Глава 10. Пленница

Когда Белла уснула той ночью, я вернулся домой — и снова увидел Элис на ступеньках. Стоило мне приблизиться к дому, как она бросилась ко мне, обвила руками шею и запрыгала от восторга. — Спасибо! Спасибо! Спасибо! Спасибо! Спасибо! — выпалила она. Она уже увидела мои планы, и я невольно рассмеялся. — Бесполезно пытаться сделать тебе сюрприз, да? — покачал я головой. — Ладно, поехали покупать тебе новую машину. — Желтую, — тут же просияла Элис. Будто мне нужно было напоминать. С тех пор как мы вернулись из Италии, я постоянно видел в ее мыслях тот Porsche, который она тогда украла. — Скажем так: тебе не придется ждать Рождества. Но взамен мне кое-что нужно. Ее глаза вспыхнули. — Я знаю. Ты хочешь, чтобы я держала Беллу подальше от Джейкоба. — Белла больше не должна видеться с этим псом, — прорычал я. — Это значит — круглосуточный контроль. Когда я уезжаю на охоту, она не должна исчезать из твоего поля зрения. Или... хотя бы из зоны слышимости. Полагаю, в ванную она может ходить без сопровождения, но... — Я поняла, Эдвард, — закатила глаза Элис. — В следующие выходные поезжай спокойно, а я просто выкраду ее. Устроим девичник. Элис уже давно мечтала провести время с Беллой без моего постоянного присутствия. Еще после выпускного бала она надеялась, что это станет началом их собственной дружбы. — Только сделай так, чтобы ей понравилось, — усмехнулся я. — Сначала она наверняка будет сопротивляться, но попробуй убедить ее хоть немного развлечься... Я осекся, вспомнив слова Джейкоба о том, что в жизни Беллы нет места веселью. Элис радостно рассмеялась. В ее голове тут же замелькали десятки способов замучить Беллу заботой: маникюр, педикюр, косметика, сложные прически, фильмы, еда на вынос... Настоящая пижамная вечеринка. — Я говорю не только об этих выходных, — продолжил я уже серьезнее. — Когда меня нет рядом — ты рядом с ней. Я стиснул зубы. — Она совершенно не понимает, насколько опасны оборотни. Даже если Джейкоб умеет себя контролировать, в Ла-Пуш целая стая этих чудовищ. Я видел их в мыслях Майка — даже в человеческом облике они выглядят как монстры. А после того, что ты показала мне во время вашей стычки на прошлой неделе... они куда менее управляемы, чем стая, которую мы встретили семьдесят лет назад. Мой голос становился все жестче, кулаки сами собой сжимались. — И дело не только в них. Что, если Виктория нападет, пока Белла будет с ними, а ты этого не увидишь? Ты ведь не видишь волков. Да, они убили Лорана, но он не был таким опасным, как она. В Виктории есть что-то... то, как она охотится, как умеет уходить и от нас, и от них. Я не знаю, но... — Эдвард, прекрати паниковать, — резко оборвала меня Элис, хватая за руку. — С Беллой ничего не случится. Никто из нас этого не допустит. А теперь пошли. Нам нужно купить мне машину. Она отпрыгнула в сторону и показала мне видение: Белла в безопасности. Автосалоны уже были закрыты, поэтому остаток ночи мы провели за компьютером, просматривая модели, комплектации и возможные обновления. Я перевел на счет Элис сумму, которой хватило бы не только на Porsche, но и на бензин на ближайшие лет сто. На следующий день, в воскресенье, Карлайл отправился за Эмметом и Джаспером, а по дороге заехал с Элис в автосалон. Она потом показала мне лица продавцов, когда вошла внутрь вместе с Карлайлом, Эмметом и Джаспером, и я расхохотался. Карлайл выглядел спокойно и респектабельно, но Эммет и Джаспер — совсем другое дело. Эммет при жизни был огромным, а превращение лишь усилило это впечатление. Джаспер же, даже не будучи выше меня ростом, вызывал у людей почти животный страх одним своим присутствием. Продавцы нервно косились на них, пока не поняли, что машину покупает миниатюрная девушка с лицом эльфа. — Умора, — тихо пробормотал один продавец другому. — Porsche для восемнадцатилетней девчонки. Папочка явно балует свою принцессу. Элис тут же повернулась к нему с ослепительной