Глава 63
25 июня 2025, 01:02Крики утихли в течение нескольких часов, но огонь полыхал днями напролёт.
Точное число мужчин и женщин, погибших во время сожжения Ланниспорта, уже прозванного солдатами Испепелением Львов, — хотя Эйлор лично надеялся, что приживётся другое, более подходящее название, — было неизвестно. Однако речь определённо шла о десятках тысяч. Город всё ещё полыхал и, вероятно, будет гореть ещё несколько недель.
Некогда прекрасный город превращался в груду обгорелых домов и почерневших камней, но Эйлору не было до этого никакого дела.
Военный совет уже бушевал вовсю, когда он вошёл в Большой шатёр — свой шатёр, где он проводил множество подобных совещаний в последние месяцы. Дракон из Сумеречного Дола прекрасно понимал, что его решение уничтожить третий по величине город Вестероса повлечёт политические, экономические и сугубо личные последствия.
Судя по резкой тишине, повисшей в шатре, как только он вошёл, именно это и обсуждалось.
Он подождал у полога, приподняв бровь, когда никто так и не пошевелился после его неожиданного появления. Первым среагировал лорд Леффорд, в спешке поднявшись на ноги, да в такой спешке, что случайно стул опрокинул. За ним последовали остальные лорды, одни торопливо, другие нет, но, как только все встали, Эйлор кивнул и направился к своему месту во главе стола. Каждый мудро оставил его незанятым в отсутствие Драконьего Принца, даже лорд Тарли, командовавший всей армией, будь то северян, дорнийцев, или иных.
— Мои лорды. — Произнёс он, усаживаясь; голос спокойный и собранный. — Прошу прощения за вчерашнее отсутствие.
Он не дал никому шанса ответить, ясно дав понять, что не потерпит обсуждения этого вопроса, по крайней мере, с ним самим.
— Как продвигается осада Утёса?
Лорд Рогова Холма ответил своим обычным ровным тоном:
— Железнорождённые сосредоточили там все силы, а также патрулируют море, дабы флот наёмников не застал нас врасплох. Катапульты на позициях, хотя мы пока не использовали дикий огонь. Ожидали вестей от Вашей милости.
Рэндилл Тарли смотрел принцу в глаза, как всегда — факт, который Эйлор уважал, учитывая, что многим было бы трудно встретить его взгляд после лично увиденного изничтожения Ланниспорта. Одно дело — планировать, совсем другое — воплощать в жизнь, и Эйлор знал, что уже ходят слухи о его поступках; опасения, что он такой же безумец, как его отец, такой же жестокий, как Мейгор, такой же беспощадный, как Дэймон, супруг Рейниры.
Ему всё так же было плевать; пусть зовут монстром и убийцей — как угодно. Страх — мощное оружие, которым Таргариены пользовались десятилетиями, и Эйлор ни в коем разе не погнушается воспользоваться им сейчас. Однако он понимал — нужно успокоить эти страхи, умиротворить и ублажить знать, а то, не ровен час, начнут зреть семена нового восстания. Конечно, страх нового Испепеления, скорее всего, удержит большинство домов в узде на годы вперёд, но Эйлор должен был избавиться от мнения, будто все Таргариены — безумцы.
«Хотя, возможно, это и правда так; я, безусловно, один из них, пусть эти мужи никогда и не узнают, насколько ужасен я на самом деле»
— Превосходно. С наступлением сумерек мы снова их применим, хотя и не так, как в прошлый раз. Я не собираюсь уничтожать сам Утёс, мои лорды, даже если это возможно. Мне нужен Тайвин Ланнистер. Живым или мёртвым — без разницы, хотя предпочтительней живым.
— Каков ваш план, принц Эйлор? — спросил Джон Аррен.
Его тяжелее всего будет успокоить, как и Неда Старка, что вернётся из Дорна. Оба — мужи в высшей мере благородные, в отличии от Эйлора. Пусть решение выпустить простой люд и задобрил их немного, решение сжечь город в любом случае будет терзать их души.
Достойные люди, но плохо приспособленные к Играм Престолов.
— Будем чередовать залпы катапульт с диким огнём и горящей смолой. Осколки бочек с зелёными каплями разобьются о стены и загорятся даже на голом камне. Ограничимся всего одним залпом, после чего дадим огню полыхать. Это будет повторяться на рассвете и закате каждый день. Пока не окажется достаточным.
