Глава 56. Идеальный вечер

      Никогда ещё Ната не была так счастлива! Она понимала это, немного стыдилась своих эмоций и поэтому старалась вообще не смотреть на Мартина, следившего за ней с улыбкой. Этот вечер был идеальным! Идеальное платье, идеальный мужчина, идеальный оперный театр… Она не очень хорошо разобралась в сюжете оперы, но и так была счастлива: чувствовала себя Золушкой, попавшей на бал. Рядом был Мартин, гордый и красивый, как принц, а вечер только начался!       Хоть погода в Париже и была неплохой, но Мартин сразу после оперы поспешил в квартиру, а оттуда они телепортировались в дом в горах.       — Как я рад, что тебе понравилось! Буду знать, куда тебя приглашать! — ворковал вампир, помогая девушке снять шубку.       Пока он снимал пальто, Ната задержалась у зеркала и невольно улыбнулась: едва ли не впервые за долгое время ей нравилось, как она выглядит! Чёрное вечернее платье не просто хорошо сидело, оно идеально подчёркивало стройную фигуру. Чтобы польстить Мартину, Ната надела подаренные им украшения, не казавшиеся теперь неуместными. Единственное, что ужасно раздражало девушку, так это очки: без них Ната не могла, буквально ничего не видела, а линзы ей не подходили, так что приходилось терпеть. Но даже лёгкая оправа сильно выбивалась из образа, и девушка тяжело вздохнула. Мартин тут же всполошился: ничего не должно было испортить этот вечер!       — Что? Что-то не так?       Ната попыталась отнекиваться, но проницательный вампир поймал её за руки, повернул к себе и заглянул в глаза:       — Говори.       — Вечер идеальный, ты — идеальный, а очки портят мне весь образ! И ведь никуда от них не деться! — пожаловалась девушка, и голос её дрожал от слёз.       Мартин улыбнулся, взял её лицо в ладони и быстро поцеловал в кончик носа.       — После обращения у тебя будет прекрасное зрение! Осталось только немного потерпеть. Ну не расстраивайся! Я тебя люблю!       Вампир поправил её длинные волосы, коснулся плеча, и Ната почувствовала, что тает. От его близости её бросало в дрожь и тело становилось ватным, поэтому девушка прижалась к Мартину и смогла идти, только потому что он держал её за талию.       — Тебя ждёт сюрприз!       — Красные розы? — хихикнула Ната, но Мартин не повёлся и не сказал ни слова, пока они не вошли в гостиную.       Девушка ошиблась: вместо красных роз — любимых цветов Мартина, — её ждал невероятных размеров букет розовых пионов. Ната даже пошатнулась: сделала шаг в комнату, но отпрянула от удивления.       — Какая красота! Мартин…       Он улыбался, но так самодовольно, что Нате даже захотелось его стукнуть. Нет, конечно, он молодец, но можно же быть чуть скромнее? Именно эта улыбка и привела девушку в чувство, и Ната смогла пройти в комнату. Первым делом кинулась к корзине с цветами, присела и зарылась лицом в розовые лепестки. Сладко пахло весной, и девушка долго не могла оторваться от пионов.       — Буду знать, что это твои любимые цветы! — напомнил о себе Мартин, уже давно стоявший за её спиной.       — Я все цветы люблю, но пионы в январе, да ещё и так много! — пролепетала Ната. До этого она считала, что абсолютно счастлива, но теперь поняла, что её разрывает от эмоций, и она не стала их сдерживать, а повисла на шее у Мартина. — Спасибо!       Больше слов она не смогла произнести, потому что целовала Мартина, забыв о помаде. Он не противился, обнимал и буквально держал Нату на руках.       — Это не сам сюрприз, если что! — засмеялся вампир, когда девушка чуть успокоилась, отстранилась и теперь заботливо стирала с него помаду. — Закрой глаза.       — Надеюсь, это не деньги, — нервно хихикнула Ната.       