Глава 3. Уловка

После того как Белла уснула той ночью, я вернулся домой и сразу направился к Элис. — Мне нужно знать, что задумала Белла, — сказал я без всяких предисловий. Тревога из-за Джейкоба делала мой голос резче, чем следовало. Она снова видела его во сне. Элис отвлеклась от компьютера и удивленно подняла на меня глаза. — Белла собирается поехать в резервацию. Чарли хочет, чтобы она увиделась с собакой, а Белла упорно отказывается признать, насколько это опасно. Элис поморщилась. Волков она терпеть не могла почти так же сильно, как и я. Она закрыла глаза, и в ее сознании замелькали образы Беллы — школа, дом, работа… обычные повседневные сцены. Затем внимание Элис задержалось на одном видении: Белла и Майк Ньютон. У Майка снова были проблемы с машиной, и ему нужна была помощь. Я мгновенно оскалился. Джейкоб был далеко не единственным парнем в городе, которого я не переносил. Майк и его бесконечные фантазии о Белле вполне заслуживали мучительной смерти. Одна только мысль о том, что они окажутся вдвоем в ее грузовике, заставила меня тихо зарычать. Конечно, я доверял Белле. Она любила меня. Майк ее не интересовал. Но мне все равно не нравилось, когда он находился рядом с ней. Достаточно плохо уже то, что они работали вместе. И все же — ничего не указывало на то, что она собиралась увидеться с Джейкобом. — Я не думаю, что она поедет к нему, Эдвард. — Поедет, — упрямо возразил я. Элис пожала плечами. — Тогда либо она еще не решила как, либо тебе удастся ее остановить. Пока ничего не видно. Но я и так за ней слежу. Постоянно. — Спасибо. Я улыбнулся любимой сестре и растрепал ее короткие торчащие волосы. — Эй! Она оттолкнула мои руки, а я только рассмеялся. — Чарли сегодня снял с Беллы домашний арест, — сообщил я. Элис театрально закатила глаза. — Эдвард, я вообще-то была там. — Да, но ты ушла раньше. Он разрешил тебе съездить с ней в Портленд. А Эмметт хочет устроить охоту. Может, получится совместить? Ты увезешь Беллу из города, а мы с Эмметтом и Джаспером отправимся охотиться. При мысли о хорошем льве — или даже нескольких — в горле снова вспыхнула сухость. — Ура! — взвизгнула Элис, хлопнув в ладоши. И тут же начала мысленно прокладывать маршрут по магазинам Портленда. — В Портленде вообще-то есть и другие развлечения, кроме шопинга, — заметил я. Белла и Элис слишком по-разному смотрели на одежду. Белла чувствовала себя совершенно счастливой в старых джинсах и растянутой футболке, а Элис редко надевала одну и ту же вещь дважды. Впрочем, потом она неизменно отдавала одежду в благотворительные фонды — иногда оставляя в карманах по несколько сотен долларов. Денег у нас было куда больше, чем нужно. Для Элис это был способ делиться ими. А возможность покупать новые вещи была приятным бонусом. Она недовольно сморщила нос. — Конечно, знаю. Но раз Чарли уверен, что мы поедем по магазинам, Белле придется вернуться домой хотя бы с несколькими пакетами одежды. И вообще — ее гардероб отчаянно нуждается в моей помощи. Я усмехнулся. — Просто сделай так, чтобы ей было весело. И своди ее хотя бы в пару книжных магазинов. Не обязательно скупать исключительно одежду. — Не переживай. Она отлично проведет время. Элис уже снова уткнулась в компьютер, открывая десятки вкладок о Портленде. Я с сомнением покачал головой. День шопинга с Элис казался мне чем угодно, только не развлечением. Но Белла хотя бы будет рада провести время с ней. На следующий день в школе хорошее настроение Беллы было заметно с первого взгляда. Свобода буквально сияла в ней — в улыбке, в походке, в легкости движений. Я заставил себя забыть о нашей вчерашней ссоре и просто наслаждался ее счастьем. Вся школа, казалось, жила тем же настроением. До выпускного оставались считанные недели, и мысли