Глава 22 "Визит из столицы, немного дегтя и самокрутки"

За всё то время, что Охотник провёл в поместье, они с Рем успели заметно сблизиться. Работая в саду, на кухне или протирая пыль в бесконечных коридорах, Она часто рассказывала о Лугунике: делилась историями о далеких регионах, объясняла тонкости местной культуры и обычаев, о которых он не имел ни малейшего понятия. Орион же любопытно слушал и по-своему хотел как то отблагодарить. Из обычных деревянных брусочков, пусть и далеко не с первой попытки, вырезал для неё забавные маленькие фигурки. Помимо этого, он никогда не забывал искренне хвалить её отменную готовку, что стало для них уже своего рода привычкой, каждый раз в знак благодарности мягко гладил её по макушке. Горничная от этого всегда смущённо улыбалась, но уже привыкла к этому. Только вот оба уже отчётливо понимали, что между ними зарождается большее, чем просто дружба или взаимное уважение. Одна покалеченная душа нашла себе похожую. Но ни Орион, ни Рем не торопились рассказывать о своих чувствах. Любовь? Что вообще могло значить для того, кто пережил бесконечную Ночь Охоты и заглянул в бездну безумия Великих? Если Рем знала о любви из прочитанных библиотек романтических книг, то Орион знал лишь о привязанности — опасной, хрупкой вещи, которая вела к неминуемой потере. Охотник прекрасно осознавал это слово, но подсознательно боялся его. Боялся впустить кого-то настолько глубоко в свою искалеченную душу, ведь всё к чему ты привязывался, рано или поздно превращалось в чудовище или погибало у тебя на руках. Он просто не решался сделать этот шаг, как и Рем. Охотнику и демону хватало того негласного комфорта и доверия, которое они дарили друг другу каждый день. Обоим нравилось работать друг с другом. А по вечерам, Орион тренировал Субару владения тростью, стрельбе и физическими навыками. Совместно с ними присутствовала и Рем подбадривая их.