Мартин усадил её на диван, а сам куда-то отошёл. Он был бесшумным, как и всегда, и ужасно хотелось открыть глаза и подсмотреть, но Ната сдерживалась, только нервно покусывала губу.       — Дай руку, вот так… — ворковал вампир, и девушка засмущалась, заметив, как дрожит её рука.       Прикосновение холодного металла обожгло, потому что Мартин уверенно надевал кольцо на безымянный палец! Ната вздрогнула и распахнула глаза. Ей потребовалось усилие, чтобы не одёрнуть руку, но Мартин и так всё понял.       — Испугалась?       — Мартин… — только и смогла ответить девушка.       На него она не смотрела: во-первых, чувствовала, что покраснела и не выдержит его взгляда, а во-вторых, не могла оторваться от кольца. Если до этого она считала, что корзина с пионами в январе — это перебор, то теперь поняла, что это были мелочи. Ната заворожённо смотрела на нежно-розовый камень в окружении бриллиантов и едва дышала.       — Всё хорошо? Тебе не нравится? — уточнил Мартин, но в вопросе была насмешка: он прекрасно знал, что это кольцо не может не понравиться.       — Мартин…       Теперь её голос звучал жалобно. Ната подняла голову, заглянула в тёмные глаза вампира и спросила:       — Это бриллиант, да?       — Да.       — Ужасно дорогой?       Мартин не отвечал, только довольно улыбался. Девушка только сейчас поняла, что он стоит перед ней на коленях, и густо покраснела: как же неловко!       — Вот теперь я надеюсь, что ты его украл! — фыркнула она, по взгляду Мартина поняла, что сморозила глупость, и нервно засмеялась: — Прости, но… Мартин, зачем?       — По-моему, всё очевидно, — промурлыкал вампир, но Ната смотрела так строго, что он продолжил: — Я хочу, чтобы ты стала моей женой!       Ната смущённо молчала, и ей казалось, что в наступившей тишине слышно, как бьётся её сердце. Ну зачем он вообще об этом заговорил? И что ему сказать?       — Мартин…       Больше ничего она сказать не смогла, но вампир всё понял, встал с колен и сел рядом. Расстроенным он не выглядел, и Ната немного расслабилась: ужасно не хотелось его обижать!       — Можешь не отвечать: я знаю, что ты согласна!       — Почему ты так думаешь? — засмеялась девушка. Нет, конечно, он был прав, но зачем же так торопиться?       — Потому что ты меня любишь. И ты станешь вампиршей. Это намного важнее, чем свадьба. Но я буду счастлив, если ты станешь моей невестой и женой ещё до обращения.       — Ты торопишься! Мы ведь всего несколько месяцев вместе. Слишком рано для предложения! — сопротивлялась Ната, но Мартин только улыбался и выглядел поразительно счастливым.       — Ну ты же не скажешь мне «нет»? Вот и всё! Лучше скажи, тебе нравится кольцо? Я хранил его больше ста лет.       Вампир явно напрашивался на похвалу, вполне заслуженную, впрочем. Кольцо было невероятно красивым, но девушка обеспокоилась: оно было ещё и вызывающе дорогим! С первого взгляда было понятно, что это не бижутерия. И как она будет это объяснять?       — И где ты его достал? — уточнила Ната, чтобы только не говорить о самом предложении.       — Купил у одной аристократки в эмиграции. Ей больше нужны были деньги, чем семейные драгоценности.       — Такое красивое кольцо! Жаль, что я не смогу его носить…       — Почему это? — вскинулся Мартин. Вот теперь улыбка пропала, и он был недоволен.       — Хорошо, пока не смогу его носить, так лучше? Мартин, как ты себе представляешь меня с этим кольцом у родителей или в университете?       — Очень даже представляю! В университет тебе больше не надо будет идти — всё сделают мои люди. И вообще, я надеялся, что ты будешь хвастаться перед родителями!       