Глава 49. После

      Мартин вышел из ванной и смешно замер с полотенцем в руках. Он вытирал волосы, но теперь стало не до этого: Ната стояла перед зеркалом и задумчиво расчёсывала длинные волосы. Казалось, она вообще не замечала, что в спальне больше не одна, хоть Мартин и видел себя в отражении её зеркала. Ему не понравилось, что его лицо выглядит возмутительно довольным, и он поспешил стать серьёзнее. Что ж, Ната и так понимает, что он слишком долго ждал этой ночи, и теперь буквально светится от счастья, но не стоит же так откровенно улыбаться! Но не улыбаться он не мог — Ната оставалась обнажённой, но при этом казалась растерянной, и Мартин подумал, что она просто не замечает своей наготы.       — Всё хорошо? — очень ласково уточнил он, тихонько, привычно крадучись, подойдя к девушке.       Ната вздрогнула, оглянулась и слабо улыбнулась.       — Наверное, я устала, — призналась она и смущённо отвела глаза.       Мартин окинул её внимательным взглядом: на белой нежной коже уже проявлялись тёмные следы от засосов, круглые синячки от его пальцев и даже царапины. Что ж, он очень старался сдерживаться, помня о том, что рядом с ним смертная девушка, а не развратная выносливая вампирша, но получилось как получилось. Хоть не укусил!       — Хочешь спать?       — В том-то и дело, что не хочу, — рассеянно ответила Ната, отложила расчёску и сделала шаг к кровати, но Мартин ловко поймал её в объятия:       — Тогда пришло время обнимашек? — засмеялся он.       После второго раза Ната была слишком уставшей, действительно измученной, хотя именно она долго не успокаивалась: казалось, каждое новое прикосновение Мартина только ещё больше её распаляло. Поэтому она первой поспешила ускользнуть в душ, как он понял, просто чтобы остыть, а теперь выглядела странно.       — Что-то я боюсь снова ложиться с тобой в постель, — неловко засмеялась Ната.       — Смею напомнить, что это именно ты настояла на продолжении.       — Я помню…       — И ты говорила, что пожалеешь об этом… Если честно, я не понял.       Ната отстранилась, рассмеялась теперь уже искренне и поспешила объяснить:       — Я же тебе сказала: слишком большой член! Поверь, не больно мне только сейчас, пока тело переполнено гормонами. А вот когда это пройдёт, думаю, мне будет не очень хорошо. Надеюсь, хоть не больно.       — Откуда ты знаешь? — подозрительно уточнил Мартин. Вся эта слишком странная ночь вызывала у него столько сомнений, что хотелось поскорее их развенчать. Не хотелось не доверять Нате.       — Я просто предполагаю. Вообще, не волнуйся, всё хорошо, всё было идеально!       Девушка потянулась и легко поцеловала Мартина в губы, едва коснулась, но он сильно сжал её в объятиях, прижал и не отпускал, целуя куда попало. Ната хохотала и вертелась в его руках, но вдруг замерла, и вампир осторожно отстранился:       — Что?       — Ты не хочешь одеться? — осторожно спросила она, и Мартин засмеялся: так вот что её смутило! Почувствовала его снова вставший член!       — Если тебя это смущает… — немного недовольно фыркнул вампир и ушёл искать трусы. — Только не говори, что и ты хочешь поскорее одеться? Я планировал спуститься на кухню за чем-то вкусным и принести тебе в постель. И ещё вина?..       Ната расхохоталась, подошла к Мартину и обняла его, но оставалась на расстоянии, насколько это вообще было возможно с их разницей в росте.       — Ты угадал: я голодная! И да: я понятия не имею, что надеть. Думаю, тебе и так нравится?       — Очень! Но, знаешь, можешь взять мою рубашку: будет как в романтических фильмах.       Ната согласилась, быстро накинула тонкую рубашку и поспешила за Мартином. В доме было настолько хорошо натоплено, что жарко было даже вампиру, вечно мёрзнувшему, так что Ната не рисковала простудиться. Наоборот, Мартин ждал, когда же она скинет и рубашку: в его планах было приучить её не стесняться наготы.       — Прости, я, наверное, создаю тебе много проблем, — услышал Мартин, пока рыскал по шкафам на кухне.       — Почему?       — Ну, вот тебе надо думать, чем меня накормить.       — Ну… Это сложно, — серьёзно задумался Мартин. — Обычно вампиры с помощью секса восстанавливают силы, и иногда приятно выпить крови после долгой ночи, но это лишь десерт.       Он не видел лица Наты, но почувствовал внезапно возникшее напряжение.       — Что? Прости, я сказал лишнее.       — Нет-нет, всё хорошо. Я просто… Ну, наверное, со мной у тебя всё не так, как ты привык?       Ната вдруг вскинулась, её будто осенило, и Мартин опешил от вопроса:       — У тебя давно не было секса с людьми?       — Давно, — нехотя буркнул он, поспешно отворачиваясь.       Он солгал и тут же испугался, что Ната его разоблачит. Секс для него был совершенно незначительной мелочью, не имеющей ничего общего с отношениями. Да, у него был Альфред, с которым секс никогда не приедался. С ним Мартин мог быть бесконечно несдержан, не думать ни о чём, отдаваться страсти и своей, и молодого горячего любовника. У них не было вообще никаких табу, единственное, они предпочитали не привлекать никого третьего: не из-за ревности, а скорее потому что не хотели, чтобы кто-то испортил их идеальный тандем. Но при этом и Альфред, и Мартин развлекали себя порой случайным сексом с незнакомцами, и часто это были смертные. Мартин даже позволял себе спать со своими будущими жертвами и, конечно же, никогда не щадил своих партнёров или партнёрш, никогда не думал о том, как бы им не навредить. И вот. Ната.       — Ты задумался, — заметила девушка, подбираясь к Мартину сзади, обнимая его за талию, прижимаясь к спине. — Думаешь об Альфреде?       — Как я могу думать о ком-то другом в такую ночь? — искренне возмутился Мартин. Он почти не лгал: если бы не внезапный вопрос Наты, он бы и не вспомнил о том, что у него хоть когда-то был секс! — Знаешь, я всё-таки не понимаю… многого.       — Чего?       — Возьми бокалы, пойдём, поговорим. Если ты захочешь, конечно.       Мартин был очень осторожен. Безумная ревность охватила его, запустила ядовитые шипы глубоко-глубоко и теперь отравляла сомнениями. Почему, ну почему его милая, робкая, постоянно смущающаяся Ната вела себя во время секса так, будто… Дальше он думать не мог. Сердито закусил губу, вспомнив, правда, при этом, что когда-то напоил её своей кровью, но ведь это было давно. Да, и этой ночью ей досталось немного крови, но не могла же она вызвать такое развратное поведение? Мартин шёл в темноте особняка, слышал за собой босые шаги Наты и вспоминал, каким представлял их первый секс. Ох, как много вариантов было в его голове: от полного провала, когда Ната испугается и сбежит, до почти что изнасилования. И как хорошо, что она не видела сейчас его лица! Мартин слышал, что она легко и быстро идёт за ним, довольно мурлычет себе что-то под нос и понятия не имеет, что он теперь недоволен, даже сердит.       Постель всё ещё была смята, и, пока Мартин открывал вино, Ната скользнула за полог, чтобы привести всё в порядок.       — И всё-таки какая отличная вещь презервативы, — хихикнула она.       — Вот об этом я бы тоже хотел поговорить, — недовольно фыркнул Мартин.       — Ты даже не дал мне договорить! Вот смотри: пришлось бы менять простыни, а так…       — Глупости всё это! — зло перебил её вампир. — Ты невыносимо брезгливая! В сексе так нельзя!       Ната мгновенно поняла, что надо спасать ситуацию. Пока Мартин хмурился, но всё же разливал вино, она подошла к нему сзади, скользнула ладонями по прессу, груди, прильнула так, что он почувствовал её острые соски и понял, что её рубашка распахнулась.       — Не злись. Я всему научусь. С таким-то учителем!       Она мурлыкала, и Мартин замер, потому что его тело пронзило острейшее возбуждение. Даже руки задрожали, и он поспешил отставить бокалы. Мартин понимал, что Ната тут же заметит, что у него член стоит колом! И зачем она это делает? Ведь не готова же продолжать! Только дразнится! Ему пришлось глубоко и шумно вздохнуть, чтобы немного успокоиться и не сорваться.       — Ната… Ты же устала, — тихо сказал он, но всё же повернулся.       — Я помню. А ты хотел поговорить. Почему ты недоволен? — вдруг искренне удивилась Ната, отступая на шаг. — Я думала, ты будешь… реагировать иначе.       — Прости. Правда, прости! Я… Давай сначала выпьем.       Мартин поспешил к кровати, поставил поднос с бокалами и закусками и кивнул Нате. Та быстро и ловко, как кошка, устроилась на подушках, улыбнулась, окинув его хищным взглядом, и Мартин отвёл глаза. Тонкая белая рубашка была распахнута и совершенно ничего не скрывала, наоборот, теперь тело Наты казалось ещё соблазнительнее. А ещё эти улыбки, взгляды, этот зовущий голос!.. Если она не успокоится, он просто её изнасилует, потому что от возбуждения странно кружилась голова, будто он был истощён от голода и вдруг учуял запах крови.       — Давай выпьем за эту ночь. Первую, но далеко не последнюю, — всё же смог сказать Мартин, заставляя себя смотреть в лицо Наты, а не на её грудь, особенно на соски, розовые, маленькие, но дерзко торчащие, так и просившиеся в рот.       Зазвенели тонкие бокалы, Ната сделала несколько глотков, откинулась на подушку, закинула в рот конфетку и снова выпила вина. Она была расслаблена, как кошка на солнце, и этим почему-то ещё больше нервировала Мартина.       — Вот теперь ты выглядишь так, как и должна была бы. После секса, который тебя утомил.       — Что не так? — улыбнулась Ната, осторожно на него покосилась, но снова выпила вина. Ей просто хотелось пить, но Мартин замечал, что она пьянеет.       — Прости за вопрос, но… Как так получилось, что ты… — он выдохнул, сердясь на себя, но всё же продолжил: — была так активна?       Девушка широко открыла глаза, отставила бокал, повернулась к Мартину и долго молчала.       — В чём ты меня подозреваешь? — спросила она строго, и вампир смутился: действительно, в чём? — Что я тебя обманула? Что притворялась неопытной, а сама… хм, каким-то образом набралась опыта? И теперь ты ревнуешь?       Мартин молчал, понимая, что только что испортил всё, к чему шёл почти три месяца! Это всё похоть! Если бы Ната остановила его тогда, если бы не попросила о продолжении, если бы сейчас она свернулась клубочком и спала, он бы не решился на подобный разговор!       — Прости. Это глупо, правда? Особенно учитывая мой опыт…       Ната фыркнула, а потом хихикнула, и Мартин недовольно на неё покосился.       — У меня тоже есть вопросы к твоему опыту, но пока поговорим обо мне. Знаешь, твои подозрения — настоящий комплимент для меня. Я так давно и так сильно тебя хотела, что этой ночью решилась на всё! Будто второго раза не будет. И, ох, прости, но твоё тело слишком возбуждающее! Ты прекрасен в одежде, но без неё… О, это же теперь я знаю и буду вспоминать!..       Она не договорила, прикрыла глаза, облизнулась, и Мартин засмущался. Что ж, она осыпала его комплиментами, и это сработало.       — И всё равно… Я не ожидал, что ты сама захочешь… — пробормотал он, но поспешил замолчать: снова претензии!       — Я и сейчас хочу! Мартин, не смотри на меня так! Да, я боюсь… боялась близости с мужчинами, но это не значит, что я не хотела секса! Я ещё слишком юная, и нет, ты не сможешь застыдить меня за мои желания! И они со мной очень давно, просто не было подходящего человека, с которым я могла бы расслабиться, чтобы воплотить их.       — Прости. Ну прости меня!       Вот теперь-то Мартин взмолился: отставил бокал, отодвинул поднос, наклонился к Нате и поцеловал ей руку.       — И ты всё-таки подумал, что я тебя обманула?       — Да. Да! Я так подумал!       — Что ж, теперь ты знаешь, что я очень испорченная. Правда, теоретически. И мне так много всего хочется попробовать! Так что ты не пугайся моих идей, хорошо?       — Даже страшно спросить, где же ты этого набралась? — хихикнул Мартин, впрочем, зная ответ.       — Ты не видел, какие порно-романы читает Аня! — рассмеялась Ната, на этом закрывая тему. — Нет, правда, Мартин, я думала, что тебе всё понравится!       — Мне понравилось! Даже слишком! Вот ты смеёшься, но ты же видишь: я снова тебя хочу!       — Ты хотел меня три месяца! — улыбнулась девушка, но вдруг стала серьёзной: — Скажи-ка, сколько раз тебе надо, чтобы ты устал?..       