***

Субару, сияя от счастья, наконец-то дождался этого дня и умчался на долгожданное свидание с Эмилией. Орион, как и обещал, согласился подменить товарища и взял часть его повседневной работы на себя. В разгаре дня, проходя мимо большого окна в коридоре, Орион краем глаза заметил движение у главных ворот. К поместью плавно подкатила роскошная карета, запряжённая крупным, чешуйчатым земляным драконом. На месте кучера уверенно сидел подтянутый пожилой мужчина с прямой, военной осанкой. Охотник невольно засмотрелся на ящера. Свой первый день в этом мире он запомнил накрепко: лошадей здесь не было вовсе, что поначалу дико удивляло. Их место занимали эти рептилии — куда более выносливые, сильные, но безгранично преданные своим хозяевам. — Орион, отвлекись от созерцания природы. Пора встречать гостей, — раздался сзади ровный голос Рам, которая уже направлялась к выходу. Спустившись в холл, Орион встал рядом с розоволосой горничной. Рем к этому моменту уже убежала на кухню, чтобы подготовить всё к чаепитию. Рам открыла тяжелые двери, и Охотник, согласно местному этикету, вежливо склонил голову: — Приветствую в поместье маркграфа Розвааля. — Доброе утро-ня! — раздался в ответ звонкий голосок. На пороге стояла невысокая, изящная фигура в пышном платье, увенчанная аккуратными кошачьими ушками. Орион мысленно замер. Зверолюдей он, тоже, на улицах уже видел, но так близко — нет. Пока Охотник разглядывал гостя, тот вдруг сделал шаг вперед. Феликс бесцеремонно приблизился к Ориону, забавно повел кошачьими ушками и, чуть подавшись вперед, шумно принюхался прямо к его плечу. Орион впал в легкий ступор, замерев на месте, и принялся в упор разглядывать «девушку». «Какая странная и невоспитанная особа...» — пронеслось в его голове, пока он пытался понять, почему от этой миловидной леди в платье разит уверенной энергетикой и профессиональным запахом лекарственных трав. Феликс отстранился, хитро прищурив желтые глаза и прижав пальчик к губам: — Хм-м-м... А ты у нас кто-ня? Фелли-чан чувствует запах крови и очень сильных лекарств. Но ты совсем не похож на обычного дворецкого, милашка! Ситуацию поспешно спасла Рам, которая со свойственным ей хладнокровием сделала шаг между ними. — Рам приветствует вас, господин Феликс. Человек перед вами — Орион, слуга нашего поместья, — она коротко поклонилась, а затем выразительно посмотрела на Охотника. — А это сэр Феликс Аргайл, величайший целитель Лугуники и рыцарь в королевской гвардии. Орион едва заметно дернул бровью. Рыцарь? Он? Осознание того, что перед ним парень, запоздало. К счастью уже по привычке, он сохранил каменное лицо. — Ой, Рам-рам как всегда серьезна-ня! — Феликс весело хихикнул, ничуть не обидевшись, и замахал ладошкой. — Рад знакомству, Орион! — Взаимно, — сдержанно кивнул Охотник, мысленно сделав пометку никогда не судить о здешних жителях по одёжке. — Прошу вас, следуйте за мной. Господин Розвааль уже ожидает вас в своем кабинете, — Рам грациозно указала на лестницу. — С радостью-ня! Фелли так устал с дороги, — Феликс охотно зашагал вслед за горничной, весело покачивая кошачьим хвостом. Орион остался в холле, глядя им вслед, а затем перевел взгляд на открытые двери, где у кареты остался пожилой кучер. Выйдя наружу, он аккуратно прикрыл входную дверь и спустился по каменным ступеням крыльца на улицу. Пожилой кучер как раз обходил карету, внимательно осматривая крепления упряжи. Его строгая, безупречно отглаженная форма отличалась от привычной ливреи слуг Розвааля, и Охотник сразу догадался: перед ним высококлассный дворецкий. — Добрый день, — спокойно произнёс Орион, привлекая к себе внимание. Старик обернулся. Его острый взгляд на секунду задержался на Орионе. Опытный боец сразу признает другого бойца, сколько бы гражданской одежды на том ни было. — И вам доброго дня, молодой человек, — вежливо ответил старик, слегка склонив голову. — Моё имя Вильгельм. Я сопровождаю сегодняшнего гостя. — Орион. Слуга поместья Розвааля в этом доме, — Охотник протянул руку. Вильгельм без колебаний ответил на рукопожатие. Даже сквозь перчатки охотник почувствовал хватку стоящего перед ним, похожее было, когда он обменялся рукопожатием с Райнхартом. Оба понимающе кивнули друг другу, понимая что за плечами каждого из них далеко не одна пройденная битва. В этот момент со стороны ворот послышался весёлый смех — это со своего свидания возвращались Субару и Эмилия. На девушке была белая накидка с капюшоном, украшенным кошачьими ушками, которая помогала ей скрывать внешность в деревне. Завидев госпожу, и Вильгельм, и Орион синхронно и уважительно поклонились. Эмилия поспешно скинула капюшон, являя свою скромную улыбку. — С возвращением в поместье, госпожа Эмилия, — не разгибая спины, произнёс Вильгельм. — Прошу меня простить за то, что оставил повозку прямо у крыльца без вашего ведома. — Ах, не стоит, всё хорошо! Не нужно так официально, — замахала