Эпизод 10. Предсказание

Сцена 1 Добежав до окончания следов, Оттон видит, что очутился возле имения, притом с той стороны башенки терема, которая обычно скрыта от посторонних глаз. У стены валяются полые медвежьи лапы, которые использовались вместо сапог. Задрав голову, принц замечает ярла Свенда, который ловко карабкается по брёвнам к окну башенной светлицы. Оттон Ээй, медвееедь! Слааазь! Мужчина продолжает карабкаться — Оттон кидает в него верёвку с крюком, цепляет за пышный меховой воротник, заставляя на пару мгновений приостановиться. Оттон Вооооооор!!! Крик эхом разносится по двору. Продолжая висеть на стене, вор достаёт из-за пояса нож, делая вид, что хочет метнуть. В ответ принц метает в него топор, целясь в бедро — тот уворачивается, задержавшись на одной ноге. Топор вонзается в стену — в этот миг Оттон дёргает верёвку, крюк от которой зацеплен за воротник мужчины. От неожиданного рывка тот не удерживается на стене и спрыгивает в снег. Они оказываются лицом к лицу — принц узнаёт того, кто ударил его плетью во второй день пребывания в роли слуги. Ярл Свенд тоже вспоминает «непочтительного слугу». Свенд (злобно) Ты?! Оттон (с не меньшей злобой) Ты?! Принц с громким криком бросается на Свенда, чтобы вцепиться ему в горло. От неожиданной атаки Оттона ярл не удерживается на ногах, однако из-за пышного мехового воротника принцу не удаётся добраться до горла. Оттон надавливает руками на шею Свенда — тот сбрасывает кричащего парня, прижимает к земле и замахивается ножом, тоже целясь в шею. Удар откуда-то сверху — нож в руке ярла движется вниз и вонзается в левый бок принца. Крик прерывается от боли — всё вокруг темнеет перед глазами парня. Сцена 2 Сквозь темноту Оттон чувствует жар и холод одновременно, в нос щекочет горький травяной запах. Боль от обработанной раны в левом боку нестерпимо колет и печёт в одной точке между рёбрами и расходится волнами дальше по телу, словно круги на воде от брошенного камня. Принц боится открыть глаза, думая, что попал в посмертное царство тьмы. Однако нежное прикосновение ко лбу, после которого холод ощущается меньше, не похоже на действие обитателей того мира. По мере пробуждения боль становится острее, так что принц не может молчать. Оттон (с закрытыми глазами) Мама… Мамочка! Голос Ульриха Твоя мама далеко, зато я рядом и никому не дам тебя в обиду. Оттон несмело открывает глаза и видит перед собой очертания Ульриха. Тот кусочком холстины убирает пот с его лица и придерживает руку, которой принц хочет дотронуться до раны. Оттон Уля… пить… болит… Друг хочет подать кружку возле лежанки раненого, но помощница лекарши останавливает его. Помощница От этого он снова уснёт. Она бросает в другую кружку некую травку и поит Оттона. Залпом проглатывая жидкость, он кашляет, зато взгляд проясняется. Принц, наконец, понимает, что находится в хижине лекарши, рядом с ним сидит улыбающийся Ульрих. Оттон (с надеждой) Я убил его? Ульрих Ну что ты, дурашка! Хорошо, что сам жив остался! (Оттон грустнеет) А вообще, ты молодец: задержал ярла Свенда, который имеет дикий характер. Он воспользовался днём охоты и хотел похитить Сигурн, единственную дочь нашего конунга. Видно, не знал, что та далеко отсюда — обучается в храме Богини Зимы. Оставил своего коня в лесу, куда планировал бежать с Сигурн. Его помощники тем временем накинули мешки на нескольких служанок в окрестностях имения, чтобы их крики отвлекли на себя оставшуюся дружину. А он сам оставлял медвежьи следы, чтобы зарезать возможных свидетелей и спихнуть на медведя-шатуна. Хорошо, что