Глава 15. Стеклянный лабиринт

***

Грохот выбитой двери совпал с выстрелом Амена. В маленькой комнате наблюдения звук пистолета ударил по ушам, как кувалда, на мгновение оглушив Эву. Она инстинктивно присела, сжимая в обеих руках тяжелый, холодный металл оружия, которое дал ей Амен. В дверном проеме, в клубах пыли и штукатурки, возникла фигура в штурмовой экипировке. Боец даже не успел поднять автомат. Пуля Амена, выпущенная с пугающей точностью, вошла в стык бронежилета и шлема, в шею. Человек рухнул мешком, захрипев. — Тизиан! — рявкнул Амен, не опуская оружия. — Блокируй коридор! Газ! — Есть! Тизиан ударил кулаком по красной кнопке на панели безопасности. В коридоре завыла сирена, и с потолка ударили струи слезоточивого газа, превращая проход в белый, едкий туман. С той стороны послышался кашель и беспорядочная стрельба. Пули зацокали по стенам, выбивая искры и крошку бетона. — Эва, ко мне! — Амен схватил её за шиворот, дергая вниз, за массивный металлический стол. Они упали на пол. Амен поморщился, прижав руку к окровавленному боку, но его глаза, совершенно безумные, лихорадочно сканировали помещение. — Они пойдут в обход, — быстро говорил он, проверяя обойму. — Через вентиляцию или серверную. Салех знает схему "Аквариума". Он строил эту систему вместе со мной. — Мы в ловушке? — голос Эвы дрожал, но руки сжимали пистолет так сильно, что пальцы побелели. — Мы на моей территории. А на моей территории в ловушку попадают только враги. Он посмотрел на зеркальное стекло, за которым, в комнате допроса, метался Ливий. Пелла не слышал стрельбы из-за звукоизоляции, но видел, как в соседней комнате падают тела и вспыхивают выстрелы. Он колотил кулаками по стеклу, что-то крича. В его глазах был животный ужас. Не за себя. Он смотрел прямо на Эву. — Ливий! — Эва дернулась к стеклу. — Не вставай! — Амен прижал её к полу тяжелой рукой. — Снайперы в коридоре. Он пополз к пульту управления, оставляя за собой кровавый след. — Тизиан, открой допросную. Выводим Пеллу. — Капитан, он гражданский, он будет мешать... — Открывай! Он врач. А я, кажется, сейчас сдохну, если мне кто-нибудь не пережмет артерию профессионально. Дверь между комнатами щелкнула. Ливий ворвался в комнату наблюдения, спотыкаясь о порог. Его руки всё еще были скованы за спиной. Увидев Амена, лежащего в луже крови, и Эву с пистолетом, он замер. — Какого черта... — выдохнул он. — Повернись! — скомандовала Эва, подползая к нему. — Я сниму наручники. Где ключи, Амен? — У Тизиана. Тизиан бросил связку ключей. Эва дрожащими руками, с третьей попытки, попала в скважину. Наручники упали. Ливий тут же бросился к ней, хватая за плечи, ощупывая, проверяя, цела ли она. — Ты ранена? Кровь? — Это не моя кровь, — она оттолкнула его руки. — Лив, нам нужно уходить. Салех предал нас. Это штурм. Ливий перевел взгляд на Амена. Капитан пытался перезарядить пистолет, но его левая рука слушалась плохо. Кровь пропитала всю повязку, брюки, растекалась по полу. Ливий, забыв о своей ненависти, о разбитом лице и оскорблениях, упал на колени рядом с ним. Включился врач. — Дай осмотреть, — он попытался прижать рану. — Убери руки, — прорычал Амен, наставляя на него ствол. — Не трогай меня. — Ты истекаешь кровью, идиот! — заорал Ливий, отбивая пистолет рукой. — У тебя геморрагический шок начинается! Ты белый как стена! Если мы сейчас побежим, ты упадешь через десять метров! Амен посмотрел на него мутным взглядом. — Я не упаду. — Упадешь. Физиологию не обманешь, даже если ты считаешь себя богом. Ливий сорвал с себя галстук. — Эва, дай что-нибудь плотное. Валик. Быстро! Эва схватила со стола пачку бумаги для принтера, сунула Ливию. Тот прижал её к ране Амена и туго примотал галстуком вокруг торса. Амен зарычал от боли, его голова откинулась назад, ударившись о ножку стола. — Терпи, Палач, — зло бросил Ливий. — Это тебе за допрос. В дверь ударили. Очередь прошила металл, но не пробила. — Уходим! — крикнул Тизиан. — Дверь долго не выдержит! Плазменный