руками Эмилия, слегка смутившись от такого почтения. — Благодарю вас, — старик выпрямился, и в его глазах блеснула мягкая искра. — Должен сообщить, что ваш гость из столицы уже ожидает внутри. Субару и Эмилия удивлённо переглянулись. — Оу, уже приехал? — захлопала глазами полуэльфийка. — Спасибо большое. Тогда мы поторопимся. — Позвольте мне проводить вас, моя прекрасная леди! — тут же ввернул Субару в своём репертуаре, картинно выставив локоть и уморительно подмигнув Ориону. Эмилия тихонько хихикнула, приняла его жест, и они быстрым шагом скрылись за дверями поместья. Орион и Вильгельм молча проводили их взглядами. Когда за ними захлопнулась дверь, Охотник снова повернулся к повозке и заставил себя прислушаться к интуиции. В механизмах он разбирался прекрасно. — У вашей кареты левое переднее колесо расшаталось, — негромко заметил Орион, указав на ось. — Ступица гуляет. Если поедете обратно в столицу по каменистой дороге, на полпути ось просто переломится. Вильгельм искренне удивился. Он сам осматривал повозку перед выездом, но люфт был настолько мал, что заметить его мог только мастер. Старик подошёл, покачал колесо руками и нахмурился: — Надо же... Вы правы. Глаз у вас алмаз, мистер Орион. Придётся повозиться, когда вернёмся в город. — Зачем ждать? У меня есть инструменты, я могу исправить это прямо сейчас, — предложил Орион. — О, я не вправе нагружать вас чужой работой. Сколько я буду должен за починку? — спросил дворецкий, потянувшись к кошельку. — Нисколько. Считайте это мужской солидарностью, — Орион едва заметно усмехнулся. — Ждать в тишине я всё равно не умею, а хорошему воину негоже ездить на неисправной телеге. Вильгельм удивлённо приподнял брови, но спорить не стал. В его глазах появилось глубокое уважение: — Что ж, во истину я благодарен вам. Орион быстро сходил в сарай и вытащил странный, массивный агрегат из тяжёлого чёрного железа с винтовым рычагом. Этот механический домкрат Охотник собрал сам, своими руками, выковав детали в местной кузнице. В Лугунике таких приспособлений отродясь не видели, здешний мир привык полагаться на магию и силу. Подставив своё изобретение под передок кареты, Охотник уверенно крутанул рычаг. Раздался глухой, чёткий скрежет, и тяжёлая деревянная конструкция плавно, сантиметр за сантиметром, оторвалась от земли. Вильгельм, внимательно наблюдавший за процессом, округлил глаза от изумления. Старик повидал на своём веку немало, но чтобы кусок железа без капли маны и духов внутри с такой лёгкостью поднимал карету - это было в новинку. Заметив, с какой непринуждённостью помощник орудует механизмом, дворецкий шагнул было на помощь: — Позвольте мне... — Всё нормально, оно держится крепко, — остановил его Орион. — Механика не подведёт. Охотник быстро орудовал ключом. Он ловко снял фиксирующую гайку, вытащил колесо и осмотрел втулку. Достав банку с густым, резко пахнущим дёгтем, Орион обильно смазал ось, вернул колесо на место и точными, сильными движениями затянул крепёж потуже, полностью убирая люфт. Прокрутив колесо рукой, он удовлетворенно кивнул. — Готово, — Орион покрутил рычаг обратно, и карета мягко опустилась на землю. Охотник принялся вытирать испачканные руки ветошью. — Искренне благодарю за оказанную помощь. — Вильгельм, всё ещё с лёгким удивлением поглядывая на стоящий рядом домкрат. — Удивительное устройство. В столице за чертёж такого механизма многие купцы отдали бы целое состояние. — Где я родом, без таких штук карету с места не сдвинешь и не только карету — коротко сказал Орион, не вдаваясь в подробности. Пока Охотник неторопливо убирал своё изобретение обратно, старик достал из кармана тряпку и принялся неспешно протирать лакированные борта кареты от дорожной пыли. — Так откуда вы будете? — спокойно спросил Демон Меча, не отрываясь от своего занятия. — Откуда я родом... — Орион на секунду замер, держа в руках ключ. — Можно сказать, это уже неважно. Моя родина исчезла давным-давно. Ещё до того, как я очутился здесь. Вильгельм на мгновение прекратил протирать карету и внимательно посмотрел на помрачневшего Охотника. — Ох, вот как... Прошу прощения, мне не стоило спрашивать об этом, — искренне произнёс дворецкий. — Всё хорошо, — Орион небрежно махнул рукой и убрал банку в ящик. — На прошлом не стоит зацикливаться. Что сгорело, того уже не вернуть. — Мудрые слова, — старик тепло усмехнулся и вернулся к своей работе. — На удивление мудрые для того, кто ещё так молод. Между ними снова завязалась неторопливая, спокойная беседа о дорогах Лугуники и повадках земляных ящеров. Было приятно просто поговорить на приземлённые, бытовые темы и не думать о том, что осталось позади. Их мужскую идиллию нарушил Субару, балансируя в руках большим подносом, на котором дымился пузатый глиняный чайник и стояло несколько кружек. — А вот и я! Время чаепития! — провозгласил Субару, сияя своей фирменной белозубой улыбкой.

