Часть пятая. Не может быть.

Середина смены – пик ролевой игры. Думать о внезапной влюблённости Мира попросту не успевала, да и не очень хотела. Она знала, что по статистике чуть ли не каждая вторая взрослая пионерка обязательно влюблялась в вожатого или мастера. Чего греха таить, сама Мира делала так, и не раз, но всегда это проходило в течение недели после конца смены. Паук и Шкода гоняли Миру только так: их клан заключал многочисленные союзы и заговоры, предоставлял наёмников для войн за территории, и Мире нужно было ходить с ними в качестве свидетеля... Вдобавок к этому близилась ночная – ролёвка после отбоя в лесу за территорией лагеря. Обычно за смену проводилось по две-три ночных, и одна из них должна была пройти сегодня. В силу всех этих обстоятельств Мира три дня не ходила к легендочкам даже на тихий час, а после отбоя засыпала, как убитая, даже не глядя в Инстаграм. А заглянуть стоило – Женя каждый день писал ей и спрашивал, всё ли хорошо. Наконец во время тихого часа девятого дня Мира смогла выкроить минутку для того, чтобы ответить: shooosha_mir: "Привет! Всё хорошо, просто ролевая насыщенная, а мне, как политику, приходится во всем этом быть" zheka_sheeesh: "Приходи сегодня детей укладывать, а?" shooosha_mir: "Постараюсь, если не усну" Вечером наконец-то всё утихло. Паук, Ятаган, Шкода, Эхо и Мира сидели на лавочках у корпуса и дышали вечерним воздухом. Эхо и Паук украдкой курили электронную сигарету со вкусом вишни, Ятаган играл со Шкодой в шахматы, а Мира просто наслаждалась вечерней прохладой. Вдруг ей пришло уведомление в Инстаграме: zheka_sheesh: "Я смотрю, никаких дел у тебя нет. Так что, пойдешь укладывать мелких?" Мира заозиралась, но не увидела Женю. Видимо, тот хорошо прятался. shooosha_mir: "Но у детей же ещё полчаса до отбоя. И где ты тусуешься, раз видишь, что я ничем не занята?" zheka_sheeesh: "А ты глаза подними" Мира послушалась и увидела, как из окна второго этажа ее корпуса высовывается кудрявая голова. – Привет! – Мира помахала Жене и улыбнулась. zheka_sheeesh: "Я сейчас спущусь за тобой, будь готова. А в лишние полчаса поиграем во что-нибудь" Окно закрылось, и Мира вскочила со скамейки, сказав друзьям, что пойдет помогать с легендочками. А потом произошло нечто невероятное: Ятаган поднялся, обнял Миру и... Поцеловал ее в щёку! Ровно в этот момент из корпуса вышел радостный Женя. Мира оцепенела то ли от неожиданности, то ли от страха. Мастер тут же изменился в лице: брови его нахмурились, образовав складочку, а глаза снова блеснули сталью. Женя молча подошёл к Мире и сказал самым равнодушным тоном: – Готова укладывать детей? В принципе, если у тебя тут дела, – он грозно покосился на Ятагана, – Я и сам могу справиться. – Нет-нет, я готова! – Мира пошла вслед за Женей, надеясь поговорить с ним. Её вдруг пронзила догадка: он не просто так злится, когда Ятаган оказывает ей знаки внимания. Тут было кое-что, на что Мира почему-то очень надеялась. Наконец догнав мастера, девушка схватила его за рукав. – Да постой же ты! Несёшься, как сайгак, а я поговорить хочу! – О чем? – мрачно спросил Женя, пытаясь освободить рукав, – О Ятагане? Да мне дела до него нет! – врать Женя не умел: глаза его блестели злобой, а покрасневшие щеки было видно даже в тусклом свете фонаря, – Теперь я понял, почему любовную линию разыгрываете именно вы двое: ты ему нравишься, и это замечательно, удачи вам... – совсем разозлившийся или даже расстроившийся Женя говорил быстро, отцепляя пальцы Миры от рукава. Наконец у него это получилось, и он пошел дальше, к корпусу В. – Да, но влюбилась-то я в тебя! – вдруг вырвалось у Миры. Она оторопела. Женя вдруг замер, будто бы увидел что-то. На минуту повисла гробовая тишина. Женя медленно, будто бы боясь, повернул голову. – Что ты сказала? – Извини, – отойдя от шока, Мира поняла, что натворила. Дружба с Женей полетела коту под хвост, ее стажёрство и игры в карты – тоже, всё рухнуло ровно в тот момент, когда она вдруг решила признаться Жене в любви. Впереди ещё четыре дня, она не смогла продержаться жалкие четыре дня! Глядя в пустоту, Мира не заметила, что Женя подошёл, взял ее за руку и повел за корпус В, в лес, за холм. Там он взял ее лицо обеими руками и наклонился, глядя Мире прямо в глаза. Девушка окончательно перестала понимать, что происходит. – Повтори, что ты сказала? – Женя улыбался, глаза его сияли, как звезды. Он держал лицо Миры и смотрел то в один ее глаз, то в другой, как будто бы не верил, что это действительно она. – Я... я влюбилась... в тебя, – прошептала Мира, пытаясь разгадать, что же случилось с Женей. А мастер тем временем наклонился близко-близко, так, что Мира могла чувствовать его дыхание на своих губах, и тут что-то замкнулось в ее голове, она встала на носочки и резко прижалась губами к губам Жени. Он рассмеялся прямо ей в губы и ответил, ответил жарко и нежно, оставив левую руку на щеке, а правой взяв за талию и прижав к себе. Прервав поцелуй, Женя улыбнулся: – Я так мечтал об этом... Мира изумлённо захлопала глазами. – Ч-чего...? Женя едва слышно рассмеялся. – Удивительно, как ты, маленькая заноза, умудрилась за неделю вскружить мне голову... Мира чувствовала, как внутри нее раздаются взрывы, полыхает кровавым заревом огонь, воют ветра, цунами затапливают все, что попадется им на пути, а прямо перед ней стоял Женя, такой прекрасный, такой до смешного счастливый, и горячо шептал ей на ухо. "Быть этого не может," – мысли носились в голове в каком-то броуновском движении, – "Не может, и всё. Я сплю, мне снится все это. Сейчас я проснусь, и окажется, что все это неправда." Но вот ещё один теплый поцелуй обжёг щеку. Мира посмотрела Жене в глаза. Как они притягательны! Такие черные в темноте, сейчас они походили на два снопа искр. Мира не знала, сколько времени прошло – пять, десять минут? Полчаса? Час? – но они так и стояли, глядя друг на друга, пока ее голова не закружилась, а ноги не стали подкашиваться. Почти упав, Мира уткнулась в грудь Жени и произнесла еле слышно самую большую глупость, которую только можно было сказать в такой ситуации: – Я пить хочу. Очень.