Балчуг.

Ночью Филипп проснулся. Тихонько, чтобы не разбудить Аллу, встал с кровати и переоделся в пижаму - нашел какие-то шорты в шкафу и футболку. Прима спала на другом боку, нежно обняв подушку. Киркоров подошел к ней с другой стороны кровати и ласково дотронулся до лица, освещаемого светом яркой луны за окном. Погладил щеку, стараясь не разбудить. Где-то в глубине души возникло странное, но знакомое чувство - нежность, трепет. Ему вдруг захотелось ее поцеловать, хотя бы в ту же щеку. Удивительно, как быстро одни негативные эмоции и воспоминания сменялись другими - он уже не был так зол и обижен на нее, как два дня назад. Почему-то горечь, копившаяся годами в душе, затихала рядом с ней, и лишь самые яркие эпизоды заставляли иронизировать или язвить в ответ, хотя он сразу же жалел о сказанном. Она с ним в непростое время, переживает, как может, точнее, как умеет - поддерживает. Любит, как умеет. Стоит ли просить большего? Да еще когда он сам не готов в полной мере ответить взаимностью. Филипп уже не искал подвоха в ее словах и поступках - не захотел больше искать, он похоронил эту игру в кошки-мышки глубоко в своем сердце, ровно как и обиду на ее крайне противоречивые интервью о нем. А некоторые события прошлого и вовсе вызывали добрую ностальгическую улыбку. 15 апреля 2003 года. Отель "Балчуг". Филипп проснулся в четыре часа утра в отеле, в одной кровати с Аллой. Накануне у них случилось нечто вроде серьезного диалога, в котором Киркоров пообещал изменить свой образ жизни, уделять больше времени и внимания. В итоге, получилось, что их строгий деловой тон перерос в дружеские посиделки, которые затем закончились разговором по душам, а затем...примирительным и страстным сексом. Филипп был счастлив - казалось, все наладилось, Алла даже обещала подумать над его предложением вернуться домой. Чтобы не разбудить жену, он тихо, мышкой, оделся и выскользнул из номера. Постучался в соседний - его снимали для Люси Дородновой, которая иногда помогала Пугачевой по хозяйству и для удобства жила по соседству. Они поехали на Тверскую - там располагался цветочный магазин, который принял сверхважный и срочный заказ - миллион алых роз. Цветы подвезли на подготовленных грузовиках и, расплатившись, Филипп с Люсей поехали обратно в отель. Стараясь не шуметь, таскали вазы с цветами в номер примадонны, и Фил заботливо окружил жену цветами, казалось, она спала буквально в них. Люся шуршала даже больше Киркорова - то одно уронит, то другое. В итоге, Алла проснулась - среди цветов. И сперва испугалась... - Вот так оно и бывает... - прошептала Пугачева, подумав почему-то, что ее едва ли не хоронят. - Любимая, с днем рождения! - Филипп увидел, что жена проснулась и присел пред кроватью с ее стороны на корточки, - Здоровья тебе, солнышко мое! И долгих-долгих лет! - он наклонился и ласково поцеловал ее в щеку. - Филя... Это, что, меня отпели уже что ли?.. - Алла так растерялась, она не ожидала. Киркоров удивился такой реакции и смущенно засмеялся. Прима привстала с постели и протерла глаза - вся комната завалена розами. Красивыми алыми цветами, - Батюшки!.. - прошептала она, - Какая красота!.. - кажется, у нее даже дыхание перехватило. Запах роз заполонил всю комнату, аромат ощущался везде. - Тебе нравится? - настороженно спросил Фил, так и не сумев разгадать ее реакцию. - Это самое красивое, что я когда-либо видела... Но... Сколько их здесь? - Здесь немного. Остальное в грузовиках. Ровно миллион алых роз, - довольно улыбнулся Киркоров, поняв, что подарок все-таки понравился. - С ума сошел? - Алла буквально обалдела, - Филиппчик, ты... - Самый лучший муж! - гордо заявил Фил, присев на кровать рядом. - Это...