Глава 18.1 Экстра

Киллиан

Нужно идти за ней. Чего я жду? Я сажусь на каменные ступеньки и вытираю костяшки пальцев о футболку. Крови Амрита на моих руках больше, чем собственной. Если бы меня не оттащили от него, я бы загнал его в кому на несколько лет. И был бы рад наблюдать за тем, как он бездвижно лежит под пиканье всевозможных медицинских аппаратов, поддерживающих его жалкую жизнь на плаву. Неужели я настолько жесток? Нет. Я не такой. Но она... Я не мог поверить тому, что услышал пару минут назад. Эти слова впитались в моё подсознание, разорвали дамбу самообладания и позволили безжалостной ярости взять надо мной верх. Её глаза в тот момент. Я не мог понять, что она испытывает. Жалость? К нему или ко мне? Стыд? Она ведь ни в чем не виновата. Нет. Ей было больно. Амрит раскрыл ей глаза и явил своё подлое бессовестное амплуа. Его истинное «Я». Потоптался по её изнеженной душе, а затем выбросил как ненужную игрушку. Сломанную куклу, которую я лелеял и оберегал. Я понимаю её чувства. Я сам испытываю подобное. Я мог сделать её счастливой. Мог смириться с поражением, строить наше будущее по её указке и наслаждаться каждым днём, проведенным с ней. Я слишком сильно давил. Облажался. И когда я всё осознал, было поздно. Сердце Амалы принадлежит другому. Как жаль, что другой так гадко с ней поступил. - Ты в порядке? – Габриэль приземляется рядом. Он не решается похлопать меня по плечу, как он обычно это делает, чтобы выказать свою поддержку. - Да... Нормально, - мои руки всё еще болят. Содранная кожа на пальцах начинает саднить. - Пойдём накидаемся до беспамятства? Шон подарил мне бутылку дорогущего скотча, - я даже забыл, по какому поводу в нашем доме столько гостей. Жаль, что они стали свидетелями той сцены. - Я не пойду туда, - не могу видеть окровавленную нахальную рожу Амрита. Если хоть один мускул на его лице дрогнет, то я снова сорвусь с цепи. - Брось, друг. Я не могу выволочь его из дома, он платит большую часть аренды, - Габриэль ухмыляется, толкая меня плечом, но проявлять эмоции в ответ я не намерен. – Амрит наш друг. - Разве друзья так поступают? Спят с девушками своих же друзей? – я встаю на ноги, мои джинсы мокрые от осенней измороси. - Амала не твоя девушка, Киллиан. Вы расстались, - Габриэль загоняет нож в моё сердце еще глубже. - Это ничего не меняет, - я нащупываю ключи от машины в кармане и иду к своему внедорожнику. - Куда ты? – Габриэль бросается следом за мной, когда я открываю дверь с водительской стороны. - Оставь меня, друг. Мне надо побыть одному, - оборот ключа, и машина трогается с места. В зеркале заднего вида я вижу, как Габ мотает головой и заходит в дом. Мне не нужна его помощь и чья-либо еще. Я должен сам переварить всю эту ситуацию, зарыть свои чувства подальше и продолжить жить дальше. Я давно потерял то, о чем грезил годами, пора признаться в этом себе. Огни города остаются позади, я на трассе. Моя нога давит на педаль газа так, что кончики пальцев покалывает. Руки вцепились в руль, а стрелка спидометра переваливает за 130 миль в час. Асфальт мокрый и скользкий, но я не сбавляю скорость, пока встречная машина не сигналит мне, ослепляя светом фар. Я жму на тормоз, и автомобиль проносится мимо. Руки слабеют, я делаю несколько глубоки вдохов, чтобы прийти в себя. Глаза затягивает пелена. Минуту я стою на обочине, а затем разворачиваю машину, чтобы вернуться