2. Спи, моя радость, усни

Потом мы пересеклись утром, но я подумал, что она просто была напугана.. Возможно так и было, но я ведь всё равно должен был помочь!..

Остальные события вечера прошли как в тумане. Камилла вместе с Ви подготовили всем спальные места. Было решено поселить девочек в комнату Луз, а Хантера с Гасом в подвальное помещение. А затем, почти сразу, все легли спать. И вот, Луз лежала на своей кровати, стараясь заснуть. Она перевернулась лицом к стене. Почему то ей всегда было легче уснуть в такой позе. Она закрыла глаза. В голове раз за разом прокручивался сегодняшний день, а особенно несколько последних его часов, начиная с момента как она попала к Белосу. Носеда всё не могла перестать гадать, что же ей нужно было сделать, какой план разработать, чтобы сейчас не лежать ночью и не мучаться от последствий своих действий. Может она не должна была предлагать Гасу этот дурацкий план? Может не стоило ставить Белосу печать? Может надо было позволить ему разрушить портал в Мир Людей, чтобы Королю не пришлось жертвовать собой, а ребятам – разлучаться со своими семьями? Король.. Что сейчас с ним? Он ведь остался совсем один, наедине с Коллекционером. Кто вообще такой этот Коллекционер? Неясно. Зато ясно то, что иссущающее заклятие – его рук дело. А ведь если бы не он, всё было бы гораздо проще. Было бы гораздо проще, если бы Луз не помогала Филиппу. Или.. Может было бы проще, если бы человек по имени Луз Носеда никогда не рождалася? Тревога наростала. Казалось, Луз никогда не была в большей безопасности за последние четыре месяца. Белос был мёртв, а она и её друзья сейчас находились у неё дома, в её мире, где никто не мог наложить на тебя порчу или украсть твою кожу если ты оставишь окно открытым, но.. Что-то было не так. Будто в самом воздухе чувствовалась опасность. Что-то страшное было готово вырваться прямо из под её кожи, в каждом углу таилось нечто чёрное, многорукое, многоногое и многоглазое, что вот-вот напрыгнет, сорвёт скальп, выколет глаза, вырвет язык и заставит сожрать его, а затем примется отрывать сначала пальцы, затем руки, ноги, пока наконец не избавит тебя от страданий, прогрызая грудную клетку. Девушка раскрыла глаза, ужасаясь картинкам собственного воображения. Она со страхом тупилась взглядом на обои, стараясь вернуть дыхание в норму, притвориться что уже давно уснула, чтобы случайно не подать сигнал о нападении. Стоп. С каких это пор Луз боится монстров в своей же комнате? А с каких пор она мечтает о собственной смерти? Человек нахмурился своим мыслям и перевернулся на другой бок, чтобы посмотреть на Уиллоу и Эмити, которые спокойно спали, хоть и с довольно угрюмыми выражениями лиц. "Они в безопасности, никто не собирается на них нападать" – словно луч солнца в грозу, пришла очевидная мысль. Сейчас, по сравнению с подругами, Луз чувствовала себя как грязное чудовище за свою фантазию. Они уж точно не допускают мыслей о том, как был бы чудесен мир без их присутствия, или о том, как их будет жестоко и медленно пожирать какой-то выдуманный монстр. Луз еле слышно фыркнула, переворачиваясь теперь на спину. Поняв, насколько она устала, девушка какое-то время буравила взглядом каркас верхней кровати, на которой спала Ви, пока глаза внезапно не начали слипаться сами.

...

Луз вдруг очутилась в какой-то серой, мрачной комнате. Она была полностью пустой, за исключением того, что была застелена чёрным ковром, пропитанным какой-то жидкостью, от чего неприятно хлюпал под ногами. Оглядевшись, Носеда сунула руку в карман куртки Иды, которая была на ней, и привычно достала оттуда бумажку с нарисованным глифом света, но нажав на круг, ничего не произошло, что заставило девушку издать разочарованный вздох и, кинув листок на пол, пойти вперёд в надежде выбраться из этого странного места. Комната была действительно большой, но, наконец дойдя до одной из её стен, Луз обнаружила тусклую мерцающую лампочку. Она висела прямо над старым, с зеленоватой плесенью на нём, умывальником, что представлял из себя обыкновенную раковину в деревянной раме с ножками и разбитым зеркалом, повешанным над ним. Взглянув на слив раковины, человек ужаснулся, заметив внутри разрубленного червя, что старался ползать, истекая слизью. Не желая наблюдать эту картину, Луз подняла глаза на зеркало, где её встречало привычное отражение. Только Носеда взглянула на пластырь, что закрывал рану на брови, как он сразу же отклеился и упал на пол. Сразу же после этого, порез на брови начал стремительно разрастаться, будто растягиваясь, разрывая здоровую кожу. Луз вскрикнула от страха, но не ушла, продолжая наблюдать за этой ситуацией пока рана не начала приобретать столь знакомые формы, занимая уже