Вот теперь Мартин расхохотался. Какой милый вопрос! Что-то вроде: сколько раз ты должен кончить, чтобы перестать возбуждаться? Или же: сколько раз за ночь ты сможешь? Интересно, его ответ её порадует или испугает?       Вампир усмехнулся, взял бокал, пригубил вина и медленно ответил:       — Вампиры могут заниматься сексом неделями практически без отдыха.       — Как?.. — выдохнула Ната в изумлении, и Мартин понял, что она не поверила.       — Понимаешь, после обращения юные вампиры гиперсексуальны настолько, что даже беспрерывный секс не может их успокоить. Это неуёмная похоть, разрывающая тело. Лишь голод способен их немного отвлечь, поэтому они только пьют кровь и занимаются сексом. Со своим создателем. Так что да, когда ты станешь вампиршей, мы буквально не будем выходить из спальни несколько месяцев.       — Но… разве возможно это выдержать? — испуганно пролепетала Ната и нервно свела бёдра.       Мартин заметил это движение и улыбнулся: он не станет ей объяснять, как себя чувствовал в постели со своим создателем. Несмотря на похоть, одолевавшую его, страстный и порой откровенно жёсткий анальный секс частенько причинял ему боль. Да, он быстро привык, да, его создатель готовил его тело, использовал масла не только для лучшего скольжения, но и для расслабления, но это было тяжело. Правда, иногда они менялись ролями, но всё же… С Натой они местами не поменяются, но и возможностей в сексе с ней больше. Мартин усмехнулся так откровенно пошло, что Ната это заметила и испуганно уточнила:       — Что? Ну не томи! Мартин, я пока не вампир, и я не знаю, как… Как я справлюсь?       — Я тебя ни к чему не принуждаю! Говорю же, я не ожидал… — он кашлянул, — не ожидал такой страсти! Я готовился быть безумно осторожным, боялся коснуться тебя…       — А теперь не боишься? — хихикнула девушка. — Что ж, пока не забывай об этом! Я всё ещё обычный человек. И да, я ещё неопытная, тебе придётся быть терпеливым. И что же мне делать, чтобы удовлетворить тебя?       В её голосе была нотка сожаления, но и искренний интерес, поэтому Мартин устроился удобнее и принялся рассказывать:       — Просто доверься мне. И не обращай на меня сегодня внимания: я так сильно возбуждён, потому что не могу поверить своему счастью. Наконец-то ты моя! И твоя страсть хоть и сбила меня с толку, но и зажгла ещё сильнее: теперь я буду чуть смелее. Не испугаешься, если я вдруг начну распускать руки в неожиданное время в неожиданном месте?       — Любишь спонтанный секс?       — Для меня любой секс — спонтанный. Я ненавижу всё планировать. Это так скучно!       — Тогда тебе придётся всегда иметь с собой запас презервативов! — остудила его пыл Ната.       — Кстати, — недовольно нахмурился Мартин. — Вот об этом я и хотел поговорить. Что за внезапная брезгливость? Мы же говорили!..       — Почему внезапная? Просто не хочу думать о том, где был твой член до этого!       Мартин не сдержался: рассмеялся и хохотал до тех пор, пока не поперхнулся.       — Прости, но ты сама меня спровоцировала: напомни-ка мне, где ещё сегодня побывал мой член? И не по моей инициативе!       — Ладно, подловил! — фыркнула Ната. — Да, я брезгливая. Я не привыкла к сперме.       Мартин растерялся настолько, что прикусил язык, чтобы не ляпнуть какую-то глупость. Откровенность Наты его шокировала, но он понял, что девушка просто уже опьянела, так что именно он теперь контролирует ситуацию. На мгновение он поймал себя на мысли о продолжении, но вовремя остановился: Ната, несомненно, права, она не готова к секс-марафону! Он и так был с ней груб в конце, но надеялся, что не навредил ей или хотя бы не очень сильно навредил.       — Я не требую ничего, — поспешил оправдаться Мартин, но поймал взгляд Наты, её улыбку, и почувствовал, что его обожгло. Она ведь ни капли его не боится! И куда подевалась та вечно испуганная девчонка, которая сжималась от любого его взгляда? — И всё же в этом нет ничего такого… Думаю, ты привыкнешь. А пока всё будет так, как ты хочешь.       — Но не завтра. Завтра я буду отдыхать. И, возможно, мне будет ужасно стыдно за своё поведение.       — Почему? Всё прекрасно! И ты прекрасна! — промурлыкал Мартин, наклоняясь к Нате.       Он планировал лишь легонько её поцеловать, но девушка притянула его за шею и поцеловала так долго и крепко, что у вампира замерло сердце. Что же с ней будет после обращения? Как ему удалось одной ночью разбудить в ней такой огонь?       — Ты меня дразнишь! — засмеялся Мартин, когда наконец-то смог отстраниться. — Была бы ты вампиршей…       — Кстати, об этом… Как долго мне надо ждать?       — Ната, ты пьяна, — улыбнулся вампир, осторожно касаясь её щеки кончиками пальцев, чтобы убаюкать магией. — И мы поговорим об этом позже. Возможно, даже этим утром?       — Какая разница, — фыркнула Ната, недовольно щурясь. — Ответ будет один: мне пока рано.       — Ну а разве нет? — усмехался Мартин, радуясь, что вино развязало Нате язык. — Скажи: если я скажу, что ты больше не вернёшься домой? Без обращения, просто останешься со мной на полгода, например? Ты согласишься? Без сомнений? Без споров и уговоров?       Тон его был строгим и серьёзным, и Ната ненадолго замолчала. Она машинально ела и пила, но смотрела куда-то в темноту.       — Знаешь… Я вот, пока была в душе и потом, думала вот о чём: завтра мне позвонят родители, которым я наврала, что буду сидеть в квартире и писать курсовую, и я не хочу им лгать. Кажется, я даже не хочу, чтобы они мне звонили. Всё так сильно изменилось! Будто эта ночь и была обращением.       Мартин чуть не ляпнул глупое «это всего лишь секс!», но вовремя спохватился: очевидно, что для Наты это не просто секс. Вообще любой секс для неё был бы важным событием, но эта ночь, когда она растворилась в страсти и открылась, доверилась ему, стала для неё переломной. Это больше не та девочка, что смущалась от его взглядов и избегала поцелуев! Вот теперь-то перед ним проявилась молодая женщина, полная огня! И всё прошлое сгорело в этом огне.       Вампир наклонился к ней, взял её ладони в свои, заглянул в глаза и заговорил так, будто пытался загипнотизировать:       — Ты теперь не одна. У тебя есть я. Я буду с тобой всегда, поэтому можешь ничего и никого не бояться! Можешь поступать так, как того хочешь ты! Как ты действительно хочешь, а не как тебе сказали. И я сделаю для тебя всё, ты же знаешь!       Ната знала. Смотрела ему в глаза и улыбалась.       — Ты останешься? — задала она простой вопрос, который Мартин не понял, и ей пришлось объяснить: — Ты останешься спать здесь, со мной? Или уйдёшь в свою спальню? Или ты вообще не будешь спать?       — Если ты хочешь побыть одна… — осторожно начал он, но Ната его перебила:       — Я боюсь, что сама не усну. Вообще, я плохо сплю на новом месте, а сегодня… Так ты останешься?       — Если ты не будешь ко мне приставать, — очень серьёзно сказал Мартин, и Ната засмеялась, хоть он и не шутил, зная, что заснуть с ней в одной постели он пока не сможет. Его возбуждало всё, особенно запах её тела, такого близкого, но пока что (снова!) недоступного!       Хоть она и соскользнула с кровати и отправилась к открытому чемодану в поисках пижамы, но Мартин отвернулся и заставил себя отвлечься на милые хлопоты: убрать поднос, бокалы, вино, поправить постель, принести Нате воды… Это всё было не просто так: даже взгляд на Нату туманил ему сознание, вызывая самые развратные мысли. Что ж, он знал, как утолить её страсть без проникновения, ласково, нежно, трепетно, но не обманывался: он хочет её так сильно, что не сдержится! И она ещё не так опытна, чтобы справиться с его страстью… Ох, о чём он только думал? На что он надеялся? Три месяца без секса теперь догнали его и лишили воли, поэтому Мартин едва сдержал вздох облегчения, когда Ната вышла из ванной в милой, хоть и дорогой и модной пижаме. Розовой и шёлковой. В ней Ната сразу же стала такой невинной, нежной, что Мартин заулыбался и понял, что спасён: он сможет даже крепко обнять её, прижать к себе, чтобы убаюкать, и при этом не сорваться. Да, эта ночь будет спокойной.