Все могло закончиться здесь, не начавшись

***

      Марк растерян. Он понимает, что все уже испорчено, все уже им просрано, но он думал, что все же есть это чувство, которое оба так сильно прятали. Он не может взять в толк, почему Юля убежала от него сейчас? Так сильно зла? Не любит? Не может простить его ошибок? Что случилось опять? Но единственное, что ему ясно, как белый день, это то, что он снова облажался. Снова сделал все не как надо было. Отчаянно хочется поговорить с ней, но времени уже не остается. Пора выходить на сцену, возможно это его последняя попытка вернуть что-то.

Ты далеко, но как за моим окном

И я рад тебе, хоть и вижу мельком

Но кидаешь в игнор, когда я не молчу

Говорю

      Марк очень напряжен, он поет попсовую песню в категории рок, делая это лишь для выражения своих чувств к Ней.

Незабудка — твой любимый цветок

Воздушный поцелуй станет самым горьким

Ты любишь говорить, что я тебя не люблю

Что любить смогут одни девчонки

      На лбу проступает вена, он очень хочет донести эти слова до того единственного сердца, которое закрыто от него, которое не хочет воспринимать ничего, что скажет Марк сейчас.

Все могло закончиться здесь, не начавшись

Но мы бы с тобой не узнали, кому нужны

И этот день я помню, будто бы вчерашний

Потому что с того дня мы — не мы

Я много куда опоздал, без обид

Но ведь отныне я стараюсь всё успевать в срок

Возможно мало делал я для нашей любви

Но до конца жизни помню: незабудка — твой цветок

      Он смотрит прямо ей в глаза, и Юля уже не может отвести своих. "Все могло закончиться не начавшись" - это правда так, они потеряли то, чего не успели обрести, так еще надо было умудриться сделать, если честно. "И этот день я помню, будто бы вчерашний, потому что с того дня мы — не мы" - снова прямое попадание в цель, с того дня, верней ночи, оба потеряли себя, не могут до сих пор прийти в норму, хотя прошло уже пять недель.       После выступления все начинают восхищаться выбором песни, потому что так в шоу не делал никто до Марка. Говорят, как крут он в образе рокера и плохого парня, а певец может лишь думать, как в жизни плох в роли "плохого парня". Да и вообще чьего-то парня, наверное. Юлю заставляют тоже что-то сказать, снова вспоминая их года дружбы, но все снова не то. То, что она говорит, не относится ни к Марку, ни к песне, общие фразы. То, что она хотела бы сказать, не взяли бы в эфир, возможно, потому что слать нахуй и тут же признаваться в любви с федерального канала наверное нельзя.