половину лица девушки. Только порез закончил свой рост, Луз в полной мере осознала, что он в точности повторил узоры шрама на лице Белоса. В этот момент лампа вновь моргнула, на долю секунды позволяя мраку взять верх, но этого времени хватило, чтобы картина в зеркале успела исказиться, теперь показывая в отражении Белоса, улыбающегося нечеловечески-широкой улыбкой, а его глаза будто прямо-таки горели ярко-голубым, заглядывая прямо Луз в душу. Носеда закричала, отпрыгивая от зеркала прямо в тот же момент когда лампочка с громким хлопком лопнула, осыпая человека осколками и вновь погружая в столь пугающую темноту, из-за которой, Луз даже не сможет понять, смотрит ли на неё прямо сейчас из отражения Белос? Или его уже заменил некто другой, а он сам уже стоит за спиной человека, готовый напасть, убить и отомстить? Пару секунд Носеда всё ещё ощарашенным взглядом буравила зеркало, которое уже не могла видеть, пока резко, без раздумий, не рванула назад, оттуда, откуда пришла. Она не могла разобрать гонится ли кто-то за ней из-за непрекращаемых хлюпов и оглушительного гула сердца в ушах. В голове крутились лишь мысли вроде "Нужно выжить! Нужно добежать! Беги, беги!". И она бежала. Бежала, не разбирая дороги, пока не увидела вдалеке тёплый свет. Примерно в этот же момент она и поняла, что бежала уже на по комнате, а по длинному и довольно узкому коридору. Долгожданный яркий свет почему то стал прямой ассоциацией с безопасностью, домом, семьёй в перевозбужденном разуме подростка, что придавало сил, отчего, казалось, уже в следующую секунду Луз завернула за угол, откуда исходил свет. Тупик. Источником света оказалась огромная и высокая стена огня. Он полыхал ярко и красиво, ослепляя её своим завораживающим танцем. В любой другой ситуации Луз бы, наверное, открыв рот любовалась им. Но сейчас он внушал лишь страх. Она пробежала весь этот огромный путь, стараясь убежать от Белоса, но сейчас.. Она сама себя загнала в угол. Ей некуда деваться. Не отрывая глаза от пламени, Луз невольно попятилась назад, когда среди уже привычного хлюпанья вдруг раздался глухой хруст, а под ногами почувствовалось что-то крепкое, но одновременно мягкое. Что-то, что только что было сломано. Носеда повернулась и взглянула вниз. У её ног лежал красный кардинал. Сплюснутая, словно раздавленное яблоко, уже мертвая, с торчащими из боковины хрящами, птица. – О нет!.. – Луз сделала пару шагов назад, ближе к огню. Она совершенно не понимала, что мог делать зверёк в этом месте, но понимала, что только что убила его – П-прости, пожалуйста! – неожиданно даже для себя вскрикнула Носеда в страхе. Только она хотела предпринять что-то, как услышала медленные и тяжёлые шаги. Кто-то шёл не торопясь, будто стараясь произвести ещё больший эффект на испуганного ребёнка. У него это получалось отлично, ведь и без мыслей о мучительной кончине, Луз уже знала, кто за ней пришёл. – Тук-тук, Луз!.. – послышался томный, слегка искажённый формой монстра, голос Белоса. Сразу после фразы из-за угла в стену вцепились гигантские когти, оставляя на бетоне множество толстых и глубоких следов, заставляя всё помещение пошатнуться. Глядя на, острые как лезвия, когти, Луз вдруг поняла, что плачет. Она никогда так не боялась Белоса, как сейчас. Раньше она знала, что сможет сбежать, что делала уже кучу раз, но сейчас.. Она была беззащитным, загнанным в тупик без возможности использовать магию малышом, против огромного монстра, который только и жаждет что наконец покончить с надоедливой, помешавшей его планам, девчонкой. Луз точно знала, что сейчас умрёт, а потому просто упала на колени от бессилия, продолжая смотреть на прочерчивающую ужасающие следы на стене руку. – Вижу, ты уже познакомилась со своим другом? – Белос посмеялся, ступая ногой на труп красной птицы. – Пожалуйста, не надо.. Я-я не хочу умирать.. – между всхлипами пробормотала Носеда. Вдруг раздался оглушительный хохот, который вновь сотрёс весь коридор, от чего потолок начал осыпаться. Смех не прекращался, он будто исходил отовсюду, намереваясь оглушить Луз. Между тем, Белос наконец полностью показался в образе четырёхметрового чёрного чудища, облепленного тысячами глаз по всему телу. Только когда он подошёл совсем близко, загораживая весь обзор Луз своей огромной лапищей, хохот наконец прекратился, а белос схватил человека, до боли стиснув в гигантской ладони. –Такие люди как ты не заслуживают жизни, Луз! – прокричал Белос и с силой кинул маленькое тельце в огонь. Луз "приземлилась" в свою кровать. Проснувшись в поту и со слезами на глазах, она резко села на кровати, схватившись за сердце, с силой впиваясь в ткань футболки ногтями. Сердце бешено колотилось, а каждый удар отдавался болью в