мягко сказано... - она приблизила его к себе, и затянула в пучину любви... Благо, Люся на тот момент уже вышла из их номера. На самом деле, апартаменты в Балчуге не были уж столь большими, как рассказывали журналисты, преувеличивая в своих репортажах, и вскоре номер пропитался запахом цветов так, что Алле стало даже трудно дышать. Было принято оригинальное решение - Алла пригласила повара и он, убедившись, что сорт роз пригоден для кулинарии, изготовил в дальнейшем из лепестков джем. Одна баночка даже по сей день хранилась в закромах у Фила как напоминание об еще одном счастливом дне их семейной жизни. Вспоминая этот эпизод, Киркоров улыбнулся. И в голове сразу всплыла мысль о том, что невозможно ее разлюбить. Или, что хуже - невозможно ненавидеть. Но Фил пока не торопил события - он хотел посмотреть, понаблюдать за ее поведением, поступками, за тем, что будет дальше. Хотя четко осознавал, что оставаться безучастным, холодным и равнодушным как раньше уже не мог. Он снова лег на постель, удобно устроившись и укрылся покрывалом, под которым спала бывшая. Руки легли на ее талию, прижимая женщину к себе. Возможно, если бы Алла не вернулась в столицу и вела прежний образ жизни, Киркоров бы окончательно задушил в себе чувства к ней, стер бы их остатки. Недаром говорят - "с глаз долой, из сердца вон". Но она вернулась. И не просто в Москву, а конкретно в его жизнь. И это поступок - простить, понять, не мстить, а быть благодарным и даже... стараться полюбить. Утром она проснулась раньше него. И молча наблюдала, лежа на боку, за тем, как он спит. Спокойно, как раньше, почти не шевелясь во сне. Алла улыбнулась и, устроив кусок подушки под щекой, легла поудобнее. Казалось, он совсем не изменился - как был мальчиком, так им и остался. Возраст не властен над ним, спасибо хорошим генам. А после пластического вмешательства Фил вообще скинул лет двадцать. Пугачева не могла представить, что окажется с ним снова в одной постели - пусть пока так, в прямом смысле, пусть в одежде, все равно. Из приоткрытой форточки подул небольшой сквознячок, и она поправила его часть покрывала, чтобы Филипп не замерз. Заметила, что рубашка сменилась на футболку, и поняла, что ночью он, как минимум, переоделся. Закрыв глаза, певица попыталась снова заснуть, ложась к нему поближе. Хотелось продлить эти мгновения долгожданной оттепели в их непростых отношениях, где нет места логике и здравому смыслу, ведь чувства не подвластны ни тому, ни другому… Женщина снова погрузилась в легкую дремоту, как вдруг услышала шорох - Филипп, проснувшись, повернулся с бока на спину, стараясь ее не разбудить. Ласково дотронулся до ее щеки, провел по ней ладонью, думая, что она спит, однако, это действие лишь окончательно разбудило приму. - Доброе утро, - ласково поприветствовала она бывшего, открыв глаза. - Доброе, - улыбнулся Фил, - Разбудил тебя? Извини. - Да нет, я слегка дремала, - Алла, не спрашивая разрешения, легла на его грудь, обнимая. Филипп, казалось, не был против, - Как тебе со мной спалось? - спросила она, посмотрев на него, - Я тебе не мешала? Не храпела? - Спалось хорошо, сладко. Я только ночью переоделся, а так… Отлично. - Ну я рада. А то вдруг… мешала. - Давай… - задумчиво произнес Фил, - не просыпаться, - но это звучало как-то двусмысленно, и он поспешил пояснить, - я имею ввиду, весь день валяться в кровати, спать и ничего не делать. У меня вынужденный отпуск. - Ага, - зевнула прима, - а у меня заслуженная пенсия, - засмеялась она, - Давай, если ты хочешь. - А ты? Ты хочешь? - Я… Не в том положении, чтобы тебе перечить, Филя… - В смысле? - Киркоров так удивился, что даже приподнялся с постели, приподнимая на себе и ее, - О чем это ты? - О том, что будет так, как ты захочешь. - Твое мнение тоже имеет значение. Разве может быть иначе? Это что у тебя за приступ самобичевания? - Ты мне вчера сказал… Сказал, что можешь полюбить. И