Великий Архитектор

Пустыня казалась бесконечной, а её песок — мёртвым. Каждый шаг Гарри и Гермионы отдавался сухим хрустом. За спиной остались руины их первой ночи и прах Рона, а впереди, на самом краю горизонта, дрожало марево. Но это была не иллюзия. Из песков вырастала Цитадель. Это не было здание в привычном смысле — это был шрам на лице реальности. Огромный куб из черного, как бездна, обсидиана, по которому струились реки раскаленной лавы, заменяя собой факелы. Вокруг цитадели раскинулся город, который выглядел как насмешка над жизнью. Тысячи Жителей-рабов с выжженными клеймами на лбах таскали тяжелые блоки золота, их стоны сливались в монотонный гул, от которого вибрировали зубы. — Смотри на их глаза, — прошептала Гермиона, сжимая в руке грубый каменный нож. — У них нет зрачков. Только пустые белые впадины.

Явление Бога

Внезапно гул затих. Тысячи рабов одновременно упали ниц, разбивая лица о твердый песчаник. Воздух стал тяжелым, как свинец. Пространство перед Гарри и Гермионой начало «рваться»: пиксели реальности задрожали, цвета инвертировались, и из черной дыры в самой ткани мира вышел Он. Херобрин. Он не был похож на монстра. Он выглядел как человек, чей скин был стандартным и скучным, если бы не глаза — два колодца ослепительно белого света, в которых отражались тысячи смертей. Вокруг него левитировали символы командной строки, красные искры ошибок и обрывки кода. — Вы долго шли, — его голос прозвучал прямо внутри их черепных коробок, вызывая тошноту. — Поттер. Грейнджер. Последние «ошибки» в моей идеальной системе. Он взмахнул рукой, и земля под ногами Гарри превратилась в зыбучий песок. Гарри закричал, когда его затянуло по пояс, а кости начали хрустеть под давлением блоков. — Остановись! — выкрикнула Гермиона, бросаясь вперед, но Херобрин просто взглянул на неё, и она замерла, парализованная невидимыми цепями. — Магия вашего мира — это детские фокусы, — Херобрин подошел к Гарри и схватил его за волосы, заставляя смотреть вверх. — Вы верили в пророчества? В любовь? Здесь я — единственный закон. Я переписал параметры вашего существования. Твоя «защита матери», Поттер? Я удалил этот файл.

Тёмный Триумф и Падение Малфоя

Херобрин щелкнул пальцами, и из тени обсидиановой башни вытащили клетку. В ней, скорчившись в три погибели, сидел Драко Малфой. Но от его аристократичного вида не осталось и следа. Его кожа была серой, местами она мерцала, обнажая пустоту под «скином». Его пальцы были стёрты до костей — он пытался прокопать выход из бедрока. — Посмотри на своего врага, Поттер, — Херобрин открыл клетку. — Он приполз ко мне на коленях, умоляя о силе. Он отдал мне ваши жизни в обмен на админ-панель. Но в моем мире предательство вознаграждается только одним способом. Херобрин коснулся лба Малфоя. Драко закричал — это был не человеческий крик, а искаженный цифровой звук, переходящий в ультразвук. На глазах у Гарри тело Драко начало распадаться на воксели. Его плоть превращалась в блоки, которые Херобрин тут же использовал, чтобы достроить стену своей башни. — Он стал частью моей архитектуры, — холодно заметил Хозяин. — Как станет и твой рыжий друг, чьи останки я уже переработал в топливо для печей.

Искушение Гермионы

Гарри чувствовал, как его «полоска здоровья» мигает красным. Один удар — и он исчезнет, как Малфой. Но Херобрин внезапно потерял к нему интерес. Он повернулся к Гермионе. — Ты... в тебе есть то, чего нет у этого мальчишки. Ты не просто хочешь выжить. Ты хочешь понимать. Ты видишь структуру этого мира. Ты чувствуешь код. Он провел своей холодной рукой по лицу Гермионы. Девушка вздрогнула, но не отвела взгляд. Между ними возникло пугающее напряжение — смесь ужаса и запретного любопытства. — Стань моей, Гермиона, — прошептал Херобрин, и вокруг них закружились вихри золотой пыли. — Я дам тебе доступ к творческому режиму. Ты сможешь воскрешать и убивать. Ты сможешь переписать этот мир так, как захочешь. Ты будешь моей королевой в этом цифровом аду. Или... ты можешь смотреть, как я медленно, блок за блоком, сдираю кожу с Поттера. Гарри пытался вырваться, кричал ей: «Нет! Не слушай его!», но Гермиона молчала. Её глаза, всегда полные света и доброты, начали меняться. В них отразилось холодное сияние белых глаз Херобрина. Она сделала шаг к Хозяину. Медленно, почти в трансе, она потянулась к его лицу и... поцеловала его. Это был не поцелуй любви. Это была сделка с дьяволом. В момент их соприкосновения по всему миру ударила молния, небо окрасилось в кроваво-красный цвет, а системный чат в глазах Гарри взорвался сообщениями:

[Server]: Player "Hermione_G" has been granted Operator status.

Гермиона обернулась к Гарри. Её кожа теперь слегка светилась, а в руках материализовался меч из красного камня, пульсирующий энергией Незера. — Прости, Гарри, — её голос теперь звучал со стальным эхом. — В этом мире выживают только боги. Рон был слабым. Ты — балласт. Она замахнулась мечом, и Гарри увидел в её глазах не жалость, а холодный расчет. Она не просто предала его — она выбрала эволюцию через насилие. — Сбросьте его в Бездну, — скомандовала она стражам-скелетам. — Пусть Незер пожрет то, что от него осталось. Гарри почувствовал, как земля под ним окончательно провалилась. Он падал в темноту, слыша лишь безумный смех Херобрина и видя, как Гермиона уходит в обсидиановую башню, рука об руку с монстром.