резак! Амен с трудом поднялся, опираясь на плечо Эвы. — Вниз. В технический коллектор. — Там же вода! — возразил Тизиан. — Там выход к Нилу. И там нет камер. Амен подошел к стене, где висел пожарный щит, и нажал скрытую панель. Стена отъехала в сторону, открывая темный, узкий проход с винтовой лестницей, уходящей в бездну. — Исмана! — крикнула Эва. — Мы не можем уйти без Исмана! Амен остановился. Его лицо было покрыто испариной, дыхание вырывалось со свистом. — Исман в секторе "Б". Это другой конец коридора. — Мы должны его забрать! — Коридор простреливается, — вмешался Тизиан. — Капитан, если мы пойдем туда, мы ляжем все. — Я не уйду без брата! — Эва встала перед Аменом, преграждая ему путь к лестнице. — Ты обещал! Ты сказал: "Никому не отдам"! — Эва... — Амен пошатнулся. Ливий подхватил его с другой стороны. — Она права, — сказал Ливий неожиданно твердо. — Мы своих не бросаем. Иначе чем мы лучше этих? Амен посмотрел на Эву, потом на Ливия. В его глазах боролись логика командира и безумие влюбленного. — Хорошо, — выдохнул он. — Тизиан, бери Эву и Ливия, спускайтесь в коллектор. Ждите меня у шлюза номер четыре. — Что? — Эва похолодела. — А ты? — А я пойду за Исманом. — Ты еле стоишь на ногах! — закричала она. — Ты умрешь! — Я знаю этот этаж, Эва. Я пройду через серверную, отключу свет. В темноте у меня преимущество. Он оттолкнулся от Ливия и, шатаясь, шагнул к двери. — Это приказ, Тизиан! Уводи их! — Нет! — Эва рванулась к нему, но Тизиан перехватил её поперек талии. — Пусти! Амен! Нет! — Уходи, Эва, — Амен обернулся. Его лицо было белой маской в полумраке. — Я верну его тебе. Или сдохну, пытаясь. Он нажал кнопку открытия двери. Шлюз зашипел. Амен выкатился в коридор, полный дыма, и сразу же открыл огонь. Дверь за ним захлопнулась. — Идем! Быстрее! — Тизиан потащил упирающуюся, рыдающую Эву в секретный проход. Ливий бежал следом, оглядываясь на закрытую дверь. — Он псих, — пробормотал он. — Настоящий, конченый псих. Они бежали по узкой винтовой лестнице вниз, в чрево "Аквариума". Металл ступеней гудел под ногами. Эва не чувствовала ног. В её голове билась только одна мысль: "Он ушел. Он ранен. Он один против всех". Они спустились на технический уровень. Здесь пахло сыростью, плесенью и речной водой. Толстые трубы тянулись вдоль стен, капал конденсат. — Шлюз четыре, — Тизиан сверился с картой на телефоне. — Нам направо. Они бежали по лабиринту труб. Свет здесь мигал, лампы были тусклыми. Внезапно впереди мелькнул луч фонаря. — Стоять! — голос эхом отразился от бетонных стен. Впереди, перекрывая проход, стояли трое бойцов в черном. Наемники Скорпиона. Они нашли обходной путь. — Назад! — крикнул Тизиан, толкая Эву и Ливия за бетонную опору. Затрещали автоматы. Пули взбили фонтанчики воды из луж на полу. Тизиан открыл ответный огонь. — У меня один магазин! — крикнул он. — Эва, у тебя сколько? Эва посмотрела на пистолет в своей руке. Она даже не знала, как проверить. — Я... я не знаю! Я стреляла один раз! — Значит, полная. Ливий, умеешь стрелять? — Я умею зашивать огнестрелы, а не делать их! — огрызнулся Ливий, прижимаясь к мокрому бетону. — Дай мне скальпель, и я перережу им сонные артерии, но пистолет я держал только в компьютерных играх! Очередь прошла над их головами, осыпав бетонной крошкой. — Их трое, нас двое с половиной, — констатировал Тизиан. — Ситуация дерьмо. — Нам нужно их отвлечь, — шепнула Эва. Страх вдруг уступил место холодной решимости. Той самой, которая помогала ей резать живую плоть. — Тизиан, видишь ту трубу над ними? С красной полосой? — Паропровод? — Да. Если пробить его... — ...