Эпизод 5. Асвейг-заступница

Сцена 1 Вечером того же дня на набережной возле пруда, расположенного неподалёку от имения конунга, горит костёр. К костру подходят дрожащие от холода Ульрих и Оливер. Только что они побывали в воде, но уже успели переодеться в сухие штаны. Оливер Спа-асибо! Ульрих З-за что? Оливер Т-ты с-сказал, как д-дыхание з-задержать. Ульрих М-мелочь! Нас же т-топить не собирались. Ульрих глубоко дышит, чтобы унять дрожь, и набрасывает на плечи медвежью шкуру, что лежала на земле у костра. Ульрих Одна, как я и думал! Они с Оливером укутываются вдвоём в одну шкуру и подсаживаются ближе к костру. Прибегает Кирк с дымящимся кувшином в руках. Оливер Ты что здесь делаешь, малыш? Кирк Принёс тебе клюквенный отвар, чтобы скорее согреться. Оливер пьёт из кувшина и делится напитком с Ульрихом. Оливер (Кирку) Отожми наши вещи. Тот присаживается чуть в стороне и, выполняя просьбу-поручение, с обожанием смотрит на своего однокашника, которого больше интересует беседа с Ульрихом. Ульрих Есть места, где кажется, что земля лучше, и воздух другой. И вода будто для тебя создана, даже если с головой окунают в её холод. Слушая рассказы о Рошланде, я давно чувствовал, что этот край станет для меня таким. И не ошибся — потому и прибыл сюда даже из королевского дворца. Пока Ульрих с Оливером беседуют о Рошланде, Эйваз стоит в отдалении от них возле края водоёма. Возле него механизм для подъёма вёдер с водой, который сейчас используется по другому назначению. Сын конунга глядит на шевелящуюся водную гладь, подаёт команду дружиннику — тот крутит ворот, поднимая верёвку и вытаскивая привязанного за руки Оттона. Принц кашляет, пытается отдышаться, так как провёл в воде около минуты, и дрыгает связанными у щиколоток ногами, тщетно пытаясь достать Эйваза. Тот ухмыляется, скрестив руки на груди. Эйваз Сейчас, высочество, ты смотришь на меня иначе, нежели утром! Имей в виду, что атаковать с оружием безоружного врага подло, но допустимо. Бросаться с оружием на безоружного своего, даже в пылу ссоры, за-пре-ще-но! Запомнил? Оттон Да-да! (Верёвка движет его вниз) Не надо! Его дважды быстро окунают в воду, затем снова вытаскивают лицом к лицу. Эйваз Уясни ещё один момент. Пока ты слуга, ты можешь только попроситься домой, в Дорен. Другие свои приказы, просьбы, желания заткни куда подальше — здесь для тебя будет только моя воля. Эйваз даёт знак — Оттона окунают в воду ещё раз и немного задерживают. Когда достают, он снова откашливается и чуть не плачет. Оттон Эээйваз, ну пожалуйста, хвааатит! Я понял… Эйваз Ты — просишь. Значит, ничего не понял. Принца снова окунают в воду и вытаскивают высоко. Эйваз насмешливо смотрит ему в глаза, где обида смешана с испугом. Эйваз Ну, Оттон, отпустить тебя или окунуть снова на пару минут? А может, на пять? Оттон Как пожелаешь, Эйваз. Сын конунга ухмыляется, перехватывает подростка за грудки, перерубает кинжалом верёвку, тянущуюся к рукам, и разрубает верёвки на руках и ногах. Принц не сразу верит, что оказался на земле, и снова откашливается. Когда Оттон приползает к костру, то видит, что Ульрих беседует с Оливером. Они смеются, будто старые товарищи. Кирк раскладывает их одежду для просушки. Кирк Если бы я сказал, что однажды буду сидеть в компании графа, солдата из столицы и самого принца, мне бы в деревне никто не поверил. Эйваз (бесшумно оказывается у него за спиной) Притом они все мокрые — а ты сухой! (Ульриху) А насчёт задержки дыхания, это действительно мелочь по сравнению с тем, что вы будете уметь совсем скоро. Он разбегается и прыгает в