в город. Сворачиваю в сторону студенческого городка, но не доезжаю до дома. Туда мне нельзя, там всё еще много народа. Останавливаюсь у Гибсона. Парковка перед баром почти пустая. Вся футбольная команда и болельщики собрались у нас дома. Как я и думал, в баре всего несколько человек. С первого этажа слышно, как кто-то играет в бильярд наверху. Остальные немногочисленные посетители смотрят хоккейный матч по телевизору, потягивая пиво за одним из столиков. Я прохожу к барной стойке, за ней никого нет. Жду, пока кто-нибудь из персонала появится, и пролистываю последние сообщения на телефоне. Амала ничего не написала. Нормально ли она добралась до дома? Всё ли с ней в порядке? Я могу посмотреть, горит ли свет в её окне, чтобы убедиться, что она дома. Как только моя задница отрывается от барного стула, из подсобки выходит девушка с подносом пустых бокалов в руках. - Привет, красавчик. Что будешь пить? – несколько секунд я стою неподвижно и всё еще порываюсь поехать в сторону общежития девочек. Я должен оставить её. Усаживаюсь обратно за стойку и поднимаю взгляд на девушку бармена. Её бровь изгибается, она ждёт, когда я закажу выпивку. - Э-э-э... Виски со льдом, - выдавливаю я. Если мне придется оставить машину здесь, так тому и быть. Небольшая прогулка до дома мне не повредит. Девушка кивает, подхватывает бутылку и наполняет бокал виски. Пока она идёт за льдом, я разглядываю ее. Неестественно черные волосы, колечко в носу, густо подведенные глаза и пухлые губы. Откровенная майка с логотипом GAP обтягивает её изящную талию, а несколько массивных браслетов болтаются на тонких запястьях. Она выглядит, как подружка солиста рок группы. Как правило, я держусь от таких девиц подальше. - Ну и как тебя зовут, красавчик? – она пододвигает мне бокал и улыбается. - Киллиан. А тебя? – я чуть ли не давлюсь от собственного вопроса, замечая на лямке её майки бейджик с именем Грейс. - Холли, - и снова глоток виски встаёт поперёк горла. Её милое имя совсем не соответствует внешности. Я прищуриваюсь и тычу пальцем на её фальшивый бейдж. – А-а-а... Эта девушка работала здесь до меня. Умерла от переутомления. Говорят, что её труп таится где-то в стенах этого здания. Я ухмыляюсь. Грейс вышла замуж в прошлом году и переехала в другой штат. Я знаю это, потому что мы вместе посещали курс философии. Холли пытается заинтересовать меня своими выдумками. И как ни странно, ей это удается. - Ты поверил? Я же пошутила, - она смеется заливистым смехом и берется за тряпку, чтобы натереть пивные бокалы. - Давно ты здесь работаешь? – поддерживаю диалог, чтобы отвлечься. - Нет, с начала семестра, - она без стеснения смотрит мне прямо в глаза. – На самом деле, я ненадолго здесь. Собираюсь переехать в Бостон. - А почему именно... – я не успеваю договорить, Холли хватает меня за руку. - О Боже! Что с твоими руками? – она аккуратно дотрагивается пальцами запекшихся ран на костяшках, и я едва не шиплю. – Больно? - Пустяки. Я кое с кем подрался, ничего серьезного, - я убираю руку под стойку, чтобы Холли перестала ее рассматривать. - Подожди, я сейчас, - она убегает в подсобку. Тем временем я осушаю свой бокал, оставляя кубики льда болтаться на дне. Холли возвращается с аптечкой, раскрывает её и начинает копаться в содержимом. Достав флакон с жидкостью и ватные тампоны, она выставляет руку, и я неохотно протягиваю ей свою. - Ну