учеников крутились исключительно вокруг бала и окончания школы. Белла заставила меня поклясться, что мы не пойдем на выпускной. Я нехотя согласился, хотя мысль о том, что я не увижу ее в красивом платье и не смогу провести с ней этот вечер, до сих пор вызывала во мне сожаление. В прошлом году я настоял на своем. Во второй раз она этого терпеть не собиралась. Честно говоря, я и сам с нетерпением ждал окончания школы. И одновременно задавался вопросом, насколько долго мне удастся откладывать возвращение к нашей настоящей жизни. Когда мы вошли в столовую, то присоединились к друзьям Беллы за привычным столом. Анджела — одна из немногих ее подруг, которые мне действительно нравились, — выглядела измученной. Обычно спокойные и добрые мысли сейчас были полны раздражения и усталости. Бен же ничего не замечал, полностью поглощенный комиксом. – А вы разослали извещения? — спросила Анджела Беллу. – Нет. Кому посылать-то? Рене и так знает о выпускном, а больше и некому. — А ты, Элис? – Уже все разослала, — довольно сообщила Элис. В ее мыслях уже мелькали новые наряды для Беллы. Я тут же решил, что охоту придется перенести. Если Элис действительно доберется до гардероба Беллы, мне лучше быть рядом, когда та начнет возмущаться. – Везет, — простонала Анджела. – А у моей матушки полно родственников, и она хочет, чтобы я им всем от руки написала. У меня рука отвалится!.. Больше тянуть нельзя, и я заранее в ужасе. – Давай помогу, — неожиданно предложила Белла. – Правда, пишу я, как курица лапой. Я невольно улыбнулся. Это было так… по-человечески. Белла, сидящая с подругой и подписывающая приглашения на выпускной. Нормальная жизнь. Та жизнь, которой я никогда не должен был ее лишать. – Ой, спасибо огромное! Я могу прийти к тебе, когда скажешь. – Лучше уж я к тебе: надоело дома сидеть. Вчера Чарли меня на волю выпустил. Она сияла, рассказывая об этом. – Правда? Ты вроде говорила, что у тебя пожизненное заключение. Никто из них так и не понял, что именно произошло в те три дня, когда Белла исчезла. И никто не понимал, как в эту историю вписывалось мое возвращение. Но все чувствовали: мы что-то скрываем. – Ну!.. Я-то думала, что сидеть мне дома, по крайней мере, до самого выпускного. – Белла, здорово! Надо это отпраздновать, — тут же заявила Элис. Белла обреченно вздохнула: – Категорически «за»! Элис театрально задумалась. В ее голове уже мелькали бутики Беверли-Хиллз. – Что бы нам такое вытворить? – Элис, что бы ты ни придумала, я боюсь, это выходит за границы дозволенного Чарли. – Если ты свободна, то какие могут быть границы? – Ну, хотя бы границы континентальной части США. Я тихо рассмеялся. Белла удивительно хорошо умела читать людей. Анджела и Бен тоже засмеялись, а Элис только недовольно фыркнула. – Так чем мы займемся вечером? – Ничем. Давай дадим Чарли пару дней, надо убедиться, что он не шутил. К тому же завтра все равно в школу. – Тогда отпразднуем на выходных! В мыслях Элис уже сверкал Родео-драйв. – Обязательно, — легко согласилась Белла. Я почти не участвовал в разговоре. Жажда снова напомнила о себе, неприятно царапая горло, и я уже думал о предстоящей охоте. Белла будет в большей безопасности с Элис далеко от Форкса. И — вдали от Джейкоба. Но стоило мне только подумать об этом, как выражение лица Беллы изменилось. Она снова вспомнила о нем. Я тихо зарычал. И в тот же миг в голове Элис вспыхнуло новое видение. Мир словно замер. Ледяной страх пронзил меня насквозь. Шопинг исчез из ее мыслей, уступив место лесу, охоте… и рыжим волосам. Виктория. Я увидел, как она крадется к дому Чарли, как прыгает к окну второго этажа — к моему личному раю. Затем видение сменилось. Джаспер и Эмметт сражались с ней в лесу, а мое тело горело на земле. Следующая вспышка — Виктория снова убегала, а моя семья преследовала ее среди деревьев. Потом все исчезло. Волки. Элис не могла видеть будущее рядом с ними. Чертовы псы. Она снова попыталась найти продолжение — и теперь увидела уже Беллу, солнце освещало ее волосы на пляже. Теплый свет касался ее кожи, подчеркивал медный оттенок в волосах. Я невольно улыбнулся. Мне нравилось это видение. Очень. Слишком сильно. Сколько раз за месяцы разлуки я представлял ее именно так? Потом Элис увидела наш дом — семья была цела. Я не понял, удалось ли нам убить Викторию, но главное — никто из нас не погиб. – Элис? Элис! Голос Анджелы вырвал меня из мыслей. Та махала рукой перед лицом моей сестры, пытаясь привлечь ее внимание. Белла же смотрела на Элис иначе. Она сразу поняла, что произошло. Я быстро толкнул сестру ногой под столом. Резко. Элис вздрогнула и вернулась в реальность. – Что, уже сонный час? — усмехнулся я. Белла продолжала внимательно наблюдать за ней. – Ой, кажется, я замечталась, — легко соврала Элис. – Мечтать куда приятнее, чем целых два часа сидеть за партой, — рассмеялся Бен. Людьми было так легко управлять. Пока Элис продолжала поддерживать обычный разговор, я машинально коснулся волос Беллы. После того видения мне отчаянно хотелось снова увидеть, как солнечный свет играет в них. "Тебе придется убедить ее уехать на выходные" — быстро подумала Элис, коротко взглянув на меня. "Если она останется здесь, никому не будет безопасно. Но не говори ей про Викторию. Иначе она ни за что не уедет — особенно если решит, что Джейкоб тоже в опасности." Опять этот пес. Я мысленно пожелал ему провалиться в ад. Я прекрасно понимал: при первой же возможности Белла начнет вытягивать из меня подробности видения и мне нужно было срочно придумать объяснение. Поэтому я старался оставаться среди остальных, не позволяя ей загнать меня в угол. После обеда я нарочно медлил и шел рядом с Беном, обсуждая задание, которое, на самом деле, уже давно сделал. И тут я заметил Майка Ньютона, направлявшегося к своей развалюхе. Отлично. — Майк, — окликнул я его. — Слышал, у тебя проблемы с машиной? Если я помогу ему починить эту рухлядь, ему не придется просить Беллу подвезти его. Я чувствовал на себе ее удивленный взгляд, пока шел за ним. Она явно подозревала мои мотивы. И была права. Но если это удержит Майка подальше от нее — я вполне способен побыть вежливым. Или хотя бы сделать вид. — Машина дергается, когда жму на газ, — объяснял Майк. — И глохнет, если включить печку или опустить окно. Будто мощности не хватает а ведь я только что поменял аккумулятор! Он смотрел на меня с явным подозрением. "…богатенький владелец Volvo… наверняка даже капот ни разу не открывал…" Я едва сдержал ухмылку. – Может, с проводами что-то? — предположил я. — Если аккумулятор новый, возможно, где-то плохой контакт. – Может, и с проводами. Честно говоря, я в тачках дуб дубом. Показать бы ее кому, так у меня на автомастерскую денег нет. – Я кое-что в этом понимаю, могу посмотреть, если хочешь, – спокойно предложил я. – Вот только отвезу Беллу и Элис домой. Я услышал его потрясение раньше, чем увидел выражение лица. Его рот приоткрылся от удивления, но перспектива починить машину бесплатно явно перевесила подозрительность. – Ну… это… спасибо. Мне вообще-то на работу пора. Как-нибудь в другой раз. – Запросто, — пообещал я. – Счастливо! — пробормотал он, все еще недоверчиво качая головой, прежде чем забраться в свою развалину. – Чего это ты вдруг? — тихо спросила Белла, когда мы направились к моей машине. – Почему бы не помочь человеку? — солгал я. Элис уже сидела внутри, и стоило мне занять водительское место, как она тут же заговорила — слишком быстро, слишком оживленно, отчаянно пытаясь увести разговор подальше от