План захват «Снитча»

Понедельник начался для Оливера с составления нового графика. Но на этот раз на пергаменте не было имен загонщиков или схем полета. В центре листа крупными буквами было выведено твоё имя, а вокруг — список того, что, по мнению Вуда, составляло идеальное «ухаживание». Оливер решил подойти к вопросу романтики так же, как к финалу Кубка: с дисциплиной, напором и полным отсутствием жалости к конкурентам. — Так, — бормотал он, расхаживая по спальне мальчиков, пока Гарри и Рон испуганно переглядывались. — Цветы? Слишком банально, быстро вянут. Сладости? Вызывают скачки сахара, снижают концентрацию. Мне нужно что-то... стратегическое. Что-то, что покажет мой уровень надежности. К середине дня Оливер перешел к активным действиям. Ты сидела в библиотеке, пытаясь сосредоточиться на эссе по Зельеварению, когда перед тобой с глухим стуком приземлилась стопка тяжелых книг. — Это «Ежегодник тактических перемещений» за последние десять лет, — торжественно объявил Оливер, присаживаясь напротив. На его лице была написана такая гордость, будто он только что поймал Снитч голыми руками. Ты медленно подняла глаза от своего пергамента. — Оливер... зачем мне это? — Ты вчера сказала, что я воспринимаю тебя как «ресурс». Я проанализировал ситуацию. Я хочу, чтобы ты знала: я доверяю тебе свои самые ценные материалы. Это... — он замялся, его уши начали предательски краснеть, — это мой способ сказать, что ты особенная. Ты смотрела на него, не зная, смеяться или плакать. — Оливер, большинство парней дарят девушкам цветы или хотя бы приглашают на чай. Ты даришь мне ежегодник тактик? — Цветы бесполезны в долгосрочной перспективе! — горячо возразил он, подаваясь вперед. — А эти знания помогут нам... тебе... понимать меня лучше. В этот момент за твое плечо заглянул Роджер Дэвис. Он словно возникал из ниоткуда каждый раз, когда Оливер был рядом. — Всё еще мучаешь её своими графиками, Вуд? — Роджер усмехнулся и положил на твой стол изящную коробочку конфет из «Сладкого королевства». — Т/И, я подумал, что тебе нужно немного эндорфинов после такой тяжелой учебы. Оливер подскочил со стула так резко, что его стул с грохотом перевернулся. Мадам Пинс издалека предупреждающе шикнула. — Дэвис, у неё аллергия на шоколад! — соврал Оливер, не моргнув и глазом. (У тебя не было аллергии, и ты это знала). — Правда? — Роджер удивленно посмотрел на тебя. — Нет, Оливер, у меня нет... — начала было ты, но Вуд уже схватил коробку и сунул её обратно Дэвису в руки. — Она на строгой диете. Подготовка к зимнему сезону требует дисциплины. Иди тренируй своих загонщиков, Роджер, они вчера на поле выглядели как пьяные горные тролли. Когда Дэвис, недоуменно ворча, удалился, Оливер снова повернулся к тебе. В его глазах горел соревновательный огонь. Он не понимал, что ведет себя как собственник; в его голове это была защита территории от «неквалифицированного игрока». — Я не на диете, Оливер, — сказала ты, медленно закрывая чернильницу. Твой голос был опасно спокойным. — И я не твоя собственность. — Я знаю! — воскликнул он, понизив голос до яростного шепота. — Но он... он не подходит тебе. Он не понимает, какая ты. Он видит только... ну, то, что ты красивая. А я вижу всё! Я знаю, что ты записываешь мои идеи, даже когда я несу чушь. Я знаю, что ты не любишь холод, но сидишь на поле. Я знаю тебя лучше, чем он когда-либо сможет! Ты замерла. Это было самое длинное и искреннее признание, которое ты когда-либо слышала от Оливера Вуда. На мгновение гнев утих, уступая место странному трепету. — Оливер... — начала ты, смягчаясь. — Поэтому завтра в семь вечера мы идем на тренировочное поле, — отрезал он, мгновенно возвращаясь к командному тону. — Я покажу тебе новый захват, который я разработал. Это будет лучше любого свидания. Ты закрыла лицо руками и тихо застонала. — Ты безнадёжен, Вуд. Абсолютно безнадёжен. Понедельник начался для Оливера с составления нового графика. Но на этот раз на пергаменте не было имен загонщиков или схем полета. В центре листа крупными буквами было выведено твоё имя, а вокруг — список того, что, по мнению Вуда, составляло идеальное «ухаживание». Оливер решил подойти к вопросу романтики так же, как к финалу Кубка: с дисциплиной, напором