ты громко кричал, и два дружинника вовремя прибежали на помощь. Кстати, всех трёх помощников Свенда тоже поймали. Оттон Кто-то погиб? Ульрих Нет. Это, конечно, хорошо, но и не очень. За нападение на имение конунга с чьей-либо смертью ярлу грозил бы кнут или смертная казнь. А сейчас суд в Центральных землях Рошланда может лишь виру присудить, за дурные намерения. Оттон Кого присудить?.. Ульрих Ну, штраф по-нашему. Лекарша (за спиной) Негодник! Кто тебя сюда пустил? Тайка, ты, что ли? Ульрих вздрагивает от резкого появления немолодой худощавой женщины. Её помощница бросает взгляд на Элироя и стыдливо опускает глаза, так что лекарша сильнее сердится на Ульриха. Лекарша Расскажу я Эйвазу о твоём своеволии! Ульрих (смеётся) Эйваз бы сам явился, если бы вас не боялся. А потому просил меня кое-что передать Оттону от себя лично! И от нас, и от слуг! Он поднимает большую корзину, источающую ароматы еды, но Оттона начинает тошнить. Лекарша И не сметь его беспокоить! И это уноси — нельзя ему ещё есть! Ульрих со смехом выбегает прочь, но будто бы забывает корзину у входа. Оттон, ободрённый визитом и поддержкой друга, пытается встать с лежанки, но боль в боку сваливает его назад. Оттон Ой-ой-ой, как бооольно! Он хнычет и прижимает руки к месту раны, лекарша не грубо, но настойчиво отводит руки. Лекарша Тайка, сделай сонный отвар крепче. Помощница (хихикает) Куда уж крепче! Девка при родах так не стонет, как он сейчас. Лекарша И много ты рожениц видала? (Смотрит зрачки Оттона и качает головой) Ох, дура-дура, ты сама же в той боли виновата! Зачем дала бодрящий напиток? Сейчас сердце сильнее кровь гоняет, боль разжигает! Конунг велел этого юного воина как можно скорее на ноги поставить. Делай всё, что я говорю, пока я не рассказала, что ты, глупая девка, мешаешь мне исполнять его приказ. Испуганная помощница добавляет в первую кружку несколько трав и ещё одну жидкость, взбалтывает, нагревает и подаёт Оттону, который морщит нос от неприятного запаха. Оттон Фу! Это ещё гаже, чем я пил в прошлый раз! Вдруг дверь открывается и появляется Ульрих, чтобы забрать якобы забытую корзину. Ульрих Отти, конунг желает, чтобы ты присутствовал вместе с ним на суде над Свендом. Выздоравливай скорее! Лекарша и её помощница сердито машут руками — парень убегает, захлопнув дверь. Принц после такого сообщения сам берёт кружку и быстрыми глотками выпивает отвар. Довольная лекарша гладит Оттона по голове — тот подаётся ей навстречу и трётся щекой о её руку, что вызывает умиление пожилой женщины и смешок молодой. Лекарша (ласково) Смотри-ка, ластится, будто кот! И как такой мог с голыми руками на мужика с оружием наброситься? Оттон уже не слышит тех слов, ведь снова погружается в сон. Сцена 3 Солнце, блестящее на белом небе, замирает над теремом Совета в Центральных землях Рошланда — бело-серебристым мраморным зданием. Главный зал терема, где проходят общие собрания знатных людей государства, поражает простором. Снаружи даже трудно понять, насколько огромно помещение внутри. Дополнительное ощущение простора ему придаёт очень высокий потолок, откуда свисают не то хрустальные сталактиты, не то настоящие огромные сосульки, которые не могут растаять из-за морозного воздуха в зале. Пол и стены будто бы покрыты льдом, на котором еле заметны надписи на древнем рошском языке. Интерьер зала минималистичен, чтобы ничто не отвлекало от важных дел, по которым здесь собираются. В центре зала возвышение с тремя тронами, будто бы вырезанными из хрусталя, спинки которых уходят ввысь полупрозрачными