***

— Я был удивлён, что ты провёл время в беседе с ними, — Феликс лениво сидел в карете, левым ухом подёргивая в такт движению и глядя на проезжающие мимо деревья. — Ты ведь специалист по нарезке людей на куски, Вильгельм. — Не заблуждайтесь, сэр Феликс, — Астрея плавно повернул голову к целителю. — Оба они крайне интересные личности. И, признаться, меня заинтриговали их глаза. — Глаза? — переспросил зверочеловек, лукаво прищурившись. — Давно ты начал интересоваться чужими глазами, а? Или просто примеривался, куда точнее нанести удар? — он задорно улыбнулся. Демон Меча оценил шутку, едва заметно усмехнувшись уголками губ, но взгляд тут же стал серьёзным: — Это были глаза тех, кто встречал смерть лицом к лицу, и не раз. В наше мирное время таких людей редко встретишь. Особенно Ориона. — А, тот высокий сероволосый слуга? — Именно. И, надо отдать ему должное, этот молодой человек, сегодня помог починить колесо кареты. И даже не взял оплаты. — М-м-м, да, ты прав, — Феликс приложил палец к подбородку, вспоминая их мимолётную встречу. — Когда я познакомился с ним, от него отчетливо пахло целебными травами, пусть и отдаленно. Ещё и цвет волос. Быть может он дальний родственник г-жи Эмилии. — Смею предположить, что он выдающийся боец. Интересные нынче бывают люди, — спокойно подытожил Вильгельм, снова поворачиваясь к окну. — М-да... — Феликс посерьёзнел, убирая привычную шутливую манеру. — Если уж такие слова говорит сам Демон Меча, то, боюсь думать, какой путь их будет ожидать?...

***

Изначально Ориона планировали оставить в поместье, чтобы кто-то приглядывал за порядком вместе с Рам. Однако по настоянию старшей сестры, Розвааль пересмотрел своё решение и разрешил Охотнику отправиться вместе со всеми. Навыки Ориона как телохранителя, пусть официально он и числился всего лишь вторым дворецким, в столице точно не были бы лишними. Поэтому с собой ему выдали стандартный меч. Субару так же взяли в эту поездку только из-за глупого инцидента на недавней тренировке с Орионом. Уверенный в своих силах и желающий показать наставнику, на что он способен, парень решил применить заклинание «Шамак». Вот только контроля Субару катастрофически не хватило, за что он знатно поплатился тяжелым нарушением врат маны. В столицу его везли в первую очередь для того, чтобы вылечить у лучшего специалиста. Именно для этого днем ранее в особняк и приезжал Феликс. Орион же доверил ему трость, на всякий случай. Сама дорога до столицы Лугуники едва не обернулась новой катастрофой. Пока Субару и Эмилия находились внутри кареты, Рем учила Ориона управлять поводьями на ящере. Сама же она устроилась по правую руку от него. Охотник смотрел вдаль, лениво созерцая пробегающие мимо пейзажи, как вдруг из окна кареты наполовину высунулся неугомонный Субару, решивший испытать ветер. Высунув руку за божественную защиту В ту же секунду сильный порыв буквально выдернул парня наружу. Всё произошло за долю мгновения — на огромной скорости Субару неминуемо затянуло бы под тяжелые колеса экипажа. Охотник среагировал моментально на рефлексах. Мгновенно перебросив поводья в руки опешившей Рем, Орион резким разворотом корпуса перевесился через край козла. Схватив летящего парня за рукав пиджака, он мощным рывком притянул его к борту кареты, заставив Субару поймать ногами узкую деревянную ступеньку. Не теряя ни секунды, Орион буквально затолкнул его обратно в проём окна. Субару, распластавшись на сиденье внутри салона, судорожно хватал ртом воздух. Тот день он запомнил надолго: молчаливый и крайне осуждающий взгляд Ориона снаружи, и последовавшее за ним долгое, громкое отчитывание от испуганной Эмилии внутри кареты. В наказании по прибытию, Орион конфисковал доверенную им трость до неопределенного срока.