так, расскажешь в чём была причина драки? Или мне просто считать тебя неуравновешенным? - Холли аккуратно обрабатывает мою руку мокрой ватой, стирая кровь. - Это долгая история, - она переходит к среднему пальцу, кожа на котором практически рассечена. - Поверь, я умею слушать. Именно поэтому я здесь и работаю, - она берет флакон и выливает жидкость прямо на рану. Я стискиваю зубы, чувствуя, как кожу щиплет до боли в кости. Холли замечает мою реакцию и дует на палец. От её естественного вмешательства в мою борьбу с болью я в полном недоумении. - Я... – она поднимает на меня глаза. Они цвета водной глади, синие с серыми крапинками. – Я узнал, что мой друг спит с моей бывшей девушкой. - И что? – я не успеваю опешить от ее вопроса. Конечно, для нее это ерунда, но для меня... - Дело в том, что я пытался вернуть её, - она заканчивает обрабатывать раны и напоследок заклеивает пластырем рассеченную костяшку на среднем пальце. Пока Холли убирает все принадлежности обратно в аптечку, я думаю о том, как продолжить свою историю. Мне хочется выговориться. Но почему мне так необходимо, чтобы именно Холли была моим слушателем? - Я хотел показать ей, что в этот раз всё будет по-другому. Хотел дать нам второй шанс, а потом... – она прерывает меня на полуслове. - А чего хотела она? – и тут я осознаю, что мне нечего ответить. И правда... Чего хотела сама Амала? - Она давала тебе хоть какие-то намеки на воссоединение? – я мотаю головой. Холли берет мой пустой бокал и снова наполняет его виски. - Не понимаю, что произошло. Мы хорошо общались, вместе проводили время и... - Я, конечно, не знаю всех подробностей, и я точно не эксперт в плане отношений, но думаю, твоя девушка не хотела терять с тобой связь, но продолжала жить дальше. Меня будто поразила молния, сняв пелену безответной влюбленности с глаз. Пока Амала наслаждалась жизнью, я бегал за ней в надежде, что во второй раз всё точно получится. Я самый настоящий идиот. Всё это время я злюсь на самого себя. - Мне кажется, ты думаешь о том, что больше не полюбишь кого-то также сильно, - Холли поджимает губы, сочувственно кивая. - Наверное, ты права, - мне становится тоскливо. Как легко откровенный разговор с незнакомкой в баре может раскрыть глаза на правду. Пусть и горькую. - Тебе не стоит об этом переживать, - она аккуратно дотрагивается пальцем моего лба. – Ты симпатичный парень. И довольно милый, судя по тому, как ты переживаешь из-за своей бывшей. Впервые за последние пару часов я улыбаюсь. Только не могу понять, виной тому комплимент от красивой девушки или приятная беседа. Холли опирается на барную стойку и улыбается в ответ, я замечаю маленькие ямочки на ее щеках. Она милая. Кажется, что воздух между нами начинает искрится... - Холли, я тебя подменю. Иди, прибери наверху, - толстый Боб, хозяин бара, выходит из подсобки в тот самый момент, когда Холли придвигается ближе. - Окей, - она берет в руки швабру и ведро, которые вынес Боб, и освобождает место бармена. Я успеваю поймать ее за руку, когда она проходит мимо меня к лестнице на второй этаж. - Подожди. Когда ты заканчиваешь? – девушка оглядывается по сторонам, оценивая пустующий зал бара. - Через пару часов, - я боялся, что она проигнорирует мой вопрос. - Я могу подвезти тебя домой? – Холли снова улыбается и одобрительно кивает. Я отпускаю ее, и она бежит к лестнице, едва ли не подпрыгивая.