сталагмитами. На тронах трое старцев, истинный возраст которых неизвестен, однако выглядят лет на семьдесят. На голове каждого серебряные ободы: с чёрными опалами у вещего Одманда в центре, с белыми — у вещего Готтфрида справа и с огненными — у вещего Ингвара слева. По кругу от тронного возвышения сидят двенадцать конунгов, по шесть справа и слева, между ними прямой коридор для прохода. Конунг Хедел в накидке, отороченной чёрным соболем, расположился первым от тронов справа. За его спиной стоит принц Оттон, одетый празднично, но без каких-либо отличий знатного человека. Он с интересом разглядывает окружающую обстановку и ловит на себе заинтересованные взгляды присутствующих. Прямо перед тронами стоит понурый ярл Свенд. Хедел Значит, ты, Свенд, хотел похитить мою дочь, чтобы взять в жёны? Но ведь она далеко отсюда и, к тому же, совсем ребёнок. Свенд Разве ей не пятнадцать? Хедел Едва минуло одиннадцать. Свенд Но разве не о ней, златовласой ясноокой красавице Сигурн, пели на свадьбе сына ярла Дагнира? Хедел Ты перепутал с Сигурн, дочерью конунга Хевдара. Хевдар (возмущённо) Да, моя дочь красавица, но свататься к ней будут честным образом! Всякого, кто сунется к ней по-разбойному, я велю нещадно изрубить. Говорю здесь! Хедел Отчего же, Свенд, ты не посватался к моей дочери по закону? Свенд Думал, сочтёшь старым для неё. Знал, что не отдашь пятой женой. Хедел То верно, что уже твоим сыновьям впору свататься к моей дочери. Однако в положенный срок я устрою состязание в её честь. Если исполнишь решение нынешнего суда, и между нами вражды не будет, можешь принять участие. Победишь — возьмёшь в жёны. Говорю здесь! Свенд кивает, принимая условие, и бросает злобный взгляд на Оттона. Прямо на обвиняемого смотрит вещий Одманд, который главный на этом суде. Одманд Ярл Свенд из рода Бьёрнира, за оскорбление своего конунга и его рода ты отдашь ему в заложники одного из своих сыновей. Оттон замечает, как лицо ярла на мгновение перекашивает от гнева или обиды, но он быстро берёт себя в руки и кланяется судьям. Свенд Исполню. Говорю здесь! (Переводит взгляд на Хедела) Достопочтенный Хедел, прошу, продай мне своего слугу! Он кивает в сторону Оттона, который, как и сам конунг, не может скрыть удивления от такого предложения. Свенд Мне в делах нужен такой ловкий, злобный и выносливый помощник. Хедел Он ещё и смекалистый, ведь разгадал твою уловку с медведем. Свенд Сколько ты хочешь серебра или рабов? А хочешь, я дам тебе за него ещё одного сына? Хедел (с гордостью окидывает взглядом всех присутствующих) Сначала спроси у короля Эйнара Доренского, что он хочет за рану, нанесённую его сыну. После этих слов изумление на лице ярла сменяется восхищением. Свенд Принц Оттон Доренский — твой слуга? Ты взял его в плен? Но когда?! Конунги также негромко перешёптываются между собой, поглядывая на Оттона. Хедел с гордостью смотрит на остальных и громко объявляет. Хедел Он воин из моей молодой дружины, и прибыл ко мне добровольно. Конунги (вразнобой) Оттон? Внук Харальда? Верно, похож… Тогда ясно, что он Свенда почти одолел. Какой оскал у молодого волка! Некоторые даже встают со своих мест, чтобы лучше рассмотреть парня, который широко улыбается оскалом, осознавая, что его положение в имении конунга переменилось в лучшую сторону. Оттон (шёпотом Хеделу) Мне кажется, или некоторые смотрят на меня с ненавистью? Хедел (тоже шёпотом) Тебе не кажется. Конунг Олаф даже привстаёт со своего места, чтобы лучше разглядеть принца. Олаф Так ты сын моей старшей сестры Бригитты? Вещий