висках и гулом в голове. Носеда быстро и рвано дышала, безуспешно стараясь нормализовать дыхание. С каждым вдохом грудная клетка резко поднималась и опускалась, отдаваясь колющей болью в сердце. "Я не хочу умирать!" – вдруг в голове всплыла фраза из сна, которая сейчас была как нельзя кстати, ведь всё это уже начинало походить на какой-то сердечный приступ. Луз огляделась вокруг. Все всё также спокойно спали. Она не хотела бы тревожить их пока не убедиться, что умирает. Девушка закрыла глаза, стараясь успокоиться. Внушить себе, что это обычная паническая атака и всё хорошо. Что нигде за пределами снов она, в ближайшее время, не умрёт. Мысли немного помогли успокоиться и Луз вспомнила о дыхательном упражнении, которому её научила Уиллоу. Открыв глаза, она начала медленно сгибать и разгибать пальцы свободной руки, начав дышать хоть и также рвано, но хотя бы чуть медленнее. Такими темпами дыхание совсем скоро пришло в норму, хоть сердце всё ещё билось сильнее обычного. Будто заново научившись дышать, Луз осматривала комнату и ведьм в ней. Вид чего-то привычного помогал успокоиться и полностью осознать, что всё произошедшее было всего-то кошмаром. Сделав последний глубокий вдох ртом и перейдя на дыхание носом, Луз ещё и осознала, что из-за всех этих упражнений у неё пересохло горло, да и прогулка по дому казалась хорошим способом развеяться, а потому Носеда бесшумно встала с кровати и на ватных ногах отправилась в путь. Дверь предательски скрипнула при открытии, что заставило Луз обернуться и проверить, не проснулся ли кто-нибудь, но, к её счастью, Эмити лишь перевернулась на другой бок, тогда как Уиллоу и Ви совсем не подали никакой реакции. Человек облегчённо выдохнул. Последнее чего бы ей сейчас хотелось – будить своих очень уставших и вымотавшихся друзей. Сколько вообще прошло времени с тех пор, как она уснула? Час? Два? Несколько минут? Это было не так важно. Луз шла по, уже достаточно светлому от утреннего света, коридору, глядя на стены, усыпанные фотографиями Камиллы, её, и совсем редкими – её отца. Обычно она никогда не обращала на них внимание, но сейчас их вид помогал ей успокоиться. Всё таки какой ужас бы сейчас не происходил на Кипящих Островах, Луз была рада вернуться домой, хоть ей и было очень стыдно это признавать. Вдруг она, в который раз, почувствовала зуд в брови, прервавший её мысли. Почесав её костяшкой пальца сквозь столь мешающий пластырь, Луз почувствовала, что на замену зуда пришла колкая боль, пронзающая словно в самую голову. Носеда раздражённо прорычала и отдёрнула палец, заметив что после этого боль начала медленно угасать, будто листья крапивы под её кожей начали растворяться, а едкий яд – отступать. Луз фыркнула на произошедшее не заметив, как уже дошла до кухни. – Доброе утро.– зайдя в кухню, девушку поприветствовал тихий, знакомый голос, заставивший её вздрогнуть, ведь его обладатель до этого скрывался в полумраке, сидя за столом. – И тебе, Хантер. – еле слышно ответила она, открывая дверцу шкафчика чтобы потянуться за стаканом и быстро наполнить его водой из-под крана, садясь напротив друга. – Спасибо, что не рассказала им. – также тихо, будто прямо в этой же комнате кто-то спал, пробормотал Хантер. – Что ты гримуолкер? – только слова слетели с уст Луз, парень сразу же изменился в лице, заглядывая за спину Носеды, убеждаясь что там никого нет, только после этого отвечая. – Да. Только.. Не говори это вслух, ладно? – он отвёл взгляд на свои руки, лежащие на столе, перебирая пальцами. Было видно, что ему неловко и страшно подымать эту тему, на что Луз лишь слабо кивнула – Так.. Почему ты так рано проснулась? – Кошмар приснился. – ответила Луз, вновь, сама того не замечая, потирая бровь. Заметив заинтересованный взгляд собеседника, она решила продолжить – Как будто мы с Белосом были одним целым, но потом разделились и.. – Луз сделала короткую паузу, поняв, что красный кардинал из сна был точной копией Флэпджека. Она решила опустить этот момент, вспомнив, как этим вечером Хантер сделал для него маленькое гнёздышко из собственной рубашки, да и без того было понятно, что эти двое очень близки – и он убил меня, а я.. Даже не сопротивлялась – осознала она. – Понимаю.. – на выдохе прокомментировал Хантер, переводя взгляд куда-то в сторону – мне снились похожие сны после того, как мы побывали в его разуме. – он замолчал, не зная, что говорить дальше, ведь всё таки они с Луз никогда не были так близки, как хотелось бы – Я.. Думаю, мне стоит извиниться перед тобой за.. Всё то, что я делал когда был Золотым Стражем.. – каждое слово давалось с трудом, хоть он и знал, что Луз не держит на него зла, находится с ней наедине всё ещё было неловко. – Всё нормально.