***

Оставшись вдвоем, Орион помог Рем отвезти карету и просторное стойло, предназначенное для таких же ездовых рептилий. Загнав карету в прохладное помещение, они принялись аккуратно отстегивать упряжь. —Субару как обычно удивляет, — с лёгкой усмешкой вздохнула Рем, снимая тяжелые ремни с крупного чешуйчатого бока ящера. — Пусть будет рядом с госпожой. Чтобы не влип куда-нибудь — глухо отозвался Орион, принимая упряжь. Когда с ящером было закончено, они вдвоём принялись протирать борта кареты от налипшей дорожной пыли. Орион перекинул влажную тряпку через плечо и повернулся к Рем. Окна пропускали лишь узкие полосы солнечного света, в которых кружились пылинки, и в этом полумраке её синие волосы казались ещё ярче. — Устала? — негромко спросил он, вглядываясь в её лицо. — Ни капли, — Рем подняла на него глаза и мягко улыбнулась, убирая выбившуюся прядь за ухо. — С тех пор, как мы выехали из поместья, я чувствую себя на удивление бодро. Столица очень шумная... Ты здесь давно не был? Орион на секунду задумался, пытаясь вспомнить события в прошлом месяце. — Наверное, около полумесяца, — отозвался он. — Мы закончили. Пойдём. — Угу — кивнула горничная. Заплатив смотрителю за место для кареты, они забрали багаж. Орион навьючил на себя массивные сумки с вещами, закрепил на поясе выданный ему меч, всё-таки статус временного телохранителя обязывал соответствовать местным порядкам, и привычно перехватил верную трость в другую подмышку. Вместе с Рем они направились к постоялому двору, где нужно было снять номера на всю их компанию. Розвааль не пожалел денег на комфорт, поэтому выбор пал на дорогое, элитное заведение. Но стоило им переступить порог и войти в просторный холл, как Ориона изнутри прошила холодная дрожь. Возле стойки регистрации было людно. Слишком людно. Ориону это место сразу категорически не понравилось: вокруг стоял невыносимый, давящий гул голосов, пахло чужим потом, духами, едой. Все эти столичные господа и их слуги воспринимались как «живые объекты». Слишком много уязвимой плоти в замкнутом пространстве. Это было сродни удушью, когда воздуха вокруг много, но ты не можешь сделать вдох. Орион изо всех сил старался не подавать виду. Он замер посреди холла, его побледневшее лицо оставалось непроницаемым. И вдруг сквозь этот людской шум, прямо в его голове, раздался едва уловимый, вкрадчивый шёпот. Незнакомый голос, который заставил напрячься сильнее. — Орион?.. — Рем, заметив его внезапное оцепенение, мягко взяла его за руку. Он резко дёрнулся, вырываясь из паутины чужого голоса. По лбу Охотника скатилась капля холодного пота. — Всё хорошо? — в глазах горничной промелькнула острая тревога. — Что?.. — Орион с трудом сфокусировал на ней взгляд, шумно прочистив горло. — Мне..не хорошо Быстро получив ключи у портье, Рем больше не задавала вопросов внизу. Она крепко держала его за ладонь — её пальцы были прохладными, и этот осязаемый физический контакт помогал Ориону отвлечься от шума толпы и непонятного шелеста в ушах. Она привела его на третий этаж. Номер для аристократов действительно оказался роскошным и очень просторным, залитым мягким светом из огромных окон. Стоило двери захлопнуться, отсекая столичный гул, как Орион, сгрузив сумки, буквально завалился на массивный диван, тяжело переводя дыхание и снимая бабочку. Давящее чувство медленно, но неохотно отступало. Рем тут же оказалась рядом. Присев на край, она взволнованно приложила свою ладонь к его лбу, проверяя температуру. Кожа Охотника была влажной от пота, но сам лоб оказался в абсолютной норме — никакого жара. — С тобой точно всё хорошо? — не убирая руки, тихо спросила она. Орион прикрыл глаза, чувствуя, как её прохладные пальцы у лба помогают вернуть контроль над мыслями. Странный шёпот окончательно затих. — Всё хорошо, Рем, — ответил он пытаясь вернуть самообладание. — Просто... стало душно. Спасибо. — Я заварю тебе чай, а пока отдохни, — девушка отправилась на небольшую кухню при номере, оставив Охотника на диване. Приняв сидячую позу, мужчина сделал несколько глубоких, размеренных вдохов и выдохов. Пульс постепенно начал приходить в норму, давящее чувство отступало, оставляя лишь лёгкую слабость. Тёплый травяной чай, который принесла Рем, окончательно вернул его в реальность. Когда с дорожным чаепитием было покончено, они принялись неторопливо разбирать сумки и раскладывать вещи по шкафам. Орион, затягивая портупею с выданным мечом, на секунду замер и нахмурился, посмотрев в окно на залитые солнцем улицы. — Знаешь, Рем... я беспокоюсь за Субару. Зная его способность находить неприятности на ровном месте, он наверняка уже влип в какую-нибудь историю. Я пойду поищу его. Рем понимающе улыбнулась и согласно кивнула: — Хорошо, я как раз закончу с вещами. Иди, но если что-то случится или тебе станет не по себе, то подай знак, и я тут же приду на помощь. Получив положительный ответ, он подошёл ближе и обнял её крепко. Рем от неожиданности слегка охнула, но тут же растаяла в его руках, обвила его спину своими ладонями и уткнулась носом в его плечо. Разомкнув руки, Охотник поправил костюм и вышел на улицу. День был в самом зените, солнце нещадно палило, что не мешало жителям заниматься своими делами. Чтобы снова не спровоцировать "приступ" от вида огромной толпы, Орион намеренно избегал людных площадей и главных торговых трактов. Он двигался по тенистым, прохладным переулкам, где было тихо и безлюдно. Бродя между стен, он размышлял о утренней суете. Ему стало плохо из за какого то заклинания? Или возможно от лишнего шума спровоцированной толпой? Внезапно его размышления прервал чей-то звук. Из глубокой подворотни впереди раздался тихий, жалобный стон, переходящий в тихое бурчание. Среагировав моментально, он завернул за угол и замер. В тупике между двух кирпичных стен из земли торчал старый, покрытый паутиной уличный фонарь. А у его основания Охотника уже преданно ждали маленькие, бледные фигурки. Посланники, завидев своего господина, радостно заурчали, протягивая к нему тонкие костлявые ручки. Орион опустился на одно колено и аккуратно коснулся ладонью холодного металла. Миг и фонарь вспыхнул тусклым, но невероятно родным, белым светом. В ту же секунду внутри Ориона разлилось колоссальное облегчение. — Что ж... получается, фонари сопровождают меня и здесь, не так ли? — негромко спросил он, протягивая руку к малышам. Посланники согласно заурчали, закивав маленькими головками. Орион прикоснулся к стеклу фонаря. Закрыв глаза, он мысленно представил тёмный, заброшенный подвал поместья Розвааля, до предела сосредоточившись на этой точке. Внутренним взором во тьме он отчётливо увидел связующую нить, тянущуюся к далёкому дому. Охотник попытался ухватиться за неё, чтобы совершить пространственный прыжок, но пальцы раз за разом проходили сквозь призрачный свет. Поймать и удержать эту нить никак не удавалось — неизвестная сила намертво блокировала связь между фонарями. «Я не могу переместиться к другому фонарю... Что за?.. Не хватает силы?» — озадаченно подумал Орион, открывая глаза понимая, что зря концентрировался. Свечение погасло. Орион посмотрел на бледных крох и смущённо качнул головой: — Простите, малыши. С собой у меня совсем ничего нет, чтобы вас угостить. Но посланники даже не думали обижаться. Напротив, они засуетились, начали возиться у основания фонаря и слаженными усилиями вытолкнули из-под земли аккуратно сложенный, перевязанный бечёвкой тканевый узелок. — Вещи?.. Но у меня ведь всё с собой, — удивился Орион. Присмотревшись, он заметил приколотую к ткани пожелтевшую записку. На ней изящным, безупречным почерком было выведено: «Небольшой подарок от меня. Желаю удачи. С любовью, Кукла». Охотник был поражён и удивлён одновременно. Тот осторожно развязал узел. Внутри лежал полный комплект обугленного костюма: новые защитные наручи, сапоги и плотный плащ. Орион бережно погладил ткань, решив, что переоденется уже по возвращении в номер. Он уже собирался подняться и поблагодарить маленьких слуг, как вдруг земля у фонаря задрожала. Посланники, заверещав от какого-то благоговейного восторга, начали поднимать из-под плиты нечто массивное. Из серой дымки и земли на свет явилось великое, легендарное оружие. На первый взгляд — простой меч, чисто и благородно сияющий серебром. Однако этот клинок Охотник узнал бы из тысячи. Взяв за рукоять и потянув оружие на себя, Орион почувствовал, как меч мгновенно отозвался на присутствие хозяина, слегка завибрировав. Это был клинок, проливший немало крови. Меч, который никогда не предаст и всегда подстроится под нужды своего владельца. Меч, что когда-то был наставником великого героя и его неизменной путеводной звездой.