***

      После съемок Юля даже не успевает встать с кресла, как к ней подходит Марк со словами: - Пойдем выйдем, нам надо поговорить.       И Юля послушно идет за ним. Потому что да, им давно уже надо поговорить. Как минимум пять недель, как надо поговорить. Они выходят на парковку к машине Марка. На парковке пусто, все приезжают на такси, никто не хочет следить за дорогой после тяжелого дня съемок, вернее, никто, кроме Марка. Он любит расслабляться, ведя машину, следя за движением, куря за рулем авто, и слушая музыку.       На пустой парковке, как гром среди ясного неба раздается вопрос: - Почему ты ушла? - от закуривает, выдыхая горький яд через рот, смотрит прямо в глаза Юле. Замечает, как девушка дрожит от холода, и накидывает ей на плечи свою куртку. От такого манящего запаха духов человека, которого она так сильно любит, несмотря на всю подаренную им боль, яд из души рвется уже не так охотно. - Как ты думаешь сам? - он смотрит в глаза Юли, пытаясь понять, что она скажет ему дальше, морально готовясь к отказу. Он уже не верит в счастливый конец их сказки, в это слишком тяжело поверить после пережитого, после совершенных ошибок. - Ты боишься моей любви? Ответь мне честно. - Ты думаешь я боюсь, Марк? - она не может поверить тому, что, кажется, ясно услышала. Боишься любви. Ага, да, не всего того, что было, не того, что пришлось пережить. Любви. - Марк, я ушла, потому что не могу больше выносить твоей игры в любовь. Ты, видя все мои чувства, продолжаешь причинять мне боль, отвергаешь снова и снова. После той ночи, ты смотря мне в глаза, солгал, что ничего не было. Ты солгал тогда, даже не отпирайся. Ты не писал мне и не звонил. Ты пел трагичные песни о любви, но, когда гас свет, не посмотрел мне в глаза ни разу за пять недель. Ты сказал мне, что между нами ничего не могло быть, даже не хмурься, ты так и сказал. Неделю назад, спев песню о нашей ночи вместе, ты поцеловал на сцене танцовщицу, признался мне на испанском в любви и высмеял потом на перекуре. Сегодня, вместо слов хоть о чем-нибудь, ты просто поцеловал меня. Какой реакции ты ждал, скажи пожалуйста? И ответь мне еще пожалуйста, ты нормальный вообще? Потому что, то что ты творишь, в общечеловеческую норму не вписывается.       Весь Юлин монолог Марк смотрит на нее пустым взглядом, а в голове стучит пульсом фраза "Ты, видя все мои чувства". Мои чувства. У нее есть к нему чувства. Но романтические ли? Он не знает. Мужчина, как бы сильно не хотел прижать девочку к себе и никуда больше не отпускать, понимает, что надо объясниться, хотя бы попытаться. Потому что Юля права тысячу раз - он вел себя как больной, люди так себя не ведут. Говорить с своей любви ему было страшно - если это не взаимно, то после всего им содеянного, и после того, что он собирается сказать, Юля будет потеряна точно. Второй раз за день он решает рискнуть. - Юля, прости меня ради бога, сотню раз прости меня. Я должен извиняться перед тобой всю жизнь на коленях за то, что творил. Тогда, проснувшись, я так сильно испугался, что соблазнил пьяную подругу, в которую был ужасно влюблен. А ведь больше всего на свете боялся потерять твою дружбу. И раз уж ты меня никогда не любила, иначе как друга, я не хотел терять то, что имел, поэтому сделал вид, что мы просто напились и уснули. Думал, что ты ничего не вспомнишь о том, что было у нас с тобой. - На этих словах Марк опустил глаза, ему было очень стыдно признаваться в том, что терзало сердце долгих 35 дней. но он взял себя в руки и продолжил - После, в моей ванной, ты была так напугана своими отметинами на шее, спросила "Это же не?" и я понял, что ты не хотела бы, чтобы это было следами от того, что произошло. Поэтому я снова соврал, снова сделал вид, что чувствую к тебе то же, что и ты - дружескую любовь, не более. После песни аморе, ты сказала, что любишь меня, смотря так, как будто это дежурная фраза всех друзей, так у нас всегда и было, в общем-то, но вряд ли после той ночи это было уместно. Я снова решил, что между нами есть только дружба, и для тебя это был просто секс по пьяни, о котором ты может даже и не помнишь многое. В мое предпоследнее выступление, - он запнулся, а Юлины глаза становились все больше, она начинала понимать всю логическую цепочку Марка, и от этого становилось страшно - она, кажется, и правда, полюбила идиота - ты флиртовала со Стасом, Славой, Толиком, будь он вообще неладен, я просто не выдержал этих пыток, прости меня пожалуйста. Я никогда не играл в любовь, к тебе я ее только испытывал. И тогда в квартире, когда впервые прижал к себе, я просто не удержался, тогда я еще не понимал, что это такое, и, когда поцеловал тебя, думая, что ты спишь, и наконец, тогда, в моей постели, несмотря на то, что я был чертовски пьян, я испытывал к тебе дикую любовь. На утро, протрезвев, и вспомнив, как ты была, кажется, тоже не против всего происходившего, я понял, что люблю тебя еще сильнее, чем раньше. Исполняя песню Мари, я пел ее для тебя, песня Иглесиаса тоже была посвящена тебе - я действительно хотел бы быть твоим героем, но, получилось ужасно. - он поднял большие синие глаза, внимательно вглядываясь в зеленые напротив, взял ее руку и с теплотой в голосе проговорил - теперь ты знаешь все, Юль, я здесь, перед тобой, я на своем суде, и выступаю без адвоката. В оправдание всего содеянного, положа руку на сердце, говорю, - это сердце, и его владелец безвозвратно влюблены в тебя. Ты можешь уйти, ударить меня, я пойму, что заслужит это. Но знай, пожалуйста, что я любил тебя все те минуты, люблю сейчас и буду наверное до конца жизни. Прости мне это, я прошу тебя. Я не хотел рушить нашу дружбу, клянусь тебе. - Марку физически плохо от воцарившейся тишины. На парковке все так же тихо, от волнения он не замечает промозглого холода, он пытается лишь разглядеть холод в любимых зеленых глазах. Но не может. Он закрывает на мгновение глаза, желая умереть сию секунду, чтобы не чувствовать боли, которая неизменно последует за его признанием. Видимо, некоторые люди не созданы для счастья, они созданы для страдания.       В этот момент он чувствует прикосновение мягких, холодных губ к своим. Пара секунд, минут, часов или жизней уходят на осознание происходящего, и он, выдыхая, улыбается прямо в ее губы. Поцелуй получается нежным, медленным, он такой долгожданный, выстраданный обоими. Марк обвивает руки вокруг талии любимой, наконец-то это происходит взаправду, в ясном сознании, они целуются, а в глазах взрываются звезды, летят кометы, и проносятся метеоры. - Поехали пить кофе, а? - только и может произнести Юля, когда они отстраняются друг от друга.

