IV. Вы напугали деда

IV

«В жилах жертвы и охотника течёт одна и та же кровь… Чёрная кровь.» Жан-Кристофф Гранже «Последняя охота»

Проснуться пришлось от неожиданного соприкосновения с полом. Видимо, она умудрилась принять такое положение, что не удержалась и в кресле. Сон как рукой сняло, и подробности видений вылетели из головы, оставив после себя только неприятный осадок из ощущения пребывания в ловушке. Сама она ничего такого не чувствовала - лёгкий испуг, озадаченность, растерянность, но с отчаянием замурованного заживо это пока не имело ничего общего. - Дааа, здесь редко кому снятся приятные сны. Не поделитесь, что заставило вас кричать, или это слишком личное и мне стоит прикусить язык, мэм? - не заставив себя ждать, проскрипел голос якобы работника клиники. - Я... Впрочем, я ничего не запомнила. Действительно, здесь сновидения намного ярче, чем обычно. - отозвалась Эшу, судорожно пытаясь вспомнить, о чем же, собственно, они были. - Иначе и быть не может, ведь этот город, кха-ха, с особой атмосферой. - хитро блеснул глазами собеседник, хотя, об этом можно было лишь догадываться - верхнюю половину его лица всегда что-то мешало разглядеть. Но "бродячая" прекрасно улавливала настроения её нового знакомого и без нужды в такой глупости, как прямой зрительный контакт глаза в глаза. - Вы так и не рассказали, почему это место едва ли можно назвать живым. - ухватилась за тему рыжая, что и так уже была заинтригована до предела и без намёков и ухмылок чудаковатого лекаря. - Верно, вы были на наших улицах не в то время. Ох, тут просто кипит жизнь... - протянул он особенно выразительно, отчего по спине прошёл холодок. Умеет же он каждую свою реплику подать как нечто зловещее, небось, пациентов так же стращает! Не мудрено, почему в клинике такое запустение... - Однако, гостей мы встречаем редко, местные - довольно закрытое сообщество. У нас своя вера и обычаи, что вы наверняка слышали или, может быть, успели заметить сами. Ах да, возможно, вчера как раз имело место какое-то церковное мероприятие, где присутствовала значительная часть населения. - продолжил все больше напоминающий матёрого волка старик, а после деловито потрепал свою бороду - А теперь к делу... Мне нужен с вас один маленький контрактик, после чего вы сможете приступить к обучению и, соответственно, рабочим будням. - Надеюсь, не продажа души? - съëрничала Пикман, в какой раз осторожно, мельком разглядывая его и понимая, что он действительно может заниматься подобными сделками. - Что вы?.. Просто местная традиция. Переливание Ярнамской крови. Посвящение, лишь после которого чужак становиться полноправным жителем. Я же уже упоминал нашу религию, дорогая. Ваша удача, что вы попали ко мне сразу, вам так или иначе пришлось бы через это пройти, чтобы здесь задержаться. Строгие нравы... Фамильярный тон, наглое, почти бескомпромиссное наступление. Но почему-то чутьё чего-то дурного спало крепким сном, активизируясь лишь на мыслях о вчерашнем пустом и полнящимся лишь отдалённым собачьим лаем Ярнаме. А на всё остальное внутренняя "зверушка" Пикман даже заинтересованно виляла хвостом. Её разум слишком сильно опирался на считываемые им намерения, чужой язык тела и мимики – малейшие изменения, не заметные человеческому взору, считывались тут же. Это можно было бы описать как какое-то чутьё, но на деле, скорее, эволюционно выработанная, отточенная стратегия. А слова, эти громоздкие конструкции, придуманные людьми относительно недавно – вещь сугубо вспомогательная. Поэтому, её не пугали их странно звучащие со стороны диалоги, за ними она видела искреннюю заинтересованность в её участии, даже некую мольбу о помощи. И осталась. Незнакомец скалился своей жутковатой улыбкой, словно понимая это. - Вчера я как раз проводил эту процедуру молодому, примерно ваших лет, иностранцу, когда вы неожиданно наведались, и все прошло замечательно. Я знаю своё дело, не переживайте, миледи. Как там ваше имя? - Эшли Абигайль Пикман. Можно как Абигайль, так и Эшли, как удобнее. На оба имени отзываюсь. Даже в семье не определились, как меня звать. Собеседник дружелюбно кивнул, протягивая бумагу, напоминавшую больше древний папирус. - Герман. К вашим услугам. – отозвался он и принялся подготавливать инструменты - Это может ощущаться несколько странно, но вам не привыкать к реалистичным снам, не так ли, мисс Пикман? После пары минут под капельницей, затем – и более, ничего не изменилось. Пациентка ли, или участница таинственного ритуала, не чувствовала никаких изменений, лишь взглядом раз за разом изучая процедурную. Но эта стабильность отчего-то не нравилась новому знакомому. Его, казалось, она даже пугала. - Что-то не так, сэр? – встревоженно обратилась к нему «бродячая», видя и чувствуя перемены в настроении будущего работодателя. - Всё в порядке…- начал тот, нетерпеливо скалясь усмешкой, ныне перекошенной и откровенно озадаченной. - Вы уверены?.. - Ты ведь лжёшь, что первый раз в Ярнаме? - уже не скрывая раздражения, атаковал неожиданным вопросом доктор. - Нет, я действительно никогда раньше не была здесь. Я не покидала своей деревни. Предместья Салема, день ходу отсюда. …Ей не давали и лишний раз пройтись по собственной улице сходившие с ума от её приближения цепные псы и неусыпная бдительность старших, что, впрочем, нередко спасала ей жизнь. Какой столице может идти речь? - Не верится. – рука нового знакомого незаметно нашарила в складках плаща рукоять револьвера, хотя, он всё ещё ждал. Кровь должна была приживаться в новом теле с трудом, опьянить, в подопытных лихорадило, они хрипели и бредили. Им виделись терзающие их твари, и, кажется, ощущения у них были соответствующие*. Краткая – однако, настоящая - агония, и, в конце концов – погружение в сон. После человек мог видеть недоступные ему ранее слои мироздания, их обитателей, смертоносных или, в редких случаях, вполне дружелюбных. Как Он сам. Вне этой иссушенной оболочки, что находится здесь, только чтобы вербовать новичков. Во всяком случае, чтобы попасть в его мирок, нужно было на краткий момент…умереть. В если кровь в этом примечательном случае не давала эффекта, оставалось взять дело в свои руки. - Всегда со мной что-то не так… - слабо улыбнулась гостья, испытывая неловкость в смеси с запоздалым желанием поскорей убираться отсюда. Теперь-то она в любой момент готова была вскочить и спасаться бегством, только не могла подгадать подходящий момент. Тварь замерла, хищнически пригибая голову и навострив уши, а её глаза неотрывно следили за движениями Германа. Она всё ещё упорно отводила их, не позволяя пересечься их взглядам, но как же мало человеческого он в ней сейчас видел. * - Монстром, что нападал на предыдущих в вызванном лихорадкой мороке становился сам лекарь, подобно оборотню принимавший вид огромного волка.  - Не без этого, дорогая. Думаю, сейчас твой последний шанс попасть в Сон Охотника. Пикман дернулась, метнулась прочь с кушетки, но заряд серебристой дроби прервал её попытку к бегству. Резкая боль заставляла подранка из последних сил глотать ртом воздух, скуля и роняя крупные слёзы. Сознание покидало, словно она снова погружалась в кошмарные видения. Чужой, потусторонний шепот заполнил всё пространство, неумолимо меняющееся. Она умирала.