водоём, скрываясь под водой. Оттон ложится на тёплую землю у костра и сушит одежду прямо на себе, не замечая насмешливых жестов Оливера и снисходительного взгляда Ульриха. Кирк также угощает его отваром. Принц пьёт, прикрыв глаза, трое парней смотрят на водоём. Ульрих Я что-то говорил про дыхание? Оливер Только тогда, сразу… Ульрих Хочешь сказать, что Эйваз услышал? Не может быть! Кирк Где же он? Неужели утонул? Оттон (лежит на боку) Так ему и надо… Эйваз (резко появляется сбоку) Что ты сказал?! Все четверо вскрикивают от неожиданности. Ульрих Эйваз, ты вообще человек? Эйваз Я сын рошского конунга. Он по-кошачьи отряхивает насквозь мокрую одежду, так что брызги летят во все стороны, и отходит от костра. Эйваз Сидите здесь, сколько хотите, только завтра не опаздывайте! Когда он отходит на достаточное, по мнению парней, расстояние, Ульрих негромко говорит Оливеру. Ульрих Я читал, что конунг с рошских земель Бога Солнца может превратиться в снежного барса. Оливер (тоже тихо) Я думаю, скорее, в медведя. Всё-таки медведь солиднее. Голос Эйваза откуда-то очень издалека Зато барс красивее! Все четверо, даже понурый Оттон, разводят руками, не находя объяснения таким способностям. Сцена 2 Вскоре весенним днём принц в одиночестве стирает свою одежду в пруду. Затем, крепко отжав, отбеливает в свежем снегу и развешивает на ближайшем кусте. К нему подбегает Тиваз (13 лет) — самый младший сын Хедела, одежда которого украшена серебряными застёжками, а волосы перевиты серебряным шнурком. Тиваз Привет, утопленник! Вернее, недотопленник! Оттон делает вид, что не заметил его, и продолжает отжимать рубаху даже сильнее, чем ранее. Тиваз Ты оглох или рядом с дикарями-амхарцами наш язык забыл? Принц молчит, прикусив губу. Тиваз обходит его с разных сторон, пытаясь заглянуть в глаза. Тиваз Ладно, чистись и принаряжайся! Ты ведь должен быть красивым, чтобы не опозориться перед моими приятелями и приятельницами, когда я тебя им представлю на днях. Оттон Зачем? Тиваз Как же! Я хочу их удивить. А такой необычный слуга, принц-слуга, непременно их удивит! Оттон бледнеет и ещё ниже опускает голову, что лишь забавляет подростка. Тиваз Надеюсь, ты неплохо освоился в колке дров и не опозоришься перед ними. Оттон Посмотрим. Быть может, топор полетит не в ту сторону. Тиваз Да ну? Эйваз тебя точно потопит, если посмеешь причинить хоть малейший вред мне, его самому младшему брату! Даже если я скажу, что ты просто угрожал мне топором, он не оставит те слова безнаказанными. Он смеётся ещё громче. Ключница Майя, которая шла к пруду, замирает в стороне и прислушивается к разговору двух подростков. Она видит, что Оттон снова занялся стиркой — Тиваз бросает в него снежки, на которые тот не реагирует. Развернувшись, ключница решительно направляется к терему. Сцена 3 Майя прибегает в горницу кунигунды, где Асвейг вышивает полотно вместе с Кайсой и двумя другими служанками. Служанки встают и приветствуют ключницу поклоном, та в ответ кланяется кунигунде. Майя Ох, госпожа, у нас такое произошло! Вернее, произойдёт или может… Асвейг Что же с Оттоном опять случилось? Майя Как вы сразу догадались, что дело связано с ним? Асвейг Во-первых, я всё же бывшая младшая жрица храма Богини Зимы. А во-вторых, в последнее время из всех обитателей твоего дома именно он больше всего тебя интересует. Майя Спасать его надо, госпожа, иначе случится большая кровь! Майя полушёпотом пересказывает кунигунде разговор принца с Тивазом, та хмурится сильнее с каждым словом. Сцена 4 В это же время Эйваз сидит у костра вместе со своими учениками