Мартин не шутил, и Ната поняла, что он не просто так спешил с предложением и кольцом: хотел успеть до конца каникул, чтобы вместе с ней появиться перед её родителями уже в новом статусе. Девушка тяжело вздохнула, чувствуя, что счастье испаряется. Слишком уж всё серьёзно! Чтобы немного разрядить обстановку, Ната обняла Мартина и тихонько сказала:       — Я тебя люблю! И ты это знаешь. И ещё ты знаешь, что я согласна связать будущее с тобой, но предложение — это слишком! Я так понимаю, ты хочешь как можно быстрее сообщить об этом моим родителям?       — Конечно.       Мартин не мешал Нате разговаривать, поудобнее устроил её на руках, обнял, прижал, зная, что это её успокаивает. Его тактика работала: чем меньше говорил он, тем больше откровенничала девушка, сама себя убеждая.       — Ну и что они скажут? Мама, конечно же, обрадуется, но, думаю, даже она будет в шоке, папа же устроит скандал. Да и нельзя же вываливать на них две новости сразу? Я тут и так переживаю, что они скажут, услышав об академке.       — А ты не переживай. Если тебе совсем-совсем страшно, то оставь всё мне: я сам с ними поговорю, — предложил Мартин таким будничным тоном, что Ната даже не сразу поняла, что именно он сказал, а когда поняла, то взбрыкнула так, что чуть не соскользнула с его колен на пол.       — Ты что?! Пообещай, что не будешь с ними разговаривать без меня!       — Ну что ты? — засмеялся вампир, но Ната уже вспыхнула и не успокаивалась. Пришлось разжать руки и позволить ей вскочить и нервно носиться по комнате.       — Нет, ну как ты мог такое сказать?! — возмущалась девушка, и вдруг её осенило: — Подожди… Ты действительно думал, что я могу не вернуться домой и просто остаться здесь с тобой навсегда? Просто похитить меня?       — Ну… Вообще-то, если бы я захотел, тебя бы никто не нашёл, и ты осталась бы здесь. Или в любом другом месте, но со мной.       Мартин говорил серьёзным тоном, и Ната испугалась на миг, но повернулась, увидела его улыбку и засмеялась:       — Мартин! Ну хватит! Я и так знала, что могу не вернуться, когда соглашалась прийти сюда! И, как видишь, я здесь! А почему? Потому что я тебя люблю и знаю, что ты меня любишь, пусть и ведёшь себя порой… вот так! Нет, с родителями мы поговорим в субботу. И ничего не говори им о свадьбе!       Она была серьёзна и говорила резко, что ужасно нравилось Мартину. Он встал, мгновенно оказался рядом и взял руку Наты, чтобы поцеловать. И полюбоваться кольцом.       — Ты не заставишь меня молчать! — улыбался вампир, и Ната заметила его острые клыки. — Послушай, я не могу прийти к твоему отцу и сказать, что забираю тебя, не предоставив ему никаких гарантий! Это просто неприлично!       Ната хмурилась: не ожидала, что старомодное воспитание Мартина проявится вот так! И почему-то мгновенно вспомнила их первый (и пока единственный) секс. Да уж, и как она себе представляла разговор с родителями о том, что она теперь будет жить с этим мужчиной? Жить как муж и жена. Может, Мартин всё же прав? В любом случае, он опытный мужчина, ему можно довериться в вопросе отношений. Наверное. Но Ната продолжала нервничать и упрямиться, и Мартину пришлось поймать её в объятия.       — Вот смотри: я знаю, что ты будешь нервничать, а я не хочу, чтобы ты нервничала, более того, я могу всё сделать сам…       — И я всё равно буду нервничать, пока ты сам без меня будешь шокировать моих родителей! И вообще буду чувствовать себя предательницей. Знаешь, может, тебе вообще не надо с ними разговаривать? Я как-то сама…       Мартин засмеялся, и девушка поёжилась: его смех ощущался, как первый колкий снежок.       — Никаких «сама» больше не будет! Никогда! Теперь у тебя есть я, и я буду решать все проблемы.       — И ты сам же их и создаёшь! — фыркнула Ната, поймала предупреждающий взгляд вампира и поспешила оправдаться: — Прости, я просто растерялась: слишком много впечатлений для одного вечера.       