улыбкой, демонстрируя зубы. — О нет. Я покупаю его сама. Так что вы предпочитаете — наличные или перевод с моего счета? Как жаль, что меня там не было. Но весь смысл заключался в том, чтобы не оставлять Беллу без защиты, и я не собирался отходить от нее далеко, пока Элис отсутствовала. Даже несколько часов без нее показались мне слишком долгими. Хотя я прекрасно знал: Белла дома, в безопасности, а Виктория пока далеко. Как только все было закончено, я тут же вернулся к Белле и снова лег рядом с ней, погружаясь в тепло ее сонных объятий. Слова Джейкоба о том, что я не позволяю Белле жить нормальной жизнью, продолжали раздражать меня сильнее, чем я хотел признать. Поэтому в воскресенье я отвез ее в Секим за книгами. Возвращаться в Порт-Анджелес мне не хотелось, а Секим был ближайшим городом с приличным книжным магазином. Белла, конечно же, пыталась спорить, когда я предложил оплатить покупки, но ей явно нравилось выбирать книги, а мне нравилось наблюдать за ней. Пока она была счастлива — счастлив был и я. После книжного мы бродили по маленькому городку, заглянули в музей и художественный центр. Там были старые фотографии, картины, металлические скульптуры и коллекция вещей начала двадцатого века. Среди экспонатов стоял REO Model B Runabout 1907 года. Я рассмеялся, увидев выражение лица Беллы, когда рассказал, что когда-то учился водить на машине примерно такого же типа. День закончился ужином — для нее, разумеется. Мы смеялись, держались за руки, гуляли по незнакомым улицам. Белла выглядела счастливой. И я наслаждался этим ее настроением куда больше, чем хотел бы признать. Но я понимал: просто держать ее подальше от Джейкоба недостаточно. Мне нужно было не только не потерять ее. Мне нужно было завоевать ее окончательно. Я вспомнил тот вечер, когда впервые привел ее к себе домой. Тогда, помимо признания в собственном чудовищном прошлом, я сыграл ей колыбельную, написанную специально для нее. Она тогда едва не расплакалась. Музыка всегда была способом сказать то, чего я не мог выразить словами. И теперь, когда я снова отчаянно нуждался в этом, естественно было вернуться именно к ней. В понедельник после школы мы с Беллой пошли ко мне домой, якобы чтобы сделать домашнюю работу, хотя на самом деле я намеревался продолжить ухаживать за ней. Вместо того чтобы сесть за обеденный стол, я непринужденно устроил нас в гостиной. Закончив со своими заданиями, я сел за пианино и начал играть для нее. Сначала я исполнил песни, которые уже записал для нее, затем перешел к тем, которые, как я знал, она еще не слышала, а после немного поработал над новой мелодией, которую записал на пляже. Она лежала на животе на полу рядом со мной, согнув колени и скрестив лодыжки, опираясь на локти и пытаясь сосредоточиться на домашней работе. Я внимательно наблюдал за ней и замечал, как ее взгляд снова и снова притягивается к моему, и не мог удержаться от улыбки каждый раз, когда наши глаза встречались. И каждый раз я слышал, как ее сердце замирает, и видел, как румянец вновь окрашивает ее щеки. В редком приступе хорошего настроения Розали присоединилась к нам, когда Белла почти закончила. Я подвинулся, освобождая место для Роуз на скамье, и она начала добавлять собственные украшения к мелодии, которую я играл. Хотя она никогда не сочиняла музыку и музыка не была для нее такой страстью, как для меня, много лет назад я научил ее азам, и с тех пор они с Элис нередко присоединялись ко мне. — Спасибо за деталь, — она толкнула меня плечом. Я лишь улыбнулся, зная, что весь уик-энд она провела, возясь со своим M3. — Какую деталь? — с любопытством спросила Белла, глядя на меня. Я небрежно пожал плечами. — Просто небольшая модернизация машины Розали. — Небольшая? — возразила Розали и тут же начала перечислять новые характеристики машины по сравнению со старыми. Белла покачала головой и снова склонилась над домашней работой. Во вторник я попросил Элис присмотреть за магазином, пока