темы, занимавшей нас всех. – Эдвард, ну какой из тебя механик? Попросил бы Розали поглядеть на машину Майка сегодня вечером, чтобы не ударить в грязь лицом – если он и впрямь захочет принять твою помощь. Правда, при виде Розали у Майка челюсть отвалится… Ведь все думают, что она за тридевять земель в колледже учится, так что, пожалуй, не стоит ее просить. А жаль. Хотя с машиной Майка даже ты сможешь справиться. Тебе не под силу только всякие разные тонкости в итальянских спортивных моделях. И кстати, раз уж мы заговорили об Италии и той спортивной машине, которую я там угнала… с тебя причитается желтенький «порше». И вряд ли я соглашусь ждать до Рождества… Слова слетали с ее языка так стремительно, что обычный человек давно бы запутался. Я лишь краем глаза наблюдал за Беллой. Она сидела слишком тихо. Слишком спокойно. За месяцы моего отсутствия она изменилась. И без того сильная, Белла научилась скрывать эмоции с пугающим самообладанием. Она привыкла прятать боль так глубоко, что теперь даже мне становилось трудно понять, о чем она думает. Когда я остановился в конце нашей подъездной дороги, Элис вышла из машины и на мгновение задержала на мне взгляд. Ее мысли понеслись быстро и резко. "Нам всем придется выйти на охоту что бы успеть до того как Виктория появится. Сегодня ночью пойдут Джаспер, Розали и я. Завтра — Эмметт, Карлайл и Эсме. Мы вернемся до начала уроков, и ты сможешь заехать за мной утром. Тебе тоже нужно поохотиться, прежде чем уезжать с Беллой. Джас или Эмметт присмотрят за домом Свонов. С Беллой все будет в порядке — Виктория появится только на выходных, а к тому времени вы уже уедете." — Тогда до скорого, — легко сказал я вслух, едва заметно кивнув. Меня снова накрыла благодарность к моей странной сестре. Белла была для нее настоящей семьей и если бы не Элис, ни Белла, ни я уже не были бы живы. Я действительно не должен заставлять ее ждать обещанный Porsche до Рождества. Когда Элис скрылась в доме, я приготовился к неизбежным вопросам Беллы. Но она продолжала молчать. Я чувствовал напряжение, исходившее от нее: ускоренное сердцебиение, тонкий запах адреналина, едва заметную скованность движений. Она заговорит, когда будет готова. А пока мне нужно было придумать, как заставить ее уехать из Форкса на выходные. – На завтра почти ничего не задали, — заметил я, сворачивая к дому Чарли. – Угу. – Как ты думаешь, мне можно войти? – Чарли не возражал, когда ты заехал за мной утром. Теперь, когда домашний арест был снят, я уже не представлял, как смогу добровольно оставить ее хоть на минуту. Мы поднялись в ее комнату. Я устроился на кровати, наблюдая за дождем за окном — и невольно снова увидел в памяти Викторию, заглядывающую сюда из темноты. Я стиснул зубы. Белла села за компьютер. Пока тот медленно загружался, она начала нервно постукивать пальцами по столу. Этот звук мгновенно заставил меня сосредоточиться только на ней. Я накрыл ее руку своей и тихо усмехнулся: – Мы, кажется, немного нетерпеливы сегодня? Это должно было прозвучать шутливо. На самом деле именно ее спокойствие тревожило меня сильнее всего. Белла уже открыла рот, явно собираясь ответить чем-нибудь язвительным, но, встретившись со мной взглядом, вдруг замолчала. Я слишком быстро дышал. Потребность в ней стала почти болезненной. Ее раздражение растаяло, и я потянулся к ней прежде, чем успел подумать. Она прижалась губами к моим. Мир исчез. Я притянул ее ближе, чувствуя, как ее руки обвиваются вокруг моей шеи. Ее тепло окутывало меня, ее дыхание смешивалось с моим. Я зарылся пальцами в шелк ее волос, удерживая ее рядом, так близко, как только осмеливался. Моя ладонь скользнула вдоль ее спины. Я жаждал прикоснуться к ее коже. Ее тело дрогнуло в моих объятиях, и я ослабил хватку, боясь