Глава 51. Высота

      Было уже совсем темно, когда они вернулись в дом в горах. Ната поспешно выскочила из круга телепортации, раздражённо скинула короткую, но очевидно дорогую шубку и упала в кресло. В комнате было темно, и она надеялась, что Мартин не заметит её раздражения. Правда, пока ему было не до этого: он перетаскивал множество пакетов из квартиры в Париже, и для этого ему потребовалось несколько телепортаций. Ната тем временем пыталась прийти в себя. Шопинг всегда её выматывал, но в этот раз всё было настолько утомительно, что она просто лежала в кресле, закрыв глаза.       — Всё нормально? — ласково уточнил Мартин, и девушка открыла глаза, но тут же зажмурилась — это Мартин включил свет.       Сам он светился от счастья, и Ната не могла понять, что так сильно его обрадовало.       — Я устала, — пожаловалась она. — Мне показалось, что ты хотел купить всё!       — Так и было! Я не виноват, что всё красивое и всё тебе идёт! И ты могла бы и охотнее примерять!..       — Не могла бы. Мартин, не косись на меня так: я не очень люблю ходить по магазинам. Особенно по таким…       — Тебе не понравилось? — изумился Мартин. Он как раз доставал вещи из пакетов и застыл с вечерним платьем в руках.       — Давай в следующий раз немного поскромнее. Или у тебя сегодня была цель потратить как можно больше денег, что ты сгребал вещи без примерки?       Мартин нахмурился. Вот теперь-то он понял, что Ната совсем не рада этому вечеру. Он отложил платье, подошёл к креслу и присел на корточки перед девушкой.       — Моя дорогая, что случилось? Я тебя обидел?       — Нет, ты меня не обидел, — вздохнула Ната, но Мартин не отстранился: он явно ожидал объяснений. — Просто это было слишком.       — Что именно? Я как раз хотел сказать, что завтра можно будет продолжить, но ты что-то совсем не в настроении. А ведь мы ещё не все магазины сумок и обуви посетили! Разве ты не любишь туфельки?       — Мартин! — вспыхнула Ната, но вампир не дрогнул. — Ты говоришь обо мне, как о кукле, которой надо купить новые платья, а потом её наряжать.       — И? Разве это плохо? — спокойно уточнил Мартин, но девушка так скривилась, что ему пришлось объяснять: — Я люблю красивую одежду! И я хочу тебя порадовать! Почему ты не можешь воспринимать все эти покупки как подарки, на Новый год, например? Вот та же шубка… тебе не понравилась?       — Ты потратил слишком много денег! — фыркнула Ната, но Мартин в ответ только улыбнулся.       — Ната, дорогая, никогда не переживай о деньгах. Да и мне только в радость покупать тебе всё это! Разве ты не заметила?       — А что ещё тебе в радость? — едко спросила Ната, но чуть отвернулась: Мартин был счастлив настолько, будто опьянел, и это раздражало. Она понимала, что не сможет достучаться до него хотя бы потому, что и сама не понимает, что с ней происходит. Единственное, она почему-то сгорала со стыда, хоть ничего такого и не произошло.       — Всё, что радует тебя. И именно поэтому я немного расстроен теперь: я-то хотел, чтобы тебе всё понравилось! Хоть и видел, что ты как-то нехотя всё выбираешь, но подумал…       Мартин запнулся, поспешно отвернулся, но Ната заинтересовалась:       — Что подумал?       — Подумал, что ты просто стесняешься…       Вот теперь-то Мартин встал и сделал шаг от кресла.       — И правильно подумал: я стесняюсь. Мне почему-то неприятно, что ты так много на меня потратил! Я даже не могу подсчитать, сколько тысяч евро ты потратил за один вечер!       — И не надо. Это мелочи. Ну не смотри так! Хорошо, не совсем мелочи, но ведь надо было купить тебе несколько нарядов для ресторанов, театров, оперы? Туда в джинсах не пойдёшь! И если тебе настолько неудобно, то просто оставим всё это здесь. Будет что-то вроде костюмерной, где ты сможешь перевоплощаться из студентки в роковую светскую львицу.       Мартин улыбался, и Ната неожиданно для себя засмеялась.       — Как ты верно угадал с костюмерной! Да, ты прав: я чувствую себя так неуютно…       — Мне показалось, что ты отлично держалась в магазинах! И у тебя прекрасный английский, не ожидал!       Вот последнее не стоило добавлять, поэтому Ната посмотрела строго и даже остро.       — Почему? Что тебя удивляет? Это всего лишь английский! Вот ты меня удивил своим французским!       — Ну я свободно говорю на шести языках и ещё столько же знаю более-менее, чтобы объясниться, но я потратил на это десятилетия, да и путешествовал много.       — И поэтому тебя удивляет мой английский? Мартин, порой мне кажется, что ты принимаешь меня за дурочку.       Назвать себя дурой Ната не решилась, хоть и была зла. Если бы она хотя бы была красавицей, то не удивлялась бы тому, что в ней не видят или не хотят видеть ум, но в том-то и дело, что именно умом она обычно и брала. Но не в случае с Мартином.       — Ну, ты просто ещё такая юная! Я даже и не думал… что-то от тебя ожидать, — осторожно выкрутился вампир, но по его улыбке было понятно, что ему неловко. Весь этот разговор его тяготил. — Милая моя, скажу честно, я ожидал, что эта ночь будет другой! Мы ведь собирались прогуляться? Или ты слишком устала?       — Не пытайся уйти от разговора. То, что моя учёба тебе не нравится, я ещё могу понять, но есть кое-что, что меня смущает: тебе будто всё равно, какая я, лишь бы не спорила с тобой.       — Как раз таки наоборот, — хмыкнул Мартин, Ната его поняла и улыбнулась. Он пристально смотрел и едва сдерживал смех: — Я безумно люблю, когда ты со мной споришь, но вот сегодня ты будто закрылась от меня. Хочешь что-то обсудить? Я не люблю недомолвок.       Ната вздохнула и отвела взгляд, уткнув его в пушистый ковёр под ногами. Так говорить было проще.       — Мне не даёт покоя то, что ты рассказал о вампирах и особенно о женщинах-вампирах. Я не думаю, что это моё. Я, конечно, подозревала, что ты тиран, но чтобы настолько…       — Ты просто не привыкла, — засмеялся вампир с явным облегчением. — Современные девушки совершенно не понимают всей прелести отношений со старомодным мужчиной.       Ната не сдержалась: посмотрела на Мартина насмешливо и даже подняла брови. С явным вызовом.       — Хочешь подробностей? Странно, я думал, ты уже всё поняла, и я именно поэтому тебе и понравился, — вампир вальяжно устроился в кресле напротив и самодовольно улыбался. — Что ж, если ты сомневаешься, то я поясню. Во-первых, я буду вечно тебя защищать. Что бы ни произошло, ты будешь знать, что ты в безопасности и под моей защитой. И не смотри так на меня: в Подлунном мире опасность исходит не только от коварных мужчин-вампиров! И ты это скоро узнаешь, но не бойся! Во-вторых, если ты так хочешь, я дам тебе власть и статус в Подлунном мире, но для этого тебе придётся постараться: там жестокая конкуренция. И снова-таки: если ты не захочешь участвовать в интригах Подлунного мира, я защищу тебя от них. В-третьих, и я думаю, это основное: твои желания для меня закон! Даже через столетие я буду баловать тебя, как и сейчас.       — Но за это придётся заплатить свою цену, не так ли? Так расскажи об условиях сейчас.       Мартин недовольно хмыкнул, но продолжил:       — Условие одно-единственное: верность.       — И всё? — не поняла девушка. Она ожидала строгих правил, а получила нечто само собой разумеющееся.       — Всё? — изумился Мартин. — Ната, это буквально всё! Может, ты не заметила, но я ревнивец и собственник. Моя любовь может быть удушливой.       — Может быть? — хихикнула девушка, но нервно. Вдруг вспомнилось, как Мартин напал на Кирилла, как следил за Максимом, и смеяться перехотелось. — Мартин, ну я же серьёзно!       — И я серьёзно! Тебе пока непросто это понять, но после обращения ты будешь очень ко мне привязана. Это невероятно крепкая связь, без меня тебе будет невыносимо, но это не навсегда. Потом ты поймёшь, что ослепительно красива, и, конечно же, тебе захочется внимания. Вот тут-то тебе и придётся вспомнить, что я ужасно ревнив. Нет, я не настолько глуп, чтобы злиться на тебя, но вот тот, кто будет слишком в тебе заинтересован, поплатится за это.       — Какие у тебя странные фантазии, — медленно произнесла Ната, но оставалась насторожённой.       — Это не фантазии. Я слишком хорошо знаю мир вампиров, поэтому говорю, как будет. Сейчас тебе трудно поверить, но все вампиры порочны, и ты станешь такой же.       Мартин улыбался и ожидал реакции, и девушка какое-то время просто молчала и хмурилась.       — Какая интересная перспектива! А если я не хочу? — всё же спросила она.       — Я уже даже боюсь спрашивать, чего именно ты не хочешь? — хмыкнул Мартин. — Быть вампиром?       — Именно. Раньше ты говорил только о долгой жизни и молодости, но вот обнаружились и другие нюансы. Чем ещё меня удивишь?       — Я уже говорил, что вампиры гиперсексуальны. Секс — неотъемлемая часть нашей жизни. Кровь и секс.       Мартин говорил, и Ната видела, как он смакует слова. Что ж, что-то подобное она уже слышала, но как-то не примеряла на себя. Разве это плохо? Неплохо, но девушка чувствовала, что это не для неё. И как объяснить Мартину?..       — Ты зря беспокоишься, — сменил тон вампир, и Ната удивлённо вскинула на него глаза: он улыбался и был подозрительно ласковым, хоть и сидел на расстоянии от неё. — Всё это придёт само собой. Это как взросление: естественный процесс, и пройдёт он так же легко. Есть вещи, которые действительно могут тебя смутить, и я о них должен сказать заранее. Во-первых, это убийства, необходимые для продления жизни, а во-вторых, ты никогда не станешь матерью. Не смотри на меня так: для многих женщин это важно.       — Я пока не думала о детях. В общем-то, я и об отношениях не думала… — растерялась Ната, но Мартин продолжал:       — Вот и подумай. Предупреждая вопрос: даже если тебе придёт в голову идея родить ребёнка до обращения, то со мной это не получится. Я бесплоден, как и все вампиры.       — Ты говорил уже.       Ната хмурилась всё больше, но чувствовала, что ей становится легче. Что ж, иногда ночные разговоры удивительно полезны!       — Прости меня, — жалобно попросила она и неловко улыбнулась. — Я просто не привыкла. Не привыкла, что обо мне может кто-то заботиться. Не родители и не Аня, а кто-то, кого я почти не знаю. Мне всё кажется, что это большой обман, потому что я не верю, что достойна всего этого.       Ната жалобно обвела взглядом пакеты, и Мартин не выдержал: подскочил к ней и встал на колени, обнял её за ноги и даже положил голову.       — Ну-ну! Не говори так! Я безумно тебя люблю! Я уже говорил, что не успокоился бы, не забыл бы, не уехал из города без тебя! С первого же взгляда я понял, что ты — моя судьба! Конечно же, ты самая невероятная девушка в мире. Иначе я бы тебя не выбрал!       Девушка не выдержала и расхохоталась, Мартин приподнял голову с её колен и любопытно заглянул ей в лицо.       — Что?       — Врёшь и не краснеешь! Никого ты не выбирал, просто зациклился на мне, и всё!       — И что это меняет? Поверь мне, если бы ты меня разочаровала, я бы от тебя быстро отвязался, да ещё и стёр тебе память.       — Даже так? Подожди-подожди: получается, если я тебя разочарую…       — Не будет такого, — нахмурился Мартин, которому весёлость Наты совсем не нравилась. В ней явно слышалась истерика. — Всё. Хватит об этом. У меня есть для тебя сюрприз, но для начала тепло оденься. Всё необходимое у тебя в комнате, а я буду ждать внизу.       Ната нехотя поплелась наверх. Настроение у неё было не очень: всё ещё оставались неразрешённые вопросы, но она понимала, что сейчас не самое лучшее время. Они ведь планировали отдохнуть и отлично провести время вместе, а она… Ната выдохнула и постаралась взять себя в руки. Времени у неё было немного, надо было поспешить и хоть немного успокоиться. Она и сама не понимала, что с ней происходит, и списала всё на нервы: всё-таки так долго находиться рядом с Мартином нелегко! Он, конечно, ни в чём не виноват, а вот она накручивает себя, боится сделать что-то не так, не так ответить, не так отреагировать, и этим испортить настроение Мартину…       Эти мысли ей не понравились, и Ната сердито тряхнула головой: да что это с ней? Как обычно, чтобы отвлечься, она засуетилась. Мартин не обманул: он подготовил ей отличный яркий — розово-фиолетовый — лыжный костюм, ботинки, перчатки, шапку, даже термобельё, и пришлось долго одеваться. К Мартину она спустилась почти бегом, потому что в хорошо натопленном доме ей мгновенно стало жарко. Он был одет так же тщательно, но в синий костюм, и Ната поспешила предупредить:       — Я на лыжах кататься не умею! И не буду!       — Я знаю, — кивнул Мартин. — Я бы и не стал тебя заставлять. Костюм не для этого: на улице ужасно холодно. Пойдём, покажу тебе кое-что.       Ната поспешила за ним, выскочила на крыльцо и задохнулась от мороза. Ночь была удивительно холодной, снег сиял, как бриллианты, под колким светом звёзд, и девушка не сразу поняла, куда смотреть. На нетронутом снегу у крыльца стояли сани: высокие, резные, синие с серебристым блеском. Они сияли в ночи и казались игрушечными, сказочными, и не просто так: конечно же, в них не был никто запряжён, и Нату это обеспокоило.       — Ты их у Деда Мороза украл? — спросила она и нервно хихикнула.       Мартин шутки не оценил:       — Почти. Не у него, но у одного колдуна, и не украл, а одолжил. И не смотри так: они действительно едут сами.       — А снегоход нельзя было взять? — не удержалась Ната: ей показалось, что Мартин просто продолжает хвастаться.       — Снегоход такого не умеет. Прошу.       Мартин как-то так коварно улыбнулся, что Ната прикусила губу, чтобы не ляпнуть что-то глупое: сани показались ей ещё более подозрительными. Пока она колебалась, вампир подхватил её на руки, легко перенёс в сани и усадил на мягкий диванчик.       — Пристегнуться не получится, но вот тут есть что-то вроде ручки: если что, держись. Визжать можно, за меня хвататься можно, высовываться не рекомендую. Ну, ты сама поймёшь.       В чёрных глазах Мартина сияли весёлые искорки, и девушка мгновенно испугалась. И не зря: как оказалось, Мартин любил скорость! Сани сорвались с места, помчались по снегу прочь со двора, и Ната не закричала от ужаса только потому что от скорости ей перехватило дух. Высокие ёлки приближались, но вдруг стали проваливаться куда-то, и девушка удивилась на мгновение, лишь на мгновение, потому что её вжало в мягкую спинку саней, и ветер ударил в лицо, унося испуганный крик: сани поднимались в чёрное небо.       Нате понадобилось время, чтобы прийти в себя, отдышаться и начать шевелиться. Вот тогда-то она заметила, что судорожно вцепилась в резную деревянную ручку и в запястье Мартина. Девушка осторожно повернула голову и сердито фыркнула: Мартин смеялся. Это заставило её одёрнуть руку и даже чуть отвернуться: ничего смешного! Страшно же!       Высота и скорость нарастали, и говорить было невозможно: ветер бил в лицо, и Ната повернула голову, чтобы видеть хоть что-то. Над ними было чёрное небо с холодными звёздами, а под ними сияющий снег и электрический свет курортов, тёмные долины и ледяные кряжи гор. Поверить в это было невозможно, и Ната всё больше высовывалась из саней, пока Мартин не потянул её обратно, обхватив за талию.       — Я же говорил! — прокричал вампир, когда Ната посмотрела на него удивлённо. — Это опасно!       Ветер унёс его слова, и девушка с ужасом поняла, насколько высоко они забрались. Воздух был невыносимо холодным, и становилось трудно дышать. Кружилась голова, и Нате показалось, что звёзды надвигались на неё, синеватое небо приближалось и будто засасывало, зато картинка внизу искрилась и смазывалась. Сани немного замедлились, ловко скользнули между ледяными пиками горных вершин и стали снижаться, медленно и кругами.       Ната молчала, пока сани не опустились на обледенелую площадку чуть ниже белоснежной вершины. Ветер здесь был не таким жестоким: он разбивался об острые камни выше и почти не попадал в карман, в котором они и остановились. И всё же вид с площадки был невероятным, и Ната медленно приподнялась, чтобы рассмотреть больше.       — Не бойся, мы не сорвёмся, — засмеялся Мартин, и девушка оглянулась на него с таким удивлённым взглядом, будто вообще забыла о его существовании. — Ты как? Нормально себя чувствуешь?       — Голова кружится. И холодно, — с трудом ответила Ната, крепко сжимая руку Мартина.       — Скоро вернёмся домой, отогреемся, — ласково сказал Мартин, обнимая Нату и прижимая к себе. — Правда, красиво?       Красиво было так, что девушка не находила слов, чтобы это описать. Казалось, что они попали в сказочный мир: холодный, но прекрасный, сияющий и совершенно безжизненный. Где-то далеко внизу светились огоньки крошечных курортных городков, но здесь на ледяной вершине Ната почувствовала себя оторванной от людей. Холодно, темно и одиноко. И страшно!       Девушка почувствовала, что ей срочно нужен кто-то! Она оглянулась на Мартина, крепко сжимавшего её в объятиях. Вампир чуть отстранился и заглянул ей в лицо.       — Ты выглядишь удивлённой. Не понравилось?       — Как-то жутко! Чем больше смотришь, тем страшнее становится, — пробормотала Ната. — Будто касаешься вечности…       Мартин засмеялся, и девушка насторожилась: его смех был таким же холодным, как и воздух вокруг.       — Я хотел показать тебе зимние горы, а не пугать вечностью, но да, как-то так я себя и чувствовал долгое время. Именно поэтому вампиры и обращают людей: чтобы разделить одиночество в вечности.       — Это жутко, — повторила Ната, но Мартин не дал ей договорить: прижал к себе и обнял так сильно, что она почти задохнулась.       — Наверное, нам пора домой.       Ната спорить не стала: чем дольше она находилась в горах, тем сильнее ей хотелось в дом, не столько из-за холода, сколько из-за жуткого ощущения беззащитности. Да, Мартин был рядом, он мог мгновенно перенести её в безопасное место, но ведь сама она на этой ледяной высоте была беспомощной, и это ужасно бесило!       Обратно сани летели неспешно, без резких перепадов высоты, и Ната могла немного расслабиться, но почти сразу же поняла, что засыпает. Мартин обнимал её и что-то говорил, но слова уносил ветер. Когда сани остановились у дома, девушка уже спала, и вампир на руках отнёс её в спальню.       — Прости, я, кажется, уснула, — засмеялась Ната, мгновенно просыпаясь от жары: лыжный костюм явно не был предназначен для дома.       Мартину тоже было жарко, и он предложил встретиться после того, как они переоденутся.       — Как тебе прогулка? — спросил вампир, появляясь в её спальне буквально через минуту. Выглядел он как и всегда блестяще, а вот девушка оставалась сонной и румяной, хоть и избавилась уже от тёплого костюма. — Ты хоть не заболела?       — Нет, не заболела, просто перемёрзла. Ненавижу холод! — Ната смеялась, казалась весёлой, но Мартин посмотрел на неё с подозрением, и она поспешила его успокоить: — Всё хорошо! Заваришь чай? Я сейчас спущусь.       Мартин вышел без лишних слов, и девушка поспешно засобиралась. Одежды у неё было слишком много, но ничего не подходило для вечерних посиделок у камина, поэтому Ната остановилась на привычных джинсах и футболке. Мартину, конечно же, этот образ не понравился, но он ограничился укоризненным взглядом и ушёл на кухню. Ната же устроилась на диване и сонно уставилась в мерцающий огнём камин. Ей быстро стало тепло и спокойно и впечатления от полёта исчезали вместе с холодом.       — Прости, что заставила тебя заниматься чаем, — промурлыкала Ната, когда вампир поставил перед ней поднос с чашечками и конфетами. — Я просто замёрзла.       — Я понял, что без чая не обойтись. Ты какая-то тихая.       Мартин сел рядом, и Ната прильнула к нему, крепко обняла и засмеялась.       — Ты мог бы и предупредить, что мы отправимся так далеко. Там, на вершине, было так жутко!       — Почему? Я думал, тебе понравится.       — Я не люблю холод…       — Это потому что ты человек. Вампиры могут выжить и в таких условиях, разве что охотиться надо будет чаще.       — Это всё так странно! Неужели тебе приятнее быть в одиночестве в горах, чем в окружении людей?       — Именно так, — легко согласился Мартин. — Вампиры предпочитают уединение. Да, люди могут быть полезными, но в основе своей вампиры одиночки.       — А как же кланы?       — Это всего лишь вопрос выживания. Подлунный мир вынуждает быть сильным и хитрым, но, знаешь, многие вампиры так и живут, скрываясь где-то в горах. В конце концов, можно скрываться и быть одиночкой и в мегаполисе.       — Грустно как-то, — вздохнула Ната после молчания. Ей было неловко, и она поспешила отвлечься на чай.       — Мне кажется, что ты меня жалеешь, — засмеялся Мартин.       — Нет, скорее, беспокоюсь, что это коснётся и меня.       — Конечно, коснётся, — ничуть не смутился вампир. Он сидел в углу дивана и наблюдал за Натой, встревоженно замершей с фарфоровой чашечкой. — Всем вампирам приходится переживать подобные кризисы. Именно поэтому многие молодые вампиры пытаются забыться в алкоголе и наркотиках, либо же в разных опасных для жизни приключениях. Даже вечная жизнь может показаться тягостной, если в ней нет смысла.       — А какой смысл в твоей жизни?       Мартин растерялся так заметно, что Ната рассмеялась и поспешно добавила:       — Прости, наверное, неуместный вопрос.       — Да нет, нормальный вопрос. Люди, наверное, даже не успевают найти на него ответ, а вот вампирам приходится подумать. Я достаточно быстро влился в Подлунный мир, так что мне некогда было скучать.       — Но я ведь не об этом спрашивала.       — Ну, мне нравятся деньги, — признался Мартин. — Кто-то гонится за властью, кто-то путешествует, кто-то погружается в изучение всякого разного, ну а кто-то умудряется делать всё сразу. Ты вот говорила, что прочла бы множество книг, чем не смысл жизни?       — А чем занимается Альфред? — уточнила Ната, чтобы только Мартин продолжал говорить, пока она спокойно пьёт чай.       — Он интересуется искусством. Он, вообще-то, художник, так что ему есть чем заняться. Мне кажется, ты слишком рано начала беспокоиться об этом. Обычно подобные вопросы возникают после десятилетий жизни вампира, ты же пока человек.       — Ну я люблю всё планировать, — неосторожно сказала Ната, и Мартин хихикнул:       — И что же ты спланировала? Жизнь после университета? А я пришёл и испортил твои планы?       Ната могла бы обидеться, но настроение было миролюбивым, поэтому она только цокнула языком.       — Ну, у меня было достаточно планов, пусть и ограниченных реальностью, но всё же! Так что не надо. Это ты влетел в мою жизнь и… — девушка замолчала под предупреждающим взглядом Мартина, но продолжила: — И всё изменилось! Мартин, ты меня не понимаешь, но я попытаюсь тебе объяснить: для меня всё ново, и я просто не знаю, как реагировать.       — Обычно? Реагируй так, как хочется, — удивлялся Мартин.       — Как хочется тебе? Мартин, я тебя прошу: давай повременим с сюрпризами. Мы вроде договаривались, что будем просто сидеть дома и ничего не делать?       Вампир смотрел ласково, но в его чёрных глазах было что-то, что настораживало Нату. Она поняла, что он не слышит её, возможно, думает о своём, возможно, просто не хочет спорить, и Ната устало вздохнула и отставила чашку. Под его внимательным взглядом ей было неуютно.       — Что-то я устала…       — Неудивительно, день выдался насыщенным, — согласился Мартин, улыбаясь тонко и понимающе. Это Нате не понравилось: она вдруг остро почувствовала, что находится в чужом доме, и сразу же невыносимо захотелось домой, хотя бы в квартиру, где они жили с Аней.       Мартин не стал её удерживать, и девушка быстро оказалась в своей спальне: слишком тёмной и странно, будто комната музея. Почему-то захотелось замкнуть дверь, и Ната удивилась этому порыву: что случилось, что она буквально хочет сбежать и спрятаться от Мартина? Возможно, его было слишком много? Оказалось, что проводить с ним целые дни тяжело и нервно. А ведь впереди ещё две недели! И что же делать?..