Оружие Людвига

Меч Священного Лунного Сияния.

Почувствовав его тяжесть в руке вновь, Охотник на чудовищ ощутил вроде ностальгии и прилив древней силы. — Должен я вас поблагодарить... Как и Куклу, — негромко сказал Орион. Посланники от его слов радостно и преданно заурчали. Выразив малышам свой искренний респект, Орион завернул новые вещи обратно в узелок. Клинок тоже нужно было как-то спрятать, и Охотник попытался обмотать лезвие валявшейся рядом тряпкой, на что меч тут же отозвался недовольным гулом — гордое оружие не потерпело такого отношения. Тогда Орион снял пиджак и аккуратно завернул клинок в него. На этот раз меч промолчал. Выйдя из переулка, Охотник на чудовищ первым делом пошёл избавляться от оружия, выданного ему в особняке. Он обменял этот клинок на сушёные курительные травы у местного лавочника. Даже не став торговаться, Охотник просто отдал меч и на вырученные монеты набрал нужные ингредиенты. Настоящее же оружие, полученное от посланников, идеально и удобно зашло в освободившиеся на поясе ножны. Уловив в воздухе тяжелый шлейф запаха Ведьмы, Орион мысленно констатировал: «Понятно». Этот след принадлежал Субару. Аромат был густым, тёмным и крайне неприятным, однако Орион и Рем были, пожалуй, единственными, кто мог столь отчётливо улавливать его органами чувств. Ну, не считая диких зверей, если так подумать. Положившись на чутье, Охотник направился следом. Стараясь не обращать внимание на толпу, мужчина шел по запаху быстрым шагом. Шлейф вёл его на оживлённую площадь, мимо которой высилось красивое, монументальное здание, тщательно охраняемое королевскими рыцарями в парадных доспехах. Оттуда след резко сворачивал в сторону невзрачных, грязных подворотен. Именно из такого тупика вскоре донеслись подозрительные звуки и до боли знакомый, излишне громкий голос паренька. Судя по интонациям, там назревала серьёзная перепалка. Ускорив шаг, Орион бесшумно приближался к источнику шума. С каждым метром голоса становились всё отчётливее. — Не фамильярничай со мной! — раздался резкий, звонкий звук удара веером и надменный, недовольный девичий голос. Прислушиваясь к продолжающейся суете, в которой Субару пытался что-то доказать, Орион параллельно анализировал запахи. Из подворотни несло дорогой, благородной парфюмерией, смешанной с едким амбре дешёвого пойла и застарелого пота — последние ароматы явно принадлежали далеко не дворянам. Сделав последний шаг, Орион бесшумно, словно вынырнув из самой тени, вышел из-за спин троих бандитов. Это была уже знакомая местная шантрапа: громила, худой недоносок и мелкий. Они как раз преграждали выход из тупика Субару и статной девушке в роскошном красно-оранжевом платье. — Какие-то проблемы? — раздался позади грабителей хладнокровный голос Охотника. Троица резко обернулась на нависающую над ними фигуру с узелком в руке. А Субару, завидев знакомый силуэт своего приятеля, моментально просиял от радости, напрочь забыв о недавней оплеухе от стоящей рядом Присциллы. — Ты!.. — начал громила. — Я... Я помню твоё лицо! Орион слегка приподнял бровь. В его голове промелькнули воспоминания о самом первом дне в этом мире. Память услужливо подкинула картинку, как он раскидал эту троицу в такой же подворотне. — А-а, так это вы, — равнодушно протянул Охотник. — Вижу, в прошлый раз вам мало досталось? Худой и карлик за секунду сжались, прячась за спину своего крупного подельника. Громила хотел было выдать какую-то угрозу, но его взгляд наткнулся на рукоять меча. — Советую свалить отсюда, пока... — Орион не договорил, лишь сделал едва заметное, резкое движение корпусом вперёд. Этого короткого импульса хватило: бандиты синхронно дрогнули и отшатнулись. Поняв, что уличная нажива не стоит встречи с этим жутким типом, троица бросилась наутёк, мгновенно растворившись в хитросплетениях переулков. — Орион! Как же я рад тебя видеть! — Субару облегчённо выдохнул, расслабившись и глупо улыбаясь. — Ты прямо как ангел-хранитель, честное сло..

Хлобысь!

Тяжёлая ладонь Ориона отвесила парню хлёсткий, весомый подзатыльник. — АЙ!!! — Субару схватился за макушку, жалобно потирая ушибленное место. — За что... — За то, что ты снова вляпался в неприятности, едва успев сойти с кареты, — сурово отрезал Орион. Пытаясь хоть как-то сменить тему и унять гнев друга, Субару поспешно спросил: — Слушай, а как ты меня вообще нашёл в этой глуши? Столица же огромная! — По запаху. Субару смущённо кашлянул, понимая, о каком именно «запахе» идёт речь, но их разговор прервал надменный, холодный смешок. — Какое поразительное зрелище, — Присцилла изящно взмахнула веером, прикрывая нижнюю часть лица, хотя её огненные глаза смотрели исключительно свысока. — Высокий, статный мужчина отчитывает этого вульгарного недотёпу, словно нашкодившего пса. Смотреть на это куда забавнее, чем слушать лепет этих отбросов, которые только что сбежали. Орион повернулся к дворянке. Даже в закрытом переулке от неё веяло безумно дорогими духами, спесью и абсолютной уверенностью в собственной исключительности. Охотник слегка склонил голову в знак формального уважения. — Мой приятель проявил бестактность, леди. Прошу прощения за его поведение. — Хм? Приятель? — Присцилла окинула Ориона, изучающим взглядом, задержавшись на его широких плечах и мече в ножнах. — Что ж, твои манеры явно лучше, чем у этого сброда. Хотя этот простофиля... — она пренебрежительно кивнула на Субару, — ...утверждал, будто пытался меня «спасти». Какая глупость. Мир и так устроен так, что всё складывается мне во благо. В его жалкой помощи я не нуждалась. — Да я просто помочь хотел! — возмутился Субару, но под строгим взглядом Ориона быстро прикусил язык. Охотник снова перевёл взгляд на парня: —Кстати, о помощи. Где леди Эмилия? Субару виновато отвёл глаза, заерзав на месте. — Ну... она попросила меня подождать её на площади у входа. Сказала, чтобы я никуда не уходил. Но я... ну, не сдержался, увидел, как девушку уводят, и побежал сюда...

Хлобысь!

