Часть 8

      Ледяные капли воды впивались иглами в её кожу. Адель безнадежно выбилась из графика, но не могла заставить себя выйти из душа — только этот холод помогал хоть немного прийти в себя.       Она не спала сутки; ощущение песка в глазах и свинцовой усталости было отвратительным. Весь мир вокруг казался температурным бредом. Будто всё, что произошло с ней за последние двадцать четыре часа, было галлюцинацией, плохой шуткой или, в конце концов, затянувшимся сном. Но проснуться она не могла.       Адель драила кожу жесткой мочалкой до тех пор, пока грудь и живот не покрылись бордовыми пятнами. Ею владел животный страх: а вдруг кто-то заметит в ней эти изменения? Вдруг почувствует его запах на её волосах или каким-то невозможным образом узнает, где касались его руки?       Этот же страх заставил её впопыхах выглаживать новый китель, дважды перешнуровывать берцы и вылететь из комнаты с ещё влажными волосами, затянутыми в тугой пучок, не выпив и стакана воды.       Однако, как оказалось позже, в спешке выживать было проще, чем в давящей тишине собственного кабинета перед стопкой не особо важных бумаг, которые всё же требовали её подписи. «Согласно четвертому параграфу о продовольствии, на склад было принято...»       Девушка перечитывала страницу уже в четвертый раз, пытаясь уловить суть, но воспоминание о тяжести его рук на плечах ложилось удавкой на горло. Адель резко тряхнула головой, будто на щеку села надоедливая муха. «Двадцать четыре бака перловой каши, тридцать два бака ячменной каши...»             Губы горели огнем. Ей казалось, что он всё ещё целует её, а нос щекочет его борода. Пальцы сжали карандаш сильнее, возвращая мысли в русло отчета. «Три тонны питьевой воды, десять тонн технической воды...» «Мне нечего тебе прощать, Адель», — голос Зика в голове прозвучал так оглушающе громко, что она с размаху хлопнула ладонью по столу и уронила на неё голову. — Да ты можешь уже оставить меня в покое? — шёпотом обратилась она к пустоте кабинета.       В выдвижном ящике стола обнаружился портсигар с последней сигариллой. Распахнув окно, Адель села на подоконник и закурила. Позднее утро дышало ей в лицо, а с неба на внутренний дворик начинал накрапывать дождь. На противоположной стороне, под серым брезентом, сидела сгорбившись Пик, что-то читая. Ветер трепал края её длинной юбки и тёмные волосы.       Адель разрешила себе немного времени, чтобы понаблюдать за ней украдкой, будто за маленьким муравьём — это успокаивало. Ровно до тех пор, пока в том же дворике не показалось пятно светлых волос. Косло подавилась дымом, но затушить наполовину скуренную сигариллу не решилась. Зик о чём-то разговаривал с Пик, и Адель пронзило острое, странное желание узнать, о чём именно.

***

— Передай Галлиарду и Брауну, пусть тоже ознакомятся с планом, — Зик передал папку в руки Фингер. — Но это ведь ещё не утверждённый вариант? — она подняла на него взгляд, принимая документы. — Собрания ведь ещё не было. — Сегодня будет. Флот Средневосточного альянса сильно мешает. Никто не готов ждать ещё месяц, пока город сдастся из-за блокады, если появилась возможность закончить войну за один день. — Офицер Косло уже знает? — спросила Пик.       Зик изо всех сил старался удержать взгляд на серой земле, сохраняя лицо максимально безэмоциональным. — При чём здесь офицер Косло?       Пик смотрела на него внимательно, будто специально выискивая хоть один дрогнувший мускул. — Да так... просто...       Девушке хотелось продолжить этот диалог — не столько из профессионального интереса, сколько из желания подтвердить собственные интуитивные догадки. Фингер скользнула взглядом вверх, заметила на третьем этаже силуэт Адель и приветственно помахала рукой, заставив Зика тоже поднять голову.       Он не злился на Адель — скорее на самого себя. За ту вольность и глупость, что разрешил себе пару часов назад. Гнев бурлил в ладонях, а стыд целовал затылок. И у этого стыда были её губы.       Она тяжело вздохнула, но всё же помахала рукой в ответ, чтобы не вызвать лишних подозрений. Не закрывая окна, Адель вернулась за рабочий стол, чувствуя себя кошкой, которую погладили против шерсти.       Работа шла неспешно, скучно и невероятно выматывающе, но покидать стены кабинета ей не хотелось: сама мысль о том, что она наткнется на Йегера где-то в коридоре, вызывала неприятную тревожность. Адель не знала, как они теперь должны существовать в одной плоскости, как работать и как разговаривать, если все слова уже были сказаны.

***

      Этот долгий день наконец подходил к концу. Адель уже собиралась уходить, надевая тёмное гражданское пальто поверх формы. Она ярко представляла, как зайдёт в винную лавку, возьмёт две большие бутылки вина и будет пить в своей кровати до тех пор, пока не заснёт в алкогольном угаре, ни о чём не думая и ничего не вспоминая.       Но топот тяжёлых ботинок в конце коридора заставил её замереть с поясом от пальто в руках. Кто-то бежал, задыхаясь — судя по нарастающему шуму, прямо к её кабинету. Адель зажмурилась и скрестила пальцы на руке. «Только не сюда», — мысленно повторяла она.       Стук в дверь был быстрым и тяжёлым — так обычно стучит посыльный от командования. Издав усталый вздох, Адель почувствовала, как подрагивают пальцы, и скинула пальто с плеч. — Войдите! — крикнула она, вешая его обратно. — Офицер Косло, поступило распоряжение главнокомандующего: провести внеплановое собрание. Ваша явка обязательна! — отчеканил молодой марлиец, прижимая правую руку к виску.       Что ж, её план не видеть сегодня Йегера провалился ещё с самого утра.