я стараюсь тебе же в этом помочь. - Теперь понятно, - Фил снова лег на спину и уложил на свою грудь Аллу, - Алл, я... по-своему к тебе привязан, ты мне нужна, я тебя очень уважаю, во мне цветет и пахнет благодарность… - Но не любовь… - перебила его тихо Пугачева, - А любовь не выпросишь… Я понимаю. - Я представить себе не мог, что снова буду с тобой рядом - в доме, столовой, в постели, пардон. Не мог. У меня земля под ногами шатается, мне надо на что-то опереться, прийти в себя. Ты мне предлагаешь в качестве опоры свою любовь, а я… - А ты не веришь, - глубоко вздохнула Алла, завершив его мысль, - Может, моей любви хватит на двоих? Как когда-то хватало твоей на нас обоих? - Я начал верить. Только прошу, не дай мне разочароваться в этом чувстве снова. Не... - задумался Фил, вспоминая строчки песен своего друга Юсифа Эйвазова, - не дай нам исчезнуть. Пожалуйста, - он чмокнул ее в макушку и прижал руками к себе, обнимая, - Это не значит, что тебе надо вести себя тише воды, ниже травы - нет. Оставайся такой, какая ты есть. Ты замечательная. Но мне нужно время… - И доказательства… - добавила Алла, - Тебе нужны доказательства моей искренности. - Какие здесь могут быть доказательства? Я не знаю… - Разреши… Я тебя… Поцелую. В щеку хотя бы. - Пугачева привстала, смотря ему в глаза, пытаясь прочесть в них ответ, - Если, конечно, я тебе не противна. - Не говори таких вещей - противна…, - фыркнул Фил, - Ты меня всегда привлекала. - Ты помнишь… - Алла нежно поцеловала его подбородок, ощущая жесткую щетину своими губами, - как мы целовались впервые? Ты только-только осмелел, поцелуи были робкими вначале, - она коснулась губами его щеки, чуть задерживая дыхание, - боялся меня спугнуть… Вот и я также сейчас - боюсь… Но хочу… Хочу подарить тебе свою любовь, хочу, чтобы ты ее ощутил всеми фибрами души. Киркоров посмотрел в ее глаза - зрачки от сильной симпатии, любви, расширились, от волнения и легкого страха. Он и сам задышал неровно, сердце забилось чуть быстрее, когда Алла дарила ему нежный поцелуй один за другим, ласково зацеловывая его щеки, скулы. Филипп погладил ладонями ее лицо, посмотрел на пухлые губы. И, притянув к себе, робко, как и она его, но искренне, поцеловал. Чмокнул носик бывшей жены, снова заглянул в глаза - она смотрела на него преданным влюбленным взглядом и в душе ее таилась светлая добрая надежда. Надежда на прощение. На счастье. - Аллусь… - прошептал Фил, - скажи мне, что любишь. Я прошу тебя… - Я люблю тебя, Филипп, - также тихо, не отводя своего взора от его, произнесла женщина. У него в груди что-то екнуло, просыпались забытые, насильно похороненные чувства. То, что Алла разрушала на протяжении многих лет с таким рвением, начало постепенно восстанавливаться, возрождаться. Но ему, чувствам, нужно было время. Фил снова подарил ей поцелуй - уже не такой робкий, более продолжительный и решительный, закрыв глаза. Он проверял свои ощущения и чувствовал, как теплая волна накрывает, греет. - Мне нравится с тобой целоваться, - широко улыбнулся Фил, - это что-то волшебное. Алла не надеялась услышать ответ на ее слова, на интимное признание. Хотя и хотела. Но в данной ситуации, да еще когда Фил был с ней предельно откровенен, ей понравилось то, что он сказал. Улыбнувшись ему в ответ, она снова легла на его грудь и рукой провела по торсу, поглаживая бывшего. Все-таки они выбрались из постели, провалявшись еще час. Наскоро позавтракав, Алла предложила прогуляться в его мини-парке. Филипп не возражал. Но всю прогулку о чем-то думал, глубоко погрузившись в себя. Пугачева понимала, что было немало причин для столь тяжких раздумий, а потому не лезла в душу. Оставшиеся дни до Нового года они общались на прежнем уровне - спали то порознь, то вместе. Но дальше робких объятий дело не заходило...