и полным отсутствием жалости к конкурентам. — Так, — бормотал он, расхаживая по спальне мальчиков, пока Гарри и Рон испуганно переглядывались. — Цветы? Слишком банально, быстро вянут. Сладости? Вызывают скачки сахара, снижают концентрацию. Мне нужно что-то... стратегическое. Что-то, что покажет мой уровень надежности. К середине дня Оливер перешел к активным действиям. Ты сидела в библиотеке, пытаясь сосредоточиться на эссе по Зельеварению, когда перед тобой с глухим стуком приземлилась стопка тяжелых книг. — Это «Ежегодник тактических перемещений» за последние десять лет, — торжественно объявил Оливер, присаживаясь напротив. На его лице была написана такая гордость, будто он только что поймал Снитч голыми руками. Ты медленно подняла глаза от своего пергамента. — Оливер... зачем мне это? — Ты вчера сказала, что я воспринимаю тебя как «ресурс». Я проанализировал ситуацию. Я хочу, чтобы ты знала: я доверяю тебе свои самые ценные материалы. Это... — он замялся, его уши начали предательски краснеть, — это мой способ сказать, что ты особенная. Ты смотрела на него, не зная, смеяться или плакать. — Оливер, большинство парней дарят девушкам цветы или хотя бы приглашают на чай. Ты даришь мне ежегодник тактик? — Цветы бесполезны в долгосрочной перспективе! — горячо возразил он, подаваясь вперед. — А эти знания помогут нам... тебе... понимать меня лучше. В этот момент за твое плечо заглянул Роджер Дэвис. Он словно возникал из ниоткуда каждый раз, когда Оливер был рядом. — Всё еще мучаешь её своими графиками, Вуд? — Роджер усмехнулся и положил на твой стол изящную коробочку конфет из «Сладкого королевства». — Т/И, я подумал, что тебе нужно немного эндорфинов после такой тяжелой учебы. Оливер подскочил со стула так резко, что его стул с грохотом перевернулся. Мадам Пинс издалека предупреждающе шикнула. — Дэвис, у неё аллергия на шоколад! — соврал Оливер, не моргнув и глазом. (У тебя не было аллергии, и ты это знала). — Правда? — Роджер удивленно посмотрел на тебя. — Нет, Оливер, у меня нет... — начала было ты, но Вуд уже схватил коробку и сунул её обратно Дэвису в руки. — Она на строгой диете. Подготовка к зимнему сезону требует дисциплины. Иди тренируй своих загонщиков, Роджер, они вчера на поле выглядели как пьяные горные тролли. Когда Дэвис, недоуменно ворча, удалился, Оливер снова повернулся к тебе. В его глазах горел соревновательный огонь. Он не понимал, что ведет себя как собственник; в его голове это была защита территории от «неквалифицированного игрока». — Я не на диете, Оливер, — сказала ты, медленно закрывая чернильницу. Твой голос был опасно спокойным. — И я не твоя собственность. — Я знаю! — воскликнул он, понизив голос до яростного шепота. — Но он... он не подходит тебе. Он не понимает, какая ты. Он видит только... ну, то, что ты красивая. А я вижу всё! Я знаю, что ты записываешь мои идеи, даже когда я несу чушь. Я знаю, что ты не любишь холод, но сидишь на поле. Я знаю тебя лучше, чем он когда-либо сможет! Ты замерла. Это было самое длинное и искреннее признание, которое ты когда-либо слышала от Оливера Вуда. На мгновение гнев утих, уступая место странному трепету. — Оливер... — начала ты, смягчаясь. — Поэтому завтра в семь вечера мы идем на тренировочное поле, — отрезал он, мгновенно возвращаясь к командному тону. — Я покажу тебе новый захват, который я разработал. Это будет лучше любого свидания. Ты закрыла лицо руками и тихо застонала. — Ты безнадёжен, Вуд. Абсолютно безнадёжен. — Почему? — искренне удивился он. — Я же даже освободил тебя от ношения мячей! Ты встала и пошла к выходу, оставив его одного среди пыльных стеллажей. Оливер смотрел тебе вслед, чувствуя, что его план «ухаживания» идет куда-то не туда. По всем расчетам, ты должна была быть впечатлена его щедростью (книги-то были редкие!). Он не понимал, что любовь — это не игра на очки. Но он был готов бороться. Даже если для этого ему придется перечитать всю библиотеку в разделе «Психология отношений», чего он, конечно, не сделает, потому что там нет ни слова о том, как правильно отбивать Бладжеры от сердца любимой девушки. В его голове уже зрел новый план. И на этот раз он включал в себя не только книги, но и нечто, что он берёг как козырь в рукаве.