшая дорожная сумка, из которой торчит зубная щётка и пара футболок, а на стуле висит джинсовка. — Ой, привет! — запыхавшись выдаёт Уилл. — Я иду на ночёвку к Майку, но не могу найти свою старую мантию для игры в D&D. — Мантию? — переспрашиваю я. — Ту самую мантию Уилла Премудрого? — Именно! — восклицает брат. — Дастин, Лукас и Макс тоже остаются у него, и мы решили провести последнюю партию перед тем, как разъехаться по новым городам. Я вижу грусть в его глазах и тяну его присесть на кровать. — Хей, всё хорошо. Вы по-прежнему будете видеться. Выпуск из школы ничего не изменит. Тем более вы с Майком вообще едете вместе, — улыбаюсь я и притягиваю брата ближе, закидывая руку ему на плечо. — Уверена, вы будете так же общаться между собой, как и раньше. На это он лишь выдыхает и нервно смеётся. — Надеюсь. Будет глупо потерять друг друга вот так. Я понимаю его опасения. Чёрт возьми, я сама две минуты назад стояла в нашем коридоре и плакала от приступа внезапной ностальгии. Поэтому лишь сильнее стискиваю Уилла в объятиях и говорю: — Не потеряете. Мой голос немного дрожит, но хочется, чтобы у брата было хорошее начало взрослой жизни. Да, он давно не ребёнок, и после пройденного в Изнанке сложно поверить, что он по-прежнему надеется на чудо и верит в единорогов. Однако часть меня хочет дать ему надежду, что какие-то хорошие вещи в его жизни останутся навсегда. — Хочешь, я помогу тебе найти твой костюм? — спрашиваю я, пытаясь перевести тему. Он кивает и встаёт, продвигаясь через груду вещей. — Мантию и шапку должны были быть где-то здесь, но я нигде их не вижу. Я внимательно осматриваю шкаф и ставлю стул рядом. Осторожно забираюсь, встаю на него и изучаю полку повыше со всем её содержимым, пока Уилл приподнимает складную кровать и изучает нишу внутри. На верхней полке шкафа валяются старые комиксы, скетчбуки и фигурки для игры в D&D. Уже готова спуститься вниз и искать вместе с Уиллом внизу, как вдруг моё внимание привлекает ярко-синий кусок ткани. Не помню ничего из гардероба брата, что было бы такого цвета, поэтому просто тяну за материю, чтобы посмотреть поближе. Когда я достаю ярко-синее нечто, всё внутри меня замирает. Это... мантия. Та самая, которую искал Уилл, только с одним исключением. Я сама помню, как подбирала фиолетовую ткань для неё.