Второй подзатыльник вышел едва ли не звонче первого. — За каждой юбкой собираешься бегать? Сказано ждать — значит стоять и ждать, — ровным, не терпящим возражений тоном произнёс Орион. Он мертвой хваткой взял Субару за шиворот, как напроказившего щенка, и развернул в сторону выхода из подворотни. Присцилла, на удивление, не осталась стоять на месте, а неспешной, грациозной походкой двинулась следом за ними, покачивая веером и явно получая удовольствие от созерцания этой картины. Орион вывел Субару обратно к главной площади, направляясь прямиком к тому самому красивому зданию с гвардейской охраной. Эмилия действительно стояла неподалёку от ворот. Заметив их, она всплеснула руками и уже приготовилась отчитывать Субару за побег, как вдруг сбоку от них послышался размеренный шаг. Из-за угла здания им навстречу вышел рослый однорукий мужчина в шлеме, скрывающем лицо, и помятом одеянии. — О, принцесса! Вот вы где, — раздался расслабленный голос Альдебарана. — Я обыскался вас по всему рынку. Думал, вы уже решили скупить половину столицы. — Ты слишком медлительный, Ал, — скучающим тоном отозвалась Присцилла, проходя мимо Ориона и Субару, даже не удостоив их прощальным кивком. — Мир не ждёт тех, кто копается. Идём, у меня появилось неплохое настроение. Пока Присцилла царственной походкой удалялась в сторону кареты, Ал задержался на пару секунд. Субару к этому моменту уже вырвался из хватки Ориона и судорожно поправлял воротник своего костюма, приводя себя в божеский вид. — Эй, народ, — Ал поправил свой массивный шлем единственной рукой. — Спасибо, что приглядели за принцессой. Она у меня дама с характером, чуть что не по её — пиши пропало. Я Альдебаран. Можно просто Ал, кстати. — Субару...тебе бы за ней следить, чтобы она влиплась куда-нибудь — буркнул парень, всё ещё потирая ушибленную макушку. — Орион. — Орион, значит, — однорукий воин повернулся к Охотнику, и из-под прорези шлема снова блеснул внимательный взгляд. — Хороший клинок на поясе, приятель. Да и выглядишь ты словно сражался больше чем жил. Уважаю. Ал протянул свою мозолистую ладонь. Охотник ответил уверенным, крепким рукопожатием. — Тебе не трудно с... — А, да пустяки. Главное то, как ты управляешь клинком. Орион чуть улыбнулся. Затем оба обменялись понимающими кивками. — Ладно, бывайте, парни. Мне пора, а то принцесса голову открутит, — Ал махнул рукой и поспешил догонять Присциллу. Орион и Субару повернулись к Эмилии. Девушка, тщательно скрывающая лицо под глубоким капюшоном своего плаща, стояла чуть поодаль у ворот красивого здания. Стоило им подойти, как она укоризненно вздохнула, глядя на Субару: — Субару... ну мы же договаривались! Я отошла буквально на пять минут. — Прости, Эмилия-тан! Там была критическая ситуация, я... — Его поймали бандиты, леди Эмилия. И если бы я вовремя не подоспел, его бы снова пришлось лечить, — ровным, сдающим своего непутёвого друга тоном произнёс Орион. — Ну зачем сразу так?! — взмолился Субару, толкнув Ориона локтем в бок, пока Эмилия забавно надула губы, готовясь высказать парню всё, что думает о его «самостоятельности». День плавно перетёк в вечер. Вся компания наконец вернулась в гостиницу. В это время на кухне Орион помогал Рем с ужином. Заметив тканевый узелок, девушка поинтересовалась обновкой, и Охотник соврал, что купил комплект на рынке по очень доступной цене. По просьбе Рем он ненадолго примерил костюм: плотный тёмный плащ, новые наручи и тяжёлые сапоги сели как влитые. Облачение обугленного охотника идеально подчеркнуло его мужественную фигуру, в которой теперь легко можно было признать статного аристократа. Рем пришла в полный восторг, да и остальные, заглянув на кухню, по достоинству оценили этот строгий стиль. Переодевшись обратно во фрак дворецкого, чтобы не испачкать новые вещи, Орион с улыбкой вернулся к готовке.