их сварит заживо, — закончил Ливий с ужасом и восхищением. — Эва, ты опасная женщина. Тизиан прицелился. — Прикрой уши. Выстрел. Одиночный, точный. Пуля ударила в вентиль трубы над головами наемников. С оглушительным свистом, похожим на крик банши, из трубы вырвалась струя перегретого пара. Наемники заорали. Белый туман мгновенно заполнил проход, скрывая всё. Стрельба прекратилась, сменившись воплями боли. — Бежим! — скомандовал Тизиан. Они рванули сквозь пар, пригибаясь к полу. Жар обжигал лицо, но они проскочили опасную зону. Они выбежали к массивной круглой двери с цифрой "4". — Мы на месте, — выдохнул Тизиан, привалившись к штурвалу замка. — Теперь ждем. — Сколько? — спросила Эва, глядя в темноту туннеля, откуда они пришли. — Десять минут. Если капитан не придет... мы уходим. — Я не уйду без него. — Уйдешь, — жестко сказал Тизиан. — У меня приказ. Твоя жизнь приоритетна. Эва сползла по стене на пол. Ливий сел рядом, обнял её за плечи. Его рубашка была мокрой и грязной. — Он вернется, — тихо сказал он. — Такие, как он, не умирают так просто. Их ад выплевывает обратно. — Почему ты его защищаешь? — спросила Эва, уткнувшись ему в плечо. — Он тебя бил. Он тебя унижал. — Потому что он пошел умирать за твоего брата, — ответил Ливий. — И потому что я вижу, как ты на него смотришь. Эва подняла голову. — Как? — Как будто он — твой кислород. Десять минут тянулись как десять лет. Тизиан нервно поглядывал на часы. — Время, — сказал он наконец. — Эва, вставай. Нам нужно открывать шлюз. — Нет! Еще пять минут! Пожалуйста! — Эва, сюда идет группа зачистки. Мы слышим их шаги. Если мы не уйдем сейчас, мы погибнем. Амен пожертвовал собой не для того, чтобы ты сдохла под дверью. Тизиан начал крутить штурвал. Металл заскрипел. — Стой! — закричала Эва. — Слышите? Из глубины туннеля, сквозь шум пара, донесся звук. Не шаги. Волочение. И тяжелое, хриплое дыхание. Из темноты показался силуэт. Амен. Он не шел. Он почти полз, опираясь о стену. Одной рукой он зажимал бок, а второй... Второй рукой он тащил Исмана. Брат был без сознания, его ноги волочились по полу. На голове Исмана была кровь. — Амен! — Эва бросилась к ним. Амен сделал еще шаг и рухнул на колени. Он выпустил воротник рубашки Исмана. — Забирайте... — прохрипел он. Кровь текла у него изо рта. Ливий и Тизиан подхватили Исмана. — Он жив? — крикнула Эва, падая рядом с братом. — Пульс есть, — быстро проверил Ливий. — Контузия, похоже. Черепно-мозговая. Эва повернулась к Амену. Он лежал на спине, глядя в потолок. Его глаза закатывались. Футболка, перемотанная галстуком Ливия, была полностью черной от крови. — Эва... — позвал он едва слышно. — Я здесь! Я здесь, Амен! Она схватила его за руку. Ледяная. — Я... достал его... — его губы тронула слабая, кривая улыбка. — Я... не отдал... — Ты идиот! — рыдала она, гладя его по лицу, размазывая кровь и копоть. — Какой же ты идиот! Не смей умирать! Слышишь? Не смей! — Уходим! — заорал Тизиан. — Вонь! В конце коридора появились лучи фонарей. Ливий и Тизиан затащили Исмана в шлюз. Потом вернулись за Аменом. Они взяли его за руки и за ноги, втаскивая внутрь. Эва вбежала последней. Тизиан с силой захлопнул тяжелую дверь и закрутил штурвал. С той стороны в металл ударили пули. Глухо, как горох. Они были в безопасности. Относительной. За шлюзом была небольшая каменная площадка и темная вода. Подземный канал, ведущий к Нилу. У причала качалась моторная лодка. — Грузимся! — скомандовал Тизиан. Они положили Амена и Исмана на дно лодки. Амен был без сознания. Ливий склонился над ним, проверяя зрачки. — Зрачки не реагируют. Давление падает. Ему нужно переливание. Срочно. И операция. — Куда мы поплывем? — спросила Эва, заводя мотор. Руки скользили от крови. — В больницу нельзя. Домой нельзя. Ливий поднял голову. В его глазах была решимость. — В Греческий квартал. — Что? — У моего отца там есть частная клиника пластической хирургии. Закрытая. Для вип-клиентов. Сегодня там выходной, персонала нет. Только охрана, но я их знаю. — Это риск, Ливий. Если твой отец связан со Скорпионом... — Отец сейчас в Лондоне. В клинике пусто. Там есть операционная, есть кровь, есть всё. Он посмотрел на Эву. — Ты мне веришь? Эва посмотрела на Амена, который умирал у неё на глазах. Посмотрела на Исмана. У неё не было выбора. — Верю. Показывай дорогу. Лодка рванула с места, разрезая черную воду