Белла работала, чтобы самому отправиться за покупками. Белла не хотела, чтобы я тратил деньги на нее, но никто не запрещал мне тратить деньги на себя. Если Элис собиралась похитить Беллу и держать ее в заложниках в моем доме, я мог хотя бы предоставить ей место для сна. Пока Белла работала, я выбирал кровать для своей комнаты. Пересмотрев множество вариантов, я долго не мог определиться между двумя. Меня привлекала деревянная кровать светло-вишневого цвета, с резными элементами и балдахином, сходившимся посередине и напоминавшим люстру. Но, несмотря на всю ее красоту, кованая рама показалась мне идеальной. На четырех столбах переплетались сложные узоры из роз, образуя изящный рисунок на изголовье и решетке над кроватью. Мне понравилось, как черный металл будет контрастировать со светло-золотым оттенком моей комнаты. Выбрав каркас, я опробовал несколько матрасов и в итоге остановился на том, к которому меня настойчиво подталкивал продавец, полностью игнорируя его рекламную речь. Я договорился о доставке на следующий день и вернулся в «Ньютонс», чтобы дождаться окончания смены Беллы. На следующий день я снова попросил Элис присмотреть за Беллой, пока сам отправился за покупками. Кровать уже доставили, и теперь мне нужно было выбрать постельное белье. Помня, как Белла любила смотреть в мои глаза — золотые или черные, — я выбрал комплект чуть светлее золотистого оттенка моей комнаты. С черной рамой кровати и золотыми простынями и одеялом будет казаться, будто я смотрю на нее, пока она спит. Мне понравилась эта мысль. Покупки не заняли много времени, и у меня оставалось достаточно времени, чтобы вернуться домой и все установить. Эсме попросила доставщиков оставить каркас и матрас в гостиной. Я отнес все наверх в свою комнату, переставив мебель, чтобы освободить место. Когда кровать была собрана и застелена, я отошел на шаг и с удовольствием оглядел новое приобретение. Я легко мог представить Беллу, спящую там: одна рука за головой, темные волосы рассыпаны по золотым подушкам. "Ей понравится, Эдвард. Это действительно красиво", — подумала Эсме, подходя ко мне сзади. Она любила архитектуру и дизайн интерьеров и всегда ценила эстетическую сторону вещей. — Спасибо, мам, — улыбнулся я и быстро поцеловал ее в щеку. В этот момент позвонили из автосалона. Эсме улыбнулась мне, и я рассмеялся. Порше будет здесь завтра. Я заранее договорился с менеджером, чтобы машину доставили первым делом утром. — Пойду сообщу Элис. Взволнованный тем, что смогу рассказать ей о скорой доставке Порше, я поехал обратно в Newton’s Outfitters. Все было готово к моей поездке. Элис получит свою машину, а у Беллы будет где спать. Но внезапно меня охватила сильная жажда, и я уже не был уверен, что хочу ждать до выходных. Я и так испытывал жажду после пропущенной охоты. Если я уеду, пока Белла будет в школе, она будет занята, в безопасности и не сможет связаться с ним. Когда я подъехал к «Ньютонс», Элис уже ждала меня у машины. — Твоя машина будет здесь завтра, — сказал я ей с улыбкой. — Но Карлайл и Эсме считают, что тебе не стоит ездить на ней по городу. — Эдвард, — она закатила глаза, уже предвидя их приезд и все нежелательные советы, которые они непременно ей дадут. Я рассмеялся. — Ладно, что еще я собираюсь тебе сказать? Она засмеялась, и ее высокий голос прозвучал мелодичной трелью. — Думаю, тебе стоит завтра отправиться в Канаду. Я нахмурился — мне не нравилась мысль уезжать так далеко. — В провинциальном парке Гарибальди проблемы с популяцией львов. Там ты найдешь куда больше дичи, чем в Вашингтоне. И это не так уж далеко, — добавила она, заметив мою гримасу. — Ладно, хорошо. Я уеду завтра, когда отвезу Беллу на работу. Ты можешь похитить ее на ночь в четверг и пятницу. Сообщи Эм и Джазу — если захотят, пусть тоже приезжают. — Карлайл тоже захочет, — легко согласилась она. — Будем только мы, девочки, — радостно хлопнув в ладоши, Элис ушла домой. Через несколько