***

      Дома у Марка они действительно молча пьют кофе, сидя на кухне. В воздухе царит небольшая неловкость, каждый думает о своем. Юля о том, что в последний раз была здесь в лучшую и худшую ночь своей жизни - тогда она обрела счастье на пару часов, скоропостижно потеряв его. Марк думает о том, что это не сон, у его сказки и правда возможен счастливый конец. Самая большая любовь его жизни сидит напротив с кружкой кофе.       Допив кофе, оба не знают, что сказать, и тогда Юля встает, чтобы отнести чашку в мойку, но, находясь в своих мыслях, оступается, падая прямо на колени Марка. И это тот толчок, который им был нужен. Лица так близко, что они дышат одним воздухом на двоих, глаза Марка смотрят на распахнутые Юлины, взгляд опускается ниже, он, задержав дыхание, прижимается губами к ее. От этого действия высекается искра, они начинают поцелуй, куда более животный, чем на парковке час назад. В этом поцелуе страсть, он кусает ее губы, чувствуя металлический вкус во рту, облизывает их и просится языком глубже. И это случается. Он легко поднимают Юлю на руки, относя ее в спальню. Все также, как и пять недель назад, разве что они трезвы и влюблены, как никогда. Все происходит неспешно, с нежностью и осторожностью, слой за слоем, одежда летит на пол, мягко приземляясь на паркет. Тела двигаются в унисон, стоны сливаются в один, их голоса как нельзя лучше подходят друг другу.

Легко, легко, посредине мира — Правду говорят: «Не сотвори себе кумира». Я на тебя молюсь. Я помню наизусть Изгибы тела, чёрное на белом…

Легко, легко, нирвана неизбежна — И ветер в голове, и бабочки, конечно. Лети, моя душа, от счастья едва дыша, — Ты делаешь мне нежно, так нежно…

Мне бы к тебе улететь через океаны. Мне бы тихо с тобою стареть, залечивая раны. Мне бы лишь на тебя смотреть сквозь этот воздух пьяный; Копакабана, это моя Копакабана…

Нирвана неизбежна, и теперь Марк смотрит на свое чистое очарование, на свою самую большую и искреннюю любовь, которая лежит на его плече, растрепанная, с потекшим макияжем, прижимается к его телу своим телом, отчего он снова чувствует узел внизу живота. Больше не надо врать, скрывать чувства. Можно лежать голыми, уставшими, касаясь друг друга, не волнуясь за дружбу, за общественное мнение. Он чувствует такую необычайную легкость, что голова кружится. Эта ночь затмила все пятнадцать тысяч ночей в его жизни, все четырнадцать лет дружбы и тридцать пять дней страдания.