Договорить она не смогла, потому что Мартин подхватил её на руки и закружил. Он был слишком счастлив, и его счастье перетекало в девушку. Она хохотала и чувствовала себя пьяной.       — Не будем думать о проблемах, давай лучше отпразднуем этот вечер. Если хочешь, отправимся в ресторан? Куда бы ты хотела?       Мартин продолжал держать её на руках, и девушке ужасно сложно было думать в таком положении.       — Нет, никуда не хочу! Этот вечер я хочу провести только с тобой! И поставь меня, пожалуйста. Скажи, что на тебя нашло? Почему именно сейчас?       Хоть Ната и покраснела, но глаза сияли, и Мартин не удержался и расцеловал её. Этим вечером он буквально не мог от неё отлипнуть! Счастья он не скрывал, и Ната, давно не видевшая его таким, чувствовала, что утопает в любви.       — А почему нет?       — Мартин, не хитри! Ну ответь нормально!       — Потому что я тебя люблю. И я хочу, чтобы ты осталась со мной навсегда!       — Это звучит ужасно, ты же знаешь?       — Знаю. И ты знаешь, что я не совсем шучу.       — Ты ужасный собственник! И ужасно опасный! — вздохнула Ната и крепко прижалась к груди Мартина. Она чувствовала, что теряет не только опору, но и контроль, и держится только потому, что рядом сильный и уверенный мужчина.       — И ты меня любишь. А я не представляю жизни без тебя. Ты — моё всё, — шептал вампир, и у неё мурашки бежали по коже. Казалось, что она вся состоит из пузырьков шампанского, сладкого, но пьянящего.       Ната находилась в кружащей голову дымке и не сразу почувствовала горячие прикосновения Мартина и его быстрые поцелуи. Ей было так хорошо, что захотелось раствориться в нём, позволить всё и ни о чём не думать. Она прекрасно знала, что сама может всё испортить, поэтому буквально расплылась в его руках, стараясь не мешать. Узкое платье и туфли на шпильках стали вдруг невыносимо раздражающими, и Ната поспешно разулась, продолжая обнимать Мартина, или, скорее, держаться за него.       Ей пришлось встать на носочки и запрокинуть голову для медленного, соблазнительного поцелуя. Когда она отстранилась, то заметила, что Мартин улыбается, и эта улыбка ей не понравилась: он прекрасно знал, чем закончится этот вечер, и улыбался в предвкушении. Странно, но это заставило Нату нахмуриться. Она отступила, и Мартин заметил, что у неё изменилось настроение.       — Что-то не так?       — Ты мог бы не улыбаться так самодовольно? — хмыкнула девушка, пинком откидывая туфли, в которых успела запутаться.       — Почему нет? Я же чувствую, что сегодня ты более ласковая.       Она стояла к Мартину спиной и была благодарна, что он не стал заглядывать ей в лицо. Стоит ли вообще об этом говорить? Наверное, стоит.       — Но, если что, я на тебя не давлю, — поспешно добавил Мартин, и девушка рассмеялась и повернулась к нему.       — Ты ведь не злишься, что я не… мы не… — она запуталась и нервно хихикнула: — Ну ты понял.       Вампир подошёл и ласково положил руки на её плечи. Он оставался на расстоянии, и девушке так было легче, поэтому она благодарно улыбнулась. И что это с ней? Почему она так смущается?       — Ну что ты! — захохотал Мартин. — Конечно же, не злюсь. С чего бы мне злиться?       — Мне кажется, что ты привык к регулярному сексу, — проворчала Ната. Смущаясь, она начинала злиться.       Мартин мягко засмеялся, взял её за руку и повёл за собой к дивану, где посадил рядом, но так, чтобы можно было видеть лица друг друга.       — Всё это глупости. Когда ты станешь вампиром, ты поймёшь, что я чувствую. Вампиры гиперсексуальны, но человек этого не выдержит, поэтому я тебя оберегаю. Боюсь лишний раз даже слишком страстно поцеловать, чтобы не укусить случайно.       — Так вот почему ты… — воскликнула Ната и замолчала, запутавшись в мыслях.       — Был недостаточно настойчив? — уточнил Мартин после недолгого молчания, и в голосе его была улыбка. — Я хочу, чтобы ты чувствовала себя комфортно рядом со мной.       — Ну, знаешь, можно всё же быть чуть настойчивее! — фыркнула девушка и задохнулась, потому что вампир легко, играючи, повалил её на диван и завис сверху. — Вот так-то лучше!       — Рад, что у тебя хорошее настроение, — промурлыкал Мартин, наклоняясь и целуя её в шею. Ната поёжилась и засмеялась, но смех быстро перешёл в стон, тихий и стыдливый. Это не осталось незамеченным, и вампир страстно прошептал: — Я хочу, чтобы этой ночью ты не сдерживалась. Мы в доме одни, и я хочу, чтобы ты забыла о стыде.       — Ты только не сделай мне больно… — едва слышно выдохнула девушка: его слова отравляли, лишали рассудка и воли, и телу сразу стало горячо.       С ней происходило что-то странное: она ничего не пила этим вечером, но чувствовала себя настолько пьяной, что ничего не понимала и не замечала. Хлопнула дверь, и это привело её в чувство: Ната поняла, что Мартин принёс её в свою спальню. Он поймал её удивлённый взгляд, улыбнулся, и девушка догадалась, что его ничуть не смутило её странное состояние. Может, это коварная магия вампиров?       Мартин аккуратно положил её на кровать и сразу же оказался сверху, хоть и упирался на колени. Он не хотел давить, но и не собирался отпускать ни на секунду. Возможно, боялся, что она передумает? Но Ната улыбалась маняще, хоть и сама этого не замечала. В полумраке спальни Мартин казался особенно красивым, и девушка почувствовала, что окончательно пропала: этой ночью она была его рабыней по собственной воле.       — Не спеши… Платье… — жалобно попросила она, когда Мартин уже осыпал её поцелуями, и его руки, казалось, были везде. Плотное узкое платье мешало и раздражало чувствительное тело.       Он услышал, но никак не мог оторваться, и всё же поднялся, потому что Ната вполне ощутимо оттолкнула его. Вампир перекатился на кровати, позволяя ей встать, но наблюдал хищно, будто готовился в любой момент напасть и утащить обратно в постель. Повернувшись к нему спиной, Ната легко сняла платье и неожиданно для себя очки. Нет, они не так уж сильно ей мешали и без них всё будет зыбким и туманным, но этой ночью ей хотелось закрыть глаза и раствориться в ощущениях.       Мартин ленился и, казалось, не собирался раздеваться. Полулежал на кровати и рассматривал Нату, будто видел впервые.       — Ты прекрасна! Мне невыносимо хочется тебя укусить!       — Ты меня пугаешь, — фыркнула Ната. — А ты остаёшься в костюме?       — А тебе нравится? Могу остаться, — промурлыкал вампир, приподнимаясь на кровати, чтобы поймать девушку и уложить себе под бок. — Так даже интереснее.       — Смотри, чтобы тебе было удобно, — успела ответить Ната, но Мартин уже целовал её, вдавливая в подушки.       Всё же ему ужасно шёл чёрный костюм, и девушка подумала, что и она в дорогом белье отлично вписывается в развратную картину. Жаль, рядом не было зеркала, чтобы убедиться в этом. Настроение у неё стремительно улучшалось: в конце концов, ей нечего бояться. И всё же Мартин понял её призыв быть настойчивее слишком буквально, и Ната оказалась вдавленная в постель его телом. Было тяжело дышать, но не из-за его веса, а от бесконечных быстрых поцелуев и нахальных прикосновений. Девушка вилась под ним, потому что невозможно было лежать спокойно: тело горело, сердце билось быстрее, а нетерпение нарастало. Мартин заметил это и отстранился. Теперь уже его охватило нетерпение, и он суетливо раздевался. Как хорошо, что в комнате полумрак, делающий всё таинственным и манящим. Ната прикрыла глаза, погружаясь в ощущения. Как странно! Ей всегда казалось, что секс ей не особо важен, но теперь, когда Мартин был так близко, она чувствовала, что тело разрывает от желания. Если Мартин не поторопится, она без смущения оседлает его сама!       