— Достаточным для чего? — Спросил Оберин, косясь на драконьего лорда.
Красный Змей, похоже, совершенно не был озабочен разрушением Ланниспорта — он сидел, как всегда расслабленно откинувшись на стуле, и не изменил отношения к Эйлору ни на йоту.
Эйлор слегка улыбнулся другу.
— Пока они не сдадутся.
За столом раздались смешки, и лорд Леффорд впервые взял слово:
— Тайвин Ланнистер никогда не сдастся, мой принц, даже после Ланниспорта.
Эйлор согласно кивнул.
— Вы правы, Тайвин Ланнистер действительно не сдастся. Но как насчёт лордов, заточённых там вместе с ним?
Эйлор медленно поднялся, отмахнувшись от попыток остальных последовать его примеру. Он неспешно обошёл стол; лорды закрутились на стульях, дабы не выпускать его из виду.
— Эти мужи и так уже беспокоились о семьях, не зная, пленили ли их железнорождённые, убили или вовсе не появлялись конкретно в их домах. Они увидели армию более чем вдвое превосходящую их собственную. Эта армия, в частности я сам, попали в их ловушку, это правда, однако факт остаётся фактом — они увидели шестьдесят тысяч закалённых ветеранов, заполонивших поля перед ними.
Эйлор оглядел лордов, нарочито медленно, едва ли не беззаботно направляясь к своей цели. Он остановился между Лео Леффордом и Тайтосом Блэквудом. Налил себе вина.
— Затем, — продолжил он легким тоном, — те же мужи видят, как эта армия разбивает лагерь у их стен, возводит осадные орудия и складирует камни со смолой. Они видят шатры и павильоны, подобные океану, и в каждом как минимум один человек, чья единственная цель — вырвать им глотки. При этом они по-прежнему не знают, где их семьи, сколько еды осталось и как долго продержатся.
Эйлор дошёл до другого конца стола и повернул обратно.
— День за днём они спрашивают сюзерена, что им делать, а тот даёт один и тот же ответ — держаться; заверяет их, что у него есть план, хотя даже грёбанный Тайвин Ланнистер к этому моменту плана не имеет. Пока они ждут, десятками прибывают обозы, неся бесконечный поток припасов осаждающим, демонстрируя, что у тех запасов хватит, в отличие от скудеющих своих.
Эйлор слегка ужесточил тон, встречаясь взглядом с лордами, что предпочли бы не вспоминать события утра минувшего.
— И затем те же мужи слышат песню, призванную демонстрировать могущество их лорда. Но после неё не последовало чудо, спасшее их. О нет, вместо этого, они наблюдали за тем, как бóльшая часть их армии и город, бывший домом для десятков тысяч, охватило пламя, стёршее его с лица земли. Песня обернулась предсмертными криками, под аккомпанемент огня, что медленно сжирал не только город, но людей в нём. Некогда величественные стены рухнули. Красота обернулась изъеденной пламенем груде оплавившегося камня. — Дав словам осесть, он продолжил всё тем же голосом, таким, каким детям сказки рассказывают перед сном: — Армия, осаждающая их, удвоилась, когда к ней присоединились уцелевшие ланнистерцы. Те же катапульты, что стали инструментом, разверзшим Ад над их городом, теперь нацелены на них самих, а мужчина, отдавший приказ Испепеления, находится неподалёку, всего в нескольких ярдах, готовый проделать то же самое.
Эйлор сел обратно, обойдя весь стол и всех лордов за ним. Воцарилась полная тишина. Он откинулся на спинку стула с кубком вина в руке и выражением игривого любопытства лица.
— Они до безумия бояться своего сюзерена. Не без повода, стоит отметить. Но рано или поздно, довлеющий страх и тревога за своих близких пересилит ужас перед Тайвином Ланнистером, и тогда... скажите мне, мои лорды — что бы вы сделали на их месте? Я принц и воин, отнюдь не трус, но даже я знаю, каково было бы моё решение.
Эйлор сделал ещё глоток вина.
— Единственный оставшийся вопрос — сколько дней им понадобится, чтобы принять единственно верное решение.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!