и чистит неким порошком короткий нож с широким лезвием. Рядом на белой холстине лежат длинный и короткие мечи — клинки ослепительно блестят в лучах солнца серебром, руны же с красным отблеском. Доренцы чистят своё оружие, наблюдая за наставником. Эйваз накаливает лезвие с порошком на огне, затем остужает в снегу и снова натирает порошком. Ульрих справа от него повторяет действия, Вилли слева смотрит, приоткрыв рот, так что забывает о своём ноже. Эйваз Этот состав целебный — огонь помогает ему слиться со сталью. Потом огонь пробудит его, когда нужно прижечь рану. Генрих Это порошок из Зензевейского княжества? Петер Во дворце тоже зензевейским пользовались — говорят, самый лучший. Эйваз В Рошланде ещё лучше делают, ибо состав заговорён на исцеление. Марк Рыжий Ну да, у нас тоже «заговорёнными составами» порой торгуют — сплошные шарлатаны! Петер И впрямь, не боишься обмана? Как от настоящего отличить? Эйваз Как-как! Чувствовать надо! Ведь и собаки, и кошки, и куры, и свиньи видят и слышат, порой лучше нас. Человек потому над всеми ними поставлен, что по-особому этот мир может воспринимать. А если не может, уж никак он не лучше собаки, не говоря уж о волке и медведе. Эйваз любуется блестящим клинком, кладёт короткий нож на холстину рядом с мечами и берёт новый кинжал. Прежде чем чистить его, осматривает круг учеников. Несколько пар однокашников хвастаются друг перед другом, у кого клинки блестят ярче. Оливер передаёт свой длинный нож Кирку, который принимается за работу с не меньшим усердием, чем со своим. Эйваз Оливер, неужели Кирк настолько близкий для тебя друг, что ты готов доверить ему своё оружие? Оливер Да ну! Это же просто вещь. Эйваз Оружие — это тоже твой друг. В бою оно послужит тебе не меньше живого верного товарища. А в мирное время окажется самым желанным подарком, который обрадует сильнее рабыни. Кстати, имейте в виду, что дарить рабынь неженатым друзьям неприлично — это привилегия отца или матери. Том Спасибо, что сказал, а то я как раз хотел Фреду рабыню подарить! Его товарищи смеются над шуткой, Эйваз тоже усмехается. Фред А раба неженатому другу дарить прилично? Эйваз Это глупо, ибо у друга, если он не создал свою семью, нет своего хозяйства. Тогда уж лучше его матери раба передать. Карл Длинный Конечно же, рабов лучше продавать. Тогда от них сразу видимая польза деньгами. Джанни Кстати, Эйваз, а у тебя личные рабы были? Мартин Его личные рабы сидят перед ним. Он окидывает рукой всех присутствующих у костра, снова вызывая громкий смех. Эйваз Ох, Мартин, я бы так шутить не решился! За такую шутку вы бы меня все побили — и были бы правы. Ульрих А потом все дружно пошли бы окунаться в воду, ибо драки в группе запрещены! Карл За обиду Эйвазу конунг бы нас так «окунул», что мы не всплыли бы! Эйваз широко улыбается, сощурившись от удовольствия, и кивает. Вдруг к нему сзади подходит возмущённая Майя. Майя Эйваз, дурья твоя башка! Пошли, разговор есть! Несколько доренцев зажимают рот, чтобы не рассмеяться в голос, сын конунга невозмутимо продолжает чистить клинок, даже не обернувшись к ключнице. Эйваз Говори здесь. Если по делу пришла, у меня секретов нет. Если без дела, то ты не красная девица, чтобы я с тобой в сторонку отходил. Майя Я не красная девица, но и ты не добрый молодец. Отнюдь не добрый! Надо же, как ты мальчишку замучал! Эйваз Какого такого мальчишку? Робби, ты, что ли, плакался? Роберт мотает головой, остальные тоже пожимают плечами. Майя Будто сам не знаешь, что я о принце Оттоне! Эйваз Странная ты баба — сначала причитала, будто он тебе житья не