Глава 66

— ​Скорее ​всего, ​и ​не ​знаешь. ​Но ​поскольку ​я ​тоже ​ничерта ​не ​знаю ​и ​не ​понимаю, ​то ​готов ​выслушать ​кого ​угодно. ​Даже ​тебя. ​— ​Ответил ​принц ​издёвкой ​на ​издёвку. ​ ​Она ​притворно ​нахмурилась. ​ ​— ​Лестно. ​ ​Наследница ​Золотого ​Зубца ​слегка ​откинулась ​на ​стуле, ​наморщив ​носик ​в ​раздумье. ​ ​— ​Каков ​был ​твой ​план, ​когда ​Тайвин ​окажется ​в ​твоих ​руках? ​ ​Эйлор ​безрадостно ​рассмеялся: ​ ​— ​Я ​планировал ​убить ​каждого ​Ланнистера ​и ​сжечь ​их ​тела ​дотла, ​как ​Ланниспорт. ​А ​дальше ​плана ​не ​было. ​Запад ​мог ​превратиться ​в ​огромный ​водоворот ​власти, ​с ​лордами, ​режущими ​друг ​другу ​глотки ​в ​попытке ​подобрать ​крохи, ​и ​меня ​бы ​это ​ни ​капли ​не ​взволновало. ​ ​Её ​тёмные ​глаза ​проницательно ​оценивали ​его. ​ ​— ​Но ​теперь ​тебя ​это ​волнует. ​ ​Дракон ​из ​Сумеречного ​Дола ​слегка ​кивнул ​и ​сделал ​ещё ​глоток ​вина. ​ ​— ​Да. ​Теперь ​волнует. ​ ​— ​Есть ​ли ​конкретная ​причина ​перемены? ​ ​Когда ​Десница ​короля ​приподнял ​бровь, ​Алисанна ​пояснила: ​ ​— ​Когда ​я ​ухаживала ​за ​тобой ​после ​Ланниспорта, ​ты ​ясно ​дал ​понять, ​что ​тебя ​совершенно ​не ​волнует ​сожжение ​города. ​Это ​тоже ​изменилось? ​ ​— ​Нет. ​ ​— ​Тогда ​что ​изменилось? ​Ты ​мог ​бы ​окончательно ​изничтожить ​Род ​Ланнистеров, ​и ​большинство ​посчитало ​бы ​это ​справедливым. ​Несколько ​недель ​назад ​в ​Зубце ​ты ​ничего ​другого ​и ​не ​желал. ​ ​Эйлор ​долго ​смотрел ​на ​неё. ​ ​— ​Кто ​это ​говорит? ​Женщина, ​которой ​приказали ​соблазнить ​меня, ​которая ​когда-то ​присягала ​Ланнистерам, ​или ​наследница ​дома, ​коим ​по ​верности ​короне ​достанется ​всё, ​что ​потеряют ​Ланнистеры? ​ ​Алисанна ​выдержала ​его ​взгляд. ​ ​— ​Хочу ​верить, ​что ​говорит ​друг. ​ ​Эйлор ​слегка ​улыбнулся ​ответу, ​прежде ​чем ​откинуться ​в ​кресле. ​ ​— ​Такой ​друг ​мне ​бы ​не ​помешал. ​— ​Он ​кивнул ​в ​сторону ​выхода, ​куда ​выбежал ​Оберин. ​— ​Потому ​что ​я ​слишком ​быстро ​их ​теряю. ​ ​— ​Ох, ​не ​беспокойся ​о ​своём ​дорнийском ​друге. ​Его... ​подруга ​Эллария ​и ​я ​немало ​побеседовали, ​будучи ​единственными ​знатными ​дамами ​в ​лагере. ​Она ​сказала, ​что ​у ​вас ​обоих ​ужасный ​нрав, ​и ​что ​вы ​оба ​способны ​натворить ​глупостей, ​но ​ваша ​дружба ​— ​не ​временное ​явление. ​ ​— ​Ты ​слышала ​последнее, ​что ​я ​ему ​сказал. ​Это ​было ​недостойно ​принца. ​ ​— ​Как ​и ​то, ​что ​он ​сказал ​тебе ​до ​этого. ​Ваш ​гнев ​утихнет, ​разум ​прояснится, ​и ​через ​пару ​дней ​всё ​наладится. ​ ​— ​Ты ​очень ​оптимистична. ​ ​— ​Кто-то ​из ​нас ​должен ​быть ​таким, ​принц ​Эйлор. ​ ​Она ​передвинулась ​в ​кресле. ​ ​— ​Вернёмся ​к ​прежней ​теме. ​Что ​тебя ​так ​смутило? ​ ​— ​Ты ​подслушивала ​совет? ​— ​Он ​тут ​же ​одёрнул ​себя: ​— ​Нет, ​не ​говори. ​Брайтсмайл ​и ​несколько ​других ​лордов ​правы. ​Западные ​лорды ​следуют ​за ​Ланнистерами, ​потому ​что ​делали ​это ​веками, ​и ​я ​не ​могу ​изменить ​привычный ​для ​всех ​порядок ​вещей, ​по ​крайней ​мере ​не ​без ​сильных ​потрясений. ​Следовательно, ​убивать ​оставшихся, ​справедливо ​или ​нет, ​нельзя. ​При ​этом ​я ​уничтожил ​девять ​десятых ​двух ​главных ​ветвей ​Ланнистеров ​и ​практически ​всех ​членов ​младших ​линий, ​Испепелив ​Ланниспорт. ​Это ​приведёт ​к ​последствиям ​со ​стороны ​будущих ​правителей ​Ланнистеров. ​И ​вот ​ещё ​проблема ​— ​Тайвин ​должен ​умереть, ​Джейме, ​скорее ​всего, ​тоже, ​а ​второй ​сын ​— ​карлик. ​ ​Алисанна ​склонила ​голову ​набок. ​ ​— ​Ты ​не ​производишь ​впечатление ​человека, ​которого ​волнует ​подобное. ​ ​Эйлор ​пожал ​плечами. ​ ​— ​Меня ​и ​не ​волнует. ​Но ​сомневаюсь, ​что ​то ​же ​самое ​можно ​сказать ​о ​лордах, ​которым ​придётся ​присягать ​ему. ​ ​— ​Ты ​разговаривал ​с ​Тирионом? ​ ​Дракон ​из ​Сумеречного ​заколебался. ​ ​— ​Нет. ​ ​— ​У ​Иллифера ​был ​веский ​аргумент ​— ​карлик ​или ​нет, ​его ​ум ​блистает ​подобно ​драгоценному ​камню. ​ ​— ​А ​тело ​уродливо. ​Знать ​полна́ ​гордыни, ​я ​в ​том ​числе. ​ ​— ​Но ​если ​он ​принесёт ​им ​процветание, ​они ​простят ​почти ​всё. ​А ​Тирион ​принесёт. ​ ​Эйлор ​выгнул ​бровь. ​ ​— ​Откуда ​ты ​столько ​знаешь ​о ​мальчишке, ​которого ​Тайвин ​тщательно ​прятал? ​ ​Алисанна ​закатила ​глаза. ​ ​— ​Я ​говорила ​— ​честолюбие ​моего ​отца ​безгранично. ​Он ​любит ​меня, ​не ​сомневайся, ​но ​моя ​роль ​— ​выйти ​замуж ​с ​максимальной ​выгодой ​для ​Дома. ​Когда ​Джейме ​Ланнистер ​вступил ​в ​Королевскую ​Гвардию, ​Тирион ​стал ​наследником ​Утёса ​Кастерли, ​хотел ​того ​Тайвин ​или ​нет. ​Отец ​рассчитывал, ​что ​я ​стану ​леди ​Ланнистер. ​Пока ​не ​началась ​война ​и ​ты ​не ​появился. ​ ​— ​Лорд ​Лео, ​похоже, ​личность ​незаурядная. ​ ​Алисанна ​проигнорировала ​последний ​комментарий. ​ ​— ​Тирион ​отчаянно ​нуждался ​в ​друге. ​После ​того ​как ​понял, ​что ​я ​не ​собираюсь ​над ​ним ​насмехаться, ​он ​много ​чего ​рассказал. ​ ​Она ​встретила ​его ​взгляд ​и ​удержала. ​ ​— ​В ​том ​числе, ​как ​Тайвин ​с ​самого ​рождения ​его ​ненавидел ​и ​считал ​позором ​Ланнистеров. ​Я ​знаю, ​ты ​ненавидишь ​Льва ​Ланнистеров, ​и ​именно ​поэтому ​шаг ​с ​Тирионом ​будет ​самым ​верным... ​отдать ​наследие ​и ​гордость ​Тайвина ​в ​руки ​человека, ​которого ​он ​презирает ​и ​которого ​даже ​в ​самом ​страшном ​сне ​не ​хотел ​бы ​видеть ​наследником. ​Это ​идеально. ​ ​Алисанна ​откинулась ​на ​спинку ​и ​пожала ​плечами, ​сверкая ​своими ​глубокими, ​карими ​глазами. ​ ​Эйлор ​долго ​смотрел ​на ​неё, ​и... ​не ​смог ​сдержать ​улыбки. ​ ​*** ​ ​ ​ ​На ​следующее ​утро ​лорды ​уже ​ожидали ​его, ​и ​Эйлор ​не ​стал ​тратить ​время ​на ​любезности, ​сразу ​перейдя ​к ​сути: ​ ​— ​Решения ​приняты. ​Первое ​— ​Серсея ​Ланнистер ​ни ​в ​чём ​не ​повинная. ​Её ​острый ​язык ​— ​недостаточная ​причина ​для ​сколь-либо ​серьёзного ​наказания. ​Несколько ​из ​вас ​просили ​её ​руку ​в ​награду ​за ​службу ​и ​уверяю ​вас, ​вы ​получите ​свои ​награды ​за ​верность. ​Однако ​Серсея ​выйдет ​не ​за ​того, ​кто ​просил ​о ​ней. ​ ​Он ​повернулся ​к ​одному ​из ​самых ​преданных ​сторонников, ​сидящему ​с ​вытянутой ​пострадавшей ​ногой: ​ ​— ​Лорд ​Элвуд ​Харт ​храбро ​погиб ​в ​битве ​на ​Трезубце, ​и ​с ​ним ​угас ​дом ​Хартов. ​Его ​владения ​отходят ​ко ​мне, ​и ​я ​распоряжусь ​ими ​по ​своему ​усмотрению. ​Серсея ​выйдет ​за ​нового ​лорда ​— ​абсолютно ​преданного ​мне ​человека, ​который, ​как ​я ​знаю, ​никогда ​не ​попытается ​воспользоваться ​её ​правами, ​развязав ​очередную ​войну, ​поскольку ​Западным ​землям ​это ​точно ​ни ​к ​чему. ​Сэр ​Аларик ​Лангвард ​— ​теперь ​лорд. ​ ​Лохматый ​юноша ​кивнул ​— ​Эйлор ​предупредил ​его ​накануне ​вечером. ​Лицо ​белое ​от ​тревоги, ​но ​он ​готов ​был ​сделать ​для ​Таргариена ​всё, ​что ​угодно, ​и ​жениться ​на ​Серсее ​далеко ​не ​самое ​страшное. ​Несколько ​лордов, ​просивших ​руки ​дочери ​Ланнистеров, ​скривились, ​однако ​никто ​не ​возразил, ​что ​было ​весьма ​благоразумно ​с ​их ​стороны. ​ ​Эйлор ​отыскал ​взглядом ​знакомое ​лицо ​и ​кивнул: ​ ​— ​Принц ​Оберин. ​ ​Дорниец ​явился ​на ​совет ​по ​просьбе ​Манфреда, ​поскольку ​Эйлор ​не ​был ​уверен, ​что ​принц ​Дорна ​это ​сделает ​по ​его ​просьбе. ​ ​Тот ​всё ​ещё ​недобро ​сверлил ​его ​взглядом. ​ ​— ​Элия ​была ​вашей ​сестрой ​задолго ​до ​того, ​как ​стала ​королевой. ​Тайвин ​потерял ​право ​на ​достойную ​смерть, ​когда ​напал ​на ​город ​под ​мирным ​знаменем, ​а ​закопал ​его ​окончательно, ​когда ​убил ​женщину, ​которую ​мы ​оба ​любили. ​ ​Красный ​Змей ​немного ​оживился ​от ​слов ​Сумеречного ​Дракона, ​хотя ​гнев ​в ​глазах ​пока ​не ​угас. ​ ​— ​Поэтому ​я ​отдаю ​вам ​Тайвина ​Ланнистера. ​У ​вас ​есть ​неделя, ​чтобы ​убить ​его ​любым ​способом, ​который ​вы ​сочтёте ​уместным, ​после ​чего ​принесёте ​мне ​его ​голову, ​которую ​я ​воткну ​на ​пику ​Крепости ​Мэйгора. ​ ​Несколько ​лордов, ​в ​особенности ​Аррен, ​недовольно ​проворчали, ​но ​Эйлор ​проигнорировал ​их. ​Гнев ​исчез ​из ​глаз ​Оберина. ​Он ​открыл ​было ​рот, ​дабы ​ответить, ​но ​Сумеречный ​Дракон ​поднял ​руку, ​обрывая ​его ​порыв: ​ ​— ​Ещё ​рано ​благодарить. ​Ни ​Джейме ​Ланнистер, ​ни ​Тирион ​Ланнистер ​не ​умрут. ​ ​Среди ​советников ​вспыхнул ​гнев ​и ​едва ​ли ​не ​крики, ​главным ​образом ​из-за, ​похоже, ​полного ​отсутствия ​наказания ​для ​Джейме. ​Эйлору ​это ​не ​понравилось. ​Он ​резко ​вскочил ​на ​ноги ​и ​грохнул ​кулаком ​по ​столу, ​хотя ​на ​самом ​деле ​не ​испытывал ​гнева. ​ ​— ​Довольно. ​Выслушайте. ​ ​Он ​медленно ​сел ​обратно. ​ ​— ​Вчера ​я ​разговаривал ​с ​Тайвином ​Ланнистером, ​а ​также ​с ​сиром ​Манфредом ​Дарком ​из ​Королевской ​Гвардии, ​допросившим ​убийц ​Элии ​Мартелл. ​Оба ​сказали ​то ​же ​самое ​— ​Джейме ​её ​не ​убивал. ​Он ​не ​остановил ​людей ​отца, ​это ​верно, ​но ​как ​бы ​он ​это ​сделал? ​Он ​сидел ​в ​чёрной ​темнице ​за ​убийство ​короля, ​и ​это ​был ​его ​единственный ​шанс ​на ​побег, ​да ​ещё ​отец ​приказал ​бежать. ​ ​Эйлор ​расслабленно ​откинулся ​на ​спинку. ​ ​— ​Он ​нарушил ​клятвы ​Гвардии, ​это ​правда. ​Но, ​сделав ​это, ​спас ​Королевскую ​Гавань ​и ​всех ​невинных ​в ​ней ​от ​того ​самого ​дикого ​огня, ​что ​уничтожил ​Ланниспорт. ​Мой ​отец ​был ​ужасным ​королём, ​мы ​все ​знаем ​это. ​Хоть ​Джейме ​и ​запятнал ​честь ​Гвардии, ​он ​сохранил ​честь ​рыцаря ​— ​защитил ​невинных. ​Потому ​он ​будет ​приговорён ​к ​Стене, ​где ​и ​проведёт ​остаток ​жизни, ​долгой ​или ​короткой, ​братом ​Ночного ​Дозора. ​Таково ​моё ​решение. ​ ​Последовавшая ​тишина ​была ​полна ​неодобрения, ​но ​фиолетовые ​глаза ​Эйлора ​бросали ​вызов ​любому, ​кто ​осмелится ​возразить. ​Никто ​не ​осмелился. ​ ​Джон ​Аррен ​заговорил ​следующим, ​явно ​одобряя ​решение ​Эйлора: ​ ​— ​А ​Тирион? ​ ​Эйлор ​приготовился ​к ​новой ​волне ​возмущения: ​ ​— ​Тирион ​непричастен ​ни ​к ​грехам ​отца, ​ни ​брата. ​Карлик ​или ​нет, ​он ​наследник ​Утёса ​Кастерли ​и ​новый ​Хранитель ​Западных ​земель. ​И ​останется ​им. ​ ​Старый ​лорд ​Самнер ​Кракхолл, ​крепкий ​и ​всё ​ещё ​сильный ​несмотря ​на ​возраст, ​презрительно ​фыркнул ​громче ​прочих: ​ ​— ​Он ​ребёнок ​и ​к ​тому ​же ​карлик. ​ ​Голос ​Дракона ​стал ​ледяным. ​ ​— ​Он ​ваш ​сюзерен, ​лорд ​Кракхолл, ​нравится ​вам ​это ​или ​нет. ​Он ​наследник. ​По ​справедливости, ​Род ​Ланнистеров ​должен ​был ​пострадать ​во ​искупление ​грехов ​Тайвина... ​с ​тем ​же ​успехом ​я ​могу ​сказать, ​что ​вы ​тоже ​должны ​пострадать ​за ​то, ​что ​последовали ​за ​ним ​против ​короны. ​Оспорите ​моё ​решение ​ещё ​раз, ​и ​пострадаете. ​ ​Кракхолл ​неохотно ​заткнулся, ​а ​Эйлор ​продолжил: ​ ​— ​Ланнистеры ​уже ​понесли ​тяжкое ​наказание. ​Девяносто ​процентов ​их ​рода ​погибло ​в ​Испепелении ​Львов, ​вместе ​с ​Ланниспортом ​и ​его ​доходами. ​Более ​того, ​корона ​конфискует ​семь ​десятых ​золота ​Кастерли, ​дабы ​помочь ​переселённым ​из ​города ​простолюдинам. ​Все ​трофеи, ​захваченные ​железнорождёнными, ​по ​праву ​теперь ​их. ​А ​вы, ​мои ​лорды ​Западных ​Земель, ​будете ​следовать ​за ​Тирионом ​Ланнистером ​как ​своим ​сюзереном, ​иначе ​Ланниспортов ​станет ​больше. ​ ​Воистину, ​страх ​— ​эффективный ​инструмент. ​Страх, ​подкреплённый ​делом ​— ​ультимативный ​инструмент. ​Никто ​больше ​не ​осмелился ​презрительно ​фыркать. ​ ​Эйлор ​взглянул ​на ​лорда ​Лео ​Леффорда, ​чьё ​лицо ​оставалось ​абсолютно ​непроницаемым: ​ ​— ​Лорд ​Лео. ​Многие, ​вероятно ​в ​том ​числе ​и ​вы, ​ожидали, ​что ​я ​лишу ​Ланнистеров ​титула ​Хранителей ​Западных ​Земель ​и ​отдам ​его ​вам, ​как ​единственному ​дому ​Западных ​земель, ​сохранившему ​верность, ​пусть ​даже ​причиной ​тому ​был ​простой ​здравый ​смысл. ​Этого ​не ​случится. ​Однако ​я ​не ​забываю ​друзей, ​и ​верность ​короне ​всегда ​будет ​вознаграждена ​по ​достоинству. ​ ​Эйлор ​слегка ​усмехнулся. ​ ​— ​Ваше ​честолюбие, ​как ​бы ​оно ​ни ​раздражало, ​дало ​плоды. ​Я ​женюсь ​на ​вашей ​дочери.