Но он не разочаровал: снова оказался сверху, и Ната задохнулась от поцелуя. Она чувствовала, что вампир чуть осторожничает, боится поцарапать её губы клыками, но не отпускала его, крепко обняла, прижимаясь, притягивая. Всё-таки не только она была в нетерпении, поэтому всё как-то завертелось. Мартин верно считал её быстрое дрожащее дыхание, и девушка только хихикнула, когда его рука оказалась в трусиках. Пальцы скользнули ниже, сначала осторожно, будто изучая, а потом уже настойчиво пробрались внутрь. Она была настолько возбуждена, что Мартин особо не церемонился, и девушка в ответ глухо застонала и жадно подалась вперёд, не позволяя ему ускользнуть.       — Ты ужасно торопишься! — выдохнул Мартин ей в шею и фыркнул, потому что Ната царапнула ему спину.       — Вот и поторопись! — хихикнула девушка и обожгла его взглядом.       Она прикусила губу, потому что ужасно хотелось улыбаться или сказать какую-то глупость. Лучше было помалкивать и смотреть, как Мартин снимает с неё бельё. Сам он был в трусах, и Ната надеялась, что это ненадолго, и всё же она вспомнила, что тот раз ей было немного больно из-за его большого члена, и прикрыла глаза — не хотелось выглядеть испуганной.       И всё же она чуть подсматривала: боялась, что Мартин решит схитрить и не надевать презерватив! Вообще, конечно, этот момент портил романтику, но иначе Ната устроила бы скандал. Мартин вредничать не стал и быстро вернулся к ней, подхватил, и ей показалось, что он хочет устроить её сверху, но вампир улыбнулся и спросил:       — Какую позу ты хочешь?       Он мурлыкал, поддерживал её за талию, не позволяя ни приблизиться, ни отстраниться, и Ната рассмеялась:       — Какую захочешь. Что за вопросы?       Она фыркала нетерпеливо, но мысленно оценила его заботу. Мартин улыбнулся, нежно-нежно поцеловал её и отстранился. Пока Ната пыталась понять, какую позу он придумал, вампир легко пододвинул её к краю кровати, подсунул подушку ей под спинку и стал удобнее устраиваться.       — Если что… говори… — выдохнул Мартин.       Он смотрел прямо в глаза, внимательно следил за каждым вздохом, и Ната почувствовала, что сердце разрывается от возбуждения. Выдержать такой пристальный взгляд она не могла, поэтому зажмурилась и позволила себе утонуть в ощущениях. Даже громко застонала, почти вскрикнула, когда Мартин вошёл, медленно и осторожно, но и этого было достаточно, чтобы её тело охватил сладкий жар. До чего же хорошо! Он не спешил, положил её ноги на плечи, держал руки на бёдрах и двигался неспешно, размеренно, контролируя глубину и силу движений. Всего этого девушка не видела, только чувствовала, что жар растекается по телу. Спокойно лежать она больше не могла: попыталась сама насаживаться на член, но Мартин придержал её бёдра и с улыбкой уточнил:       — Ты можешь мне довериться?       Ната отвечать не стала, просто снова закрыла глаза. Пусть будет, как он хочет! И всё же она завистливо отметила, что Мартин слишком хорош в сексе! Идеально правильные движения: даже когда он ускорился, ей не было больно, наоборот, жар усиливался, захватывая тело, сердце билось быстрее, дыхание сбивалось, и Ната уже не сдерживала стоны. Ужасно хотелось прижаться к Мартину, впиться ему в спину и плечи, возможно, даже укусить, но оставалось только царапать простыню.       