Готтфрид, погляди на ещё одного твоего потомка! Оттон осторожно ступает вперёд и оказывается прямо перед тронным возвышением вещих судей. Серые глаза старца в короне с белыми опалами темнее, чем белая борода и длинные волосы, заплетённые в косы. Лицо старца прорезано несколькими глубокими морщинами, но выглядит вполне благородно. Принц широко открывает глаза от изумления. Оттон Вы правда прадед моей матери? Сколько же вам лет? Готтфрид Вещие не считают свои годы, дитя. Олаф Что скажешь ему, вещий? Готтфрид (внимательно смотрит на Оттона и усмехается) Сказать, дитя? Оттон слегка краснеет от такого обращения, но потом решает не обижаться, понимая разницу в возрасте. Оттон Да, пожалуйста. Хочу услышать от вас предсказание. Готтфрид говорит тихо, но все прислушиваются к нему, ожидая, что он скажет насчёт зарубежного наследника престола. Особенно внимательны конунги Хедел и Олаф, а также ярл Свенд. Готтфрид Я слышал сейчас: «Харальд, Харальд»! Помню такого, много шума он наделал в Рошланде. Только нет в тебе Харальда — ты от медведя, покорённого девой. Злобный кровавый комок, источающий кровь! Впрочем, он был побеждён тем, кто рождён недавно, и чей голос разнёсся по всему городу. И раз ты прибыл сюда, то должен идти прямо, не сворачивать, не уступать и не разделять свой путь надвое. Широким будет поле, по которому поедут твои сани — птице не окинуть тот простор! Если же свернёшь, сани твои потонут в крови, и ты умрёшь вместе с той, что породила тебя. (Тяжело вздыхает) Брат твой крепко держит твоего волка — не потеряй его! Вещий улыбается, глядя на покрасневшего принца. Тот хмурится в ответ, боясь взглянуть на рошских конунгов, ибо предсказание кажется недобрым, но все символы он растолковать не в силах. Сцена 4 Пока в тереме Совета проходит собрание, Эйваз, Торвард и Вольд гуляют по центральному городу Рошланда. Торвард прохаживается по ярмарке среди лавок с женскими украшениями и рассматривает кожаный ободок для волос с золотыми подвесками, украшенными рубинами. Торвард (торговцу) Есть ли с зелёными камнями? Торговец Под цвет глаз? Понимаю-понимаю! Он достаёт похожий ободок с изумрудами. Торвард подзывает проходящую мимо девушку-шатенку, прикладывает ей к голове ободок и улыбается. Торвард Пойдёт! Сын конунга даёт торговцу несколько серебряных монет и хочет положить ободок в кошель. Девушка будто бы собирается заговорить с ним, но вдруг между ними появляется Эйваз. Эйваз Иностранке подарок? Наши ведь серебро предпочитают. Торвард смущается, прячет украшение и не сразу находит, что сказать. Торвард Эээ… Давно хотел спросить, как ты решился оставить своих мальчиков одних на целую неделю? Эйваз Я дал им задание, которое никак не позволит почувствовать себя забытыми. (Внимательно смотрит на брата) Кстати, она занята. Торвард Неужели тем самым?.. Эйваз Представь себе. Ты всё-таки не Свенд — а я не хочу лишаться брата. Младший фыркает и демонстративно отворачивается, уходя прочь от старшего. Тот громко смеётся ему вслед. Сцена 5 Во время отсутствия Эйваза для его учеников нашлось важное занятие: покрытие противоогневой жидкостью всех зданий имения конунга, в том числе терема, конюшен, хозяйственных построек, жилищ для слуг, основной дружины и всех трёх групп доренских дружинников. Над одним четырёхугольным зданием трудятся по восемь человек. Боб с Петером работают над одной из внешних стен. Боб Оттон уже успел проявить себя воином, даже получил боевое ранение. А мы вынуждены выполнять работу слуг! Петер Представь, что мы тоже защитники: защищаем всех жителей