охладить ее своим ледяным телом. Но она только прижалась сильнее. Когда ее язык едва коснулся моих губ, моя выдержка треснула. Еще немного — и я перестану себя контролировать. Я заставил себя отстраниться, тихо рассмеявшись хриплым, сорванным голосом. – Ах, Белла… Сколько сожаления было в этих двух словах — о том, чего у нас никогда не будет. Щеки Беллы пылали, глаза блестели. – Я бы извинилась, но не считаю себя виноватой. Ее сердце колотилось слишком быстро, а новый всплеск адреналина снова ударил мне в голову. – Это мне следует считать себя виноватым в том, что ты не чувствуешь себя виноватой… Пожалуй, я лучше присяду на кровать. Главное — не позволить ей снова оказаться рядом на кровати. Я не был уверен, что выдержу еще один поцелуй. Она тяжело вздохнула. – Ну, если хочешь… Я с сожалением разжал руки, позволяя ей отойти. Как же я ненавидел собственную природу. Больше всего на свете я хотел быть человеком. Хотел иметь возможность касаться ее без страха сломать, не бояться собственной силы, собственного тела, похожего скорее на камень, чем на плоть. Вернувшись на кровать, я наблюдал за тем, как свет монитора ложится на ее лицо. Она отвечала на письмо Рене, иногда улыбаясь словам матери. Мне нравилось наблюдать за такими мелочами. Любая случайная деталь ее мыслей казалась драгоценностью. И вдруг меня осенило. Решение. Настолько простое, что я едва не рассмеялся вслух. Я подождал, пока Белла закончит печатать, и подошел ближе. И только тогда заметил в шкафу странную искореженную груду металла. Стереосистема. Та самая, которую Эмметт и Джаспер подарили ей на прошлый день рождения. Горло мгновенно сжалось от воспоминаний. Именно в тот вечер я решил оставить ее. Бумажный порез. Одна капля крови. Этого оказалось достаточно, чтобы Джаспер потерял контроль. Запах Беллы тогда затопил всю комнату. Ослепляющий. Невыносимо сладкий. А потом я сам отбросил ее через комнату, пытаясь защитить от Джаспера. Стекло. Кровь. Осколки. Карлайл, зашивающий ей руку. И я — едва удерживающийся от того, чтобы самому не броситься к ней. Тогда я решил уйти, потому что считал себя слишком опасным для нее. Белла закончила письмо и повернулась ко мне. Мой голос дрогнул сильнее, чем должен был. – И что ты ухитрилась с ней сотворить? – Она не вытаскивалась из приборной панели, — сухо ответила она. – Ага, и тогда ты применила к ней пытки? Я смотрел на искореженный металл с почти искренним ужасом. – Ты ведь знаешь, какая я неуклюжая с инструментами, — пожала плечами она. – Я не нарочно. – Ты ее убила! – Ну что поделать! Я покачал головой. – Ребята обидятся, если увидят. Пожалуй, тебе повезло, что Чарли никуда тебя не пускает. Я поставлю на ее место новую, пока они не заметили. – Спасибо, только такая шикарная штучка мне без надобности. – А я не для тебя стараюсь, — резко ответил я. Она только вздохнула. Я знал, как сильно Белла не любит подарки и чужую помощь. Но ей придется привыкнуть. И, кстати о подарках… – В прошлом году подарки на день рождения тебе не очень-то пригодились, — пробормотал я, доставая из ящика билеты, которые подарила ей Эсме. Я помахал ими перед ее глазами, с трудом скрывая улыбку. – Ты не забыла, что они вот-вот истекут? Белла удивленно уставилась на них. – Вообще-то я про них совсем забыла. – Ну, время еще есть, — невинно заметил я. – Чарли выпустил тебя на свободу, а выходные у нас ничем не заняты, раз уж ты отказываешься идти со мной на бал. — Во Флориду?.. – Ты ведь сама сказала: «в пределах границ континентальной части США». Она подозрительно прищурилась. Белла слишком хорошо меня знала. – Так как же? — продолжал настаивать я. – Ты хочешь повидаться с Рене или нет? – Чарли ни за что на свете не разрешит! – Он не может запретить тебе видеться с матерью: она все еще твой главный опекун. Она тут же вспыхнула: – У меня нет опекунов: я совершеннолетняя. Я улыбнулся шире. – Вот именно! Я внимательно следил за ее лицом. Сначала — вина. Потом тоска. Моя надежда мгновенно взлетела. Но затем все сменилось обреченностью. – Не в эти выходные, — наконец тихо сказала она. – Почему? – Не хочу ссориться с Чарли. Ведь он только что меня простил. Я нахмурился. Это был идеальный план. Она будет далеко от Форкса. Далеко от Виктории. Далеко от Джейкоба. И я смогу увидеть ее на пляже — под солнцем, в легкой одежде, с открытой кожей вместо вечных свитеров и курток. – По-моему, в эти выходные было бы в самый раз… — пробормотал я. – Как-нибудь потом. – Вообще-то, не только тебя не выпускали из дома. Я попытался вызвать в ней чувство вины. Но, кажется, только усилил ее подозрения. – Тебя-то под арест не сажали. – Без тебя все остальное не имеет значения, — честно признался я. Она закатила глаза. – Я не шучу, — тихо добавил я. И это действительно было правдой. За последние месяцы я пересек половину континента, выслеживая Викторию, но единственным местом на земле, куда мне по-настоящему хотелось вернуться, оставался маленький дождливый город, где я оставил свое сердце. – Давай не будем торопиться, хорошо? Почему бы нам для начала не съездить в кино в Порт-Анджелесе… Последнее место, куда я хотел бы отвезти ее сейчас, — город, где однажды чудовище едва не убило ее. Я тихо вздохнул. – Ну ладно. Давай вернемся к этому разговору позже. – Разговор уже закончен, — упрямо возразила она. Я лишь пожал плечами. Так или иначе, я все равно увезу ее на пляж в эти выходные. Покончив с одной ссорой, Белла тут же начала другую. – Тогда сменим тему. Что сегодня увидела Элис? Она внимательно следила за моим лицом, но я держал выражение под полным контролем. – Она видела Джаспера в незнакомом месте: наверное, где-то на юго-западе, недалеко от его бывшей… семьи. Но Джаспер вовсе не собирается туда возвращаться. Поэтому Элис встревожилась. Ложь давалась мне слишком легко. И от этого становилось только хуже. – Ясно. Она поверила. Белла всегда с невероятной легкостью принимала мои выдумки — и с таким же упорством сомневалась в правде. – А почему ты мне раньше не сказал? – Не думал, что ты обратила на это внимание. Еще одна ложь. Белла замечала всё. Когда-то я считал ее невнимательной, но ошибался. Она была наблюдательнее большинства людей — просто не всегда показывала это. Она только пожала плечами и отвернулась. А я почувствовал себя так, словно осквернил собственный маленький рай. Чтобы отвлечься, Белла предложила заняться домашней работой, и мы спустились вниз. Если бы Чарли застал нас за учебниками, он хотя бы не стал бы слишком громко выражать свое недовольство моим присутствием. Я закончил свои задания почти сразу — при желании я мог бы сам преподавать эти предметы, — но не стал предлагать помощь. Пока Белла была занята, она не спорила со мной, а обычная школьная рутина казалась мне чем-то бесконечно драгоценным. Я наблюдал за ней. Когда она сосредотачивалась, то прикусывала губу, наматывала прядь волос на палец, меняла положение ног под столом. Каждое движение было мне знакомо. Каждое — любимо. Позже Белла решила, что математики на сегодня достаточно, и начала готовить ужин для себя и Чарли. Я помогал ей — резал мясо, помешивал соус, стараясь не выдать отвращения к запаху человеческой еды. Судя по довольному виду Чарли, пахло прекрасно. Для людей. Сам Чарли вернулся домой в относительно хорошем настроении. В голове у него крутились мысли о работе, скучном дне и карточной игре с напарником. Когда-то эти леса были полны смертей. Лоран. Виктория. Исчезающие туристы. Растерзанные тела. Люди обвиняли огромных волков, даже не подозревая, что