подземной реки. Эва сидела у румпеля, ветер бил ей в лицо. Она смотрела на профиль Амена, лежащего на дне лодки. "Если ты умрешь, — думала она, — я спущусь за тобой в Дуат. Я вырву тебя у Анубиса. Ты не отделаешься от меня так просто, Палач. Ты мой." Путь занял двадцать минут, которые показались вечностью. Они вышли в открытый Нил. Ночной город сиял огнями, равнодушный к их трагедии. Причал частной клиники был скрыт высокими кипарисами. Ливий открыл электронный замок своим пропуском. Охрана спала в будке, он их даже не будил. Они перенесли раненых через черный ход. Операционная сияла белизной и хромом. Здесь пахло деньгами и стерильностью. — Тизиан, займись Исманом, — распорядился Ливий, мгновенно принимая на себя роль главврача. — Положи его в палату интенсивной терапии, подключи мониторы. Там всё автоматическое. — Эва, мойся. Ты ассистируешь. — Я? — Ты хирург или кто? Мне нужны твои руки. Я один не справлюсь. У него разрыв селезенки, повреждение кишечника и потеря крови два литра. Нам придется его вскрывать полностью. Эва кивнула. Слезы высохли. Остался только холодный профессионализм. Они переложили Амена на стол. Срезали одежду. Его тело было белым, как мрамор. Только татуировки выделялись черными узорами. Ливий подключил аппаратуру. Писк монитора был слабым, неритмичным. — Давление 60 на 40. Мы его теряем. Ливий вогнал катетер в вену. — Адреналин! Физраствор! Ищи вторую отрицательную в холодильнике! Эва нашла кровь. Подключила пакет. Темная жидкость потекла по трубкам в вены Амена. Жизнь взаймы. — Скальпель, — скомандовал Ливий. Он сделал разрез. Уверенно, четко. Эва смотрела на его руки. Ливий Пелла, "золотой мальчик", который боялся пистолетов, сейчас держал в руках жизнь самого опасного человека в Каире. И его руки не дрожали. — Вижу разрыв артерии, — сказал он. — Эва, зажим! Держи здесь! Эва ввела зажим в рану. Её пальцы коснулись пульсирующей, горячей внутренности Амена. Она держала его жизнь буквально на кончиках пальцев. — Шью, — сказал Ливий. Они работали час. Или два. Время исчезло. Был только свет лампы, писк монитора и запах крови. — Последний шов, — выдохнул Ливий, вытирая пот со лба плечом. — Стабилен. Эва посмотрела на монитор. Линия пульса стала ровнее, сильнее. 80 ударов. — Он справился, — прошептала она. — Мы справились, — поправил Ливий. Он отошел от стола, стянул перчатки и бросил их в урну. Потом повернулся к Эве. Она стояла над Аменом, глядя на его лицо. Наркоз еще действовал. Он спал, и сейчас его лицо было спокойным, почти безмятежным. Эва протянула руку и коснулась его щеки. Осторожно, невесомо. — Живой, — выдохнула она. Ливий смотрел на это. В его глазах была грусть. — Ты любишь его, — сказал он тихо. Это был не вопрос. Эва не обернулась. — Да, — ответила она просто. — Я люблю его. Даже если он монстр. Даже если он никогда меня не полюбит. — Он любит тебя, Эва, — сказал Ливий. — Я видел, как он смотрел на тебя там, в "Аквариуме". Перед тем, как уйти за братом. Ливий подошел к окну. — Он пошел на смерть ради тебя. Это больше, чем любовь. Это одержимость. Дверь операционной открылась. Вошел Тизиан. — Исман пришел в себя. У него сотрясение, но он в норме. Спрашивает про книгу. — Книгу? — переспросила Эва. — Ту самую. "Книгу Мертвых". Он не выпустил её из рук даже когда его тащили. Она у него в палате. — Зачем она ему? — удивился Ливий. — Он говорит... — Тизиан нахмурился. — Говорит, что понял шифр. Визитка была отвлекающим маневром. Настоящее послание — в тексте книги. И он знает, где логово Скорпиона. Эва и Ливий переглянулись. — Значит, война не закончена, — сказала Эва, снимая халат. — Она только начинается. Она посмотрела на спящего Амена. — Спи, Палач. Набирайся сил. Завтра нам предстоит охота. Теперь охотниками будем мы. За окном клиники занимался рассвет. Розовый, нежный, обманчиво мирный. Каир просыпался, не зная, что в одной из палат, под капельницей, лежит его самый страшный кошмар, который скоро проснется. И тогда город содрогнется.