имения, даже самого конунга, от огня. А ранение, хотя и не боевое, ты получишь, если Эйваз будет недоволен нашей работой. Боб удручённо вздыхает и продолжает орудовать щетинистым валиком. Том и Уил должны смазывать другую внешнюю стену, однако Том сидит под ней, что возмущает напарника. Уил Когда ты уже к работе приступишь — полчаса так сидишь! Том Да где ты видишь соглядатаев? Уил Эйваз говорил, что проверять будут, швыряя горящие поленья во все здания. А я за тебя делать работу не намерен. Том Ну, Уил, я после обеда всё сделаю! Уил Ладно, сам прослежу, чтобы по-настоящему покрасил. Оливер (кричит изнутри другого здания) Улёнок, пойдём вечером к пруду? Ульрих (отвечает из-за стены снаружи) Конечно, Олли! Там и подерёмся! Они громко смеются, некоторые присоединяются к смеху. Солнце светит в ясном небе над имением и над окрестными землями. Сцена 6 От солнца снег блестит на берегах реки, по которой в свои земли движется корабль Хедела. Конунг, трое сыновей и Оттон находятся на палубе. Хедел замечает, что принц бледен и держится немного в стороне от остальных. Когда правитель подходит к нему, подросток резко опускает руку, которую держал на левом боку. Хедел Ты хорошо себя чувствуешь? Не слишком ли тяжела поездка после раны? Оттон Ничуть не тяжела, достопочтенный конунг. Для меня большая честь, что вы взяли меня с собой. И что назвали меня воином молодой дружины. Хедел По-другому и быть не могло после твоего храброго поступка. Только что же беспокоит тебя сейчас, дитя? Оттон (смотрит на него исподлобья) Вы знаете, о чём было предсказание вещего Готтфрида? Хедел Поскольку оно было сделано лично тебе, никто другой не вправе толковать его. Прислушайся к своей душе, чтобы понять. Оттон Я постараюсь. А вы позовите, пожалуйста, своих сыновей. Хочу сказать им… то есть вам, всем, кое-что важное. Конунг машет рукой, подзывая парней. Когда они подходят, принц с волнением смотрит на всех, чешет затылок и, наконец, решается произнести. Оттон Достопочтенный конунг, и вы, Эйваз, Торвард, Вольд, простите меня, пожалуйста! Принц кланяется, вызывая настороженное недоумение всех четверых. Эйваз За что мы должны тебя прощать? Оттон За ложь и за все те хлопоты, которые я вам причинил. Обещаю не повторять прошлых ошибок. Хедел (переглядывается с сыновьями) Мы прощаем тебя, Оттон! И ты прости, если чем обидели. Оттон Ну что вы! Какие обиды! Я бы такого, как я, вообще придушил бы! Или утопил. Эйваз Что же побудило тебя к этим словам? Ты возвращаешься в Дорен? Оттон (испуганно) Нет-нет! Если вы не прогоните… Просто, когда я лежал у лекарши, вдруг понял, что, если бы нож Свенда попал в цель, а не прошёл по рёбрам, я бы покинул эту жизнь, не сделав ничего полезного. Торвард Эх, рано мы с Эйвазом того эфоснийца остановили! Надо было позволить ему пырнуть тебя, чтобы ты быстрее образумился. Хедел Торвард, о том пороге не шутят! Оттон многозначительно смотрит на Эйваза. Поняв намёк, тот отходит вместе с принцем к другому борту, чтобы более откровенно пообщаться между собой. Оттон Эйваз, я ведь сразу по прибытии присоединюсь к твоим ученикам? Эйваз Отдохни пока. Я скажу, когда подойдёт время. Ты ведь не хочешь сразу оказаться под «снежным обстрелом»? Оттон Мда, Ульрих рассказывал, как ты их гоняешь. Эйваз Жаловался? Оттон Скорее, гордился, что даже тут один из лучших. Эйваз Привирает. По-моему, он лишь во второй пятёрке, правда, в начале. (Оттон хмурится) Да-да, быть может, даже подтянешь его, ибо ты, принц, сильнее многих. А потому тебя гонять буду не меньше остальных. Оттон Ну