***

Крохотные капли бьют по лобовому стеклу. Промозглая ноябрьская погода оставляет желать лучшего. В машине становится холодно, и я завожу двигатель, чтобы прогреть машину к приходу своей новой знакомой. Вот из бара вываливаются последние посетители, а вслед за ними толстый Боб тащит огромные мешки с мусором. Надеюсь, Холли не передумала прокатиться со мной, иначе я выгляжу глупо. Но спустя мгновение девушка появляется в дверях бара. Меня бросает в дрожь от взгляда на её одежду. И как она не мерзнет в короткой юбке, майке и тонкой кожаной куртке. Холли что-то кричит Бобу, а затем машет ему рукой. Я опускаю стекло, чтобы привлечь её внимание. Выражение её лица недовольное, она подходит к водительской двери и скрещивает руки на груди. - Так не пойдет. Ты выпил, а значит за рулём буду я, - я открываю рот, чтобы возразить ей, но не осмеливаюсь. Мне приходится открыть дверь и оставить место водителя. Еще никому я не давал сесть за руль моей машины, поэтому мои нервы начинают шалить. Сев на переднее пассажирское сиденье, я пристегиваюсь и наблюдаю, как Холли старательно подстраивает под себя водительское кресло. - У тебя ведь есть водительское удостоверение? – с недоверием спрашиваю я. Девушка пристегивается и включает передачу. По крайней мере выглядит она уверенной. - О, боишься, что я испорчу твою малышку? – смеется она, трогаясь с места. – Не переживай, я умею ездить. Мы выезжаем с парковки и едем не в том направлении, что я планировал. Студенческий городок и мой дом остаются позади. Мы едем за город. - Куда мы едем? – как на зло, Холли неплохо управляет моим автомобилем. - Я подумала, что нам неплохо бы было проветриться, - она перекладывает свою сумку с подлокотника на мои колени. – Вот, доставай бутылку. Я нерешительно раскрываю её сумку и вытаскиваю почти полную бутылку виски. Холли долю секунды смотрит на мое удивленное выражение лица и смеётся. - Это чтобы нам не было скучно, - я усмехаюсь. Эта девчонка полна сюрпризов. Через полчаса мы сворачиваем с трассы на насыпную дорогу. Где-то здесь недалеко расположены поля для гольфа, возможно, мы уже проехали их. Мы останавливаемся в двух сотнях метрах от трассы, на парковке у какого-то водохранилища. - Где мы? – я озираюсь по сторонам, а Холли выхватывает у меня бутылку виски. - Не знаю, просто свернула по указателю, - она откручивает крышку, делает глоток виски и, морщась, протягивает бутылку мне. - Если мы оба будем пить, то как доберемся обратно? – я тоже отпиваю из бутылки. Теплое виски на вкус отвратительно. - Боже! Ты задаешь так много вопросов. Неужели, ты думаешь, что я зарежу тебя и закопаю твой труп где-нибудь в этих лесах? - А как же изнасиловать? – усмехаюсь я, Холли на секунду задумывается, а потом смеётся. - Поверь, ни то, ни другое в мои планы не входит, - она выхватывает у меня бутылку и пьёт. Мы сидим в тишине пару минут. Смотрим на воду, пьём виски и иногда тихо вздыхаем. - Почему ты переезжаешь в Бостон? – я решаюсь начать беседу по душам. - Не знаю, просто так захотела, - и тут же загоняю беседу в тупик. И снова давящее молчание. - Давай сыграем? – предлагает Холли и снимает с себя кожаную крутку. Это та игра, о которой я думаю? - Во что? – виски уже не обжигает моё горло как несколько минут назад. - В правду или действие, - ненавижу эту игру. Я всё время выполнял какие-то дурацкие задания. – Только вместо действия будем пить виски. - Ладно, - на такие условия я согласен. Правда, думаю, к концу игры я буду в хлам. Нужно быть осторожнее. - Правда или действие? – начинает Холли. - Правда. - Ты долго встречался с той девушкой? – я стараюсь не углубляться в собственные воспоминания, поэтому отвечаю быстро. - Три года, может, немного больше, - Холли кивает. - Ты планировал жениться на ней? – мне кажется, она не понимает правил игры. - Да, планировал... - Думаешь, три года достаточно, чтобы прийти к «долго и счастливо»? – Холли рубит меня вопросами, и я решаю её прервать. - Эй, ты задала уже три вопроса вместо