даёт. Теперь подуспокоился — и я в этом оказался виноват! Майя Он уж давно спокоен, а после того, что ты сделал, оказался ещё и подавлен. Боюсь, не сможет дать достойный отпор, если кто-нибудь напасть на него вздумает. Эйваз Значит, урок усвоился. Быть может, про волю я загнул, но утешать его не намерен. Тебе, Майя, тоже не советую вытирать слюни принцу — именно от этого он из Дорена бежал. Впрочем, если он спросит у меня о тех словах напрямую, поясню. Если нет — тоже хорошо, значит, учится делать выводы самостоятельно. Майя А что, если Оттон сделает вывод, будто ты его враг? Эйваз Что ж, тогда будем сражаться, как с врагом. Сын конунга с гордостью смотрит на клинок ножа, блестящий, как и остальное его оружие. Ключница машет на парня рукой и уходит ещё более возмущённой, чем пришла. Сцена 5 Вечером радостный Тиваз прибегает в горницу матери, но Асвейг, встав перед ним, остужает его радость строгим взглядом. За её спиной стоят Кайса и Майя. Тиваз (кланяется) Матушка, рад видеть тебя в добром здравии… Асвейг В добром ли? Разве тревога прибавляет здоровье? Тиваз Кто или что тревожит тебя, матушка? Асвейг Безрассудство детей тревожит. В первую очередь, твоё поведение с Оттоном. Неужели ты забыл уроки короля Харальда? Или когда слушал предание о нём тёмными вечерами, страх застилал всё вокруг? Тиваз молчит, бросая недобрые взгляды в сторону Майи и Кайсы. Асвейг Сын, отвечай на мой вопрос! Тиваз Матушка, зачем ты бранишь меня перед служанками? Асвейг Во-первых, Майя не служанка, а моя помощница. Ты это знаешь. А во-вторых, если тебе сейчас стыдно находиться перед ними, представил ли ты, что испытает принц Оттон, когда ты начнёшь насмехаться над ним перед другими! Тиваз Но ведь это отец начал! (Кунигунда удивлённо вскидывает брови) Ну, ведь это он велел принцу быть нашим слугой. Асвейг Если точнее, то выполнять работу, которую обычно делают слуги. Знаешь ли, не самая худшая участь для непрошенного гостя, которого обычно выгоняют взашей. И если этот непрошенный гость до сих пор домой не попросился — что ж, пускай отрабатывает своё пребывание под нашим кровом. Ты, конечно, мог показать его своим друзьям, пояснив о важности работы, которой порой не гнушаются конунги. Тиваз Неужели? Асвейг Тиваз, не пугай меня своей глупостью! Или ты думаешь, что твой отец или братья ни одно дерево не срубили? Так что вы с принцем и с приятелями могли бы даже посостязаться, у кого больше дров выйдет. Скорее всего, Оттон обошёл бы вас благодаря опыту и силе. Но после дружеских состязаний не ссорятся, а садятся за стол праздновать новые знакомства. Однако вам не хватит мудрости устроить всё именно так. Тиваз Хватит… Асвейг Чувствую, что нет. Значит, всё закончится оскорблениями, за которыми непременно последует драка. Боюсь, до кровопролитья дойдёт. И тогда, в лучшем случае, тебя отправят заложником к королю Эйнару. Если же принц серьёзно пострадает, страшно представить, какая война начнётся! Тиваз краснеет, поджимает губы и чуть не плачет от её слов. Асвейг приподнимает его лицо за подбородок и смотрит прямо в глаза. Тиваз (еле слышно) Не будет, матушка… Я не поведу их к нему. Кунигунда улыбается уголками губ и жестом велит Майе и Кайсе выйти. Те с поклоном покидают горницу. Подросток с тревогой смотрит на мать, которая отходит от него на шаг, сохраняя строгое выражение лица. Вдруг Асвейг раскрывает объятия — Тиваз с радостью устремляется к ней. Мать крепко обнимает его и ерошит волосы. Асвейг Ой, Ларс, последний ты сыночек остался, кого можно так приголубить. Да и то недолго! Тиваз Почему же