***

      Зал командования встретил её духотой и запахом старой бумаги. Длинный дубовый стол, заваленный тактическими картами, казался Адель эшафотом. Она вошла одной из последних и, сверившись с именной табличкой, почувствовала, как сердце пропустило удар.       Её место было прямо напротив него.       Зик уже сидел там. Он даже не поднял головы, когда она отодвинула тяжёлый стул, но Адель заметила, как на секунду замерла его рука, державшая карандаш. Расстояние между ними — не более полутора метров полированного дерева — казалось непреодолимой пропастью и одновременно какой-то больной, интимной близостью. Стоило Адель опустить взгляд, как она увидела его пальцы. Те самые пальцы, чью шершавость она чувствовала на своей спине менее суток назад. Это создавало в голове неприятный диссонанс, от которого хотелось закричать или сильно зажмуриться.       Карты на столе показались ей знакомыми: тот самый железнодорожный узел, что они взяли около двух недель назад, рядом город, а за ним — морской флот Альянса. — Здравия желаю! Настало время заканчивать войну, что длится уже четыре года. Рассмотрите карту, расстеленную перед вами, — поднявшись, начал главнокомандующий. — Обратите внимание на синие отметки.       Чтобы рассмотреть детали, им обоим пришлось склониться к центру стола. Зик слышал звук её дыхания и подметил, как бледная кожа рук Адель покрывается едва заметными красными пятнами от нервозности; как её глаза лихорадочно бегают по карте, пытаясь хоть за что-то зацепиться.       Но это было не страшно. Страшно было то, что он чувствовал запах её волос и подсознательно вдыхал глубже. — Город не сдался за две недели, даже потеряв доступ к питьевой воде и провизии, — услышав это от генерала Кальви, Адель подняла на него взгляд, не веря собственным ушам. — Мы не можем больше ждать. Прибегаем к плану «Падающая звезда».       В зале поднялся гул, офицеры активно вели обсуждение. — Простите, — она распрямила спину и встала. В момент повисла леденящая тишина. — Та самая «Падающая звезда»? Но это же город на тысячи жителей. — Рад, что вы спросили, офицер Косло. Мы его немного модернизировали. Развернём краткую линию фронта на северо-востоке, чтобы отвлечь внимание от неба. Затем сбросим добровольцев с дирижабля, которых Зик Йегер превратит в титанов. После Бронированный титан уничтожит стены города и железную дорогу на них, чтобы предупредить появление бронепоезда. А далее Звероподобный уничтожит вражеский флот с дальнего расстояния и откроет нам доступ к морю.       Он говорил это так обыденно, будто рассказывал, что ел сегодня на завтрак, а не то, как собирается стереть город с лица земли. — Но это... — голос Адель прозвучал слишком громко. — Господин генерал, это же жилые кварталы. Использование титанов внутри города приведёт к полной аннигиляции гражданского населения. Есть ведь международные конвенции...       Кальви медленно повернул голову. Его взгляд был пренебрежительным, почти брезгливым. — Офицер Косло, вы заставляете меня усомниться в целесообразности вашего назначения в штаб. Женская натура, — он коротко усмехнулся, — слишком мягка для осознания высшей стратегии. Вы видите трупы, а я вижу победу, которая сэкономит нам месяцы ресурсов. Если вы не способны усвоить метод ведения войны, возможно, вам стоит задуматься, как бы побыстрее родить пару-тройку детей и воспитывать их согласно всем международным конвенциям.       Адель вспыхнула. Унижение жгло лицо сильнее, чем ледяной душ утром. Она невольно посмотрела на Зика, ища самой неизвестно чего.       Йегер сидел неподвижно. Его лицо было словно высечено из камня. Он не взглянул на неё, не повел и бровью, пока её публично смешивали с грязью. Он продолжал изучать карту, будто Адель была пустым местом. — Господин генерал, — наконец подал голос Зик, перебивая нараставший гул. — Если мы говорим о ресурсах, то стоит сосредоточиться на времени десантирования. Погода в секторе нестабильна. Если облачность будет слишком низкой, траектория падения объектов сместится. Нам нужно обсудить расчёт высоты.       Внимание Кальви тут же переключилось на стратегию. Косло молча опустилась на стул с явным ощущением, будто её рот только что зашили иголкой с ниткой. Ей было до скрежета зубов неприятно от того, насколько легко Зик вписался в эту кровавую схему и насколько чужим он стал в резком свете ламп.       В конце заседания Кальви, перебирая исписанные листы, всё же окинул её взглядом. — Офицер Косло. Раз уж вы так печётесь о гражданских, вы полетите с группой зачистки в первом эшелоне. Будете координировать захват штаб-квартиры и административных учреждений сразу после того, как капитан Йегер уничтожит вражеский флот. Как раз изучите, как выглядит город после применения силы титана. Вам будет полезно для общего развития.       Зик поднял на неё взгляд — впервые за вечер — пытаясь распознать хоть одну её мысль. — Так точно. Выполняю, — отозвалась девушка с абсолютно отсутствующим выражением лица.