одного! - Точно, прости. Теперь давай ты, - она снимает обувь, подминает ноги под себя и садится напротив. - Правда или действие? - Правда, - быстро отвечает Холли. Я пару секунд думаю о вопросе, который хочу задать ей. - У тебя есть парень? – иначе зачем она задавала все эти вопросы про женитьбу. Холли глубоко вздыхает, кусает губы, а потом берет бутылку и делает пару глотков. Видимо, ей тяжело говорить об отношениях также, как и мне. - Снова я. Правда или действие? – она не растерялась, когда не смогла ответить на мой вопрос. - Правда, - мне нужно сбавить обороты, от виски я быстро пьянею. - Во сколько лет ты лишился девственности? – Холли без правды и действия снова отпивает из бутылки. - Эээм... Кажется, мне было пятнадцать, - надеюсь, моё лицо не покраснело. - И с кем это было? - Ты снова задаешь больше одного вопроса, - она снова кусает губу и виновато улыбается. Я продолжаю игру. – Правда или действие? - Действие, - Холли подносит бутылку к губам. - Делай три глотка, - выпивка никак не влияет на ее раскрепощенность. Она как открытая книга, которую приятно читать. - Боже! Эта дрянь такая крепкая! – она откашливается после третьего глотка и хватает воздух ртом. А когда приходит в себя, снова спрашивает. – Правда или действие? - Правда. - Ты хочешь меня поцеловать? – она смотрит мне в глаза, а я забываю, как дышать. И вместо ответа на вопрос, пододвигаюсь ближе и целую её. Губы Холли горькие на вкус, но я не хочу от ее отрываться. Она толкается ближе, позволяя углубить поцелуй, и я едва сдерживаю стон, когда её язык касается моего. От неожиданности, я прижимаюсь к ней вплотную, чувствуя как легкие спирает от недостатка воздуха. Она прерывает поцелуй, и я почти жалостно стону, когда между нашими лицами пробегает холодок. Холли не планировала останавливаться, она ловко перекидывает ногу и пересаживается ко мне на колени. Мои руки тут же обхватывают ее бедра, а наши губы снова сливаются в поцелуе. Становится невыносимо жарко, и я доволен тем, как Холли вовремя стаскивает с меня куртку. Мои пальцы пробираются под ткань юбки, и она стонет сквозь поцелуй, когда я сжимаю её ягодицы. - Я… А-ах! – она отрывается от меня, чтобы глотнуть воздуха, а мои губы прилипают к её шее. Этот запах незнакомого парфюма окончательно меня опьяняет. - Ты потрясающе пахнешь, - шепчу я, коснувшись языком ключиц. Мне нравится, как её грудь вздымается от сбившегося дыхания. Одной рукой я забираюсь под ткань майки, а затем под плотный материал бюстгальтера, обхватываю грудь и осторожно сжимаю пальцами сосок. Холли соблазнительно стонет, её глаза закатываются. А в моих штанах становится до боли тесно. И чувствуя усиливающееся напряжение, она кладет руку на мой выпирающий член. Настала моя очередь стонать. Я давно не испытывал такого сильного возбуждения. Так долго отрицал то, что могу чувствовать себя настолько восхитительно с кем-то, кроме Амалы. И понятия не имел, что так легко смогу открыться незнакомой девушке. Возможно, все дело в самой Холли. Мне кажется, что я знаю её вечность. Вечность и один день. Подбираясь пальцами к краю её трусиков, я смело задираю юбку другой рукой. Сквозь тонкую ткань белья сочится влага. Она возбуждена также сильно, как и я. Но мне хочется узнать, когда наступит тот самый предел, поэтому я начинаю ласкать её и ловлю губами очередной стон. Руки Холли едва справляются с ширинкой моих брюк. Мой член подскакивает, когда она освобождает его из-под ткани боксеров. Я мычу сквозь наши сомкнутые в поцелуе губы, едва в состоянии двигать языком. - У тебя есть… - я замолкаю, у меня нет сил терпеть эти ласки. Холли тянется к своей сумке и достает запечатанную упаковку презервативов. Разрывает пленку зубами и раскрывает коробочку. Пальцы моей руки буквально пропитываются её смазкой, она хнычет, ерзая у меня на коленях, и старательно натягивает презерватив на мой член. Наши взгляды пересекаются на несколько секунд, когда Холли приподнимается, оттягивая свои трусики в сторону, и насаживается на