недолго? Сколько пожелаешь, матушка! Даже когда я женюсь. Асвейг (целует сына в щёки) Я-то могу тебя обнять, а вот Оттона обнимать некому, ибо его мать далеко отсюда. И не стыдно тебе было бы насмехаться над ним? Тиваз (утыкается ей в плечо) Стыыыдно, матушкааа… Вот только… Асвейг Что, мой соколёнок? Кунигунда с сыном усаживаются на лавку возле окна, Тиваз мнётся, но, наконец, решается на признание. Тиваз Я поспорил с приятелями и приятельницами, что удивлю их. Естественно, они бы удивились, что внук Харальда Беспощадного наш слуга. А теперь… В общем, спорили мы на кусок серебра. С каждым. Их восемь. Асвейг Восемь кусков серебра? Тиваз кивает, вызывая тяжёлый вздох матери. Тиваз Я же не могу опозорить наш славный род Тормунда бесчестным неисполнением спора. Асвейг Отцу говорить не будем: твоё безрассудство его очень расстроит. Попросишь у Вендела или Эйваза. Непременно, придётся объяснить, за что такая плата. Тиваз Мааатушка, ну почемууу? Можно, я попрошу у Агни? Асвейг Боишься, что те братья заставят ответить за глупый поступок? А разве ты не заслужил? Тиваз Я обещаю, всеми рошскими Богами клянусь, что больше ничего подобного не сотворю! Я буду тебе помогать, сделаю, что скажешь, только, пожалуйста… у тебя ведь есть восемь кусков серебра! (Асвейг с сожалением смотрит на него) Матушка, я ведь хотел, когда выиграю спор, первым делом купить тебе золотой обруч с бирюзой за три куска и три четверти… Честно-честно! Асвейг Сынок, почему ты уже считаешь себя проигравшим? Неужели думаешь, что удивить можно лишь унижением? Неужели ты сам не умеешь ничего удивительного? Тиваз Но я ведь стреляю не так метко, как Скульд. Скачу на лошади не так ловко, как Хальдор! А Снорр, кажется, всё на свете знает. Асвейг А как же твоё искусство обманок, которым не всякий воин овладевает после долгих тренировок, а тебе оно играючи даётся? Тиваз Ох, матушка, не знаю, получится ли… Я же тревожится буду. Асвейг Давай потренируемся вместе. В крайнем случае, я вам бабочек покажу. Тиваз Бабочек? Зимой? Асвейг Да, так я в храме порой забавлялись. Она подходит к подсвечнику с девятью горящими свечами, погашает три свечи правой рукой, будто зажимает пламя в кулаке, и потерев пальцами, разжимает ладонь. По горнице кружатся три бабочки огненного цвета. Тиваз открывает рот от удивления, затем аж подпрыгивает от восторга, когда каждая бабочка разделяется на три. Асвейг смеётся в ответ на его радость и лёгким дуновением расыпает бабочек на искры, которые гаснут в воздухе. Сцена 6 Яркие бабочки порхают среди полевых цветов, ибо в Рошланде наступило лето: пора, когда на три-четыре месяца снег полностью сходит и всё вокруг покрывается зеленью. Лодка с двадцатью четырьмя невооружёнными новобранцами и Эйвазом на борту неспешно движется озёрной глади навстречу подобной лодке. Генрих (Эйвазу) Прошу прощения, когда мы ещё подплывали к Рошланду, то пели, что это «край замёрзших озёр». Где же они? Это озеро, как и другие, которые мы видели, не относится к замёрзшим. Эйваз Замёрзшие озёра, они же Молчаливые, расположены гораздо севернее. Генрих Конечно, я читал о них! А других разве нет? Эйваз Тех ледяных озёр достаточно. Но вам пока не время их наведать. Все замечают, что вторая лодка стремительно двинулась к ним. Капитан той лодки машет рукой, Эйваз отвечает ему. Эйваз (с ухмылкой) А сейчас нас атакуют… Грег Кто? Зачем? Эйваз Разве вы не твердите мне вторую неделю, что готовы к настоящему бою? Не успел наставник договорить, как их лодку сильно зашатало, так как её стремительно взяли на абордаж парни из соседнего судна.