именно оборотни пытались их защитить. Но после нашего возвращения Виктория держалась подальше. Пока что. Чарли намеренно игнорировал мое присутствие за ужином, напоминая себе, что Белла больше не под домашним арестом и он не может выгнать меня без причины. Пока они ели, я устроился в гостиной перед телевизором. Еще смерти. Еще исчезновения. Еще один пожар. Я мрачно покачал головой. Тот, кто создавал новорожденных, явно потерял контроль над ситуацией. Иначе объяснить такую небрежность было невозможно. Белла и Чарли долго сидели за столом почти в полной тишине. Чарли думал о еде. Мысли Беллы, как всегда, оставались для меня недосягаемыми. Именно это и сводило меня с ума сильнее всего. Я смотрел на нее и невольно представлял наше будущее. Колледж. Собственный дом. Жизнь вдвоем. Навечно. Я представил кольцо моей матери на ее руке — и едва не застонал от разочарования. Почему она все еще не соглашалась выйти за меня? Она любила меня. Я знал это. Она уже была готова отказаться от человеческой жизни ради меня. Мы собирались провести вечность вместе… Мысль о том, что однажды я смогу поцеловать ее по-настоящему, обнять без страха сломать, прижать к себе всем телом — Я резко прочистил горло, возвращая мысли в нужное русло. – Спасибо, Белла, такая вкуснятина! — похвалил Чарли. – Я рада, что тебе понравилось. Как работа? – Потихоньку. Можно сказать, полная тишина. Мы с Марком большую часть дня в карты резались. Я выиграл девятнадцать партий из двадцати шести. А потом поболтал по телефону с Билли. Я сразу насторожился. – И как у него дела? – Ничего, нормально. Суставы только побаливают. – Бедняга. – Да уж. Билли пригласил нас на выходные в гости. Хочет позвать еще Клируотеров и Улейсов. Вроде как матч устроить. Прекрасно. Целый дом оборотней. Сэм Улей — вожак стаи. Как будто одного Джейкоба было недостаточно. – Ага, — только и ответила Белла. Никакого энтузиазма. Я испытал почти неприличное облегчение. Мы с Беллой начали убирать посуду, и я решил воспользоваться моментом. – Чарли. Он обернулся ко мне с явным раздражением. – Что? – А Белла не говорила, что мои родители подарили ей на прошлый день рождения авиабилеты, чтобы она могла съездить повидать Рене? Белла уронила тарелку. Я едва удержался от того, чтобы поймать ее раньше, чем она ударится о пол. Пена разлетелась по кухне. Никто не обратил внимания. – Белла? — подозрительно переспросил Чарли. Она не подняла глаз. – Ну да, подарили. – Нет, не говорила. Я молча вытирал уже чистую тарелку, прислушиваясь к мыслям Чарли. Он не хотел отпускать ее далеко. Но мысль о том, что Белла окажется за тысячи километров от меня, ему явно нравилась. – А почему ты спрашиваешь? – Срок действия скоро истечет. Если Белла не воспользуется подарком, то боюсь, Эсми может обидеться. Конечно, сказать она ничего не скажет… На этот раз я говорил правду. И, разумеется, Чарли почти сразу решил, что я лгу. – Белла, пожалуй, тебе стоит съездить к маме. Она обрадуется. И странно, что ты мне и словом не обмолвилась. Белла бросила на меня убийственный взгляд. – Забыла. – Забыла, что тебе подарили билеты? — недоверчиво переспросил он. – М-м. – Эдвард, ты сказал «билеты», – не отставал Чарли. – Сколько билетов подарили Белле твои родители? – Один для нее… и один для меня. На этот раз тарелка грохнулась уже в раковину. Я видел, как щеки Беллы вспыхнули. – Об этом и речи быть не может! — рявкнул Чарли. Я изобразил искреннее удивление. – Почему? – с невинным удивлением в голосе поинтересовался я. – Ведь вы только что сказали, что Белле стоило бы съездить к маме. Чарли тут же переключился на Беллу: – Никуда ты с ним не поедешь! Белла резко развернулась. – Папа, я не ребенок. И, надеюсь, ты помнишь, что разрешил мне выходить из дома! Я едва