и пожалуйста! Вот только Роберт… Он же как бы… Возникает заминка, ибо принц не может подобрать нужные слова. Эйваз ухмыляется, пытаясь посмотреть ему в лицо. Эйваз Оттон, тебе было бы приятно, если бы кто-то посмеялся над твоей слабостью. (Тот мотает головой) Учти, что это неприятно любому мужчине. Оттон открывает рот, будто хочет возразить, но вдруг сосредотачивает взгляд в одной точке на речном берегу и сжимает кулаки. Оттон Я бы простил Свенду тот удар после пира, только если бы придушил его. Эйваз Какой удар? Аааа, так вы ещё тогда столкнулись! Несчастный человек — только не знаю, кто из вас в большей степени. Эйваз смеётся — принц хмурится и говорит ещё тише, глядя на него исподлобья. Оттон Эйваз, ты правда не презираешь меня за то, что я был слугой? Эйваз Нет, сам в четырнадцать им побывал. Кстати, тоже дрова колол. Оттон Куда же делись остальные слуги? Любопытствующие Торвард и Вольд неспешно прогуливаются по палубе и подходят к ним. Эйваз Ничего с ними не случилось. Просто я вёл себя со слугами слишком надменно… Торвард (перебивает) Раскомандовался не в меру, будто это только твоё имение! Эйваз Можно и так сказать. Отец с матерью пожелали, чтобы я прочувствовал важность «грязной работы». Оттон Я бы при таком решении сбежал! Эйваз Были такие мысли. Но даже в дружественных землях моё положение изгоя было бы не выше слуги. И добиваться лучшего пришлось бы годами. Отец же назначил мне работу на три месяца, но простил через два. Торвард Тебя тогда, братец, часто несло не в ту сторону, так что старшим приходилось останавливать. Эйваз Пф, много ли ты сам тогда понимал! Или за Агни повторяешь? Торвард А что Агни? Он-то как раз тебя не гонял. Вольд Ох, лентяй он, от обязанностей старшего брата уклонялся! Трое братьев смеются, пихая друг друга в плечи, будто вспоминают совместные известные только им эпизоды. Оттон вклинивается между ними. Оттон А знаете, был бы у меня младший брат, я бы тоже его гонял. Немножко, чтобы он вырос лучшим воином, чем я. Торвард Ха-ха, сначала сам хорошим воином вырасти! Вольд Знаешь, Оттон, отец сказал, что поделит с тобой заложника от Свенда. А все его сыновья младше тебя. Оттон Как поделит? Пополам? Вольд Сказал, что вы сами определите. Оттон Ого! Чувствую, как мой грифон снова разбегается… Торвард Что-что? Оттон В Дорене есть поверье, что власть короля подобна грифону, на которого каждый наследный принц садится с рождения. Затем грифон разбегается, когда принц принимает первые связанные с властью решения, и взлетает. Летит на нём уже король. Только каждый король летит по-разному. Например, говорят, что мой отец летит не самостоятельно — со всех сторон его поддерживают советники. Король Харальд или Эйнар Второй, при котором чуть не оборвалась династия, загоняли того грифона до полусмерти. Оттон Седьмой почти не испытал полёта. Но были и те славные короли — например, Оттон Четвёртый и Оттон Пятый, Вайленг Третий — чей полёт был ровным и величественным. Интересно, каким будет мой? Вместо ответа Эйваз указывает в небо, где вдали виднеется точка птицы. Птица приближается — скоро всем становится видно орла, который парит прямо над кораблём. Вольд Орлы здесь бывают так редко… Эйваз Наверное, этот прилетел из Дорена посмотреть на своего будущего правителя. Задрав голову, Оттон широко улыбается и визжит от радости. Даже конунг оборачивается на визг, от которого у всех на палубе закладывает уши, но видит, что ничего страшного не произошло. Принц лишь заключил возмущённого Эйваза в крепкие объятия, поблагодарив за хороший знак.