Часть 2

Долго ли, коротко ли, но они добрались до холма. Вся вода стекала с него вниз, поэтому на верхушке остался сухой песок. Рейстлин удивился, что тот был не серым, а желтовато-коричневым, как и полагалось нормальному песку. Видимо, прошедший ливень вымыл из него пепел и угольную пыль. На холме, свернувшись широким кольцом, лежал скелет дракона. Рейстлин по достоинству оценил кости ящера и объявил привал, устроившись спать внутри черепа.       «Зло не может творить!»       «А я сказал, что могу! Я всем докажу, что могу!»              Ритуал измотал Рейстлина настолько, что когда он завершил его, то тут же свалился без чувств. Даже странно, он ведь бог, в конце концов.       Рейстлин пришел в себя. Он открыл глаза чтобы лицезреть чудесную картину. На фоне голубого неба над ним склонялся череп дракона, в глазницах которого горели желтые глаза.       — Он очнулся! — сообщил дракон.       Голос у него был низкий, скрипучий и напоминал брянцание костей.       — Я говорила, что он очнется, — прошелестела серая буря торжествующе.       Она что, спор выиграла?       Рейстлин сел.       — Что это ты тут… Ты кто вообще и почему такой живой?       Дракон приосанился, встряхнул костлявыми крыльями.       — Можешь называть меня Ядовитый Клык. Так меня зовут все люди.       — Он не человек, — прошелестела серая буря. — Он творец.       — Ядовитый Клык, отлично. Почемы ты живой?       — Так ты и оживил.       Рейстлин хмыкнул. Ритуал должен был создать новое живое животное. Или хотя бы живца. Он не собирался заниматься некромантией. Но хуже, кажется, не стало, поэтому пускай его.       — Ядовитый Клык, тебе чего-нибудь нужно? — спросил Рейстлин.       Он собирался выполнить по мере сил и возможностей желание дракона, а потом отпустить его на все четыре стороны. В его мире будет скелет-дракон! Какой бог, такой и мир! Ну и пусть!       Дракон думал долго.       — Хочу сжечь город! — наконец мечтательно произнес он.       — Придется тебя огорчить. Все города, которые были, сгорели уже.       — Кошмар какой! Давай тогда поскорее новые построим!       — А жить в них кто будет? Этот мир населяют серые бури, она, — Рейстлин кивнул на Восьмилапую, которая снова залезла к нему на плечо, — и я. Теперь еще ты.       — Не густо. Но город все равно надо построить. Как же без города?       — Ну вот ты этим и займись.       — Я не умею!       — Придется научиться. Я тоже не умею.       — Хороший же из тебя бог!       — Я это как-то и без тебя заметил.       Начали с того, что начертили на сырой глине план улиц и домов. Ну и пускай, что жить в них будет некому! Главное, что будет город. Будет, за что зацепиться глазу на пустоши.       Потом над расчерченной территорией пролетела серая буря, разгоняя влагу. На протяжении четверти часа в землю беспрестанно били сиреневые и розовые молнии, призванные Рейстлином. А когда глина и песок стали рыхлыми и податливыми, волшебник и дракон-скелет при неумелом содействии серой бури лепили городские стены.       «Это похоже на горячечный бред, — думал Рейстлин, убирая от лица волосы испачканной в глине ладонью, — но может так и должны боги создавать миры».              — В настоящем городе нужен колодец, — авторитетно сообщил Ядовитый Клык.       Рейстлин немного подумал, а потом взорвал очередным мощным заклинанием землю в центре города. Во все стороны полетели куски глины, песок, обломки гранита — на той глубине уже были большие камни.       Образовавшийся кратер начал медленно капля за каплей наполняться чистой водой, питаемой грунтовыми водами. Восьмилапая тут же опробовала ее, подтвердив качество. Рейстлин посмотрел на небо и почему-то сказал с язвительной усмешкой:       — А ты еще говорил. Съел теперь, все я могу!       Рейстлин шел по пустоши со странной несколько безумной улыбкой на перемазанном глиной лице. Рядом летела, покачиваясь, как в танце, серая буря. На плече сидела Восьмилапая. Процессию завершал скелет дракона, который при каждом шаге звонко бряцал костями. Так их стало четверо.              Рядом с небольшим ядовитым озерком вполне благополучно росло зеленое растение с большим красно-оранжевым цветком. Рейстлин сперва унюхал его, а только потом заметил. Растение жутко смердело.       — Вижу еще кое-кого живого, — улыбнулся волшебник и объявил привал.       Смердящее растение требовало подробного изучения.       Рейстлин подошел поближе и присел на корточки, рассматривая большой ядовитого оттенка цветок. Он протянул к нему руку, но тут же отдернул. Растение вырвало корни из земли, встало на них и бодро поскакало в направление от мага. Рейстлин задумчиво покивал головой. Видимо, даже ядовитая вода могла оказать не такой уж и плохой эффект.       Ядовитый Клык, груженый бревнами и кусками гранита, первым вошел в город, который по правде сказать больше походил на песочную крепость. На улицах постепенно стали появляться уродливые домишки, сложенные по принципу три или четыре плоских камня вертикально, один — горизонтально сверху. Однако даже такие каменные шалаши стали спасением для серой бури, когда несколько дней спустя опять пошел дождь.       — Да будет свет! — объявил Рейстлин, и в домике, где они ночевали, под потолком появилось три светлячка.       — А они живые. Однако? — удивился дракон, просунув в входное отверстие голову.       Рейстлин кивнул. Светлячки были настоящими живыми насекомышами, а не стандартными шарами света. У них были маленькие трепещущие крылышки, лапки и усики — все, как полагалось.       «Так странно, — подумал Рейстлин, приманивая одного светлячка к себе на ладонь, — я не проводил ритуалов, не читал сложных заклинаний. Оно как-то само получилось. Но хуже ведь не стало? Стало лучше!»