***

Поздний вечер. Улица. Орион стоял около крыльца, лениво оперевшись спиной о стену. Вокруг царил полумрак, и лишь среди рядов фонарей в тени ярко выделялся маленький блуждающий огонёк его самокрутки. Скрипнула тяжёлая дверь, и на крыльцо вышел Субару, потирая колени после долгого стояния на ковре. — Звал? — спросил он, оглядываясь. — Ты не торопился, — глухо отозвался Орион, не поворачивая головы. — Ну извини! Если бы кое-кто меня не подставил перед Эмилией-тан, я бы освободился пораньше, — проворчал Субару, подходя ближе. Он посмотрел на тлеющую самокрутку и покачал головой. — Слушай, а зачем ты опять куришь? Вредно ведь. — Пока что нет успокоительных. Они только готовятся, — коротко ответил Охотник, выпуская тонкую струйку дыма. — Уух, ладно... Тогда кури поменьше, а то я не люблю быть пассивным курильщиком. Хотя... — Субару на секунду задумался, а потом задорно ухмыльнулся, тоже прислонился к стене рядом с Орионом и встал в пафосную позу, зажав между пальцами воображаемую сигарету. — Знаешь, со стороны это выглядит чертовски круто! Прямо как в каком-нибудь боевике, где главный герой с напарником обсуждают планы перед важным делом. Скажи же, мы сейчас на них похожи? Охотник тихо усмехнулся, оценив ребячество приятеля, но тут же посерьёзнел. — Я хотел поговорить о этом, Субару. Две недели тишины в поместье. Момент, когда его внезапно накрыло прямо посреди белого дня: отсутствия желания стоять на одном месте, дрожь в руках, паническое желание бежать и кромсать чудовищ. Его внутренний позыв требовал крови так сильно, что его буквально выворачивало наизнанку. Охотник должен охотиться, иначе его разум просто развалится на части. Вспоминать это было тошно, Ориону до сих пор стоило огромных сил просто сохранять внешнее спокойствие. Он затянулся сильнее, заземляя сознание, и продолжил: — Путешествия тоже кое-как помогают. С тех пор как мы выехали из поместья и постоянно находимся в движении, мне становится легче. Похоже, что это не простая потребность, мне категорически нельзя стоять на месте. Дорога, новые места, постоянная смена обстановки — это хоть как-то держит меня в узде. Субару внимательно слушал друга, его шутливый настрой мгновенно испарился. Парень, который сам не раз балансировал на грани безумия, смотрел на Ориона с глубоким, чисто братским пониманием. — То есть… это не привычка, а физическая необходимость? — тихо спросил Субару, нахмурившись. — Как голод или жажда? — Хуже, — глухо отозвался Орион, доставая новую самокрутку. — Голод убивает тело. Жажда ломает разум. Охотник должен двигаться и выслеживать добычу. В поместье, когда вокруг всё было мирно и статично, эта необходимость выворачивает изнутри. А дорога… дорога даёт иллюзию преследования. Обстановка меняется, тело в тонусе, мозг же занят делом. Субару на секунду задумался, подбирая правильные слова, а затем понимающе кивнул и щёлкнул пальцами: — Слушай, ну раз у всего этого есть чёткие симптомы, то давай назовём это... ну, скажем, "Синдром Охотника". Звучит жутковато, но зато сразу суть отражает. Вообще, если так подумать, это чертовски похоже на ПТСР. — ПТСР? — Орион слегка приподнял бровь, недоуменно взглянув на друга. — Что это такое? — А, ну да, откуда тебе знать... — Субару вздохнул. — Термин из моего мира. Расшифровывается как посттравматическое стрессовое расстройство. Проще говоря - синдром сломленного солдата. Ну, знаешь, когда человек возвращается с войны, где видел кучу смертей, кровищи, а потом в мирной жизни не может найти себе места. Ему кажется, что враги всё ещё вокруг, его накрывают панические атаки, удушье, кошмары по ночам... Мозг просто отказывается верить, что всё закончилось, и продолжает воевать. Орион молча затянулся, обдумывая услышанное. Слова Субару попали в самую точку... Ярнам действительно был его личной, бесконечной войной, которая оставила шрам, что не затянется. — Хех, ладно, — Субару крепко хлопнул друга по плечу, пытаясь сбить подступившую мрачность. — Раз уж это твой личный Синдром Охотника, значит, эта поездка в столицу как раз вовремя. Слушай, а успокоительные полностью заглушат эту тягу? — Нет. Только притупят симптомы, чтобы я не бросался на людей в людных местах. Как сегодня в холле. Спасибо Рем, что вовремя среагировала. — Понял, — Субару серьёзно кивнул и крепко хлопнул друга по плечу. — Ладно, дружище. Мы ведь дали слово, что не оставим друг друга в беде. В этот момент сбоку раздался тихий, отчётливый стук каблучков. Дверь гостиницы снова открылась, и на крыльцо вышла Рем. Стоило ей увидеть струйку дыма и Ориона с самокруткой в зубах, как её взгляд стал выражаться недовольство. Субару, мгновенно уловив смену атмосферы и тяжёлый взгляд девушки, медленно сделал шаг в сторону, отходя от стены. — Так… я, пожалуй, пойду. Эмилия-тан там наверняка нужна помощь с духами. Орион, держись. Рем, спокойной ночи! — скороговоркой выпалил парень и технично, по-тихому свалил внутрь здания, оставив их наедине. Орион остался стоять, лениво выпуская дым и ожидая привычной лекции. Рем подошла ближе. В полумраке улицы её голубые глаза казались непривычно тёмными и решительными. — Ты снова за своё, — твёрдо произнесла она. — Мы ведь договаривались, Орион. Это вредно. И успокоительные почти готовы, зачем ты опять травишь себя? — Они ещё настаиваются, Рем, — спокойно ответил Охотник, держа самокрутку губами. — А мне нужно как-то выпустить пар. Город слишком шумный, в голове до сих пор гу... Он не успел договорить. Рем сделав шаг вперёд, полностью разрывая дистанцию. Её тонкие пальцы уверенно перехватили самокрутку, вынимая её изо рта Ориона, и точным щелчком отправили тлеющий табак в темноту. Охотник удивлённо приоткрыл рот, собираясь возразить, но Они не дала ему и шанса. Она резко, с неожиданной для её хрупкого вида силой ухватилась за воротник его пиджака, потянула массивного мужчину вниз, заставляя наклониться, и решительно прижалась своими губами к его губам. Это был не тот робкий поцелуй в щеку, к которому можно было подготовиться. Настойчивый, горячий, пахнущий чистотой и весенней прохладой, он буквально вышиб весь воздух из лёгких Охотника. Рем словно заменяла собой ту самую сигарету, силой вытесняя из его мыслей весь стресс. Орион откровенно впал в ступор. Его глаза расширились, а руки так и застыли в воздухе, не зная, то ли обнять её, то ли отстраниться. Мысли в голове, тут же превратились в сплошной белый шум. Через несколько секунд Рем разорвала поцелуй. Она тяжело дышала, её лицо в считанные мгновения залилось густым, пунцовым румянцем, доходящим до самых кончиков ушей. Весь её боевой запал тут же улетучился, уступив место скромности. — И-извини!.. — пискнула она, резко отпустив его воротник. — Я п-просто… спокойной ночи, Орион! Развернувшись, Рем пулей бросилась обратно внутрь, с глухим стуком захлопнув за собой дверь. Охотник остался стоять у стены в абсолютном одиночестве. Он застыл на месте, как вкопанный, не в силах пошевелить даже пальцем. Коснувшись подушечками пальцев своих губ, Орион перевёл взгляд на тёмную улицу, чувствуя, как к лицу медленно, но верно подступает жар. Добрый Охотник, прошедший через кошмары, которые обычному человеку и не снились, сейчас стоял в полнейшем ступоре, медленно и беспомощно краснея в тишине столичной ночи.