секунд после нее из магазина вышла Белла. В четверг днем Карлайл, Эмметт, Джаспер и я отправились в канадские горы. Мы взяли мерседес Карлайла, чтобы Элис могла ездить на моей машине. Я чувствовал, как яд течет по телу в предвкушении. Прошло уже слишком много времени с тех пор, как я охотился и теперь с нетерпением ждал возможности проредить перенаселенные стаи, с которыми Гарибальди не справлялся. Эмметт и Джаспер ушли вместе, как только мы разбили лагерь, а мы с Карлайлом побежали в другую сторону. Моя голова была слишком занята мыслями о добыче, чтобы обращать внимание на его мысли. Он снова тщательно контролировал их, но, в отличие от прошлого раза, не казался сердитым, поэтому я не беспокоился. После того как каждый из нас выпил по паре львов, мы сидели в дружеском молчании, глядя на горный хребет, пока Карлайл наконец не обратил мое внимание на то, о чем думал. "Эдвард, мне кажется, ты поступаешь неправильно." — Что ты имеешь в виду? "Я имею в виду, что ты снова пытаешься заставить ее принять решение, которого она не хочет." — Волки опасны! "Волки? Или Джейкоб?" Я прищурился и прорычал: — Одно и то же. "Нет. Это не одно и то же." Помолчав, он продолжил: "Элис рассказала мне, как ты убедил ее поехать с тобой во Флориду." — И? — Подумай, Эдвард, — произнес он вслух, чтобы я точно услышал. — Она сразу хотела ехать? — Нет... — А когда Чарли запретил ей поездку, что произошло? — Она... — я вздохнул, понимая, к чему он ведет. — Она начала спорить, чтобы поехать. Сказала, что в ней проснулся типичный подростковый дух противоречия, как только ей начали приказывать. — Мм-хм. Чем сильнее ты на нее давишь, тем сильнее она сопротивляется. — Ты считаешь, я должен просто позволить ей проводить время с кучей оборотней? — раздраженно спросил я. — Да. Именно так я и считаю. Я потрясенно уставился на него. — Она все равно это сделает. — Элис ее остановит, — прорычал я. — И тогда ты оттолкнешь от себя и сестру, заставив Беллу злиться на нее. Несмотря на все твои усилия, я думаю, Белла все равно найдет способ увидеться с ним. Она провела с ним несколько месяцев, пока тебя не было. Она не считает их опасными и... — Она не видит опасности! — И, — твердо произнес он, прежде чем снова заговорить спокойно, — я вынужден с ней согласиться. Я задохнулся от шока и гнева. — Что? Ты... Они... Ты не помнишь, что было в прошлый раз, Карлайл? Люди погибли! А теперь их стало еще больше! — Итак, чтобы уберечь ее от одного вида опасных монстров, ты заставляешь ее ночевать в доме, полном других. Тебе не кажется это немного лицемерным? — Элис не причинит ей вреда. — Джейкоб тоже. Я недовольно скрежетал зубами. — Ты несправедлив по отношению к ней. Она доверяет ему. Ты должен доверять ей. Он посмотрел на меня, и в его мыслях я увидел самого себя — угрюмого семнадцатилетнего подростка, кипящего от гнева под отцовским осуждением. Этот образ лишь усилил мое раздражение. Мне сто лет, черт возьми! Но я был и навсегда останусь вечным подростком. Когда я перестал спорить, Карлайл поднялся и побежал обратно к лагерю, оставив меня наедине с собственными мыслями. Белла терпеть не могла двойные стандарты, и, если быть честным с самим собой, я действительно был несправедлив. Я никогда не причинил бы ей вреда, и был уверен, что ни Элис, ни Эсме тоже на это не способны. Но Розали не любила Беллу, а Джаспер уже однажды напал на нее. Сейчас он был здесь, со мной, но... — Черт, — пробормотал я себе под нос. Мысль о том, что волк может причинить ей вред, ужасала. Но не менее ужасной была мысль о том, что она может выбрать его вместо меня. Элис была уверена, что этого не случится, но, как она уже не раз повторяла, чтобы Белла выбрала меня, я должен был позволить ей выбирать. И Элис, и Карлайл предупреждали меня раньше: нельзя принимать решения за Беллу. Каждый раз, когда я пытался это делать, все становилось только хуже. Мне бы не понравилось, если бы она заставляла меня делать