Время исчезло: девушка потом не могла сказать, сколько они провели в этой позе. Мартин поддерживал её, и поэтому можно было расслабиться, полностью раствориться в ощущениях и забыть обо всём. Мартину она доверяла, поэтому отключилась, закрыв глаза. Не замечала, как мечется по скользкой простыне, как царапает её, впивается пальцами, как тяжело дышит и стонет пусть и негромко, но несдержанно. Было хорошо, бесконечно хорошо, жар усиливался, пульс ускорялся, дыхание становилось всё горячее, и хотелось двигаться самой, хотя бы прильнуть к Мартину, такому далёкому сейчас!       Возможно, он устал, потому что медленно поменял позу: теперь он был над ней, почти что в миссионерской позе, только оставался на вытянутых руках, хоть Ната и потянулась, чтобы обнять его.       — Прости, — горячо выдохнул он, уловив её недовольный вздох. — Прости, я боюсь приближаться, чтобы не укусить…       Мартин едва мог говорить, и Ната, распалённая долгим сексом, вдруг хихикнула.       — Если хочешь, выбери другую позу. Иначе я не выдержу и точно притяну тебя. И укушу сама!       Он отстранился и казался рассеянным.       — Знаешь, — медленно начал он. — Есть одна поза… Только не знаю, захочешь ли ты?..       — Ну?! — нетерпеливо подтолкнула его Ната. Тело быстро остывало, страсть сходила волной, и это раздражало.       — Сзади, на коленях… — очень осторожно начал Мартин, и Ната засмеялась его смущению.       — Всегда хотела попробовать, — дерзко кинула она, удобнее устраиваясь и прогибая спинку.       И вот тогда-то она и поняла, что размер имеет значение. Оказалось, что стоит ей либо Мартину чуть-чуть сместиться, и это вызывало боль, поэтому пришлось долго искать подходящую позицию.       — Если хочешь… — пробормотал Мартин, и Ната сердито фыркнула, чувствуя, как тело остывает.       — Не отвлекайся!       Этот приказ ему понравился, Ната получила ощутимый шлепок по ягодице и уже через мгновение закусила подушку, привычно подавляя стон. Ей хотелось кусаться, царапаться, кричать и стонать, но в крепких руках Мартина она чувствовала себя куклой, которую с каждым движением наполняла обжигающая страсть. Удивительные ощущения! Отдаться сильному мужчине оказалось особенно пикантно: ни о чём не думать, только растворяться в бесконечном остром, обжигающем удовольствии! Нату шатало, даже в крепких руках Мартина её влажное от пота тело скользило, простыня смялась, подушка была искусана, но девушка этого не замечала: она растворилась в медленном, но долгом, почти мучительном оргазме.       Через какое-то время она пришла в себя и уже с неким раздражением ждала, пока Мартин кончит. Горячее тело было чувствительным настолько, что хотелось в душ и в уютные объятия, но Ната могла только устроиться удобнее, вытянувшись, подложив под себя подушку, чтобы не мешать Мартину. Он ускорялся, но всё так же осторожничал, не загоняя член слишком глубоко. Сначала Ната лишь прислушивалась к его движениям, потому что слишком устала после ошеломляюще долгого оргазма, но вскоре поняла, что не хочет, просто не может позволить, чтобы Мартин кончил: он должен, просто обязан продолжать! Ведь ей так хорошо! Расслабленное тело стремительно наполнялось пьянящим удовольствием, девушка растворялась, утопала в нём…       Мартин устал: он медленно и осторожно улёгся сверху, вдавливая Нату в подушку, в постель, но именно этого ей и не хватало, не хватало близости его жаркого тела! Когда его движения стали невыносимо медленными и девушка поняла, что он кончает, то не сдержалась и стала осторожно двигаться, чтобы продлить удовольствие и себе, и ему.       — Нет, — горячо выдохнула она, почувствовав, что Мартин приподнимается на руках. — Не спеши, останься так! Мне так хорошо с тобой!       Ната сказала это и удивилась: а ведь действительно, ей так хорошо с ним! Так хорошо в его объятиях, сладко его целовать и совсем уж невыносимо хорошо заниматься сексом. Или всё-таки любовью?..