меня. Мой рот застывает в немом стоне, и на мгновение я перестаю дышать. Она медленно приподнимается и снова садится, откидывая голову назад. Когда я подхватываю её бедра и начинаю двигать телом в нужном мне темпе, постепенно наращивая скорость, она громко стонет и цепляется за мои плечи. От хватки её сильных пальцев у меня наверняка останутся синяки, но мне плевать. - Еще! – она почти падает назад, пластая свои волосы по панели автомобиля, и тем самым меняя угол проникновения. Я еле сдерживаюсь, чтобы не кончить в ту же секунду. Она отрывает мою руку от бедра, прижимает её к своей груди и заставляет сжать пальцы. Это невыносимо горячо. Я на грани. Яростно подкидывая её на своих бедрах, я чувствую как она сжимает меня изнутри и вскрикивает, содрогаясь в конвульсиях оргазма. Я кончаю следом за ней, сильнее стискивая тело Холли в руках. Мой член все еще пульсирует в ней, я не могу абстрагироваться от этого превосходного ощущения. Минуту спустя Холли соскальзывает с моих колен и пересаживается обратно на место водителя. Я выбрасываю использованный презерватив за пределы машины и, повернув голову в ее сторону, замечаю, как она поспешно поправляет на себе одежду. Я не хочу уезжать отсюда. Хочу подольше оставаться в ее обществе. Нам необязательно разговаривать. - Это было здорово, - ухмыляется она, расчесывая пальцами потрепанные волосы. - Хорошая получилась игра, - я решаюсь взять её за руку, чтобы снова обратить внимание на себя. Холли улыбается, зевает, прикрывая рот свободной рукой, и смотрит на меня уставшими глазами. Я поддерживаю этот зрительный контакт и постепенно отключаюсь, проваливаясь в сон. Утром я просыпаюсь от навязчивого стука, меня тут же охватывает озноб. Как же я замерз. - Парень! Здесь нельзя парковаться! – растерев глаза, я вижу старика за окном машины. Он что-то бурчит под нос и, хромая, шагает в сторону кампуса. Стоп. Кампуса? Когда мы успели вернуться в город? Я осматриваюсь. На улице едва рассвело. Холли в машине нет, я сижу на месте пассажира, укрытый собственной курткой, а сам автомобиль припаркован возле здания администрации университета. Спина затекла, и я морщусь от боли, потягиваясь в кресле. Куда она исчезла так внезапно? Конечно, было глупо надеяться на нечто особенное, но эта девушка опустошила мою голову от навязчивых мыслей по щелчку пальцев. И ничего не оставила после себя. Кроме этой пустоты…

***

6 месяцев спустя

Семестр в Бостонском университете для меня начинается с приходом лета. Обычно так поступают те, кто собирается сократить срок обучения на год или полтора. Я же планирую как можно скорее начать играть за Бостон. Тренер университета отобрал меня в стипендиаты еще в прошлом году. Я долго метался между несколькими завидными предложениями, и теперь я здесь. Если все пройдет как надо, уже этой осенью я выйду на поле в форме красного цвета. Территория кампуса кажется нескончаемой. Мой корпус находится недалеко от здания дирекции. Поэтому я осматриваю окрестности, чтобы не затеряться в день начала учебы. Студентов можно пересчитать по пальцам, небольшие группки людей беседуют по душам и обсуждают расписания занятий. И, вспоминая своих бывших товарищей по команде, я тоскую. И тут знакомый на слух заливистый смех заставляет меня обернуться. Трое девушек заняты обсуждением чего-то интересного у здания администрации. Моё внимание цепляет лишь одна из них. Я помню это лицо, эти глаза цвета морской волны и звонкий голос, режущий слух. Холли. Так её звали. Но внешний вид совсем не тот, что я сохранил в памяти. Светлые короткие до плеч волосы, легкий макияж, никакого пирсинга в носу. Даже одежда в светлых тонах совсем не в ее стиле. Должно быть, я обознался. - Холли! – окликает её незнакомый парень, стоящий неподалеку. Значит, я не ошибся? Это та самая Холли? И почему она так выглядит? Парень побегает к ней, хватает за талию и кружит в воздухе. Кажется, они давно знакомы. Судя по тому, как страстно он целует её у всех на виду. Интересно…

Продолжение следует…