то, чего я не хочу, и с моей стороны было бы нечестно поступать с ней так же. Джейкоб явно ненавидел меня, а Белла пришла в ярость, когда он использовал свои воспоминания против меня. Мне просто нужно было показать ей, что я лучше. Я должен был позволить ей проводить время с друзьями, позволить ей быть с Элис без похищений, позволить ей видеться с Джейкобом, не вынуждая тайком сбегать из дома, и — да — даже позволить ей общаться с этим ужасным мальчишкой Ньютоном, если ей этого хотелось. Независимо от того, насколько мне была отвратительна сама мысль об этом. Я услышал собственное рычание. Поднявшись, я попытался очистить разум от гнева и страха. Немного успокоившись, открыл чувства прохладному горному воздуху и начал искать запах очередного льва. Хотя я уже убил двух, жажда все еще мучила меня, а я прекрасно понимал, что голод только усиливает мои эмоции. Когда я вернулся в лагерь, Карлайл молча протянул мне телефон. С тревогой я увидел пропущенный звонок от Элис и голосовое сообщение. Пытаясь подавить подступающую панику, я включил его и сразу почувствовал облегчение, услышав голос на другом конце... пока не разобрал слова. — У тебя проблемы, — прозвучал в трубке прекрасный голос Беллы. Несмотря на раздражение в ее тоне, мне показалось, что это самый красивый звук, который я когда-либо слышал. — Огромные неприятности. Разъяренные гризли покажутся ручными по сравнению с тем, что ждет тебя дома. Когда сообщение закончилось, я тяжело вздохнул, признавая поражение. Встретившись взглядом с Карлайлом, я коротко кивнул. Почувствовав мое настроение, отец и братья оставили меня одного и снова ушли на охоту, пока я пытался смириться со своей всепоглощающей потребностью в Белле. На следующее утро мы с Карлайлом наблюдали, как Эмметт и Джаспер дерутся. Эсме и Роуз терпеть не могли, когда они устраивали настоящие схватки, поэтому братья воспользовались отсутствием женского надзора и устроили полноценную драку. При жизни Джаспер был майором армии Конфедерации. Несмотря на молодость, он обладал врожденной харизмой — той самой, что после превращения стала его способностью чувствовать и контролировать эмоции окружающих. Именно она сделала его выдающимся офицером. Еще человеком он переходил от одной войны к другой, а после обращения Мария использовала его военный талант и харизму, чтобы захватывать для себя человеческие поселения. Почти столетие он провел, сражаясь и тренируя других. Эмметт же и при жизни был огромным мужчиной и страстным охотником. Хотя у него не было способностей, как у Элис, Джаспера или меня, его физическая сила намного превосходила даже обычную вампирскую. Он всегда оставался опасным противником, но военная подготовка Джаспера почти неизменно давала тому преимущество. Снова и снова Эмметт отлетал в сторону, пока Джаспер с легкостью обходил его. Я удивился, когда во время их схватки зазвонил мой телефон. Снова Элис. О нет. Почему-то я уже знал, что она скажет. — Что случилось, Элис? — тревожно спросил я. — Мне так жаль, Эдвард! — простонала она. — Этот дворняга перехватил ее между уроками! Вокруг были люди, я ничего не могла сделать! Я не вижу его, не знала, что он придет, Белла тоже не знала, и... — Элис, успокойся, — произнес я, намеренно сохраняя ровный тон, и ее дыхание постепенно выровнялось. — Откуда он вообще узнал, когда прийти? Он ведь не настолько идиот, чтобы пытаться похитить ее, пока я рядом. — Ну... ты не говорил, что ей нельзя ему звонить... — тревожно ответила она. Я тяжело вздохнул. — Да. Не говорил. — Она собиралась встретиться с ним, пока тебя не будет, но, поскольку я буквально держала ее в заложниках, решила позвонить и отменить встречу, — объяснила Элис. — Все в порядке. Просто... сообщи мне, когда она вернется. Я отключил телефон и поднялся. Я чувствовал на себе взгляды Карлайла и братьев, но заставил себя сохранять спокойствие и вышел из лагеря. Пытаясь не поддаваться мрачному настроению, я отправился на