Глава 61
23 мая 2025, 18:32Даже Эйлор не был готов к последствиям.
Первое мгновение ничего не происходило, после того как горящая бочка скрылась из виду в городе Львов, но затем... разразились врата Ада.
Свет был настолько ярким, что едва не ослепил Сумеречного Дракона. С оглушительным гулом Ланниспорт вспыхнул зелёным пламенем; богатая порция дикого огня занялась почти мгновенно по всей площади. Взрывная волна с силой сорвала несколько камней со стен города, да так, что они чуть ли не долетели до линий армии Эйлора, а лучники, стоявшие наверху, готовые было обрушить ливень стрел на осаждающих воинов, были выброшены с них, как куклы.
Те немногие, кого не сожгло мгновенно.
Когда ударная волна достигла людей самого Эйлора, она всё ещё была мощной, и её силы доста́ло, чтобы сбить принца Железного Трона с ног. С криками или стонами большинство лоялистов последовало его примеру, даже громадный Манфред Драк, с его белым плащом.
Эйлор пришёл в себя лицом в грязи в нескольких метрах от того места, где стоял секундой ранее. Его почти зажившая голова внезапно снова заболела. Принц неуверенно поднялся на колени, глядя на порождённое им чудовище: огонь поднимался высоко в небо, обращаясь в огромное зелёное облако, и где-то глубоко в подсознании Эйлор понимал, что те части города, которых не коснулся дикий огонь, вскоре тоже загорятся от жара, а в течении нескольких часов весь Ланниспорт превратится в столп дыма и пламени.
Через пару мгновений после ударной волны, воинов настигли крики людей, оставшихся в городе, что покрывался огнём. Их можно было расслышать даже сквозь грохот падающих зданий, крошащихся частей стены и неестественно громкое потрескивание зелёного пламени. Эйлор смотрел в огонь, не ощущая ни гордости, ни жажды крови, только оцепенение и мрачное изумление.
Мужчины вокруг него по одному поднимались на ноги, но никто не проронил ни слова; каждый из многих тысяч смотрел с благоговением, ужасом и ошеломлением на бушующий впереди ад. Никто не отводил взгляда, ибо никто не мог — кошмар произошедшего затмевал всё остальное.
Эйлор был Таргариеном, и более того — сыном Эйриса. Он привык к огню, видел его разрушительную мощь вблизи с самого детства, но это... это нечто иное, непостижимое. Даже он не мог оторвать глаз, несмотря на волну жара, из-за которой лицо стало горячим, а из глаз потекли слёзы, смачивающие роговицу.
Чем дольше он смотрел в пламя, тем отчётливее брала верх его мстительная натура, ликуя от воплей умирающих Ланнистеров. Таков был его замысел с того самого дня, как убили Элию, его цель помимо смерти Тайвина.
Но внезапно Эйлор Таргариен уже не смотрел на горящий Ланниспорт. Он не стоял на коленях на земле Западных Земель. Он больше не был опустошённым битвами принцем с изрезанным, выжженным и вырванным сердцем.
Он оказался в тронном зале Красного Замка в Королевской Гавани, примерно год назад... в его ушах эхом звучал смех отца. Вместо горящего Ланниспорта он видел горящего Рикарда Старка, Лорда Севера, заживо запекающегося в доспехах. Вместо криков умирающих Ланнистеров он слышал, как Брандон Старк хрипит в агонии, отчаянно пытаясь дотянуться до своего двуручного меча, чтобы спасти отца.
Оба Старка были такими же реальными, как зелёное пламя, и смотрели на него глазами, полными муки и боли. Рука Брандона теперь тянулась не к мечу, а к самому Эйлору; Дикий Волк Севера отчаянно пытался дотянуться до Сумеречного Дракона.
Эйлор неосознанно протянул к нему собственную руку, стараясь схватить, спасти от ужасной судьбы... сделать то, на что Эйлору из прошлого не хватило духу. Он прополз несколько метров вперёд и тряхнул головой словно дикий зверь, резко осмотрелся и, не найдя в видении изъяна, ринулся вперёд, намереваясь использовать этот второй шанс и спасти наследника Севера, дабы остановить войну, забравшую жизни его брата, лучшего друга и любимой.
Что-то ещё взорвалось в Ланниспорте с оглушительным грохотом, и оба Старка исчезли в пламени. Эйлор снова смотрел на стену зелёного пламени, а рука тщетно тянулась в пустоту. Чувство опустошительного провала снова накрыло его, а голова начала пульсировать от физической и душевной боли.
Эйлор почувствовал, как заваливается вперёд, а мир меркнет.
***
Во второй раз за столько же недель Эйлор проснулся в палатке, но не в своей. Он уже успел привыкнуть, что сон упорно ускользает из ночи в ночь, но на этот раз из сна ускользнул он сам, и был этому неистово рад, ибо побывал он отнюдь не в обычных грёзах, а в Кошмарах.
Всех их объединял единый сюжет — пылающие города и сжигаемые заживо Волки. Он вновь и вновь переживал смерти Старков, каждый раз пытаясь спасти их и терпя всё более и более сокрушительные поражения. Рикард Старк сгорал заживо тысячу раз, его сын задыхался столько же. С каждой смертью Старков умирал вновь Рейгар, затем Ренфред и, наконец, Элия — всё на глазах Эйлора. Сам Эйлор каждый раз был скован невидимыми путами, и из-за своего бессилия буквально пылал гневом, да ещё как пылал — ярче чем дикое пламя. Ярость и иступляющее бешенство порождало ещё более страшные кошмары. Кошмары не пугали, а злили. Замкнутый круг.
Когда он наконец вырвался из самого страшного круга из Семи Преисподень, его тело было покрыто потом, а в горле словно образовалась пустыня Дорна.
Грудь лихорадочно вздымалась и опадала.
— Теперь я понимаю, почему вы предпочитаете лишний раз не спать.
Эйлор нахмурился от смутно знакомого голоса и только тогда заметил прохладу ткани, прижатой ко лбу. Он проследил за ладонью, державшую её, вниз по решительно женственной руке и обнаружил, что смотрит на Алисанну Леффорд.
— Что... что ты здесь делаешь?
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!