удержал улыбку. – А с этого момента запрещаю! – За что?! – Потому что я так сказал! – Чарли, ты не забыл, что по закону я считаюсь совершеннолетней? Я продолжал стоять спиной к ним, вытирая одну и ту же тарелку. Иногда обратная психология действительно работала. Еще полчаса назад Белла спорила против поездки. Теперь — яростно ее защищала. – Это мой дом – и ты будешь следовать моим законам! Она прищурилась и бросила на него убийственный взгляд. – Ну если так… Мне прямо сейчас выкатываться, или ты дашь пару дней, чтобы собрать чемодан? Я почувствовал вспышку боли и паники в мыслях Чарли. Белла сразу пожалела о сказанном. – Папа, когда я что-то натворю, то на наказание не жалуюсь, однако с твоими предрассудками мириться не намерена. Чарли молчал, потому что все слова, приходившие ему в голову, явно не подходили для дочери. – Ты прекрасно знаешь, что у меня есть полное право съездить к маме на выходные. Признайся честно, если бы я поехала с Элис и Анжелой, ты бы и не подумал возражать, верно? – Так это ж девчонки! – А против Джейка ты стал бы возражать? Я резко стиснул зубы. Чарли помедлил. – Стал бы. Мне бы это не понравилось. Ложь. И Белла услышала ее так же ясно, как и я. – Па, врать ты совсем не умеешь. Чарли только устало потер лицо. – Белла… – Я ведь не в Лас-Вегас уезжаю, чтобы стать там стриптизеркой. Я еду к маме! У нее тоже есть родительские права. Он снова промолчал. – Или ты имеешь в виду, что мама не в состоянии обо мне позаботиться? Чарли окончательно сдался. Когда посуда была вымыта, Белла выдернула пробку из раковины и объявила: – Домашнее задание я сделала, ты поужинал, посуда вымыта, и я свободный человек. И иду гулять. Вернусь к половине одиннадцатого. О да. Позже мне точно достанется. – Куда ты идешь? — мрачно спросил Чарли. – Еще не знаю. Но не дальше, чем на десять миль от дома. Договорились? Чарли отвернулся, мысленно проклиная меня и мое влияние на его дочь. Я же осторожно спросил: – Мы идем гулять? Мне даже не пришлось притворяться довольным этой мыслью. Даже если Белла злилась на меня — по крайней мере, мы будем вдвоем. – Да, — сухо ответила она. – Мне бы хотелось поговорить с тобой – наедине. Она молчала всю дорогу до машины. А потом резко повернулась ко мне: – И как это понимать? – Белла, я знал, что ты хочешь увидеть маму: ты говорила о ней во сне. Даже переживала за нее. Еще одна ложь. – Я? Я кивнул. – Но ты слишком большая трусиха, чтобы заговорить об этом с Чарли, вот я и посодействовал. – Посодействовал? — возмущенно переспросила она. – Да ты меня бросил на корм акулам! Я рассмеялся. – По-моему, никакая опасность тебе не грозила. – Я же сказала, что не хочу ссориться с Чарли. – А кто тебя заставлял? Если бы она не начала спорить сама, я все равно нашел бы способ увезти ее из Форкса. Даже если пришлось бы буквально похитить. – Когда он начинает распоряжаться, я ничего не могу с собой поделать: мне ударяют в голову подростковые инстинкты, — проворчала она. Я не удержался от смеха. – А я-то здесь при чем? Она продолжала сердито смотреть на меня, но я видел — злость постепенно уходит. – Это внезапное желание посетить Флориду никак не связано с вечеринкой у Билли? — подозрительно спросила она. Я сжал челюсти. Если бы ради ее безопасности мне пришлось увезти ее хоть на край света — я бы сделал это. Но сейчас я хотя бы мог ответить честно: – Никак. Неважно, здесь ты или в другом полушарии, ты бы все равно туда не пошла. Она тихо заскрежетала зубами. Я устало вздохнул. – Так чем мы займемся сейчас? – Давай поедем к тебе? Я Эсми уже сто лет не видела. Ее слова застали меня врасплох. Я сразу улыбнулся. – Эсми будет рада. Особенно когда услышит о наших планах на выходные. Белла тяжело вздохнула. А я понял, что окончательно победил.