Всё тоже самое, но только по другому

- Сестра. Мягко шевельнув пушистыми ушами, белая некоморфа подняла голову от поблескивающего в тусклом пламени свечей хрустального шара и посмотрела на вошедшего. -Брат. -Опять просматриваешь варианты событий. - Чёрный неко приблизился к миссии и лег рядом на укрытую узорчатым покрывалом постель, уронив голову на плечо сестры. - Ты же знаешь, сколько бы мы не искали, сна - иного мира, где бы Гинру осталась жива просто не существует. -Знаю. - Белая кивнула. - и даже если бы он был, выдернуть её от туда было бы просто не правильно по отношению к той нашей матери и братьям с сёстрами. -Тогда зачем ты раз от раза возвращаешься к этому шару? -Просто наблюдаю за жизнями нас и не нас в других мирах. Надо же мне как-то коротать здесь всю оставшуюся вечность. -Мисси тронула лапой серебристое кольцо ошейника, длинная цепь на котором уходила свернувшимися словно змея кольцами в мрачные глубины подземелья. - Да и тебе тоже. -Тогда позволь присоединиться. -Что ты хочешь увидеть? - Пятая повертела в лапах шар. -Помнишь Восьмой попросил нас присматривать за той полосатой полуморфой. -Мх. Он всё ещё надеется, что она вернётся. - Белая устало вздохнула и нахмурилась. - Восьмой отказывается верить, что душа Гинру рассеялась без остатка и с годами его идеи становятся всё безумнее. На этот раз он увидел сходство в их веснушках. Мы уже смотрели карту её души, её прошлое и настоящее. Это не она. -Быть может в нашем мире девчонка не имеет к ней никакого отношения, но... В других мирах... Быть может там в её душе затерялся хотя бы осколок духа нашей Гинру. -Что ж тогда смотри. Хрустальный шар в белых лапах замерцал, пошёл рябью и в его глубине на миг стало четким и ярким изображение маленькой полосатой некоморфы с необыкновенно чистыми, сияющими, как звезды в зимнюю ночь серебристо - серыми глазами. Проявилось и исчезло в ночь в искристом вихре времён и миров, открывая брату и сестре дверь в совсем иную реальность. *** В этом мире Кетерис так вовремя и не повстречала никого из своей стаи на своём долгом пути на юг. Внешне она оставалась всё такой же: всклокоченная, спутанная полосатая шерсть, смешные большие пятнистые ушки, тот же неизменный зелёный платок на шее и, даже шрамы на теле остались всё те же. Только угас тот необыкновенный звёздный свет в глазах. И только. Но можно ли было назвать эту постепенно обозлившуюся на весь свет в этом мире бродягу той Кет, что брат с сестрой знали в своём. Она была полной копией себя внешне, но совершенно не похожа на их Кет душой. Их Кетерис считала Миндальку близкой подругой, а эта абсолютно равнодушно загрызла золотистую, когда они случайно столкнулись на переправе. Их полосатая искренне любила и заботилась о котятах, особенно о дочери своей танны Веснушке. А эта просто наблюдала, как Веснушка тонет в полынье скованной льдом реки. Даже после долгих скитаний наконец добравшись до юга и наконец отыскав свою мать, Кетерис не бросилась к ней в объятия, даже не блеснула в её серых как зимнее небо глазах слеза долгожданной встречи. Эта Кет разыскала Файру Стрей только для того чтобы отомстить. Эта Кет так и не смогла простить свою мать, за то что когда-то та покинула её. В этом мире полуморфа с ухмылкой стояла над её телом, стирая кровь с когтей своим зелёным платком, который вскоре бросила там же, на перепачканном алыми каплями песке. В этом мире полосатая шла по следам оставленным Безумной Королевой Хассией, и закончила также, в клыках собственной пары, которого однажды довела своей жестокостью и беспринципностью. *** Но в другом сне - мире печальный конец Кет не был предрешён. Танне Смородине удалось удержать свою подругу - мать Кетерис Файру в клане Сестёр. И полуморфа выросла в нём, окружённая другими некоморфами. В начале Кет стала одарённой жрицей, мудрым и верным стражем на границе между людьми и морфами. А вскоре и заняла свой пост преемницы старшей из них. И не напрасно. Всё таки жрица Сияющая Звезда Кетерис Стрей была морфой только на половину. Той частью что досталась ей от матери-человека она понимала людей больше, чем кто-либо из Сестер. Эта жизнь была наполнена любовью и теплом, прекрасной, одной из самых лучших для Кет. *** Чего нельзя было сказать о следующей. Там сероглазая полуморфа так и не смогла выбраться из псарни. Всю свою, наполненную страхом и болью короткую жизнь она сражалась на арене с псами. Пока однажды не пала с прокушенным горлом, из которого капля за каплей вместе с кровью утекала в мокрый и грязный песок её жизнь. Но до последнего в её сияющих словно звезды глазах теплилась надежда, пока полностью не потонула в первых и последних в жизни полосатой некоморфы слезах. *** В каком то мире мать Кетерис Файра так и не смогла отыскать Сестёр. Она растила дочь одна, пытаясь как могла подготовить к миру за стенами безопасного дома своего необычного ребёнка. Но Кет взрослела, и как любую некоморфу её манил дух странствий, манила к свободе та часть что принадлежала морфу отцу. И однажды сероглазая ушла в ночь, чтобы отыскать свой путь в огромном мире. Здесь ей тоже не довелось повстречать свою стаю, но она нашла нечто иное: пару - человека и навсегда осталась с ней, и навсегда отринув в себе ту часть, что когда-то позвала её за собой в леса и горы, города и степи, ту половину своей крови, что принадлежала некоморфам. Спустя годы они вернулись вдвоём к матери Кет. В этом мире Кетерис обрела своё счастье, но иногда всё равно она долгими зимними ночами с тоской смотрела на луну, прислушивалась к голосам собратьев в лесах на склонах гор, но ответить им уже бы никогда бы не смогла. *** Где-то очень далеко над пещерой где охраняли вечный сон своей матери брат с сестрой занимался рассвет нового дня. Медленно угасла в стекле шара последняя история - жизнь, последний сон о других мирах. Утекло сквозь пальцы лап время и пространство. -Столько миров. Столько историй жизней. И не в одной из них. - Белая сестра покачала пушистой головой. - В них нет ни следа, ни осколка души Гинру - Быть может мы видели ещё не всё и не всё миры. -Нет. Тот был последний. Черношкурый брат утешающе лизнул её в плечо. - Но мы можем сказать Восьмому, что хоть где-то Кетерис счастлива. Хоть где-то она проживёт долгую жизнь. Хоть она и не наша сестра, но Восьмой брат привязался к девочке и по-своему переживает за неё. - Я знаю. Иначе он бы не попросил нас иногда присматривать за ней. Вновь замерцал шар Око Миров. Сначала тускло но свет разгорался в нём всё сильнее и сильнее, пока наконец в нём не вспыхнуло отражение чёрно-белого некоморфа, а вместе с ним и не засияла словно ярчайшая звезда душа Кетерис. Наблюдающие всё это время время за Оком Миров брат с сестрой переглянулись. -А вот это уже интересно, Ян. -Да. Я чувствую, что-то изменилось Ин.