поиски еще одного льва, хотя к тому моменту уже был почти сыт. Но вместо львиного следа мне попался волчий. Я пошел по нему. Нагнав небольшую стаю, я в ярости бросился на первого зверя, оторвав ему конечности. Остальные тут же кинулись на меня. Я схватил одного из волков прямо в прыжке и сжал так сильно, что услышал треск костей и его мучительный вой. Отшвырнув искалеченное тело, я набросился на следующего. Один за другим я убивал этих несчастных животных, преследуя тех, кто пытался скрыться от моего гнева. Когда последний волк был мертв, я в ужасе огляделся. Одно дело — убивать ради пищи. И совсем другое — вымещать ярость на зверях. Я был покрыт кровью. Одежда висела клочьями после их попыток защититься. Повсюду лежали тела, деревья были забрызганы кровью, а земля влажно блестела от красной жидкости, которую я даже не попытался выпить. Боже, я был чудовищем. Я опустился на землю среди этой бойни и обхватил руками колени. Я называл Джейкоба опасным монстром, но сомневался, что он когда-либо убивал кого-то, кроме Лорана — а тот тогда пытался убить Беллу. За это я не мог его винить. Тяжело дыша сквозь стиснутые зубы, я дрожал от боли и отвращения к самому себе. Наконец успокоившись, я снял разорванную рубашку и брюки, поджег их вместе с телами волков, а затем смыл с себя кровь в реке, прежде чем вернуться в лагерь. Я сознательно игнорировал взгляды и мысли своей семьи, когда они увидели меня. И все же было наивно ожидать, что Эмметт промолчит. Когда я направился к палатке за новой одеждой, он хихикнул: — А я-то был уверен, что, когда ты уходил, на тебе одежды было побольше, чем сейчас. — Отвали, Эм, — пробормотал я. — Эмметт, Джаспер, может, хотите поискать еще медведей? — Карлайл поднялся, и в его голосе прозвучало легкое неодобрение. К моему облегчению, Эмметт тут же согласился, заявив, что еще не нашел всех медведей, которых хотел. Они снова ушли на охоту, оставив меня сидеть у костра и размышлять о собственных поступках. Я не мог отрицать, что был монстром, недостойным любви Беллы. Но и оставить ее снова я не мог. Не хотел. Разве что она сама заставила бы меня уйти — и даже тогда я не сумел бы уйти далеко. Я слишком сильно в ней нуждался. Если я хотел сохранить ее любовь и однажды услышать столь необходимое мне «да», я не имел права снова позволить гневу управлять собой. И прежде всего потому, что теперь чувствовал себя еще хуже, чем раньше. Те волки не были Джейкобом и его стаей. Они не виноваты в том, что два монстра влюбились в ангела. Если я хотел сохранить любовь Беллы, мне нужно было избавиться от собственного гнева. Можно ли быть хорошим монстром? Я не знал. Но хотел попытаться. Я решил, что больше не позволю ярости управлять мной — так же, как когда-то перестал позволять этому своему красноглазому монстру. Когда я вернусь домой, я выдержу гнев Беллы — потому что заслужил его — и сделаю все, чтобы она захотела остаться со мной. Когда позже тем днем позвонила Элис, я испытал облегчение. — Белла в безопасности, — сразу сказала она, но в ее голосе звучало что-то странное. — Тогда что случилось? — Ты в порядке? — осторожно спросила она, и я понял, что она видела последствия моей вспышки ярости. Я вздохнул, чувствуя стыд. — Теперь да. Это больше не повторится. — Надеюсь, — сердито ответила она. — Ты меня напугал. — Прости. Несколько секунд мы молчали, и я понял, что ее беспокоит что-то еще. — Что случилось, Элис? — Не знаю. Белла вернулась домой злой и расстроенной. Она ничего мне не сказала. И была насквозь мокрая — приехала сюда на мотоцикле под дождем. Я подумал, не поссорилась ли она с ним. И неожиданно настроение у меня улучшилось. — Мы будем дома сегодня ночью, — сказал я. — Просто проследи, чтобы до тех пор она оставалась в безопасности, хорошо? Популяция львов, медведей и волков в Гарибальди заметно сократилась с момента нашего приезда, так что мы свернули лагерь и отправились обратно, вернувшись домой около полуночи.